Новая Сказка

– Постой! – взмолился Марк, – дай хоть дух перевести! Сколько он о себе не знал – уму непостижимо. Считал себя хорошим ходоком, с легкостью наворачивая тучу километров на велике и подолгу гуляя пешком по городу. Но после двухчасового марша по пересеченной местности следом за беззаботной феей, парнишка был готов упасть и умереть прямо здесь. Пускай, его обзовут хоть птенчиком, хоть слизняком. Светозара критически оглянулась через плечо, притормозила. Марк тут же привалился к молодому дубку, обнимая его не хуже опытного яойщика. – Ты вообще двужильная, – тяжело дыша, выдал старшеклассник. – Идешь и идешь, идешь и идешь, идешь и… – Дыхание экономь, – посоветовала девушка, – и не ной, надоел уже! – Я ж в первый раз сказал, – Марк шумно сглотнул, силы постепенно возвращались к нему. – Все равно надоел, – упрямо отмахнулась фея, спорить с ней было пропащим делом. – Это мы так купаться спешим? – полюбопытствовал парень. – Темп неплохой взяли, что и говорить… – Черт, я уже и забыла, – нахмурилась Светозара, – верно, надо же окунуться. Марк отлип от деревца. – А куда мы сейчас мчались, как олени по тайге? – Кто по кому? – не поняла фея. – Забей. Куда мы сейчас гнали-то? Фея вздернула подбородок и подбоченилась. Ее настроение менялось со скоростью штормового ветра. – А ты думал, у меня своих дел нет? И если вызвалась тебя защищать, то просижу с тобой как курица-наседка, а, птенчик? Кругами вокруг ходить буду, да на ладошки поплевывать? Подходите, мол, супостаты, устрою вам сечу былинную? – Не кипятись, – парень поднял руки в примиряющем жесте, – конечно, у тебя есть свои дела. Именно о них я и спрашиваю. – Надо к Бабе Яге в гости заглянуть, – буркнула Светозара, остывая, – дело есть. Она так красноречиво взглянула на топор, что у Марка не осталось сомнений. После упырей в сказки вообще верилось намного легче. – Она, наверное, колдунья, – парнишка выскреб из чулана памяти все, что помнил про детские страшилки, – ноги костяные, ступа, чтобы летать, да? – Откуда ты это знаешь? – подозрительно спросила девушка. – Ты же тут впервые, разве нет? – Да, но… – Мутный ты парень, – покачала головой Светозара, – бормоталка волшебная с песнями, картинки с чужеземными феями, все про всех знает. Ладно, к этому мы еще вернемся. Угу, колдунья она. Сильная, зловредная. Глаз – чернее черного, как зыркнет – хоть стой, хоть падай. – А что вы с ней не поделили? – Пошли, окунемся, по пути расскажу, – девушка направилась вперед, даже не посмотрев, следует ли за ней Марк. Парень кивнул дубку, расти на здоровье, и зашагал следом. Кочки, коряги и буераки кидались под ноги с пугающей регулярностью. – Понимаешь, тут такая история, – разглагольствовала Светозара, – на, выключи свою шкатулку, говорить мешает… ага. Так вот, Баба Яга и Кощей ¬– двое самых видных волшебников в Проклятом лесу. Ну, и враждуют они, когда в открытую, когда помаленьку. У одной кикиморы и упыри, у другого тоже. А путников мягкопузых, вроде тебя, на всех не хватает. Вот и грызутся. Только с Кощеем я договорилась, меня его обалдуи не трогают, а Яговские… сам видел. – Видел, – поспешно согласился парень, высматривая очередное препятствие. – Прямо как война кланов. Хорошие разбойники, плохие. – Все плохие, – хохотнула девушка, – только с одними уговор есть четкий. Как с тобой, – она разрубила рукой воздух, – а со вторыми – нифигища нету. Вот Кощей и попросил меня разделаться с врагиней его. Наобещал всего выше крыши. – Злата и серебра? – А… золота. Говори нормально, а то все уши сломаешь, пока поймешь, – потребовала фея. – Да, сокровищ кучу, но то все безделицы. Главное – новый топор и пять точильных камней. Пять! Представляешь? Глаза девушки вожделенно блеснули. – Да, целое богатство, – осторожно кивнул Марк, надеясь, что увлеченная мечтами фея не заметит подвоха. – Так ты, выходит, наемница? – Неа, – поморщилась девушка, – тут убеждения совпали. Кощей скользкий, конечно, очень скользкий. Но он лесу помогает хоть чуток. А Яга развела свои поля, торговлю затеяла. Сон-трава, дурман-трава, мертвая вода, живая. Живая еще куда ни шло, от нее польза имеется, а вот мертвая… Русалки в дымину угашенные в лужах валяются, упыри их жрут, огневицы с ума сходят, начинают из лесу вылазить, посевы жечь. Водяной, как налакается – полный угар и блядство, говорить не хочу. Марк почувствовал, что тоже теряет рассудок и уже приготовился жечь посевы вместе с таинственными огневицами. – То есть мы идем убивать Бабу Ягу? – парень попытался выделить самую практичную мысль, на которой мозг имел возможность отдохнуть. – Да! – тряхнула локонами Светозара. – Я убиваю, ты смотришь. Но сначала купаться. И это… ты есть не хочешь? О прощании с оладушками Марк старался не вспоминать, бутерброды достались голодной фее, и теперь желудок парнишки отзывался утробным ворчанием. – Хочу, еще как хочу. А что? – Тссс, слышишь? – заговорщическим шепотом спросила девушка. Марк прислушался. Сначала было тихо, но потом сквозь посвист иволги донеслась чья-то песенка. – Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел… – напевал тонкий голос, исполненный писклявого самодовольства. – Жди здесь! – приказала Светозара, и порысила в кусты, перехватывая оружие.