Салазар и Философский камень

      До приезда в Хогвартс Салазар и не представлял, что может ненавидеть кого-нибудь сильнее, чем миссис Фигг, её чертовых кошек и Сэмвелла вместе взятых. Но это было до того, как он встретил Тедди Люпина. Правда, в первую неделю в школе они практически не сталкивались — единственными совместными занятиями были уроки профессоров Слагхорна и Лонгботтома. Но, вернувшись с прогулки и расспросив обо всём Нотта, Салазар, как и другие слизеринцы, выслушал объявление Адель Розье. Со вторника начинались полеты на метлах — и первокурсникам факультетов Гриффиндор и Слизерин предстояло учиться летать вместе. — Великолепно, — мрачно заметил Салазар, лежа в темноте спальни и слушая тихое похрапывание спящего Забини. — Как раз то, о чем я всегда мечтал. Выставить себя полным сквибом перед Люпином — и не просто сквибом, а сквибом, сидящим на метле и не знающим, как взлететь.        Надо отметить, что до того, как услышать это объявление, Салазар хотел, чтобы их поскорее научили летать, — он давно заметил, что у него особая связь с воздухом. Вспомнить хоть то, что он с крыши дома миссис Фигг падал раз пять, и всего один раз сильно ударился. И вообще бывало, что он парил на несколько секунд дольше, чем полагается, скажем, на уроках физической культуры в начальной школе. Мальчик даже подозревал, что к квиддичу у него будет талант. Но теперь… — Откуда ты знаешь, кто будет выглядеть сквибом? — резонно ответил Фин. — Разумеется, я знаю, что Люпин перед всеми хвастается, что он великолепно играет в квиддич. Но я почему-то уверен, что он больше говорит, а на самом же деле…        Тедди Люпин действительно чересчур много говорил о полетах. Он во всеуслышание сожалел о том, что первокурсников не берут в сборные факультетов, и рассказывал длинные хвастливые истории о том, где и как он летал на самых разных метлах. Истории обычно заканчивались тем, что Люпин с невероятной ловкостью и в самый последний момент умудрялся ускользнуть от внезапно напавших на него беглых Пожирателей Смерти, от дракона или маггловских вертолетов.        Впрочем, Люпин был не единственным, кто рассуждал на эту тему, — послушать Герберта Монтегю, здоровенного слизеринеца-первокурсника на полголовы выше Салазара, так тот все свое детство провел на метле. Даже Фин готов был рассказать любому, кто его выслушает, о том, как он однажды взял старую метлу отца и чудом избежал столкновения с почтовым филином.        Вообще все, кто родился в семьях волшебников, часто говорили о квиддиче. Из-за квиддича Финеас, - который вообще предпочитал не искать ссор и почти во всём соглашался с остальными слизеринцами, - уже успел повздорить с Тамсином Уилкисом. Тамсин обожал команду Гордость Портри, а Фин утверждал, что нет ничего лучше, чем Сканторпские стрелы. На следующий день Салазар застал Нотта перед плакатом команды «Гордость Портри», который висел над столом Тамсина в гостиной. Финеас мстительно тыкал пальцем в изображенных на плакате игроков, гоняя их из угла в угол. Салазар же никак не мог привыкнуть, что на фотографиях запечатленные на снимке люди появлялись и исчезали, подмигивали и улыбались.        Правда, и среди родившихся в семьях волшебников были исключения. Так, Августа заявила, что у неё в жизни не было метлы, потому что она считает квиддич и полеты опасным и глупым занятием. Салазар был с ней полностью согласен — Августа казалась ему крупноватой для любой метлы. Хотя она старалась не показывать этого, Рэйнолс ужасно волновалась. Если Слизерин скорее боялся упасть в глазах своего факультета, то Августа боялась насмешек, которые и так сыпались на неё градом. Девочка ничем не давала понять окружающим, что её задевают шутки Забини или разговоры Паркинсон, но Салазар это чувствовал, но пока что не использовал.        Если бы полетам можно было научиться по учебнику, Августа бы уже парила в небесах лучше любой птицы, но это было невозможно. Хотя Рэйнолс, надо отдать ей должное, не могла не предпринять хотя бы одну попытку не опозориться. Всю неделю она утомляла всех, кто оказывался в радиусе десяти футов, цитируя советы и подсказки начинающим летать, которые почерпнула из библиотечной книги под названием «История квиддича». Правда, Салазар слушал ее очень внимательно, не пропуская ни одного слова. Он рассчитывал, что теория поможет ему хотя бы удержаться на метле. Зато остальные были очень рады, когда лекция слизеринки оборвалась с появлением почты.        Салазар за последнюю неделю не получил ни одного письма — что, разумеется, не преминул отметить Люпин. Сова Люпина постоянно приносила ему из дома посылки со сладостями, которые он торжественно вскрывал за столом, угощая своих друзей. - Яксли говорил, что отец Люпина был оборотнем, - доверительно сообщила Белвина друзьям за завтраком. - Самым настоящим оборотнем, таким же, как тот в бегах, как его… Фенрир! - Не удивительно, что этот такой дикий, - презрительно бросил Салазар, глядя на заходящего в Большой зал Тедди, который в этот день решил щегольнуть кудрявой синей шевелюрой и глазами в тон ей. - Можешь себе представить, я вчера видел, как он на спор отрастил себе собачий нос! - Забини издал смешок. - Не удивлюсь, если ночью он прыгает по стенам и воет на луну. Только Салазар, новое земное воплощение самого Слизерина, - мальчишка частенько так шутил, - держит его в узде.        Стюарт стал старательно изображать Люпина в образе оборотня, поскуливая и сложив руки на груди, как будто получил команду служить. Делал он всё это, глядя в глаза Салазару, который со снисходительным видом почесал друга за ухом (Забини высунул язык от мнимого удовольствия), а потом Слизерин произнёс: - Нет, Люпин, в прошлое полнолуние ты был плохим псом, не получишь косточек. - Слизеринцы покатывались со смеху, а Нотт даже начал икать.        Салазар вовсю пытался вернуть серьёзную мину, когда к ним вдруг подлетел Тедди Люпин с перекошенным лицом. - Я убью тебя, Блэк! - прорычал он, а волосы гриффиндорца встали дыбом и приобрели огненно-красный оттенок. - А потом тебя, Забини! Как вы смеете? Вы ведь даже не знали его!        Стюарт выглядел обескуражено, не совсем понимая, чем вызвано такое бешенство и что именно задело Люпина. Зато Салазар догадался - гриффиндорец не мог слышать их разговор с самого начала, зато видел сцену с «собачкой» и разобрал последние слова Слизерина, и понял их по-своему. - Успокойся, - Салазар попытался осадить Люпина. - Ты никогда не пытаешься разобраться в ситуации, перед тем, как кидаться на людей, или это только мне так везет? - Ты смеялся над моим отцом! - взбешенно воскликнул Тедди.        На несколько минут слизеринец даже подумал о том, что у них с Люпином много общего. Но затем вспомнил, что его родители были высшей ступенью развития человечества, а Люпиновы - отбросами, которые должны были подвергнуться репрессии Темного Лорда. - Не больше, чем ты над моими родителями.        Салазар всегда имел склонность к тому, чтобы пытаться побольнее задеть не нравившихся ему людей, и этот раз не был исключением. - Твои родители были монстрами в человеческом обличье, они убивали и мучили! - И всё равно они были лучше, чем оборотень и мерзкий плод предательницы крови! - Отродье чудовищ! - Выродок ублюдков!        Слизерин вскочил на ноги, Люпин сделал несколько стремительных шагов к нему. Таулер и Джордан были тут как тут, рядом со свои заводилой, но и Стюарт вылез изо стола, Белвина оказалась рядом с ним, а Финеас тихонько ускользнул по направлению к учительскому столу. - Защищайся, Блэк! - крикнул Тедди, выхватывая волшебную палочку. - Ты идиот? Там полный штат учителей! - процедил Салазар, кивая на преподавательский стол и делая огромные усилия, чтобы не последовать примеру врага.        Будто в подтверждение его слов к мальчикам, вокруг которых уже начали толпиться ученики, стремительно подошли профессора Слагхорн и Долиш, за которыми маячил взволнованный Финеас. — Что происходит, молодые люди? — строго спросил зельевар. — Блэк оскорблял моих родителей, сэр! — объяснил Люпин. - Как и Люпин моих, - не остался в долгу «Блэк». - Просто ужас какой-то… - пожаловался мастер зелий коллеге. - Война уже давно кончилась, но каждый год мы проходим через это между студентами… Что же, юноши, жаль, но мне придется донести информацию об этом досадном происшествии директору… - Профессор как-то виновато посмотрел в глаза Салазару, но тут же отвёл взгляд. - А стоит ли? - хмыкнул Долиш. - Думаю, мальчики остыли, а также поняли, что какими бы ни были их семьи, обсуждать это нельзя. Мистер Блэк, мистер Люпин, я делаю вам первое и последнее предупреждение. В следующий раз вы одним замечанием не отделаетесь.        Люпин сдавленно зарычал, его волосы стали черными, и мальчишка выбежал из Большого зала. - Благодарю за доверие, сэр, - по возможности ровным голосом сказал Салазар, после чего вернулся на своё место за столом.        Дождавшись, пока профессора уйдут, переговариваясь о несчастных детях войны, Слизерин ударил кулаком по столу, чем привлек внимание затихших друзей. - Он поплатится за свои слова.        Забини немного подвинулся от Слизерина, Нотт тихонько пискнул, а Белвина прикрыла рот рукой - в черных глазах, как никогда отчётливо, полыхнуло красным.

***

       В три тридцать Салазар уже давно смог взять себя в руки, поэтому вместе с Финеасом, Стюартом, Белвиной и другими первокурсниками Слизерина торопливым шагом подходил к площадке, где обучали полетам. День был солнечным и ясным, дул легкий ветерок, и трава шуршала под ногами. Ученики дружным строем спускались с холма, направляясь к ровной поляне, которая находилась как можно дальше от Запретного леса, мрачно покачивающего верхушками деревьев.        Около тридцати метел лежали в ряд на земле, а за слизеринцами, гомоня и в шутку пихаясь, шли гриффиндорцы. Салазар вспомнил, как Яксли жаловался на школьные метлы, уверяя, что некоторые из них начинают вибрировать, если на них подняться слишком высоко, а некоторые всегда забирают влево. Не забыл староста упомянуть и о том, как играют против Слизерина даже на тренировках - жестоко и беспощадно.        Наконец появилась преподавательница полетов, мадам Трюк. У нее были короткие седые волосы и желтые глаза, как у ястреба. — Ну и чего вы ждете?! — рявкнула она. — Каждый встает напротив метлы — давайте, пошевеливайтесь.        Салазар посмотрел на метлу, напротив которой оказался. Она была довольно старой, и несколько ее прутьев торчали в разные стороны, на черешке была покрыта царапинами, а на ручке красовалась потускневшая табличка "Нимбус-2002". — Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала мадам Трюк, встав перед строем. — И скажите: «Вверх!» — ВВЕРХ! — крикнуло двадцать пять голосов.        Метла Салазара прыгнула ему в руку мгновенно (что его не впечатлило, так как такие трюки с предметами мальчик проделывал ежедневно), но большинству других учеников повезло куда меньше. У Августы метла вообще не сдвинулась с места, а у Финеаса метла почему-то стала подпрыгивать по земле. Зато Забини, который не блистал ни на одном другом предмете уже крепко сжимал свою старенькую метлу. Салазар подумал, что, возможно, метлы ведут себя, как лошади, — они чувствуют, кто их боится, и не подчиняются этому человеку. Ведь когда Августа Рэйнолс произносила команду «Вверх!», её голос так дрожал, что становилось понятно, что она предпочтет остаться на земле. Девочка мучилась с метлой дольше всех. Все, включая Салазара, посмеивались, глядя, как Рэйнолс раздувает покрасневшие щеки, бубня скороговоркой «вверх-вверх-вверх!». Оставив красную от мучительного позора девочку тренироваться поднимать метлу, мадам Трюк стала рассказывать остальным, как правильно держать метлу. Августа, оставшись без пристального внимания однокурсников, мучилась ещё минут десять… А потом к веселью Салазара, увидевшего это через плечо, достала палочку и незаметно взмахнула ею над метлой, которая вмиг стала послушной.        Затем мадам Трюк показала ученикам, как нужно садиться на метлу, чтобы не соскользнуть с нее в воздухе, и пошла вдоль шеренги, проверяя, насколько правильно они держат свои метлы. Слизеринцы были счастливы, когда мадам Трюк резко сообщила Маклаггену, что он неправильно держит метлу. — Но я летаю не первый год! — горячо возразил Тиберий. В его голосе была обида.       Тогда мадам Трюк громко и четко объяснила ему, что это всего лишь означает, что он неправильно летал все эти годы. Гриффиндорец выслушал ее молча, наверное, поняв, что если продолжить дискуссию, то может выясниться, что он вовсе не такой специалист, каким хотел казаться.       Зато когда пришёл черед Рэйнолс оседлать метлу, в дружном хохоте схватились за бока оба факультета. Только Салазар мрачно наблюдал за позором всего Слизерина. Каждый провал своего факультета он воспринимал очень остро. Поэтому, задумавшись всего на мгновение, он резко повёл рукой, заставив метлу Августы со всей силы ударить девочку по носу.        Мальчишки-гриффиндорцы едва на ногах стояли от хохота, как и большинство их девочек - только немногие скривились из-за отвращения или жалости. Слизеринцы с трудом сдерживались, да и то только из-за того, что объект насмешек был частью змеиного факультета. Только Джессика подбежала к девочке и стала спрашивать, как она. - Это ты сделал? Ты? - допытывался до Салазара Забини. - Да. - Это было жестоко, но смешно! - угодливо хихикнула Бел. - Я сделал это, чтобы избавить её и Слизерин от насмешек, - мрачно заметил Салазар, наблюдая за тем, как мадам Трюк отправляет девочку с кровоточащим лицом в больничное крыло. - Я понял это сразу, - негромко сказал Финеас. - И мне кажется, что она тебе благодарна. - Зачем мне её благодарность? - фыркнул Салазар. - Я думал о чести факультета, да и, честно говоря, дать ей хорошенько по носу, который она суёт везде, мне давно хотелось. — Сломан нос, — услышали первокурсники ее бормотание профессора, наклонившейся к слизеринке. Когда мадам Трюк распрямилась, ее лицо выражало явное облегчение. — Бодрее, девочка! — скомандовала она. — Вставай. С тобой все в порядке. — Она повернулась к остальным ученикам. — Сейчас я отведу её в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в мое отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, бедняжка.        Мадам Трюк повела тихонько плачущую ни то от позора, ни то от боли Августу в сторону замка. Из носа у девочки хлестала кровь. - Ты сломал ей нос! - шепотом закричала Бел. - Слегка переборщил, с кем не бывает. - Салазар безразлично передернул плечами и хмыкнул.        Как только Рэйнолс и профессор отошли достаточно далеко, чтобы мадам Трюк могла что-либо услышать, Люпин сделал несколько стремительных шагов к Салазару. — Блэк! Это сделал ты!       Остальные первокурсники из Гриффиндора присоединились к нему, кивая и нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. - Я не понимаю о чём ты, Люпин, - отрезал Салазар. - Брось! Ты сломал Рэйнолс нос! Видит Моргана, она и так не красавица, да ещё и страшная зануда, но это переходит все границы! — Заткнись, Люпин! - дерзко крикнул Стюарт. - На своём факультете мы сами будем разбираться между собой. — О-о-о, ты заступаешься за этого злобного придурка, Забини? — спросила Викки Стимпсон, девочка из Гриффиндора с грубыми чертами лица. - Ну, тут всё ясно, все эти гаденыши выслуживаются перед Блэком, считая его Мерлином во плоти и чем-то похлеще Реддла. — Заткнись, Люпин, — негромко сказал Салазар звенящим от ярости голосом, едва держа себя в руках. Все замерли и повернулись к нему.        Тедди сжал зубы. — Я думаю, что он просто пускает пыль в глаза всем. Ты никакой не потомок Слизерина и вовсе не великий волшебник. Даже Гарри Поттер не знает точно, кто его отец! Блэк, кто это? Говорят у тебя очень теплые отношения с Люциусом Малфоем! Он твой папаша? Или отец того же Нотта? Тоже Метку носил! А, может, вообще оборотень Фенрир? — Иди сюда! — заорал Салазар, бросаясь в сторону гриффиндорцев, и одновременно с этим на первокурсников налетел очень сильный порыв ветра, но Люпин вскочил на метлу и взмыл в воздух. Похоже, он не врал насчет того, что действительно умеет летать, и сейчас он легко парил над верхушкой росшего около площадки раскидистого дуба. — А ты попробуй достать меня тут, Блэк! — громко предложил он сверху.        Гнев застилал глаза мальчика, его трясло, в глаза стали похожи на две бездны. Он, резко крутанувшись, вытянул руку в сторону метел, и одна из них кинулась ему в ладонь. — Нет! — вскрикнул Финеас Нотт, и Салазар застыл. — Мадам Трюк запретила нам это делать: из-за тебя у Слизерина будут неприятности.        Он был прав, но все же Салазар проигнорировал его предупреждение. Кровь стучала в его голове, заставляя забыть обо всем. Он не помнил, когда чувствовал такую ненависть. Мальчик вскочил на метлу, с силой оттолкнулся ногами от земли и взлетел. Он почувствовал, как ветер взъерошил его волосы, услышал, как захлопала его одежда, и вдруг его охватил приступ внезапной, сильной, почти безграничной злости. Ощущение от полёта показалось слизеринцу ощущением силы.        Оказалось, что он, волнуясь, что не умеет правильно лететь на метле, все-таки что-то может. Скорее всего, решимости и удачи ему прибавляла ярость, но у Салазара получалось держаться в воздухе. Потому что он летел — и это было легко, и это было прекрасно. Он чуть-чуть отклонился назад и поднялся еще выше под удивленные крики и вопли ужаса оставшихся на земле школьников и одобрительные возгласы Стюарта.        Слизерин развернул метлу, оказавшись лицом к лицу с Люпином. Вид у того был изумленный, но довольный. Казалось, он был только рад выяснить всё раз и навсегда. — Извинения и мольбы и пощаде! — крикнул ему Салазар. — Или ты умрешь! — Да ну? — издевательски переспросил Тедди, однако, несмотря на тон, на лице его появилась озабоченность.        Салазар совершенно не знал, что ему надо делать. Он нагнулся вперед и крепко ухватился за метлу обеими руками, и она рванулась на Люпина, как вылетевший из пращи камень. Возможно, в другое время это хорошенько напугало бы слизеринца, но сейчас он был настолько поглощен эмоциями, что не обратил на скорость ровным счётом никакого внимания. Тедди легко уклонился. А Салазар, проскочив мимо, резко развернул метлу, с огромным трудом не врезавшись в дерево. Снизу раздались аплодисменты.        Метла Слизерина раздражала. Она тоже злила его, мешалась, казалась лишней… Но что делать - честь родителей превыше всего, поэтому приходилось держаться за неё. — Что, Люпин, заскучал? — громко крикнул Салазар. — Джордана и Таулера рядом нет, никто тебе не поможет. - В отличии от тебя, мне не нужна свита! — заорал Люпин. - Блэк, на перегонки к башне Гриффиндора! Кто первый дотронется до неё и вернётся на это место, тот победил! - Идёт! - в запале крикнул Салазар.       Люпин начал делать круг над поляной, чтобы развернуться, слизеринец помчался за ним. Он едва не сшибил Тедди, впрочем, разумеется, специально. Но когда оба мальчика были готовы к их соревнованию, снизу кто-то закричал: — САЛАЗАР БЛЭК! ТЕД ЛЮПИН!        Оба школьника издали разочарованный стон. К ним бежала профессор Трюк и Слагхорн. Последний неуклюже переваливался с ноги на ногу, а лицо его было красным. Люпин стал пикировать на землю.       "Нет, так просто ты не уйдёшь!" - в бешенстве подумал слизеринец.       Но всё, что смог сделать Салазар - сжать руку в кулак и заставить метлу Люпина остановится в футе от земли. Гриффиндорец перелетел через ручку, кубарем прокатился к ногам мадам Трюк и поднялся на ноги, дрожа от предчувствия того, что его ожидало. Волосы мальчика изменили своё цвет на бледно-зеленый. Салазар тоже пошёл на снижение. И, так как метла успела ему порядком надоесть, слез с неё футах в трёх от земли к всеобщему изумлённому возгласу. Плавно опустившись и встав на ноги, «Блэк» разжал пальцы, кидая на землю метлу, и поправил зеленый с серебряным галстук. — Никогда… никогда за все то время, что я работаю в Хогвартсе… - начал Слагхорн. - Минус двадцать баллов с каждого из вас! - вставила Трюк. — Как вы могли… Вы чуть не сломали себе шею… - бормотал профессор Слагхорн, почему-то глядя только на Салазара, будто вообще не помня о существовании Люпина. - Мальчик мой, вы поступили очень опрометчиво! — Это не его вина, профессор… — Вас не спрашивают, Лафингтон, - остановила девочку мадам Трюк. — Но Люпин… — Достаточно, мистер Забини. Блэк, идите за мной, немедленно, - произнёс Слагхорн.        Салазар заметил ликующие улыбки на лицах Люпина и его друзей и побрел за профессором Слагхорном, направлявшимся в сторону замка. Слизерин даже подумывал, что его исключат из школы. Он хотел сказать что-нибудь, как-то попробовать оправдаться, но был ещё слишком зол. И он знал, что Слагхорн не станет его слушать, как и любой другой учитель, за исключением, может быть, Долиша. Профессор Слагхорн быстро шел вперед, не оборачиваясь на него, и Салазару пришлось ускорить шаг и даже перейти на бег, чтобы не отстать. Мальчику показалось, что преподаватель не хочет оставаться с ним наедине.        Что ж, было похоже, что всему пришел конец. После того, как он не пробыл в школе и трёх недель. И теперь уже через десять минут он будет укладывать свои вещи обратно в чемодан. И что, интересно, скажет миссис Фигг, когда увидит его на пороге своего дома? Или Малфои возьмут его к себе? Тогда его всему научит Люциус, а Салазару даже не придётся тратить время на школу - можно будет сразу начинать захватывать мир.        Они поднялись по ступенькам, ведущим к воротам замка, потом по мраморной лестнице. Профессор Слагхорн все еще молчал. Слагхорн заглядывал по очереди в каждый кабинет. Наверняка, искал МакГонагалл…        Салазар вдруг подумал о Хагриде, которого тоже исключили, но оставили при школе в качестве лесника. Мальчик скривился и в который раз подумал, что если его таки исключат, нужно будет поездить по Европе, заехать в Албанию, да и вообще по местам былой славы отца. Там, где набрался знаний Том Реддл, и он как-нибудь справится.        Профессор Слагхорн резко остановился напротив одного из кабинетов, потянул на себя дверь и заглянул внутрь. — Извините, профессор Долиш, могу я попросить вас кое о чем? Мне нужен Селвин. «Селвин? — Салазар вопросительно вздернул бровь. — Это еще кто такой?»        Селвин оказался студентом в форме Слизерина. Это был шестикурсник крепкого телосложения, который, выйдя из кабинета, непонимающе посмотрел на профессора Слагхорна и Салазара. — Следуйте за мной, молодые люди, — приказал профессор, и они пошли за ним по коридору. Селвин с любопытством косился на Салазара.        Профессор Слагхорн завел их в первый пустой кабинет. — Блэк, знакомьтесь — это Сид Селвин. Сид, мальчик мой, я нашёл вам замену Макнейру.        Озадаченное выражение на лице Селвина сменилось восторгом. — Вы это серьезно, профессор? — Абсолютно, — выжимая улыбку, заверил его профессор Слагхорн. — Пусть, летает он не как птица, но сносно. Зато отличная реакция и с метлы никогда не упадёт. В жизни не видел ничего подобного. Вы в первый раз сели на метлу, Блэк?        Салазар молча кивнул. Он никак не мог понять, что происходит, но, кажется, его не собирались исключать, и от этой мысли ему стало чуть легче. — Он слез с метлы футах в пяти-шести от земли, — профессор Слагхорн сделал глубокий судорожный вздох и продолжил с новым энтузиазмом, — и ни одного синяка. Клянусь, я своими глазами видел, как этот юноша парил в воздухе несколько мгновений! Я не разбираюсь в квиддиче, но, уверен, если Блэка немного натаскать… Он просто завис в воздухе! - Слагхорн улыбнулся и покрутил ус, после чего подмигнул Селвину. - Даже Гарри Поттер так бы не смог!        У Селвина был такой вид, как у гоблина Гринготтса, когда тот берет в руки мешок с галлеонами. — Когда-нибудь видел, как играют в квиддич, а, Блэк? — спросил Селвин. Глаза его загорелись. — Сид — капитан сборной факультета Слизерин, — пояснил профессор Слагхорн. — Для вратаря он не очень то сложен, — заключил Селвин, обойдя вокруг Салазара и внимательно его рассмотрев, вызвав тем самым праведный гнев гордого мальчика. — Высокий, но стройный, тут нужен бы более плечистый, и не младшекурсник... - Ну, Сид, мальчик мой, - Слагхорн опять улыбнулся. - Я не навязываю вам Блэка, вы можете провести ему обычные испытания, тренировку, если пожелаете. Если мои домыслы подтвердятся, нам повезет. Если нет… У нас будет целый год на то, чтобы выбрать кого-нибудь другого. - Нам надо будет раздобыть для него приличную метлу, профессор, — «Нимбус-2020» или «Чистомет-33», думаю, что-нибудь в этом роде, - меркантильно подумал вслух Селвин. — Я поговорю с профессором МакГонагалл и попробую убедить её сделать исключение из правил и разрешить первокурснику тренироваться иногда со сборной, — произнес профессор Слагхорн. — Потому что нам нужна более сильная команда, чем в прошлом году. Гриффиндор буквально растоптал нас в последнем матче. Я потом несколько недель не мог заставить себя посмотреть в глаза Невиллу Лонгботтому…        Профессор Слагхорн сурово уставился на «Блэка» поверх очков. — И учтите, Блэк, старайтесь! Старайтесь, юноша! И чтобы к следующему году, когда Макнейр закончит школу, у нас был достойный вратарь!        Он внезапно улыбнулся. - Постарайтесь направить свою энергию и силы в мирное русло. Квиддич подойдёт. Смею полагать, это получше издевательств над собакой или попытки проникновения в запретную часть замка.

***

— Ты шутишь… - почти завистливо протянул Забини.       Это было за обедом. Салазар только что закончил рассказывать Фину, Бел, Стюарту, а так же многим остальным окружающим его слизеринцам о том, что произошло, когда профессор Слагхорн увел его с площадки. Пока он говорил, Фин увлеченно поедал пирог с вишней и смородиной. Но теперь, когда Салазар закончил, он начисто забыл о пироге, так и не донеся до рта последний кусок. — Вратарь? — В голосе Финеаса было изумление. - Но ты не дорос до этого, и ты всего лишь младшекурсник! — Но первокурсников никогда… - Голос Стюарта сорвался, но он взял себя в руки. - Ты, наверное, станешь самым юным игроком-вратарём в истории Хогвартса за… — …за последние сто лет, — закончил за него Салазар, с удовольствием замечая, что с каждым днём рядом с ним садится всё больше человек, которыми нравится его слушать. После того, что он пережил сегодня днем, любой другой хотел бы избавиться от повышенного внимания, но сын Темного Лорда оставался таковым, потому и продолжал очаровывать Слизерин и купаться во внимании и популярности. — Селвин мне это уже рассказал.        Фин был настолько впечатлен услышанным, настолько поражен, что просто сидел с раскрытым ртом и не мог отвести от Салазара глаз. - И что, ты будешь тренироваться с действующей сборной факультета? - Наконец, отмерла и Паркинсон. — Я начинаю тренироваться на следующей неделе, — добавил Салазар.        В зал вошли четверокурсники Эндрю Руквуд и Рассел Лаки и, заметив Салазара, направились к нему — судя по всему, именно его они здесь и искали. — А ты молодец, — произнес Руквуд, темноволосый и темноглазый подросток ростом чуть выше среднего, бледное лицо которого было усыпано веснушками. — Селвин нас ввел в курс дела. Мы ведь тоже в сборной — загонщики. — Я тебе говорю: в этом году мы наверняка выиграем соревнования между факультетами по квиддичу, — заверил первокурсника Лаки, встряхнув волнистыми светло-рыжими волосами до плеч. — Мы не выигрывали с тех пор, как Поттер пришел в Хогвартс. Но у нас будет фантастическая команда. Ты, должно быть, что-то да можешь, Блэк. Если уж Слагхорн заметил это… - Я думаю, что мне предстоит очень много тренироваться, - вставил Салазар. - К тому же, у меня есть целый год на это. - Вот-вот, Блэк! - В синих глазах Рассела появилось лукавство, и он добавил очень тихо: - Говорят, что ты умеешь двигать предметы одним только взглядом. Подумай над этим. — Ладно, нам пора идти, — наконец спохватился Эндрю. — Яксли уверяет, что нашел новый потайной коридор, через который можно выбраться из школы.        Салазар попытался понять, что именно хотел сказать Рассел. Двигать предметы… Тут только два варианта - управлять метлой или мячами. И почему-то Блэку казалось, что хитрый слизеринец имел ввиду далеко не метлу. Впрочем, мальчик был не против и уже сам успел об этом подумать.        Не успели Руквуд и Лаки исчезнуть, как к столу подошел тот, кому Салазар и компания были совсем не рады. А именно, Люпин — разумеется, в сопровождении верных друзей - Джордана и Таулера. — Последний школьный обед, Блэк? — с издевкой спросил Люпин. — И куда тебя отправляют? Держу пари, это либо Азкабан, либо Министерство, но в любом случае твою палочку сломают, не так ли?        Салазар в защитном жесте сжал волшебную палочку в кармане.       «Скорее я позволю сломать мне позвоночник, чем дам кому-то притронуться к волшебной палочке отца», - зло подумал Салазар, исподлобья глядя на недруга. - Моя палочка всё ещё при мне, Люпин. И ты всегда можешь в этом убедиться, в особенности, если окажешься где-нибудь без дружков, - холодно бросил Салазар, откидывая голову назад и прищуривая глаза в той манере, которая всегда доводила Лонгботтома до нервной трясучки. — Я в любой момент могу разобраться с тобой один на один, — заявил Люпин. — Мои родители были членами Ордена Феникса! - Мерлин всемогущий, а мои - Пожирателями Смерти! - не выдержал Слизерин, закипая. - Давай теперь поминать их при каждой нашей встречи! Их война закончилась, Люпин. Есть ты, и есть я. - А хорошо! Ты прав, Блэк, пора выяснить наши отношения раз и навсегда! - кивнул Тедди, и его волосы окрасились в кроваво-красный, как всегда, когда он злился или был настроен воинственно. - Сегодня вечером, если хочешь. Дуэль волшебников. Никаких кулаков — только волшебные палочки. Что с тобой, Блэк? А, конечно, ты же никогда не слышал о дуэлях волшебников. - В отличие от некоторых, я периодически открываю книги, - презрительно фыркнул «Блэк». - Я буду его секундантом, а кого возьмешь ты? - подал голос Стюарт.       Тед посмотрел на своих спутников, ожидая их реакции. - Давай я, Тедди, — сказал Джордан. - Отлично, Льюис, - просиял Люпин. - Полночь вас устраивает? Тогда в полночь ждем вас в комнате, где хранятся награды, — она всегда открыта.        Когда гриффиндорцы отошли, Салазар, Стюарт, Белвина и Финеас переглянулись. - Я бы не хотел вас в это впутывать, - помедлив, выдавил из себя Салазар. — Секунданты нужны для того, чтобы отнести тебя домой, если ты умрешь, — спокойно заметил Стюарт, словно говорил о какой-то ерунде, и невозмутимо принялся за уже остывший пирог. Этот слизеринец никогда не упускал случая показать свою осведомленность в чём-либо, не считая учёбы, конечно. — Но ты не думай, смертельные случаи бывают только на настоящих дуэлях, то есть если дерутся настоящие волшебники. Ну… Ты знаешь, извини… А максимум, что вы с Люпином сможете сделать, — это посылать друг в друга искры. Вы еще ничего не умеете, и потому вам не удастся нанести друг другу серьезный урон. Хотя, чем гриндилоу не шутит, насчёт тебя я не уверен. Тебе стоит только захотеть, и ты размажешь проклятого метаморфа по стенке! — А если я взмахну палочкой и убью его? — поинтересовался Салазар.        Повисла неловкая пауза. — Тогда лучше отбрось палочку в сторону и дай ему кулаком в нос, — воинственно посоветовала Бел. — Прошу прощения.        Они подняли глаза — перед ними стояла Августа Рэйнолс. — Можно здесь поесть спокойно? — многозначительно произнес Забини.        Августа даже не сказала своего обычного «Заткнись, Забини», она не обращала внимания на хихикающую Белвину или настороженного Фина, её взгляд был прикован к лицу Салазара. — Я случайно услышала, о чем вы тут говорили с Люпином… — Бьюсь об заклад, что не случайно, — вставила Паркинсон, фыркнув. — …и хочу тебе сказать, что ты не должен бродить ночью по школе. Если тебя поймают, Слизерин получит штрафные очки, а тебя обязательно поймают. И если хочешь знать, то, что ты собираешься сделать, наплевав на факультет, — это чистой воды эгоизм. — И давно ты печешься о Слизерине? — с сомнением ответил Салазар. - В начале года ты была готова проклясть весь факультет, включая его основателя. — В общем, проваливай-ка ты, — закончил разговор Стюарт, за что получил от Августы подзатыльник, после чего девочка поспешила убраться.        Забини вскочил на ноги, собираясь погнаться за Рэйнолс, но Слизерин опустил ему руку на плечо и заставил остаться на месте. - Стюарт, мы не гриффиндорцы. Если ты хочешь мести, не надо бросаться за кем-то при стольких свидетелях, имей терпение. - Она меня бесит! - рявкнул Стюарт, всё же опускаясь на скамью. - А меня бесит вся эта чертова школа, я же могу терпеть, - так же тихо произнёс Салазар.

***

      «Что там ни думай, а я сделал всё правильно», — думал Салазар несколько часов спустя, лежа с открытыми глазами и прислушиваясь к мерному дыханию Финеаса и негромкому храпу Стюарта. - «Я молчал достаточно, а их имена попирали все кому не лень, так пусть же хоть Люпин получит своё»! Забини весь вечер давал ему очень ценные советы. В чём-чём, а в спорте и дуэлях он разбирался лучше всех среди первокурсников-слизеринцев. «Если он попробует наслать на тебя проклятие, лучше увернись, не тратя время на щит,» — и все в таком же духе.       Салазар чувствовал, что испытывает судьбу, собираясь второй раз за день нарушить школьные правила, ведь шанс, что их поймает Филч или миссис Норрис, был очень велик. Но с другой стороны, ему представилась возможность одолеть Люпина, чье насмехающееся лицо то и дело возникало перед Блэком в темноте, причем одолеть один на один. И такую возможность нельзя было упускать. — Полдвенадцатого, — наконец пробормотал Забини. — Если мы не хотим опоздать, нам пора.        Они разбудили Фина, который предложил набросить на пижамы халаты, на что Салазар ответил, что они не дикие грязнокровки, чтобы в таком виде щеголять. Поэтому мальчики одели школьную форму с мантиями, взяли волшебные палочки, на цыпочках вышли из спальни, спустились по лестнице и оказались в Общей гостиной Слизерина. В камине всё еще мерцало несколько углей, за окном плескалось подземное озеро замка. Свет камина превращал стоявшие в комнате кресла в зловещие горбатые черные тени. - Ох, мальчики, я волнуюсь! - призналась Бел, которая встала из одного из кресел. - Это не женское дело, идти на битву. - На Забини иногда что-то находило, и он начинал говорить очень пафосно, видимо, пытаясь копировать героев времен Войны Льва и Змеи.        Но сейчас Салазар был почти с ним согласен. В отличие от мальчиков, на Бел была ночная сорочка до щиколоток и бархатный темно-зеленый халатик, а в замке было довольно прохладно. Да и бледное лицо Паркинсон, резко выделяющееся на фоне распущенных темных волос, говорило за девочку. Она сильно волновалась, Слизерин почти что сказал, чтобы она осталась, но… Мальчик вдруг подумал, что наверняка было время, когда и в его маму не верили, видя только хрупкую оболочку. А Люциус в одном из своих писем сказал, что в мире волшебников не стоит делить людей по полу, нужно уметь видеть в них магическую силу. - Если хочешь, можешь остаться, и мы не будем тебя винить, - сказал Салазар. - Но я верю, что ты можешь справиться с собой и не бояться.        Бел выжала улыбку. - Я пойду с вами, конечно. Вот только не хочу возвращаться за мантией - Джесс очень чутко спит, если проснётся, будет много вопросов. - Именно так, - кивнул Салазар. - Что же, если все готовы, идёмте.        Дети выбрались из подземелий, и Бел издала тяжелый вздох, явно очень сильно волнуясь. Тогда Финеас взял её руку в свою и улыбнулся. - Всё будет хорошо, мы же с Салазаром!        И хотя девочку это вроде бы успокоило, сам Салазар уверенность друзей не разделял. Они все верили в него и его силы, он чувствовал… ответственность?       «Интересно, отец, ты так же думал о своих Пожирателях?» - подумал мальчик. Но нет, Тёмному Лорду было куда сложнее. Даже если не брать в расчёт Беллатрису и маленького сына, он был вынужден думать о легионах дементоров, ордах троллей, стаи оборотней и ещё Мерлин знает о чём. Благо, в некоторых библиотечных книгах не так сильно перевирали историю, и мальчик успел прочесть про отца всё, что только смог найти.        Не успели слизеринцы дойти до лестницы, как сзади послышался грохот, и, обернувшись, они увидели Августу, которая растерянно сжимала в руке часть рыцарских доспехов, на которые налетела. - А она что тут делает? - ахнул Забини. - Я поверить не могу, что ты делаешь это, Блэк! - возмутилась Августа, проигнорировав выпад Стюарта. — Я чуть не рассказала обо всем Яксли, — отрезала Рэйнолс. — Он староста, он бы положил этому конец. Но я все же промолчала. - Яксли бы ещё поучаствовал в этом, - хмыкнула Бел, хотя Максимилиан никогда не позволял слизеринцам выходить за рамки безопасности, да и сам знал, как далеко могут заходить его собственные забавы.        Салазар никак не мог понять, что же надо от него Августе. Он просто не мог поверить, что есть человек, который так упорно пытается его контролировать. — Пошли, — сказал он друзьям, не желая тратить время.        Полная слизеринка припустилась вслед за ними и зашипела, как рассерженная гусыня: — Вы не думаете о нашем факультете! Ты, Блэк, ты думаешь только о себе, как бы потешить своё огромное эго! А я не хочу, чтобы Слизерин снова проиграл соревнования между факультетами. Раз уж мне пришлось тут учиться, я не желаю терпеть позор поражения! Из-за вас мы потеряем те призовые очки, которые я получила от профессора МакГонагалл за то, что знала несколько заклинаний, которые необходимы для трансфигурации. - Хм, помнится, туда и Салазар внёс скромную лепту, - с сарказмом напомнил Стюарт о доброй четверти призовых балов факультета, заработанных первокурсниками. — Уходи, — дружно прошептали Бел и Фин. — Я вас предупредила. И когда завтра вы будете сидеть в поезде, везущем вас обратно в Лондон, вспомните о том, что я вам говорила… Впрочем, неважно. Я пойду с вами. - Нет, - в унисон ответили ребята. - Будем тут стоять и ждать, пока нас не схватит Филч? - раздраженно спросила девочка. - Чтобы не позорить факультет в глазах школы ещё больше, я пойду с вами и помогу. Так что? Если Филч поймает нас пятерых, я скажу что пыталась вас отговорить, а вы это подтвердите, и тогда для нас сделают поблажку. — Ну и наглая же ты, — возмутился Финеас. — Тихо! — резко бросил Салазар. — Нет времени препираться! Мы и так уже опаздываем, это не идёт чистокровным волшебникам. - Рэйнолс полукровка, - заметил Стюарт. - А ты расово закомплексованный, полный предрассудков… - Проклятье, Августа, если хочешь, чтобы я взял тебя с нами, умолкни уже! - шикнул Салазар.        Они на цыпочках шли по коридорам, расчерченным на линии полосками света от факелов, висящих на стене. Финеас очень мило отдал Белвине, которая дрожала, свою мантию, Забини с Рэйнолс обменивались ненавидящими взглядами, а Салазар шел впереди, прислушиваясь. Перед каждым поворотом мальчик думал о том, что сейчас свернет за угол и врежется в Филча или наступит на миссис Норрис. Но пока ему везло — как и всем остальным. Они сделали последний поворот, преодолели последнюю лестницу, оказались на третьем этаже и бесшумно прокрались в комнату, где хранились награды. Люпина и Джордана тут еще не было, так что они пришли первыми, вопреки опасениям Салазара.        Комнату заливал лунный свет. Хрустальные ящики сверкали в лучах лунного света. Кубки, щиты с гербами, таблички и статуэтки отливали в темноте серебром и золотом. Ребята двинулись вдоль стены, не сводя глаз с дверей, находящихся в противоположных концах комнаты. Салазар достал палочку на тот случай, если представится возможность напасть внезапно. Но никто не появлялся. Казалось, кто-то замедлил ход времени — минуты ползли, как часы. — Он опаздывает — может, струсил? — прошептал Фин. - При всех его недостатках Люпин может быть кем угодно, но не трусом, - хмыкнул Слизерин, озираясь.        Шум, донесшийся из соседней комнаты, заставил всех подпрыгнуть, а Салазара - поднять руку с палочкой. Через мгновение в зал влетели Люпин и Джордан. - Всё отменяется, Блэк! - с ходу крикнул гриффиндорец. - Филч рядом, если нас поймают, все окажемся на ковре у МакГонагалл!        Салазар попытался понять, не врёт ли Тед. На него было не похоже, «Блэк» прекрасно знал, что Люпин и сам не прочь с ним подраться, а на хитрость не пойдёт из-за своих глупых принципов. — Принюхайся-ка хорошенько, моя милая, они, должно быть, спрятались в углу, - раздался голос из-за дверей. - Хорошо, Люпин, в другой раз! - недовольно заявил слизеринец. - В другой раз, Блэк! - отозвался гриффиндорец, после чего они с Джорданом метнулись в одну из боковых дверей. - Что нам делать, Салазар?! - истерично закричала Бел шепотом. - Он нас поймает! - простонал Финеас. - Ну и что? - хмыкнул Забини. - Всё из-за тебя, Блэк! - прошипела Августа. - Тихо, без паники! За мной!        Салазар махнул однокурсникам, показывая, чтобы они следовали за ним и быстро пошел на цыпочках к двери, противоположной той, из-за которой вот-вот должны были появиться Филч и его кошка, мальчик решил не следовать за гриффиндорцами. Едва замыкавшая цепочку Августа успела выйти из комнаты, как они услышали, что в нее вошел Филч. — Они где-то здесь, — донеслось до них его бормотание. — Наверное, прячутся.        Салазар посмотрел на своих спутников, чтобы привлечь их внимание. «Сюда!» — беззвучно произнес он, тщательно артикулируя, и они начали красться по длинной галерее, уставленной рыцарскими доспехами. Позади отчетливо слышались шаги Филча. И тут Августа неожиданно опять налетела на рыцарские латы. Поднятого ею грохота и звона было вполне достаточно, чтобы разбудить весь замок. — БЕЖИМ! — рявкнул Салазар, и все пятеро что есть сил рванули по галерее, не оглядываясь назад и не зная, преследует ли их Филч.        Они влетели в раскрытую дверь, чудом не разбившись о дверной косяк, свернули направо, пробежали по коридору, а затем прыжками преодолели следующий коридор. Салазар, самый спокойный и рассудительный из всех, бежал первым, совершенно не представляя, где они находятся и куда он ведет своих спутников. Позже он так и не смог понять, как ему удалось руководить общими действиями, ведь и он тоже был если не напуган, то хотя бы взволнован, а сердце так бешено колотилось в его груди, что грозило вот-вот из нее выскочить.        Ребята проскочили сквозь гобелен и оказались в потайном проходе. Пробежали по нему до конца и остановились около кабинета, в котором проходили уроки по заклинаниям. Вдруг они поняли, что каким-то образом им удалось преодолеть прямо-таки огромное расстояние — комната, выбранная для дуэли, была далеко-далеко отсюда. — Думаю, мы оторвались, — с трудом выговорил Салазар, переводя дыхание. Он прислонился разгоряченным телом к холодной стене и вытер рукавом мантии вспотевший лоб. Стоявший рядом Финеас сполз по стеночке, тяжело дыша и постанывая от облегчения. — Я… тебе… говорила, — выдохнула Августа, держась обеими руками за грудь. — Я… тебе… говорила. — Нам надо вернуться в подземелье Слизерина, — произнес Стюарт. — И как можно быстрее. — Как ты мог быть настолько безрассудным, что договаривался о дуэли в Большом зале во весь голос? - не удержалась Августа. - Конечно, кто-то донёс Филчу.        Салазар подумал, что она, скорее всего, права, но не собирался ей об этом говорить. - Всё, с меня довольно! Я ухожу! - заявила Рэйнолс, после чего, задрав нос, направилась прочь. - Расскажешь кому-нибудь о том, где мы были, и будешь иметь дело со мной, - бросил ей вдогонку Салазар. - Думаешь, я стала бы доносить на тебя, Блэк? - фыркнула девочка, после чего зашагала быстрее. — Пошли, — махнул он рукой остальным вместо ответа. Это легко было сказать, но не так просто сделать.        Не успели они сделать и десяти шагов, как услышали, что кто-то поворачивает дверную ручку, и из ближнего к ним кабинета выплыл Пивз. Он сразу заметил их и даже взвизгнул от восторга. — Потише, Пивз, пожалуйста. — Бел приложила палец к губам. — Нас из-за тебя выгонят из школы.        Пивз радостно закудахтал. — Шатаетесь по ночам, маленькие первокурснички? Так, так, так, нехорошо, малыши, очень нехорошо, вас ведь поймают. — Если ты нас не выдашь, то не поймают. — Салазар грозно сложил руки на груди. — Или я позову Кровавого Барона. — Он сейчас слишком занят - беседует с призраком Рэйвенкло, - отмахнулся полтергейст. - Наверное, я должен вызвать Филча. Я просто обязан. Этого требует мой долг. — Пивз говорил голосом праведника, но глаза его сверкали недобрым огнем. — И все это для вашего же блага. — Убирайся с дороги, — не выдержал Стюарт и махнул рукой, словно хотел ударить бесплотного Пивза. Забини погорячился — и это была ошибка. — УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ! — оглушительно заорал Пивз. — УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ, ОНИ СЕЙЧАС В КОРИДОРЕ ЗАКЛИНАНИЙ!        Все четверо пригнулись, проскакивая под висевшим в воздухе Пивзом, и побежали так, словно от их скорости зависели их жизни. Но, добежав до конца коридора, они уткнулись в запертую дверь. — Вот и все! — простонал Фин, тщетно ударяя маленькими кулачками в дверь. — С нами все кончено! Мы пропали!        Они уже слышали шаги — это Филч бежал на крики Пивза. — Подвиньтесь, — резко скомандовал Салазар. Он постучал волшебной палочкой по запертому замку и прошептал: — Алохомора!        Замок заскрежетал, дверь распахнулась, и они быстро скользнули внутрь, закрыв за собой дверь и прижавшись к ней, чтобы слышать, что происходит в коридоре. — Куда они побежали, Пивз? — донесся до них голос Филча. — Давай быстрее, я жду. — Скажи «пожалуйста, ваша светлость», сквиб! — Не зли меня, проклятый! Куда они побежали? — Сначала скажи «пожалуйста, ваша светлость», или я ничего не знаю, — упорствовал Пивз.        Его монотонный голос явно вывел Филча из себя. — Ну ладно, подавись, — пожалуйста! — НЕ ЗНАЮ! Ничего не знаю! — радостно заорал Пивз. — Ха-ха-ха! Я тебя предупреждал: раньше надо было говорить «пожалуйста». Ха-ха! Ха-ха-ха!        Они услышали, как со свистом унесся куда-то Пивз и как яростно ругается Филч. — Он думает, что эта дверь заперта, — прошептал Салазар. — Надеюсь, мы выберемся без проблем. - С-с-салаз-зар… - проскулил Нотт. — Что? — произнес мальчик, поворачиваясь к нему.        Стоило ему повернуться, как он сразу увидел это самое «что». В первую секунду Слизерин подумал, что ему это просто привиделось, — после всего пережитого сегодня, это было бы просто чересчур. Однако то, что он увидел, было реальностью, причем кошмарной.        Салазар ошибся, когда предполагал, что эта дверь ведёт очередную комнату. Они были не в комнате, а в запретном коридоре на третьем этаже. И теперь он понял, почему школьникам категорически запрещалось входить в этот коридор.        Им в глаза смотрел гигантский пес, заполнивший собой весь коридор от пола до потолка. У него было три головы с седыми мордами, три пары вращающихся безумных глаз, три носа, нервно дергающихся и принюхивающихся к незваным гостям, три открытых слюнявых рта с желтыми клыками, из которых веревками свисала слюна.        Пока пес сохранял относительное спокойствие и только принюхивался к ним, уставившись на них всеми шестью глазами. Но Салазар знал, что единственная причина, по которой они пока еще живы, — это то, что их внезапное появление застало пса врасплох. Но, кажется, до животного уже начало доходить, что произошло. Об этом свидетельствовало напоминающее отдаленные раскаты грома низкое рычание, вырывавшееся из трех пастей.        Салазар ухватился за дверную ручку. Сейчас надо было выбирать между смертью и Филчем — и лично он предпочитал Филча.        В мгновение ока ребята выскочили за дверь, захлопнув ее за собой, и ринулись бежать с такой скоростью, что со стороны могло показаться, будто они летят. Филча в коридоре уже не было. Наверное, он ушел отсюда, чтобы поискать их в другом месте. Но его отсутствие не радовало их и не огорчало — сейчас им было все равно. Все, чего они хотели, — это оказаться как можно дальше от этого монстра. Они не останавливались, пока не оказались в подземелье у нужной им стены, за которой была гостиная Слизерина. — Чистая кровь, белая кость, родовая магия, - пробормотала Белвина.        Стена отъехала в сторону, и они пробрались сквозь дыру в стене в Общую гостиную и устало повалились в кресла, дрожа от долгого бега и всего пережитого.        Прошло много времени, прежде чем кто-то из них нарушил тишину. А у Финеаса и вовсе был такой вид, словно он никогда уже не будет говорить. — Что они себе, интересно, думают? — Забини первым обрел дар речи. — Надо же додуматься до такого — держать в школе этого пса. Этой твари явно надо поразмяться, а не сидеть взаперти. — Вы что, не видели, на чем этот пес стоял? - произнёс Салазар. — Меня больше волновали его головы! - воскликнул Стюарт. - Он стоял на люке. Он там что-то охраняет, - негромко сказал Финеас. — Надеюсь, вы собой довольны, — раздался резкий голос Августы из кресла в углу, которое ребята приняли за пустое. — Вас всех могли убить… или, что еще хуже исключить из школы. Всё, я спать, пока вы еще что-нибудь не придумали.       Забини смотрел ей вслед с открытым ртом. — Можно подумать, что ее кто-то звал с собой…        Когда Салазар лег в кровать, он думал не о том, что попал в команду по квиддичу, не о беготне по школе, а о том, что охранял пёс. Что могло быть настолько важным, чтобы такого монстра притащили в школу? Ему не верилось, что эта тварь была всего лишь любимой домашней зверушкой директора.