Две стороны одной медали

Главная площадь Камелота готовилась к казни. Такого королевство ещё не видело на своём веку, ведь сегодня, ранним утром, как только первые лучи солнца осветят стены замка, узник выйдет из темницы, в последний раз пройдёт по каменному настилу и взглянет в лицо смерти. Он будет первым, кто поплатится жизнью за то, кем является по рождению. Его имя Артур Пендрагон – наследный принц Камелота, сын Утера Пендрагона, некогда являвшегося королём - тираном этих земель. Его судьба была предрешена, когда Моргана встала во главе униженного народа, приведя с собой войско магических созданий, забрав то, что было даровано ей по праву рождения: право первого ребёнка, право унаследовать трон после смерти отца. И она сделала это, не стала ждать кончины короля, силой забрала всё, что должно было принадлежать ей, и теперь Утер Пендрагон сидит в темнице, ждёт, когда дочь решит его судьбу так же, как это сделала с братом. Моргана не убила Артура во время боя. Даже серьёзное ранение Моргаузы не заставило сделать это, но родственные связи здесь не причём. Девушка, жившая в страхе столько лет, пообещала себе, что сделает это так, чтобы народ Камелота видел падение династии Пендрагонов, смену эпохи, перемены к лучшему, возвращение магии в эти земли, где она искоренялась много лет. Но сделать это можно лишь одним способом: прилюдно унизив тирана. Ведь что может быть хуже, чем видеть смерть собственного сына, когда он так близко, что рукой подать, но сделать ничего нельзя. Утер множество раз заставлял родственников присутствовать на казни, она происходила у них на глазах, люди пытались уйти, лишь бы не видеть весь этот ужас, но король запрещал, тем самым показывая итог использования колдовства всем остальным, нагоняя страх на жителей королевства. Сегодня же королева изменит многолетнюю историю Камелота, повернёт её течение в новое русло и докажет, что она пришла ради людей, а не им вопреки. В то время, как подданные готовили площадь к казни, Артур Пендрагон сидел в темнице и наблюдал за последним рассветом в своей жизни. Он ощущал, как лучи солнца, только что вышедшего из-за горизонта, попадают ему на лицо, принося с собой то необходимое тепло, по которому принц так сильно скучал. Ведь в подземелье сыро, холодно и царит почти полная мгла, лишь крохотные проблески света проникают внутрь, позволяя насладиться их красотой и ощущением продолжающейся жизни, пусть даже такой короткой и обрывистой. Пока он сидел здесь, в полном одиночестве и тишине, ему выдалось много времени, чтобы подумать. Мысли приходили сами по себе и так же быстро уходили, сменяя друг друга, становясь лишь мрачнее и печальнее, чем ранее, но они не были неожиданными, ведь последние прожитые недели выдались тяжёлыми. Ещё ни одно испытание не смогло так сильно вымотать Артура, как всё то, через что ему пришлось пройти сейчас. Своими руками он подарил победу Моргане, добравшись до пещеры, в которую не решились проникнуть ведьмы, испугавшись, что древние маги могли поставить защиту не только против человека, но и против тех, кто обладал силой. Они обманули его и Утера. Ложь принесла долгожданный шанс захватить Камелот, уничтожить каждого, кто воспрепятствует магической армии, и план, вынашиваемый не один месяц, дал плоды, принёс заслуженный результат, подчинив могущественное королевство двум ведьмам. Моргауза выжила. Чудом ей удалось спастись от неминуемой смерти, острого меча Пендрагона. Её дыхание, там, на поле боя, так и не прекратилось. Принц наблюдал, как Моргана, получившая великую силу древнего артефакта, подарила сестре новую жизнь, а сама, с едкой ухмылкой взглянув на брата, пообещала ему, что исцелит его, чтобы вскоре отнять этот дар и подчинить себе сердце народа, уничтожив плоды тирании. Дверь сверху открылась. Тихие медленные шаги послышались на лестнице. Кто-то неспешно спускался вниз. Подумав, что это Моргана, Артур спокойно поднялся и подошёл к железной решётке, не собираясь отдалять мгновенье своей казни на какие-то жалкие минуты. Но вместо сестры увидел старого лекаря, оставшегося в живых ради ухода за Моргаузой, находящейся в тяжёлом состоянии, ведь магия не вылечила её, она лишь дала время, и Моргана всеми силами старалась его продлить. Гаюс подошёл к камере Артура. Из-под балахона достал несколько ржаных лепёшек и протянул их оголодавшему принцу. - Возьмите. Вам нужно поесть!- сказал он, но Пендрагон не торопился приступить к последней трапезе в своей жизни. - Убери это. Мне ни к чему. Всё равно через несколько часов Моргана приведёт свой приговор в исполнение, - сказал он и, отвернувшись к стене, присел на отсыревшее и местами сгнившее сено, от которого шёл принеприятнейший запах, но молодой воин к нему уже привык. - Я не могу смотреть, как вы здесь мучаетесь. Если бы я мог что-нибудь сделать…. - Ты ничего не можешь сделать, - устало говорил Артур, глядя, как всё выше поднимается солнце и всё быстрее приближается назначенное время казни. – Лучше скажи, как там отец! - Утера держат под стражей в его покоях. Моргана иногда посылает меня к нему, чтобы проверить его состояние. После её победы он сам не свой. Почти не разговаривает, отказывается от пищи и просит пощадить вас, а рыцарей держат как можно дальше от вас. Два дня назад пятеро из них сумели выбраться. Двоих нашли спустя пару часов и казнили на месте. Персиваль, Ланселот и Гавейн в бегах. Моргана послала за ними поисковые отряды, но пока их не нашли. - Это хорошая новость. Они должны спрятаться и не предпринимать попыток спасти меня и остальных. Это опасно и бесполезно. - Поэтому я пытаюсь связаться с Мерлином. Он должен….. - Он ничего мне не должен, - перебил принц Гаюса. - Я предал его, спалил на костре своими собственными руками, не сделал ничего, что бы могло спасти его от такой участи. Теперь он хочет меня наказать, показать, каково это, умирать, и я не виню его. Моему поступку нет оправдания. - Мерлин не такой. Он не может так поступить с вами. Вы его друг! - Друзья не предают друг друга, как это сделал я. Тем более, ты не видел, во что он превратился. Там, на поле, он был переполнен желанием убить меня. Его сдержала лишь Моргана. Кто знает, что бы он сделал, если бы не она! - Что вы имеете в виду? - Магия – это зло, и мой отец был прав, когда двадцать лет назад запретил её. Без неё королевству намного спокойнее. Магия развращает. Мерлин тому доказательство. Услышав это, Гаюс переменился в лице. - Как можете вы говорить так о нём?- разозлился старик. – Он жизнь за вас отдавал, лишь бы спасти вашу, и если бы вы слушали себя, то сумели бы понять, как дороги ему. - Дорог?- вспылил Артур, вскочив с сена и подойдя к старику. – Тогда почему он скрывал от меня столько времени, что владеет магией? Я бы смог его понять. Он мой друг. Но Мерлин решил всё за нас двоих. Значит, он никогда не доверял мне, а это нельзя назвать дружбой. - Вы не знаете, о чём говорите. Мерлин пошёл на огромные жертвы ради вас. Он не раскрывал своей тайны по одной веской причине…. - И какой же? Поведай мне перед смертью. Вдруг я смогу, хотя бы сейчас, понять его мотивы! Потому что сидя здесь все эти недели, мне не удалось этого сделать. Гаюс отвернулся от Артура, вспоминая ночь в лесу, у костра, когда Мерлин рассказал причину, по которой больше не станет открывать своему другу то, кем является, и, возможно, это было правильным решением. Даже ему, человеку, знающему тайну Мерлина с самого начала, нелегко принять правду, ведь племянник проживает уже вторую жизнь, а вспоминать трагедию, произошедшую не так давно, но оставившую неизгладимый отпечаток на сердце, всегда больно. Артур бы никогда не понял, и сейчас, даже когда магическая сущность Мерлина для него не секрет, рассказывать то, что должно было остаться неуслышанным, Гаюс не имеет права. Если племянник когда-нибудь решится открыть истину своего поступка, но это будет его воля, и сейчас всё должно остаться неизменным. - Я не могу сказать вам об этом. - Почему?- всё сильнее злился Артур, не понимая причину столь сильного упрямства Гаюса. - Потому что Мерлин хранил эту тайну не просто так. - Только мне уже не узнать, почему он так сделал. - Вы не знаете наверняка, что сейчас в голове Мерлина, - убеждал Артура Гаюс, веря, что Мерлин придёт к ним и спасёт, ведь когда Моргауза поправится, он ей станет бесполезен. Старик и сейчас не понимает, почему новая королева оставила его в живых, зная, что он никогда не станет на её сторону. - Знаю. Мерлин дал понять, что больше не желает меня видеть. Он, наверное, думает, что мы все давно мертвы. Оттого он и не приходит за тобой. Ладно я, но ты его родственник. Просто так он бы не оставил тебя здесь, на одной территории с Морганой, каждый день ожидая прихода неизбежной смерти. Гаюс ничего не ответил. Он заботливо положил ржаные лепёшки в руку Артура, а сам направился к выходу. - Почему ты заботился обо мне эти недели? Я ведь убил Мерлина, посадил тебя за решётку!- перед уходом услышал вопрос Гаюс и на мгновение остановился на лестнице. - Вы оступились. Пускай, этому нет оправдания, но сделать уже ничего нельзя. Важно сейчас построить заново всё разрушенное и восстановить вашу дружбу. Она войдёт в историю. Вы вместе - две стороны одной медали, и чтобы не происходило между вами, этого не изменить. - Надеюсь, ты прав, - вздохнул Артур, взглянув на еду, без которой Моргана, мечтая насладиться его муками, держала его несколько дней. - Я прав, - уверенно сказал Гаюс. – Кстати, чуть не забыл. В правом углу вашей клетки, под сеном, лежит камень. К нему привязан лист бумаги. Если сегодня произойдёт так, как вы сказали, думаю, Мерлин хотел бы узнать, что вы сожалеете. Но я надеюсь, вы ошибаетесь. До встречи! Дверь закрылась, и в подземелье остался лишь один Артур наедине с каплями влаги, падающими с потолка, издавая единственные звуки, пробивающиеся к принцу сквозь тишину этого места. Откусив кусок от лепёшки посвежее, он прошел в угол, о котором говорил лекарь. Сев на пол и просунув руку в сено, Артур нащупал тот самый камень. К нему был привязан небольшой лист бумаги, но его хватит, чтобы извиниться. Возможно, это последний шанс, чтобы сказать, как ему жаль, ведь во время боя сказать ничего не удалось. Встав на ноги, молодой Пендрагон положил бумагу на маленький ровный выступ у решётчатого окошка и, держа в руках всё тот же заострённый сбоку камень, покрытый чёрной золой, написал: «Здравствуй, Мерлин. Прошло много месяцев с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Тогда ты ещё оставался моим другом, и сейчас я обращаюсь к тебе не как принц, а как равный к равному. Не знаю, можно ли вообще просить прощенье за сделанное мной, но я всё же постараюсь и надеюсь, ты прочтёшь это, пусть даже меня уже не будет рядом….»