Двое на балконе

Нэтсуми долго не могла заснуть. Она каталась по кровати, пытаясь устроиться поудобнее. Но сегодня постель была как дерево. Второй причиной мог быть свет яркой лампочки в окне напротив. Нэтсуми казалось, что она нигде не может от него спрятаться… Ночь постепенно превращалась в пытку. Наконец, не выдержав, Нэтсуми села на кровати и кинула в стену подушку. Бука, уснувшая прямо в дверном проеме, и ухом не повела. — Как же я тебе завидую, маленькая сволочь! — прошипела Нэтсуми и обреченно вздохнула. Она немного помучалась в поисках тапочек и вылезла на балкон. «Да чем он там занимается?! — раздраженно подумала Нэтсуми. Потом хихикнула. — Обычно, это не делают при свете, дорогой Нацуме! Интересно, кто эта несчастная?!» Нэтсуми считала звезды. Сбивалась на пятидесятой и начинала заново. Все лучше, чем валяться в душной кровати. На сорок седьмой звезде Нэтсуми заметила оживление на балконе напротив. — Явился, — зевнула Нэтсуми. Нацуме с ноутбуком подмышкой и чашкой чего-то в руке сел за стол на балконе. Он открыл ноутбук и стал быстро что-то строчить, иногда отвлекаясь на чашку. «Трудоголик, значит. Хорошее дело». Нэтсуми надоело считать звезды. Она пошаркала обратно в комнату и села за компьютерный стол. Там вдруг оказалось гораздо удобнее, чем на кровати. Обдуваемая свежим ночным ветерком, Нэтсуми уснула на каких-то бумагах, лежащих на столе. С утра Нэтсуми бодрячком поскакала на работу. Выбежала из дома и пошагала по дорожке. Но тут… — Утро добрым не бывает, — процедила Нэтсуми, поравнявшись с Нацуме. Он был солидно одет. Черный костюм и зеленый галстук. В руках держал портфель. Нэтсуми же была в рваных джинсах и двухлетней давности футболке, которая растянулась и висела на ней мешком. На голове был «модный кавардак». Не чета деловому Нацуме. — Полностью согласен, соседка, — Нацуме холодно посмотрел на нее сверху вниз и невозмутимо прошел мимо. — Скатертью тебе дорожка, сосед, — ухмыляясь, бросила ему вслед Нэтсуми. — И тебе не хворать, Таками Нэтсуми! «Что? Откуда. Он. Знает. Мое. Имя?» Нэтсуми хлопнула себя по лбу. Ну конечно, кто вчера заказывал две «Морские» пиццы? Никакой анонимности! Она семимильными шагами поспешила ретироваться с этого аномального места, где встречается всякая нечисть.

***

— Господи, кого только не встретишь поутру, — Нацуме оглянулся на стремительно удаляющуюся соседку. — Послал Бог соседочку, н-да… Нацуме взглянул на наручные часы. — М-м, девять тринадцать… Он, не торопясь, продолжил свой путь. А потом резко остановился. «Сколько?! Черт, автобус!» Деловой мужчина, а в ремонте машина, ай-ай-ай! Нацуме мчался со всех ног, но на автобус, конечно, не попал. Пришлось тащиться пешком. — Здравствуйте, Нацуме-сан. Может, кофе? — встретила его секретарша по прибытии в офис. — Да, спасибо. Когда Нацуме выпил горячий кофе и взбодрился, его голову озарила светлая мысль. Он улыбнулся и быстренько зарисовал свою идею. Потом попросил всех подчиненных зайти к нему, устроив стихийное совещание. — Господа, — начал Нацуме, не в силах справиться с улыбкой. Работники удивленно переглянулись. Нечасто на лице начальства можно лицезреть улыбку. — Помните, что для новой игры нам необходим злодей? Послышалось утвердительное мычание. — Так вот, как насчет злодейки? Согласен, идея не слишком оригинальна, но все же. Нацуме со зверской ухмылкой показал людям свое творение. Кто-то ахнул, кто-то хихикнул. На рисунке была изображена девушка в неестественной для человека позе. Маленького роста с огромными кожистыми крыльями за спиной. Лицо ее исказила гримаса: то ли улыбка, то ли оскал. Голова с одной стороны была сбрита, а с другой красовалась сальная шевелюра грязно-рыжих волос. На плече у девушки-монстра сидела облезлая черная кошка с выпученными глазами. — Нравится? Это карикатура на одну мою знакомую. Поверьте, вам лучше не встречаться ни с ней, ни с ее кошкой. Работники тихо рассмеялись: все-таки садистская улыбка начальника не давала им покоя. Нацуме же быстро взял себя в руки и, аккуратно передав «шедевр» своему заму, снова превратился в солидного человека. — А теперь за работу, — строго приказал он.

***

День прошел на удивление спокойно. При каждом звонке в пиццерию Нэтсуми молила всех, кого можно, чтобы это был не Нацуме. Но, вспоминая его выглаженный костюм и кислое лицо, она убеждала себя, что такие кадры пиццами не балуются. Со спокойной душой она покинула место работы и отправилась домой. Войдя в квартиру, Нэтсуми раздосадовано вздохнула: ее сосед был тут как тут. Он опять сидел на балконе, но теперь сверял какие-то бумажки, изредка посмеиваясь. Нэтсуми со злостью откинула в сторону сумку и плюхнулась на кровать. Теперь она за версту чует этого трудоголика. На улице было тихо, из-за чего Нэтсуми отчетливо слышала каждый смешок Нацуме. Она недовольно встала, чтобы закрыть окно. Ее внимание снова привлек сосед. Похоже, он ее заметил и теперь, усмехаясь, махал из стороны в сторону бумагой, на которой был напечатан какой-то рисунок. Нэтсуми выскочила на балкон. — Что тебе надо? — вскрикнула она, складывая руки на груди. Нэтсуми вдруг затревожилась. Почему-то ей показалось, что с такой радостью можно рассматривать только ее фотографию. «Брось! Нужна ты ему! Он и без компроматов найдет, как над тобой поиздеваться!» — уверила она саму себя. — Полюбуйся на мое творение! — гордо произнес Нацуме и начал складывать из бумаги самолетик. Нацуме запустил его вперед, но тот не долетел до цели. Нэтсуми невольно ухмыльнулась. — Прости, кажется, твое творчество навсегда останется неоцененным. — Не переживай, — непривычно весело протянул Нацуме. — У меня их штук двадцать. Какой-нибудь точно долетит! «А вот это мне уже не нравится…» Он оказался прав, один бумажный самолетик долетел до балкона Нэтсуми и спокойно опустился на кровать. На него тут же бросилась Бука и беспощадно стала отрывать от бумажки куски. Нэтсуми отобрала у кошки новую игрушку и развернула. И ее глаза на лоб полезли. Она снова выбежала на балкон, полыхая яростью. — Это что за извращение, придурок?! — Мне всего лишь нужен был злодей для игры… — Ах, злодей! Ну, что ж, похоже, что ты попал по назначению! — Нэтсуми скомкала творение Нацуме и кинула в его сторону. Бумажный шарик с первого раза долетел куда надо. — Спасибо за идею! Надо было сразу так сделать, — Нацуме подобрал скомканный рисунок и помахал Нэтсуми рукой. «Сволочь! Козел! Придурок! Дебил!» Она развернулась и, влетев в свою комнату, захлопнула за собой дверь балкона так, что стекла затряслись. Она гневно задернула шторы и решительно села за стол. — Я тоже не обделена талантом художника, сосед, — пробурчала себе под нос Нэтсуми и принялась старательно водить карандашом по бумаге.