Непруха - это диагноз?!

      Молодой парень шел по тротуарной дорожке. На нем была светлая куртка, с одной стороны которой красовалась длинная продольная дыра. Опять он где-то зацепил гвоздем, ничего необычного. В привычном месте он свернул налево и прошел под аркой, заходя в небольшой внутренний двор домов. Темные стены, из которых буквально вылезали кирпичи создавали гнетущее ощущение. Парень зашел в один из подъездов, дверь которого, на удивление, имела необычные, скорее странные вмятины, ее уже было невозможно ни закрыть, ни открыть до конца, внутри всегда гулял ветер. Он поднялся на второй этаж и со всего размаху ударил ногой по ветхой деревянной двери. С тяжелым скрипом она открылась и была закрыта изнутри таким же образом        Доносился приятный запах чего-то теплого, мучного и мясного. На шум из кухни вышла худая женщина. Сухие сморщившиеся руки держали полотенце, темные с проседью волосы были завязаны в хвост, поверх которого белел чистый платок, какие носят все примерные хозяйки. На лице, покрытом глубокими морщинами появилась нотка радости, еле заметная улыбка и выражение облегчения. - Я дома, мама, - еле слышно проговорил парень, опуская голову. - Тэмин! Мальчик мой, сегодня опять что-то случилось? Почему у тебя куртка порвана? - женщина суетливо задавалась вопросами, - Ты не ранен? Ничего не болит? Все хорошо? - Не волнуйся, мама. Со мной все хорошо, я пойду к себе...        Парень стащил с себя ботинки и прошел по коридору прямо и налево. После чего он приставил стул к двери, чтобы никто его не беспокоил, и свалился на пружинную кровать, резко прогнувшуюся под опустившимся весом. Он смотрел в потолок, с которого осыпалась штукатурка, и думал. Ему было тяжело вновь видеть мать такой, они не так часто виделись, но всегда она волновалась за него. Он постоянно приносил одни проблемы. Тэ думал и о произошедшем в этот день, и о том, что произошло раньше. В этом доме он всегда вспоминал самые тяжелые моменты, чтобы постараться забыть и отпустить их из головы. Парень тяжело вздохнул и уткнулся лицом в подушку. Раздался сдавленный крик и все стихло.        «Как холодно и одиноко. Правильно, обогревателя в таком месте быть не может». Тэ горестно улыбнулся. От стен и правда веяло гробовым холодом. Ветер яростно завывал и тонкими струйками проникал сквозь щели в старом окне.        Снова раздался шум открывающейся двери. Парень резко вскочил и подошел к стене, прислушиваясь. Там раздавался грубый бас, крики. - Он здесь, да? Как ты посмела его пустить. Это из-за него мы живем в таком месте. Он не мой сын, я не знаю этого человека. Перестань уже потакать ему, пусть живет уже своей жизнью и не вмешивается в нашу! - Но Тэмин не виноват, он ни в чем не виноват, что такого плохого он сделал? Ведь ничего! Он — наша кровь, мы должны проявлять заботу к нему. - Я 20 лет это терпел. Мы помахали рукой той прекрасной жизни, что имели раньше. Работа, дом, который был спален угадай благодаря кому и мой брат, которого нет в живых — все это именно благодаря ему, твоему драгоценнейшему сынишке, маленькому мальчику! Из-за него эта чертова дыра является местом, где мы влачим свое жалкое существование! А ты еще и кормишь его? Одеваешь, оплачиваешь мелкие расходы, каждый месяц присылаешь конверт с деньгами, которые с таким трудом мне удается заработать за неделю? Посмотри на себя. Тебе нет сорока. Так почему перед собой я вижу старую деву, седую и покрытую морщинами?        Руки Тэмина дрожали, дыхание сбивалось, по щеке медленно стекала слеза отчаяния. Он отодвинул стул и открыл дверь. Весь поникший прошел мимо споривших, одел свои старые ботинки. Разогнувшись, в руке он уже держал обрывок шнурка. Молча, он поклонился. «Прости, мама, прости, отец, я больше не вернусь». Затем взял рюкзак и ушел, тяжело ударив дверью.        После, в холодной квартире кто-то опустился на колени, припал к бетонному полу и начал горько завывать. Чьи-то мягкие руки опустились ему на плечи. От них исходило согревающее, утешающее тепло...