Двое на балконе

Нэтсуми с утра была в ужасном настроении. Погода была отвратная: то и дело грозился пойти дождь. Темные тучи чуть ли не лежали на крышах домов. Так и клонило в сон. Неохотно разлепив глаза, Нэтсуми моментально обнаружила Букины дела прямо на ковре. Минут пятнадцать она гонялась по дому за кошкой и заполучила новые «боевые ранения». Когда Нэтсуми, сделав зарядку с помощью Буки, решила взглянуть на часы, оказалось, что она жутко опаздывает на новое место работы. Впопыхах она переоделась и выпрыгнула за дверь. День не задался. И все бы ничего, но, как это обычно бывает, пошел проливной дождь (а Нэтсуми не взяла ни зонта, ни куртки). Но и этого было мало. Впереди себя, буквально в двух шагах, она увидела знакомую рыжую шевелюру. «Вот блин! — заныла Нэтсуми. — Главное, чтобы не заметил». Как всегда предусмотрительный Нацуме взял зонт и куртку. Он шел слишком медленно, периодически посматривая на часы. «Ну, шевелись, черепаха! Конечно, начальству и попозже можно прийти!» Так Нэтсуми и плелась за соседом, пока один кретин на дорогущей машине не облил ее с ног до головы грязной смесью воды и чего-то еще. Нэтсуми, не выдержав, заорала вслед стремительно уезжающей машине. Она ругалась на все, на что только можно ругаться (причем не слишком лицеприятно, надо сказать), и неудивительно, что Нацуме сразу же обернулся. — Ты что, следишь за мной? — спросил он, сняв наушники. — Вот еще, — буркнула Нэтсуми, выжимая свои волосы. — Не обольщайся. Нацуме смерил ее непонятным взглядом. Потом сухо произнес: — Зачем ты их выжимаешь, словно тряпку? От этого никакого толку. — А что мне еще делать?! — огрызнулась Нэтсуми. В ответ Нацуме молча протянул ей зонт. Нэтсуми изумленно уставилась на него. Нацуме нетерпеливо потряс зонтом, мол, бери уже. Она осторожно, как будто зонт ее укусит, взяла его в руки. Нацуме развернулся и пошел дальше, натянув на голову капюшон куртки. Нэтсуми осталась на месте. «И что это было? Неужто он способен на что-то такое?..» Опомнившись, она поспешила за ним. — Подожди, Асахина! — окликнула она. — Что еще? — Что за тон? Я любезно хотела предложить тебе поделиться зонтиком, — пробубнила Нэтсуми. По лицу Нацуме скользнула улыбка. Нэтсуми подняла высоко над головой зонтик, чтобы и Нацуме зашел под него. Они шли не торопясь, хотя уже сильно опаздывали. Мейдзи Тамока вежливо проводила Нэтсуми на ее рабочее место. Это был один неприметный стол среди множества других таких же столов, отделенных только небольшими перегородками. — Стол номер 8. Располагайтесь, Нэтсуми-сан! — Тамока мило улыбнулась и быстренько убежала. — Неплохо, — Нэтсуми провела по столешнице ладонью. — Тесно, но уютно. — Чего ты там бормочешь? — послышался знакомый высокомерный голос. Из-за стола номер 7 показалась светловолосая голова Дзихири Юки. «Вот попадос!» — А, Хири-тян, и ты здесь, — сквозь зубы проговорила Нэтсуми, скривив губы в улыбке. — К сожалению, да, Суми-тян. Надеюсь, мы сработаемся. — Ага. — Один вопрос, — Юки прищурилась. — У вас с Асахиной-саном что-то есть? Нэтсуми почувствовала, как заливается краской. — Как ты могла такое подумать?! — громче, чем хотела воскликнула она. Из-за некоторых столов показались сонные лица. — Да так, — Хири-тян посмотрела на свой маникюр. — Просто вы вдвоем под одним зонтом пришли. Да еще и опоздали. Подозрительно больно… — Да… да… нет! Долго объяснять, — Нэтсуми заправила волосы за ухо. — Да и вообще, какая тебе разница? — Абсолютно никакой. — Ты на него виды имеешь? — Вовсе нет. «Как она так хладнокровно отвечает. Я же вижу, что он ей интересен!» — Прости, но у него уже есть девушка. Хири-тян и ухом не повела. «Неужели ей и вправду по барабану?» — Нэтсуми искренне удивилась. — Хватит болтать о всякой чепухе, Суми-тян, давай работай! — приказала Юки, словно это и не она начала этот разговор, и свалила на стол Нэтсуми кучу бумаги, карандашей и маркеров. — Ты грозилась на совещании нарисовать героя и его возлюбленную. Видимо, ты настолько тупа, что выбрала самое сложное! Удастся ли тебе повторить на рисунке Нацуме-сана и его девушку? Нэтсуми разозлилась. — Удастся-удастся, не сомневайся! Как бы Нэтсуми не хотелось нарисовать Нацуме дохляком с облезлыми доспехами, висевшими на нем железным мешком, нужно было нарисовать мужественного мачо. С Эмой все вышло гораздо проще. Когда Нэтсуми закончила, Юки чуть ли не с силой отобрала у нее рисунки. Нахмурив брови, Хири-тян минут пять изучала работы. — Если твои рисунки достоверны, то эта девушка очень даже миленькая. Тебе надо держать ухо востро, пока Нацуме-сан в нее окончательно не втрескался. — Ха, зачем мне это? — Нэтсуми нервно хихикнула. — И пусть эта девчонка симпатичная, она такая дура! К тому же она его… Она запнулась, вспомнив обещание: об Эме никто не должен больше знать. Ну, по крайней мере то, что она его сестра. — Что? Договаривай, — Дзихири Юки недоверчиво посмотрела на собеседницу, вцепившись мертвой хваткой сплетницы в потенциальную новость. — Э-э… она его жутко боится и стесняется, — Нэтсуми облегченно выдохнула. Выкрутилась. — Ничего удивительного. А теперь поднимай свою пятую точку, и пойдем покажем твои художества Асахине. Юки зашагала по коридору. Нэтсуми засеменила за ней. — Что это такое?! — воскликнул Нацуме, как только в руки к нему попал рисунок с Эмой. — Возлюбленная героя, — невозмутимо ответила Юки. Нацуме зло сверкнул глазами на Нэтсуми. — Таками! На пару слов! Нацуме и Нэтсуми немного отошли в сторону. Юки не должна была их услышать. — Я же сказал, что никто не должен узнать об Эме! — Никто и не узнает. Скажи спасибо, что я не разнесла по всей фирме, что она твоя младшая сестра! — Нэтсуми сложила руки на груди. — Асахина-сан, — удивленно позвала Хири-тян. — Так эта девушка на рисунке — ваша сестра? Нэтсуми и Нацуме потрясенно вытаращились на Юки. Хорошо, что в кабинете в этот момент никого не было. Кроме Дзихири этого никто не услышал. — Вы влюбились в свою сестру? — задала более прямой вопрос Юки. Нацуме опустил взгляд, и Нэтсуми впервые за все время знакомства с ним увидела, как он покраснел. Ее это сбило с толку. «Неужели реально влюбился?..» Нэтсуми обуревало какое-то странное чувство не то злость, не то… ревность. — Я выплачу тебе премию, если ты пообещаешь никому не говорить об этом. — грубо произнес Нацуме и поднял глаза на Юки. — Ладно, — Хири-тян улыбнулась. Она развернулась к дверям. — Асахина–сан, а вы и правда любите эту, кхм, девушку? Юки остановилась в дверном проеме, ожидая ответа. — Тебе какая разница? — огрызнулся Нацуме. — Мне? Абсолютно по фигу! Просто есть личности, которым это НЕ по фигу. Дзихири Юки мельком глянула на Нэтсуми. Та мгновенно смутилась. «Да что со мной?! Эта Хири так на меня влияет!» Нэтсуми после долгого «совещания» с Нацуме оккупировала куллер. Сосед неохотно утвердил ее персонажей, чему она была очень рада. Вода лилась медленно, а то и вообще не лилась. — Да елки-палки! — Нэтсуми стукнула по большой бутылке. — Такими темпами я тут до утра простою. — Привет, Таками-сан, — из ниоткуда вырос Като Акио и улыбнулся лучезарной, голливудской улыбкой. — Привет, — Нэтсуми невольно улыбнулась в ответ. — Какие у тебя планы на сегодня? — он навис прямо над куллером и Нэтсуми. — Никаких. — Тогда позволь мне пригласить тебя в кафе. — Позволяю. Акио рассмеялся. На них стали оборачиваться работники, из-за чего Нэтсуми стало не по себе. — Тогда вечером после работы, идет? — Акио подмигнул. — Идет, — она согласно кивнула. «Как-то он уж больно сильно флиртует», — подумалось Нэтсуми. Она посмотрела вслед удаляющемуся Като. Встречавшиеся на его пути девушки просто таяли и расползались в идиотской улыбке. Вода давно уже вытекла за края стакана. После работы в холле первого этажа Нэтсуми заметила Эму. Она стояла вся такая маленькая и хрупкая, что аж тошно становилось. Завидев Нэтсуми, сестра Нацуме поспешила ей навстречу. — Здравствуйте, Нэтсуми-сан! — воскликнула тоненьким голоском Эма и поклонилась. Нэтсуми еле сдержалась от того, чтобы не рассмеяться. Ей покоя не давала мысль о ревматизме. — Здраствуй, Эма-тян, — Нэтсуми широко улыбнулась. — Вы знаете мое имя! «О, Боже! Сколько радости!» — Я хотела вас пригласить сегодня к нам на ужин, — скромно сказала Эма. «Что? Нацуме этого точно не одобрит!» — Я о многом хотела с вами поговорить. Да и братья хотят увидеться с вами! Вы, оказывается, уже встречались. «Ох, «братья»? Их там много, что ли? Не только Нацуме с Цубаки». — Э-э… а Нацуме-сан не будет против? — Нэтсуми оглянулась: вдруг из-за кого-нибудь угла покажется он. — А мы ему не скажем. — Эма неожиданно усмехнулась. — Пусть будет сюрприз. А когда вы уже там будете, он не посмеет вас выгнать! «А она не такая уж и тупая…» — Нэтсуми потерла подбородок. — Хорошо. Во сколько приходить? — Давайте прямо сейчас, чтобы уж точно раньше Нацуме-сана! Эма решительно двинулась к выходу, а Нэтсуми, все больше удивляясь, поспешила за ней. — Я дома! — протянула Эма, скидывая сумку в коридоре. — К нам гости! Дом оказался красивым, чистым и просторным. «Минимализм, да. Сразу видно, что мужчины тут хозяева», — присвистнула про себя Нэтсуми. — Сегодня нет Футо-куна, Азусы-сана, Субару-сана и Масаоми-сана, — Эма подняла взгляд на потолок. — Почти все в сборе. Проходите в гостиную. Гостиная была большая. Посередине стоял огромный красный диван. На нем сидел парень лет двадцати с чуть ли не белыми волосами. На нем был непонятный голубой пиджак. — Привет, Нэтсуми-сан, — он безмятежно помахал рукой. — Меня зовут Луи, я восьмой сын семьи Асахина. «У них что, так принято представляться?» — Очень приятно, — растерявшись, произнесла Нэтсуми. — Меня зовут Нэтсуми. Луи улыбнулся, давая понять, что он и так все знает. — У тебя хорошие волосы, — он снова улыбнулся. «Странный он какой-то», — Нэтсуми аккуратно опустилась на диван. Вдруг под ней что-то «пукнуло». Она, сгорая со стыда, подскочила с места. — Это… это… С кухни послышался знакомый звонкий смех. — Кто не умеет держать в себе? — В гостиную вошел Цубаки, заливаясь смехом. — Цубаки! — За ним появился блондин в очках и в фартуке. Он нес что-то на тарелке. — Это наша гостья! Цубаки моментально замолчал. — Прости, я думал, это кто-то из братьев, — Цубаки пожал плечами и сразу же перевел разговор на другую тему. — Этот хмырь со своими адвокатскими заморочками забыл представиться, — он ткнул пальцем в парня в фартуке. — Хоть в чем-то мой брат прав. Прошу прощения, я Укё. — Приятно познакомиться. «Приятный паренек. И готовить умеет. А Цубаки просто выпендрежник, не более». Не успела Нэтсуми вновь сесть на диван и устроиться поудобнее, как с лестницы послышались еще голоса. — О, это подружка Нацуме? — пискнул детский голос. «Что?!» — Перестань, Ватару, — одернул его мягкий голос. — Ничего так! — протянул низкий, но приятный голос. В гостиной появились трое человек. Парень в монашеской тоге со всем известной (по крайней мере, девушкам) улыбкой ловеласа сел рядом с Нэтсуми и стал ее рассматривать. Потом вбежал маленький мальчик в девчачьей, как подумала Нэтсуми, одежде, запрыгнул на диван и радостно стал скандировать «Подружка Нацуме». Последней вошла девушка с длинными рыжими волосами (Нэтсуми даже немного позавидовала). «Разве у них есть еще сестра?» — Меня зовут Хикару, — начала девушка. — Я четвертый сын семьи Асахина. «Сын?!» — у Нэтсуми отпала челюсть. — А это наш младший, Ватару, — Хикару улыбнулся. — И третий, Канаме-сан. — Очень приятно, — Нэтсуми не могла оторвать взгляд от Хикару. Он выглядел так идеально, как может выглядеть только девушка с глянцевой обложки. — Не обращай внимания на его вид, — усмехнулся Канаме. — У него просто работа такая. Типа агент под прикрытием. «Понятно. Интересная семейка, е-мое. Понятно, откуда Нацуме такой уродился». — Юске, — Укё внезапно крикнул. — Принеси тарелки. Из кухни вышел парень лет шестнадцати (примерно возраста Эмы) с кислой миной и вынес тарелки. «Он так не рад гостям?» — даже Нэтсуми не вела себя так с нежеланными гостями. Остался только Нацуме. Все ждали его, а Нэтсуми — нет. «Он придет и испортит всем настроение своей желчью из-за случившегося на работе. А тут еще и я сижу. Неудобно как-то». Минут пятнадцать Нэтсуми наперебой расспрашивали об отношениях с Нацуме, о жизни, о работе. Нэтсуми охотно отвечала, кроме тех вопросов, которые намекали на симпатию к соседу. Этому никогда не бывать, и точка! Вскоре входная дверь распахнулась, и в дом ввалился Нацуме с огромными пакетами. Ватару сразу же кинулся встречать брата. Тот улыбнулся несвойственной ему улыбкой и вытащил из пакета какую-то коробку. — Ура, братик принес мне пирожных! — возликовал Ватару. — А у меня для тебя тоже подарок, Нацуме! Твоя подружка сегодня ужинает с нами. Нацуме вопросительно поднял брови и тут заметил Нэтсуми. Его лицо посуровело. Он остановился в дверях и, не церемонясь, спросил: — Ты что здесь забыла? «Ну и наглость! В этом весь Нацуме. Я вообще-то его гостья!» Нэтсуми резко поднялась с места. — А тебя что-то не устраивает? — Да, твое нахождение в этом доме. — Да что с тобой, Нацуме? — вмешался недоумевающий Укё. — Спокойно, — заверил его Хикару. — Дай им выпустить пар. Нэтсуми с Нацуме поорали друг на друга, и, в конце концов, разозленная и расстроенная девушка, небрежно поблагодарив братьев за гостеприимство, гордо вышла из дома семьи Асахина. Но на улице на нее навалилась обида, и Нэтсуми расплакалась. — Почему на меня нужно было всех собак спускать? — жалобно шептала она. Вдруг ее кто-то обнял за плечи. Она вздрогнула и оглянулась. Рядом с ней стоял Акио. Нэтсуми и забыла о встрече с ним. — Что случилось? — обеспокоено спросил он. — Успокойся, пожалуйста. Нэтсуми уткнулась в его плечо и пуще прежнего заплакала.

***

— Что это было?! — Укё редко так злился. — Какого черта ты так с ней? Что она тебе сделала?! Совсем совести нет. Нацуме стоял, опустив глаза в пол, он чувствовал на себе множество взглядов. И взгляд Эмы тоже. Но этот взгляд уже не вызывал бурю эмоций внутри. Сейчас Нацуме чувствовал абсолютное равнодушие ко всему происходящему. Он просто дико устал. Но какая-то часть его сознания переживала за Нэтсуми. Наверное, не стоило так жестко… — Укё-сан, позволь мне взять инициативу в свои руки, — попросил Хикару. — Нацуме, отойдем? Нацуме покорно последовал за старшим братом на кухню. За окном уже было темно. Куда сейчас пошла Нэтсуми? Может, уже едет домой… вся в слезах. — Хорошая девушка, зря ты так, — Хикару говорил без тени улыбки, что было на него не похоже. — Ты ей определенно нравишься, братец… — Что ты несешь, Хикару? Мы с ней терпеть друг друга не можем! — …только она еще не поняла этого, — как ни в чем не бывало продолжил четвертый сын. — Ведь она тебе тоже нравится, но и ты этого еще не понял. — Ты совсем сдурел? Чтобы она мне? Боже, упаси! — Вот-вот. Я это к чему… Если ты переключишься на Нэтсуми, то у нас… и у меня, в частности, появится больше шансов на взаимность Эмы. — Вот ты к чему, жучара детективная, — Нацуме вовсе не злился. Он даже чуть-чуть улыбнулся. Вдруг в кухню влетел взволнованный Цубаки. — Нацуме! Там твою соседку охмуряет какой-то тип!