Любовь на двоих

Не говори, им не понятно. Только без них, Только не мимо. Лучше никак, Но не обратно. Только не с ними. Только не с ними. t.A.T.u. — Нас не догонят

Дело близилось к зиме. Скрывать любовь девушкам уже не было никакого смысла, так как каждая собака в городе уже разнюхала о том, что они "не такие". Девушки думали, что все утихомирятся и начнут более-менее сносно относится к ним. Но как девушки были неправы! К несчастью, ситуация начала лишь усугубляться. Сначала это было немое презрение. Рыжик свыклась с тем, что люди игнорировали её, как в своё время смирилась с этим Волчонок. Но лучше бы всё на этом и закончилось. Мать Рыжика попала в больницу с сердечными болями и нервным срывом — не выдержала жутких дворовых сплетен о том, что её дочь - законченная проститутка, что было неправдой. Это произошло через пару недель после того рокового осеннего дня. Отец стал чаще приходить домой выпившим, а этим вечером он крепко напился. Он часто орал на дочь, но здесь произошёл самый настоящий скандал, едва не дошедший до драки. Отец обвинял её в том, что из-за неё на работе его считают отцом законченной шлюхи, что мать жалеет о том, что родила её на свет и не хочет больше её знать. Рыжик плакала, объясняла отцу, что он не может понять её, что она вовсе не шлюха, но мужчина не хотел её слушать. От безуспешных попыток объясниться с отцом та начала плакать, и отец, разозлившись, ударил её по лицу. Рыжик от неожиданности упала на пол, придерживая щёку и растерялась. Их семья всегда отличалась спокойствием в доме и подобное было чем-то из области фантастики. Но не сегодня. Отец ушёл из дома в неизвестном направлении, а Рыжик осталась рыдать, лёжа на полу. Её щека горела, но плакала она не от этой боли. Собственные родители отстранились от неё. Сердце разрывалось на части. Этой ночью Рыжик осталась в доме одна и проплакала всю ночь. В школе начались, мягко говоря, сильные проблемы. Столкновения с одноклассниками стали сильными. Девушки, которых Рыжик считала чуть ли не лучшими подругами, в одночасье стали ей злейшими врагами. Они постоянно задирали её при каждом удобном случае. А потоми начали в открытую издеваться над ней. Началась жёсткая травля. Однажды Рыжик пришла к Волчонку вся в синяках и крови. Лицо было припухшим, на руках были раны, из которых тонкими струйками текла кровь. Увидев это, брюнетка потемнела. Её серые глаза загорелись яростью. — Кто. Это. Сделал? — Они... Они как могли обработали раны. Глядя на многочисленные порезы, неизвестно откуда появившиеся на теле Рыжика (хотя брюнетка и догадывалась, кто и с какой целью их нанёс), девушке было плохо и морально, и физически. — Почему ты ничего мне не сказала? — Я сама... Сама бы справилась... С ними со всеми... — Да уж, сама. Волчонок усмехнулась про себя, а на душе было очень и очень горько и обидно. Ладно бы её избили, мучили, ей не привыкать. Но за что было трогать её Рыжика? Чем она провинилась перед всеми? На глазах брюнетки выступили слёзы обиды и разочарования. Она ничего не могла сделать, совершенно ничего. Кроме, разве что, одного. Утро следующего дня с самого начала не предвещало ничего хорошего. В душе Рыжика задолго до этого дня поселилось странное предчувствие, будто должно было произойти что-то ужасное и совершенно непоправимое. Волчонок убедила Рыжика пойти в школу вместе с ней. Она нашла среди своих вещей старое пальтишко, посоветовала и одеться Рыжику потеплее. Девушка что-то прятала в своём пальто. Да и её школьная сумка выглядела больше, чем обычно. Но Рыжик решила не доставать подругу с расспросами — она бы всё равно ничего не ответила. Дойдя до школы, они встретили ту самую главную задиру-вертихвостку, которая "руководила парадом" и стояла за всеми издевательствами над девушками. Немного дальше стояла её компания. — О, голубки наши явились! — нарочито громко объявила всем девушка. — Зачем ты избила её вчера? — безо всяких предисловий начала Волчонок, оглядывая всех потенциальных обидчиков её любимой. — Чтобы выбить дурь из головы, которую ты ей заложила, — нагло усмехнулась та. — Посредством мучений и резания чужих рук? Да ты сама-то в порядке?! — Ты у нас всегда была "особенная", я это давно подозревала, — продолжала, не обращая на слова Волчонка, задира. — Впрочем, иначе тебя было не вытащить. Я хочу лично разобраться с тобой раз и навсегда. Нам не нужен такой мусор как ты и твоя мерзкая подруга-шлюха!.. — Не смей о ней так говорить! — проговорила сквозь зубы Волчонок, дёрнувшись в сторону обидчицы. Рыжик схватила её вовремя за рукав: — Не надо! — Как это мило, шлюха шлюху покрывает! — всё наглее отзывалась задира. Тогда Волчонок в ярости оттолкнула Рыжика и побежала к обидчице. Подбежав, брюнетка схватила ту за волосы. Однако, задира была не так слаба, каковой могла показаться из-за худощавого телосложения. Она начала пытаться отбиваться от той всем, чем можно: пинала ногами, отталкивала руками и орала. Но Волчонок, сжав зубы, опрокинула ту на землю. Началась драка. Все, кто находился в этот момент на дворе, окружили их. Рыжик в ужасе оглядела толпу. В глазах всех этих людей появилось нечто более ужасное, чем равнодушие — удовольствие от кровавого зрелища. А оно действительно было таковым: девчонки успели разбить друг другу носы. Но даже такая мелочь завела толпу этих малолетних наблюдателей. Никто не пытался разнять дерущихся не на жизнь, а на смерть девушек. Рыжик кричала, пыталась вразумить толпу, но это не помогало. Тем временем преимущество перешло к задире, и та, сильно ударив по лицу девушку, заставила ту упасть лицом в грязь. Задира взяла Волчонка за волосы, отчего та вскрикнула, то девушка тут же пригрозила ей: — Закрой свой рот! Тогда шатенке оставалось только одно. Оглядевшись вокруг и увидев большую деревянную палку, она не думая схватила её и ударила задиру по спине. Девушка взвыла от боли и на десяток секунд выбыла из борьбы. Рыжик увидела, что Волчонок временно отключилась. На какое-то время девушки замерли от неожиданности. Однако, теперь задира обратила свою ярость против Рыжика. Она схватила ту за руки и, желая причинить больше боли и унижения, опрокинула её наземь и сдала душить. Рыжик чувствовала, как вокруг горла обвились тонкие пальцы, и, словно когти хищника, сдавливали её. Рыжик пищала от боли, скребла ногтями по холодной земле, пытаясь вырваться, но обидчица была ослеплена яростью и гневом: — Тебя давно надо было удушить, мерзкая ты шалава! Я давно это знала, давно! В этот момент Волчонок пришла в себя. Увидев, что Рыжику скоро придёт конец, она в один миг подскочила к обидчице. Следующее произошло в одно мгновение: достав на бегу из кармана нож и резко воткнув его в спину обидчице, Волчонок закричала: — Отстань от неё! Обидчица вскрикнула от резкой боли и опустила голову вниз. Мгновенно одежда на месте раны потемнела от крови. Девушка смотрела всё более затуманенным взглядом. На неё смотрела и Рыжик, для которой мир замер ровно на пять секунд, ужасающие, долго длящиеся пять секунд. Сначала кровь была светлая, но довольно быстро стала тёмной. Хватка врага ослабла, и Рыжик успела вырваться из её крепкой хватки. Задира в судорогах упала на землю. Толпа в шоке застыла. Обидчица была мертва: Волчонок ударила ту прямо в сердце. Рыжик успела услышать предсмертные слова девушки, которые та почти беззвучно прошептала. К её ужасу, это были слова проклятия. На пару мгновений застоялась тишина. Затем толпа пришла в себя после крика одной из одноклассниц Рыжика: — Ребята, Наташка мёртвая! В этот момент Волчонок и Рыжик обменялись взглядами, и в голове у них возникла одна и та же мысль: бежать. Бежать, бежать куда-нибудь, бежать прочь! Иначе их сейчас же растерзают. Волчонок сорвалась с места, взяв крепко за руку Рыжика и они вместе выбежали со школьного двора. Несколько скинхедов, присутствовавшие при всём произошедшем, кинулись за ними. Теперь время шло не по минутам, а по секундам. Раздался крик, направленный в пустоту: — Вызовите кто-нибудь скорую, скорее! Им приходилось бежать по мокрым лужам, даже не переводя дух. Рыжик боялась оглянуться назад: ей казалось, что их вот-вот нагонят и убьют. Рыжику показалось, что они бежали минут десять. Волчонок по дыханию подруги слышала, что та устала бежать, однако, подбадривала ту: — Беги! Не смей останавливаться! Наконец, когда у Рыжика отказали ноги, она села на землю и решила, что пусть уж лучше порвут, ибо бежать у неё больше не было ни сил, ни дыхания. Волчонок дала ей понять, что им удалось оторваться от преследователей. Но надолго ли? — Нам нужно вернуться и сдаться! — истерила шатенка, ходя из угла в угол своей квартиры. Её отец так и не явился домой с позавчерашнего вечера. — Нас порвут раньше, чем мы сами придём и сдадимся. Да и вообще, я не собираюсь сдаваться, — взлохматила себе голову брюнетка, вставая с дивана. — Что ты хочешь сделать тогда? — повернула голову в сторону девушки Рыжик. — Бежать, очевидно же. Волчонок бросила на пол старую спортивную сумку Рыжика и начала собирать её вещи. — Бежать? Куда? — вытирая слёзы, кричала Рыжик. — Кому мы нужны? Кто нас приютит? Как мы будем жить одни? — У нас нет сейчас на это времени! — импульсивно прикрикнула на неё Волчонок, внутри тотчас же пожалев о том, что позволила себе повысить голос на любимую и сбавив тон. — Если мы не смоемся отсюда через пятнадцать минут, то сюда заявятся или менты, или эти отморозки. Неужели ты хочешь быть убитой жалкими людьми, которые не могут выйти из своего круга предрассудков? — Нет, - тихо произнесла Рыжик, судорожно вздыхая. Волчонок подошла к ней и, взяв мягко за руки, присела на корточки. — Мы убежим, у нас всё получится. Тебе ясно? Повтори это вместе со мной! Всё будет хорошо. — Всё будет хорошо, — вздрагивая, произнесла вместе с подругой шатенка. — Собирайся! Они скоро будут тут. Девушки не знали, что их как раз искали, что называется, "по горячим следам" люди из полиции. Их фотографии уже висели на всех постах ГАИ и других пунктах правоохранительных органов. Также они успели вовремя убежать из дому, прихватив всё самое ценное, что было, ведь ровно через пятнадцать минут в дом ворвались скинхеды и обшарили всё в поисках двух сообщниц, как они считали. Теперь девушки находились в бегах. Официально. Их план был нехитрым: уехать, улететь туда, где их никто не найдёт. Но куда? Другого выхода, кроме как в Европу, Рыжик не видела. Однако, это было невозможно: ехать пришлось бы слишком далеко, плюс их могли быстро вычислить по документам и сдать в полицию. Казалось, выхода нет. Однако, остался один выход — Сибирь. В таком холодном месте их никто бы не стал искать, ибо полиция в России заинтересована более в том, как бы побыстрее закрыть дело. Однако, как туда можно было добраться из их небольшого города? Было два варианта, и оба оказались провальными. В обоих случаях, отправься они туда на поезде или полетев на самолёте, им нужны были документы. В дело вступил вопрос выживания, и часы затикали. Бег по холодному снегу, хруст снега под ногами. Бег, бег, снова бег. Эта ночь была весьма морозной, однако, это не остудило их горячую кровь. Волчонок вновь бежала впереди и, держа крепко за руку Рыжика, кричала той, чтобы она не отставала. Пару раз она чуть не упала в снег, но её словно кто-то поддерживал. Они бежали по аэропорту, отчаявшись на крайний шаг: прокрасться в грузовой отсек в самолёте и пролететь до пункта назначения. Однако, их планы вскоре изменились. Девушки нашли в аэропорту грузовик, который обычно отправляют в дальние рейсы. Так сказать, дальнобойные. Рыжик на какой-то момент задумалась, что он здесь забыл, он времени больше чем пять секунд у неё не было. Девушки быстро сели в кабину: Волчонок на место водителя, а Рыжик - рядом с нею. Водитель был нерасторопен, и ключ, на их счастье, остался в замке зажигания. Волчонок резко повернула его, и, едва машина завелась, нажала на газ и сцепление, заставив машину резко тронуться с места. От такого они обе будто вжались в кресла. Колёса яростно завизжали и машина поехала. Рыжик услышала, как кто-то вскрикнул, но не придала этому значения. Они выехали из аэропорта и отправились бороздить дороги, куда глаза глядели. Так они ехали пару дней. Благо, они успела перехватить немного еды и воды из дома шатенки, так что дикий голод и жажда их не мучили. Рыжик сидела в кабине, пытаясь осознать всё произошедшее за эту дикую неделю. Она вспоминала раз за разом, как умерла главная её мучительница, с каким взглядом она смотрела на неё, что говорила. Она прокручивала в голове весь этот кошмар, который начал ей казаться очередным бредом. Но всё было слишком реально, чтобы быть наваждением. Несмотря на то, что в кабине было тепло, на волосах Рыжика по-прежнему были снежинки, многие из которых растаяли и превратились в капли. Волосы брюнетки были мокрыми. — Скажи, неужели тебе никогда не было одиноко? — резко повернувшись к подруге лицом после долгих часов сидения в прострации, спросила Рыжик. — Неужели ты никогда не боялась остаться без семьи? — Семья? Да разве это была семья?! Ужасные, отвратительные люди. Раньше я часто думала, что лучше бы меня забрали в детский дом, — говорила брюнетка, крепко сжимая баранку руля. Рыжик помнила, как в один из дней Волчонок разрешила ей посмотреть старые семейные альбомы. Это было удивительно, ведь в основном её подруга старалась скрыть всё, что было связано с её прошлым. Она никогда не раскрывала причины, почему она так не любила свою семью. И сейчас рыжик решилась спросить у неё это. — Почему ты так не любишь свою семью? Брюнетка замолчала. Руки её крепче вжимались в руль. Видимо, она думала, ответить или нет. Рыжик искренне верила, что та её сейчас или обматерит, или пошлёт, в худшем случае ударит, судя по медленно меняющемуся выражению лица с обычного до яростного. — Они все были алкоголиками. Они не думали о счастье собственных близких. Они сами пытались их повергнуть в пучину безумия. Иначе говоря, моя родня спаивала всех, кто с ними общался. Им было так проще. Тех, кто пытался их переубедить, они могли и зарезать. Дико звучит, правда? — усмехнулась Волчонок, глядя на округлившиеся от ужаса глаза девушки. — Это ещё цветочки. Они и меня пытались споить. А кое-кто даже... — Что? Что они пытались сделать? — Я не хочу этого говорить. — Скажи. — Тебе это не понравится!.. — Скажи! — Изнасиловать они меня хотели! — заорала Волчонок в отчаянии. Рыжик замолчала. — на пьяную голову они могли сотворить всё, что угодно. Благо, мне удалось этого избежать. Впрочем, если бы сейчас я попала в такую ситуацию, то смогла бы дать отпор и наказать их. — То есть с тобой это пытались сделать не раз не только твои родные, — начала было Рыжик, но Волчонок резко оборвала её: — Не продолжай. — Но за что? — искренне недоумевала шатенка. — За то, что я не хотела быть такой, какими были они. И сейчас люди гонятся за нами, пытаются убить, истребить, как заразу. И всё это только потому, что мы другие. Мы отличаемся от них. Мы позволяем себе свободу в том, на что они себе поставили запрет. Я не хотела жить в своей родной деревне. Я пыталась их упросить уехать оттуда, я умоляла их исправиться. А что они? Только колотили меня. Вот я и убежала. Рыжик помнила эти фотографии. Старые, выцветшие фотографии, где семья в полном сборе. На вид все люди на фотографиях были счастливыми, вполне здоровыми. Здесь Волчонку было не больше двух лет. Как говорила сама девушка, с тех пор она больше не фотографировалась. Сразу по ним невозможно было сказать, что эти люди страдали алкоголизмом или сумасшествием. и рассказ Волчонка вселял ужас в сердце девушки. Волчонок положила свою руку на руку шатенки и улыбнулась. — У меня больше нет семьи. Всё это — прошлое. Ты — моя семья, Рыжик. Понимаешь это? — Да, понимаю. Рыжик улыбнулась ей в ответ, искренне. Она всегда восхищалась улыбкой брюнетки. Очаровательная, потому что редкая. Этот момент был одним из самых тёплых, что случался с ней. Она была нужна всё это время. Как здорово чувствовать себя кому-то нужным!.. Волчонок отвлеклась на пару мгновений от дороги и пропустила знак, гласящий следующее: "Дороги нет! Ведутся строительные работы!". А когда заметила, что случилось, было уже поздно. Даже мощные гудки не спасли положения. На дороге работал рабочий. Стояло множество знаков ограждения, вроде "Нет пути!". Мужчина средних лет торопился сделать свою работу побыстрее, чтобы успеть домой к ужину, настоящему, семейному ужину. Он обещал своей пятилетней дочери посмотреть её рисунки, о которых она так возбуждённо и радостно говорила. Это был её подарок.. Его товарищи давно уехали домой. Они звали его с собой, но мужчина отказался. Он решил закончить всё сегодня, чтобы завтра сдать работу, и чтобы отпроситься домой на выходные к семье. Но ему не было суждено вернуться сегодня домой. Мужской крик, вскинутые руки, звук и ощущение чего-то тяжёлого на капоте — всё это смешалось в одну кучу. Девушки вскрикнули от неожиданности, а мужчина - от ужаса. Один момент — и жизнь его была оборвана. Рыжик прикрыла в ужасе рот, Волчонок сматерилась. — Что это было? — Мы кого-то сбили. — Надо вернуться, — резко подскочила к рулю Рыжик. — Нет! У нас нет на это времени! Нужно ехать! — Но там человек, — начала было Рыжик, и в истерике высунулась в окно и посмотрела назад. Тело в оранжевой рабочей куртке обездвижено лежало на земле. На снегу были кровавые следы. Рыжик не сдержалась и заплакала. У неё вновь началась истерика. — То, что сделано, уже сделано. Ему не помочь, Рыжик! Оставлять его там неправильно. Но у нас нет выхода. Его жизнь мы уже не спасём, а свои ещё вполне можем, — говорила Волчонок. По её щекам тоже катились слёзы. Ей впервые в жизни стало кого-то искренне жаль. Рыжик долго смотрела вслед телу, которое по мере удаления машины казалось всё меньше и меньше, пока не скрылось из вида. Как быстро вершатся чужие судьбы!