Медведи

Итак, Мэтью собирался последовать совету Кумаджиро. Именно для этого он потрудился разыскать в своём мобильном телефоне номер России, уже совсем не удивляясь разным незнакомым номерам, принадлежавшим разным странам, и даже позвонить ему. К сожалению, как это часто бывает с робкими людьми, в последнюю минуту Мэтью поддался сомнениям и сбросил вызов. Несколько раз он пытался поговорить с Россией по телефону, но каждый раз, ведомая малодушным порывом, его рука нажимала на кнопку отмены. "Так дело не пойдёт, - решил про себя Мэтью, - тебе не следует думать. Вот не следует - и всё тут. Прошёл всего час, Россия вряд ли лёг спать. А если и лёг, ты его разбудишь, а потом извинишься. Ничего страшного". Тем не менее, несмотря на уверенные речи, Мэтью всё равно трясся как хорошист, неожиданно отосланный на международную олимпиаду, которая в прямом эфире будет транслироваться по всем телеканалам страны. "Давай же, ну!" - мысленно кричал Мэтью, пытаясь заставить себя совершить-таки этот телефонный звонок. Наконец, каким-то чудом ему удалось удержать свою руку от нажатия роковой клавиши отмены. Россия взял трубку после первого же гудка, не давая Мэтту даже шанса передумать. - Алло. Говорите, - Это было сказано по-русски, поэтому Мэтт пришёл в лёгкое замешательство. О том, что такое "алло", он, естественно, догадывался, но вот второе слово поставило его в тупик. Может быть, Россия ждал чьего-то звонка, а Мэтью помешал ему? Наверное, это что-то важное... Оно касается работы России и... К великому счастью, тело Мэтта после эпопеи с набиранием номера явно разочаровалось в своём хозяине, поэтому, сговорившись с языком, принялось действовать совершенно самостоятельно. Так что, пока мозг Уильямса был забит очередными глупостями, сам Мэтт активно беседовал с Иваном. - Эм... Здравствуйте, Иван. Это Мэтью. Я вам не помешал? - Нет. Я даже рад возможности оторваться от работы. Говори, что ты хотел? - на первый взгляд, голос России звучал приветливо, но Мэтью прекрасно улавливал в нём прохладные нотки. "Ну уж нет! Я больше не сдамся и не испугаюсь!", - подумал Мэтью и продолжил беседу: - Я хотел сказать вам... По правде говоря, я не знаю как начать, но... Мне хотелось бы извиниться, для начала. Вы так поспешно ушли. Кажется, я вас расстроил и... - весь в волнении, Мэтт запинался и неосознанно принялся накручивать прядки волос на палец. Кроме того, с каждым новым словом Ивана, щёки Мэтью становились краснее и краснее. Причины такого смущения сам парень не понимал, но радовался тому, что хотя бы его голос звучит более менее пристойно и не срывается на какое-нибудь жалкое блеяние. - Не стоило извиняться. Всё было в порядке. Просто мне действительно надо было идти, - всё тем же тоном, маскирующим холод за фальшивым дружелюбием сказал Брагинский. - Неправда! - Мэтью сам удивился своему выкрику. То есть, не то что бы это было по-настоящему громко, но высказывание было очевидно резким. Нахмурившись, Мэтью продолжил говорить, - Всё было не в порядке. Но... то, что я хочу сказать... или то, что вы хотели сказать... Я не создавал проблем. Вот это правда. Но вы сами - вы и Альфред - создали проблему. Вы... вы же понимаете, да? Если говорить откровенно, вы мне никто. И Альфред мне никто. Мы познакомились совсем-совсем недавно. Суток ещё не прошло. Может быть, вы знаете меня давно, но... Мы не были близки с вами. Никогда. Да вы и сами что-то подобное говорили, по-моему. Так вот. Вы не имеете права меня ревновать. Но всё равно это делаете. И Альфред так делает. Но он... он, может быть, немного дуется на меня, но потом легко прощает. И он... он меня не бросает. А вы сегодня взяли и ушли. Вы говорили, что хотите мне помогать. А сегодня мне нужна была помощь. Я всё ещё плохо себя чувствовал. Вы ведь знаете, что Альфред и, - здесь Мэтью слегка замялся. Называть Англию по имени он ещё не привык, но, с другой стороны, произносить название страны рядом со вполне человеческим именем было бы нелепо. К счастью, компромиссный вариант быстро пришёл на ум, - и мистер Кёркланд, они оба... похожи, верно? Вроде бы добрые и заботливые, но на самом деле эгоистичные. И когда они успокаиваются после сильных встрясок, - "Зачем я ему это говорю? Он и без того во всём разбирается на порядок лучше меня", - от них потом не добьёшься ничего такого... А я всё ещё чувствовал себя не совсем хорошо. Я не смог идти самостоятельно. Не на кого было опереться. И вы ведь догадались, о чём я тогда подумал? Я подумал, что если бы вы были рядом, то обязательно поддержали бы меня, и мне не пришлось опираться об стенку. Да, это была мелочь. Но если вы не помогли мне при мелкой неприятности, как я могу доверить вам крупные проблемы? И ещё... вы соперничаете с Альфредом. Я признал его как брата, и поэтому вы ему завидуете. Но... на самом деле я отношусь к вам одинаково! Я... я хотел бы быть вашим другом. Вот, - Мэтью замолчал. Его речь была очень сумбурной, однако чувства передавала неплохо. Мэтту осталось лишь перевести дыхание и дождаться реакции России. - Ох, Мэтью, - кажется, Россия тихонько засмеялся. Его голос вновь стал обычным. Мэтью обрадованно вздохнул, - я понял, что ты пытаешься мне сказать: ты хотел бы мне доверять, но не можешь, из-за того, что мои слова расходятся с моими поступками, так? Что же, ты был вполне убедителен, но... Ты ведь не считаешь, что можешь так запросто изменить всё, просто сказав пару фразочек? Может быть, тебе самому надо бы кое-что сделать? - А? - Мэтт ощутил тревогу, - ну.... если есть что-то, что я могу сделать для вас... я буду рад помочь... - Ты говорил, что считаешь нас с Америкой равными. Но, при этом, ты думаешь о нём как о "брате". "Брат" и "друг" не одно и то же. Ты ведь можешь лечь со своим братом в одну кровать, так? Ты можешь, к примеру, видеть его без одежды и не смущаться при этом. Ты можешь обнять его и даже поцеловать. Причём сделать это запросто, при всех, так? Ты звонил, чтобы извиниться. Я прощу тебя, если ты поцелуешь меня при всех. Хотя бы просто в щёку. Тогда, мы действительно сможем стать друзьями. Так ты докажешь свои слова. - Что? - Мэтью охрип от волнения, перемешанного с возмущением, - н-н-нет! Нет! Я н-н-никогда не делал такого со с-с-своим братом, правда! - Ты думаешь, что не делал. Ты многое забыл. Но, если так, в одной кровати ты с ним точно спал. В таком случае, можешь... - Н-н-н-нет! И-иван! Я вообще не понимаю, з-зачем мне д-делать такое? Эт-т-то глупо и... и... - Короткий смешок России оборвал сбивчивые возражения Мэтта. - Я ведь уже сказал: ты просто подтвердишь на деле, что я и Америка для тебя равны. Ну, конечно, ты можешь отказаться. Тогда мы останемся просто случайным знакомыми, и я буду вести себя так, как захочу. Но если ты сделаешь то, о чём я тебя прошу, тогда я прислушаюсь к твоим советам и стану терпимее к твоей семье. Особенно к Америке. Я не буду ревновать тебя, честно. - Л-л-ладно, хорошо. З-завтра я с-с-сделаю это. До свидания, - поспешно согласился Мэтью и тут же в смятении положил трубку. Зачем он вообще затеял этот разговор? Ясно же, что нормально общаться с незнакомыми людьми, особенно с непонятным Россией, он не сможет. Так зачем же?... Ох. Эта была глупость. Огромнейшая-преогромнейшая глупость. Мэтью не был оратором. С чего он взял, что его слова помогли бы России? Вот блин. Блин-блин-блин. Он не смог разрешить ситуацию. Нет, хуже. Мэтью сам же добавил огромное количество проблем. Теперь... ему придётся... целоваться с Россией. Блин! Да в голове не укладывается! Почему он такой робкий? Если бы Мэтт не смущался настолько сильно от обычного общения, то он бы ни за что не согласился на подобную извращённую глупость. Почему Россия попросил о таком? Мэтью поёжился, исчезая в тумане собственных, чересчур интенсивных ощущений. Его чувства сейчас более всего напоминали спутанный, свалявшийся комок старой пряжи, из которого во все стороны торчали нитки, количество узлов на которых достигало немыслимых масштабов. - Мэтью, ты порядке? - Мэтт вздрогнул и резко встал. Чёрт. Когда он вообще успел сесть на корточки, сжавшись в клубок? Хорошо ещё хоть, что его, находящегося в таком ужасном душевном состоянии, нашёл не Америка, а Англия. - Д-да, конечно, - Мэтью еле извлекал звуки из своего горла, что не способствовало убедительности его фраз. - В самом деле? Мне так не кажется, - Англия, вопреки обыкновению, говорил достаточно спокойно, и сейчас в его голосе не сквозила напряжённая грубоватость с оттенком самолюбования, - ты, вроде бы, разговаривал по телефону? Тебя чем-то встревожил этот разговор? Не бойся, расскажи мне всё. - Н-н-нет, всё в порядке. Я просто немного беспокоился из-за университета. Я говорил с преподавателем, сказал, что заболел и некоторое время не смогу посещать занятия. Но... мне не хочется пропускать лекции. Я беспокоюсь из-за этого... - Вот как? - Англия расслабился и весело продолжил, - ничего страшного! Когда ты всё вспомнишь, то тебе уже не будет никакой нужды в этих лекциях, поверь! - Да, наверное... Я пойду спать, - с кислым выражением лица, со всей силы пытаясь сымитировать таким образом улыбку, Мэтью отправился в спальню. *** Сегодняшний день выдался болезненно солнечным. От яркого света, словно бы исходящего отовсюду, хотя на самом деле его источником было лишь одно-единственное окно, у Англии заболели глаза. Разозлившись, он встал и задёрнул шторы. Наконец-то можно смотреть по сторонам, не боясь ослепнуть. Англия вздохнул и вернулся к своей вышивке. К сожалению, в состоянии блаженного сосредоточенного покоя Артуру довелось пребывать совсем недолго. Очевидно, какой-то мерзопакостный бес, поглядев на счастье Англии, гаденько захихикал и отправился вершить свои коварные дела. В данном случае, разбудил Америку. Тот, вихрем ворвался в комнату, прокричал что-то вроде: "Ну чего ты сидишь в такой темноте!" и, раздвинув занавески, отправился в ванную. Конечно, Англия не замедлил вернуть шторы в их прежнее состояние, но, поскольку Америка не спал, об отдыхе приходилось только мечтать. Альфред уже успел закончить с умыванием, побренчал чем-то на кухне и, прибежав к Англии с очередным гамбургером во рту, - где он только умудрился его взять? - принялся доставать Кёркланда. - Эй, Англия! Прекрати заниматься такими скучными вещами! Давай лучше сыграем в видео-игру! - не успел Англия и глазом моргнуть, как Америка уже отобрал пяльцы у него из рук, всучив взамен джойстик. - Перестань шуметь! - зашипел Англия для острастки, - Мэтью ведь ещё не проснулся! И отдай мне мои вещи! Что ты за наглый тип! - Да ты сам шумишь! И я не понимаю: почему тебе так нравится заниматься всякими глупостями! - вопли Америки стали чуть-чуть тише. Теперь они могли разбудить только половину города. - Здесь никто, кроме тебя, глупостями заниматься не любит! Почему ты вообще остался дома у Мэтью? Тебе что, за своей экономикой следить не надо? - Ой, да всё в порядке с моей экономикой! И вообще, я мог бы задать тебе тот же самый вопрос! - Ты лицемер! Это по твоей вине совсем недавно возник всемирный кризис! А ты!.. Ты всё ещё отказываешься следить за своими собственными делами! У меня-то есть надёжные люди, с которыми я лично связываюсь по телефону каждые несколько часов. Я не пускаю собственную экономику на самотёк! - У меня всё в порядке, сказано же! А вот ты, несмотря на то, что внимательно следишь за всем, по уши в неприятностях! - Твои дела обстоят не лучше! И... и вообще все мои проблемы из-за тебя! - практически выкрикнув эти слова, Англия сорвался с места и, окончательно вспылив, полез в драку с Америкой. Альфред, не ожидавший нападения, упал на пол и был подвергнут граду ударов со стороны Англии. Это обещало перерасти в настоящую драку, с последующим нанесением увечий, но положение спас вовремя вошедший Мэтью. При виде его Америка и Англия мигом вскочили с пола и приняли самый мирный вид, на который только были способны. "Не стоит волновать Мэтью. У него и так полно проблем" - одновременно подумали они оба. В любое другое время такими наивными уловками им не удалось бы усыпить ничью бдительность, однако, по какой-то странной причине в этот раз Мэтью не уделил их потасовке никакого внимания, а просто поприветствовал страны и ушёл умываться. Такое поведение встревожило Англию. Он, к тому же, успел разглядеть круги под глазами Мэтта, свидетельствовавшие о бессонной ночи. Артур задумался. Мэтью стал вести себя странно со вчерашнего вечера, после того, как ему кто-то позвонил... Или он сам позвонил кому-то? Как бы то не было, этот телефонный разговор повлиял на Мэтта ужасающим образом. Но как же выяснить с кем Уильямс всё-таки общался? Хотя, может... Мэтт был доверчив. Вряд ли ему пришло бы в голову удалять набранные номера из памяти своего сотового. Что же. Это будет прямым нарушением закона, вторжением в личную жизнь и всем таким прочим, но Англия всё равно намеревался сделать это. Он быстрым шагом направился в спальню Мэтью, забыв о присутствии Америки по близости. - Эй, куда ты собрался? Убегаешь, что ли? - Молчи! - шикнул Артур. Он уже заметил мобильник, лежащий на прикроватной тумбочке. - Как же! Я молчи, а ты, значит, будешь тянуть свои лапы к вещам моего брата?! - Так надо, - Америка попытался выхватить телефон из рук Англии, но промахнулся. Кёркланд, тем временем, уже добрался до списка входящих и исходящих вызовов. Единственным, с кем Мэтью связывался вчера был Россия. Англия ткнул пальцем в экран, - смотри! Ты заметил, что Мэтью со вчерашнего вечера ходит как в воду опущенный? Он таким стал после того, как с кем-то поболтал. А теперь смотри с кем! - Америка прищурился, не сразу поняв то, что пытались до него донести. Но, сообразив всё, он с негодованием уставился на мобильник. - Ты думаешь, Россия угрожал чем-то ему? - Не знаю. Но Россия ведь придёт сегодня. Вот мы и посмотрим на поведение Мэтью. - А самого брата ты об этом спрашивать пробовал? - Да. Он мне соврал. - Вот ка-а-а-ак, - протянул Америка, - ладно. Если Россия что-то сделал с Мэттом, я заставлю этого гада поплатиться! - фраза вышла в лучших традициях американских боевиков, но Англия кивнул, соглашаясь с ней. Защитить Мэтью - это именно то, что он сам намеревался сделать, и плевать на удачность чьих-либо формулировок!