Две стороны одной медали

Замок и его окрестности как никогда ранее были полны людей. Они приходили изо всех уголков королевства, чтобы увидеть казнь наследного принца. Кто-то жаждал этого больше всего на свете, ведь яблоко от яблони не далеко упало, по крайней мере, так говорили в мире угнетённых магов и волшебников, мечтающих вернуть свою потерянную жизнь, но большинство жителей хотели иного. Они знали и верили, что Артур Пендрагон – луч света в пасмурных буднях Камелота, принесенных сюда двадцать лет назад его отцом. Только принцу по силам исправить эти ошибки и восстановить мир между магами и обычными людьми. Сторонники Артура всей душой верили, что Моргана и её магическое войско – это зло, которое нужно уничтожить, но никто даже не представлял, как это сделать. Каждый надеялся друг на друга. Одни на рыцарей, часть которых остались верными королю и его сыну, другие на крестьян, способных устроить бунт и помешать казни. Но надежда погибала, а действия не предпринимались. Жизнь текла своим чередом, страшный приговор приближался к финалу, и никто не в силах вмешаться. Противостоять жрице древней религии непросто, страх оказаться под стражей приговорённым к казни, как и Артур, слишком велик, никто не может пересилить себя и вмешаться. Жизнь Камелота, такая, какой она была до молниеносного захвата власти Морганой, становится всё призрачней, вера в восстановление мира покидает сердца людей, и сегодняшний день тому доказательство. Остаётся несколько часов до того, как принца выведут из темницы, и его голова окажется под топором палача. Моргана стоит у окна своих покоев. Порой она подходит, чтобы взглянуть на приближение дня, которого ждала долгие годы. Ей до сих пор сложно поверить, что план, подготовка которого заняла целый год, почти осуществился. Камелот полностью в её власти. Ночь, когда войско вступило в город, была самой лучшей в её жизни, ведь именно тогда прятать своё истинное лицо больше не имело смысла. Моргана была той, кем являлась по праву рождения, и уже никто, ни одна живая душа не могла отнять у неё этого права – быть самой собой и никем другим. Ведьма стояла во главе могущественного войска, несравнимого с силой Утера и его рыцарей. Король, увидев родную дочь, за спиной которой вился шлейф полыхающего города, не смог поверить своим глазам. Он надеялся, что происходящее – плохой сон, кошмар наяву, и не желал соглашаться с тем, что Моргана – его любимица и самый близкий человек в жизни, ведьма, способная уничтожить то, ради чего он жил все эти годы. Рыцари ждали команду Утера о начале боевых действий, защите города, но так ничего и не услышали. Утер впал в ступор, не в силах сказать и слова. Он просто смотрел, как враждебное войско захватывает королевство, начиная с центра и заканчивая деревушками на окраинах. Несколько часов, и Камелот пал под натиском неведомой им ранее силы, не сумев оказать достойного сопротивления. Вспоминая это, Моргана улыбается, вздыхает полной грудью, понимая, что победила, но самое главное было не в этом. Во время битвы она нашла возлюбленного из видения. Только это теперь имело значение, ведь много лет она считала, что останется одинокой, потому что никто, ни один человек не станет жить с ней, узнав, что она ведьма. Законы Камелота были против нее, и девушка смирилась со своей судьбой, отдавшись мести отцу, из-за которого страх лишь усиливался, но после всё изменилось. Человек, которому она будет небезразлична, существовал, и он, казалось бы, был далеко, но жизнь преподносит сюрпризы. Девушка считала, что одолев отца, посвятит себя поискам любимого, но они уже не нужны, ведь её единственный здесь, рядом с ней. Родинка, которую Моргана увидела у Лиама за секунду до того, как её рука поднялась над ним, чтобы лишить жизни, определила будущее парня. Взяв себя в руки и не выплеснув все эмоции наружу, она заклинанием переместила любимого в безопасное место, пока бой не окончится и не решится чья-то судьба. И долгожданная победа пришла в её руки. Камелот принадлежит Моргане, а сейчас Лиам лежит в кровати перед ней. Его состояние за проведённое время в замке почти не улучшилось. Она не пользовалась магией, чтобы исцелить его, хотела сама позаботиться о любимом, от того и оставила Гаюса. Старик часто приходит к парню, осматривает его несколько раз в день под тщательным присмотром девушки и уходит, не имея никакого шанса узнать, кто он такой, и почему королева так печётся о его здоровье. - Сегодня отличный день. Ты не находишь?- закрыла окно Моргана и присела на постель к Лиаму. Парень прищурился от ударившего в глаза солнца и попытался перевернуться на другой бок, но боль не позволила ничего сделать самому. Повреждения были слишком серьёзны: сломанные ребра, глубокие раны, промываемые Гаюсом изо дня в день, и непроходящие синяки по всему телу. - Нет, - сквозь зубы процедил парень, смирившись со скованностью движений, оставаясь почти неподвижным ради отсутствия боли. - Отчего же? Разве тебе не нравится солнце, свежий бодрящий воздух, проникающий в эти покои, аромат цветов, которые служанки приносят сюда каждый день?- старалась не замечать состояние своего возлюбленного Моргана, играя роль милосердной королевы, заботящейся о раненном войне. - Прости, но я знаю, почему твой день сегодня особенно радостный, - звучало всё с тем же раздражением. - Интересно. Поведай мне! - Со всех углов люди твердят об Артуре и его казни. Ты пришла в Камелот, убила множество людей, а теперь ещё и будущего короля хочешь лишить жизни? - Только я всегда являлась истинной королевой Камелота, - разозлилась ведьма, но тут же пришла в себя, вспомнив, что должна всеми силами убеждать Лиама в своей порядочности, ведь он её король и, возможно, единственный. Наклонившись к нему, девушка взяла кусок ткани, лежавший в лечебном растворе Гаюса и, уложив парня на подушку, начала промывать глубокую рану на правом боку, продолжавшую гноиться и воспаляться. Во время боя Моргана проткнула мечом своего недавнего противника, и это не единственное место, являющееся сейчас угрозой для его жизни. Но исцелять магией она не торопилась. Будущий король должен быть сильным и преодолевать все невзгоды. Пока он справляется, а значит, Моргана подпитывается надеждой, что видение не лгало, ведь Лиам ей безумно нравится. За время, проведённое у его постели, ведьма прониклась к нему всем сердцем, желая стать ближе, делая для этого всё, что потребуется. - Прости. Я не хотела. Не хочу, чтобы ты думал обо мне плохо!- нежно касалась его обнажённого накаченного торса Моргана, медленно приближаясь к самой ране, находившейся правее от излюбленного места. - Зачем ты это делаешь?- не понимал такой странной заботы парень. - Я шла с боем только против Утера и Артура. Вернуть магию в королевство и стать законной королевой – вот что являлось моей целью. И теперь, когда она достигнута, я могу отдать все силы жителям, которые угнетались моим отцом. - Ты каждого будешь так ублажать?- с издёвкой прозвучало в ответ, на что Моргана ничего не ответила, наслаждаясь процессом, ведь ей так нравится заботиться о будущем муже. С каждым новым движением она словно получала прилив сил, крепло желание находиться с ним постоянно, не отпуская ни на мгновенье, утопая в глубине его искрящихся глаз. Она жаждала касаться его кожи, прижимать ладонь к кубикам живота и упиваться теплом тела, которое вскоре должно было стать её, ведь Лиам когда-нибудь поймёт, что Моргана не злодейка, она просто несчастная девушка, требующая своего кусочка счастья, которое она, наконец, дождалась. Лучше поздно, чем никогда, но минуты блаженства стремительно закончились, когда рука Лиама потянулась к кинжалу с золотой рукояткой - давнему подарку Артура ей на день рождения. Это оружие она всегда носила с собой и почти никогда не расставалась с ним. Забыв о возможной опасности, она подошла к парню ближе, чем обычно, идя на поводу у своих инстинктов и затмивших разум и здравый смысл желаний. В момент, когда клинок оказался в руке Лиама и уже был готов вонзиться в спину Морганы, ведьма очнулась, словно избавившись от любовных чар пленника. Её глаза озолотились, и в момент удара лезвие замерло в нескольких сантиметрах от плоти. - Я всё вижу!!!- зло фыркнула она, продолжая колдовать. Кинжал вырвался из рук парня и повернулся остриём к нему, остановившись у левого глаза. Уставившись на клинок, словно заколдованный, уйдя полностью в себя от страха, он ждал, когда Моргана сделает выбор. - Я чувствую твой страх. Ты полон им. Боишься меня? - Нет!- слегка дрожащий голос выдал его. - Неправда. Ты лжёшь. Ещё мгновенье, и этот кинжал избавит тебя от всех недугов и страхов. Но только представь, как это больно. Поверь, я знаю, как доставить человеку страданья. - Не сомневаюсь! - Молчать!- разозлилась Моргана, и острый кинжал вонзился в плечо парня, проткнув его насквозь. А затем, позволяя Лиаму истекать кровью, клинок вышел обратно, вновь остановившись у глаза. – Я отнеслась к тебе со всей любовью. Заботилась, кормила и поила, словно дитя. С тобой ещё никто и никогда так не возился, а ты пошёл против меня. Я разочарована. Моргана вновь подошла к окну, чтобы проверить выполнение работ. Плаха, установленная специально для Артура, была готова. - Лучше убей меня! Не знаю, на что ты рассчитываешь, но я не стану помогать тебе. - Ты глупее, чем я думала. Как жаль! Но я исполню твоё желание. Новое произнесённое ведьмой заклинание причинило Лиаму ещё больше боли, когда кинжал, вонзившись во второе плечо, вновь вернулся на своё место. - Ты сдохнешь!- закричал парень. - Кто, по-твоему, сделает это? Артур? Его участь известна всему Камелоту. Как раз сейчас я пойду к нему, чтобы выполнить свой долг перед людьми, мечтающими увидеть, как сердце тирана перестанет биться. - Это сделает Мерлин! Услышав это имя, Моргана рассмеялась, но быстро успокоилась, повернувшись лицом к медленно теряющему сознание Лиаму. - Мерлин никогда не поможет Артуру. Того, что наш принц сделал, нельзя простить. Артур Пендрагон сам приговорил себя к смерти, когда сжёг на костре единственного союзника. Честно говоря, если бы я знала, кто на самом деле этот мальчишка, наверное, поступила бы иначе, ведь такую обиду повернуть в свою сторону не составило бы большого труда. Но сейчас это без надобности. Мерлин – последний, кто сделает попытку вызволить моего братца, но первый, кто придёт насладиться этим зрелищем. Мои люди готовы к этой встрече, но трогать его не будут, лишь проследят, чтобы он вкусил месть сполна, ведь две недели назад ему лишь не хватило времени убить Пендрагона самому. - Ты лжёшь! Мерлин пришёл туда ради Артура. Он хотел спасти его от тебя, потому что видел, как это случится! - Видел...- призадумалась Моргана. – Как интересно. Он вмешался, и поэтому всё пошло иначе. Значит, он заранее знал о казни Артура, знал о том, что умрет, но не решился что-то изменить. Он меня удивляет всё сильнее. Моргана вновь подошла к Лиаму и взяла в руки висевший в воздухе кинжал. В ту же секунду парень перевёл дух, немного успокоившись. - Мерлин не придёт ни за тобой, ни за Артуром, ни за кем бы то ни было другим. Он оставил вас, потому что понял: у него нет друзей, есть только враги, смерти которых он ждёт больше, чем можно было себе представить. Поэтому я дам тебе один совет, которым ты воспользуешься. Если ещё хоть один раз ты попытаешься сделать что-нибудь подобное, я мигом сотру тебя в порошок, и та боль, которую ты сейчас испытываешь, покажется манной небесной в сравнении с тем, что я уготовила. Понял? Лиам не стал отвечать. Он лишь, ожидая чего-то, следил за кинжалом, крутившимся, словно маленький шарик, в руках Морганы. Но ничего не произошло. Ведьма только ещё раз провела остриём по лицу будущего короля и, пустив ему несколько капель крови, положила клинок на место, ещё раз улыбнувшись. - Зачем я тебе? Почему ты не убила меня?- тихо спросил Лиам, опустив голову на подушку. - Скоро узнаешь. Я быстро вернусь. - Когда убьёшь Артура? - Да, ты прав. Он заслуживает смерти, а ты пока что нет. Глаза Морганы вновь зажглись светом: окно закрылось, шторы плотно скрыли открывающийся из покоев вид, чтобы Лиам набрался сил и немного поспал, - а затем ведьма вышла, оставив его одного.