Сон в зимнюю ночь

***

      Наутро Мирана отвела её в сад и показала каждый уголок с чинностью королевы, обходившей владения под руку с иностранным послом. Впрочем выяснилось, что до момента коронации они и ограничивались садом. В отличие от воспоминаний Алисы он был только заложен – цветы покачивали головками заметно выше тонких прутиков саженцев. Мирана терпеливо присаживалась подле каждого питомца и с полминуты беседовала с ним, чем под конец страшно утомила Алису. Смиловавшись, будущая Королева отпустила девушку, взяв с той слово: непременно возвратиться к чаю. Алиса обещала. Порой девушка ловила себя на мысли, что в лёгкой свихнутости тёплой компании с Поляны Чаепитий находит мало удивительного.       Мисс Кингсли намеревалась покинуть пределы дворца и с замиранием сердца поймала мысль, что неплохо было бы заглянуть туда, к ним. Сумеет ли застать там Шляпника? Алиса почему-то никогда не задавалась вопросом о его прошлом, а сейчас гадала, каким он должен быть в этом времени. От предвосхищения встречи с совершенно новым для неё Террантом щёки заалели, и девушка поспешила унять волнение сухими размышлениями. Она вернулась к ночному разговору с Мираной и попробовала восстановить канву событий. Далось ей это насилу, но по всему выходило так:       Раньше знакомая ей Страна Чудес была представлена двумя Шахматными Королевствами и Карточным Червовым. После брака молодых Величеств шахматные страны слились в одну - Мраморию. Младшая из сестёр унаследовала её трон. Ирацибета, выданная за правителя государства Черв и получившая таким образом титул Красной Королевы, в результате развязанной нею войны стала единоличной правительницей Мрамории и Королевства Черв. После Бравного Дня власть перешла обратно к Миране, объединившей под своим началом оба королевства. Ход событий в их хронологической последовательности для Алисы стал ясен, хотя всё ещё имелись белые пятна. А вот их порядок в её личном времени всё ещё вызывал вопросы и приводил в замешательство. Никак не удавалось привязать собственные краткие визиты к ленте здешнего времени.       Наверное, Мирана была единственной, кто пока вписывался в контекст. Сейчас ей было около одиннадцати-двенадцати лет, она только-только примет родительскую корону, и о Кровавой Войне никто ещё не слышал. В последние два визита Алисе она показалась ровесницей Маргарет. Опираясь на это, Алиса и повела расчёт. Если, путешествуя по Зазеркалью в детстве, она застала времена правления прародителей Мираны, то это происходило лет двадцать назад от нынешнего момента. И, по грубому подсчёту, должно было пройти никак не меньше сорока лет между тем визитом и Бравным Днём.       Но почему тогда Зай Атс, чрезвычайно похожий на Теккери, исполнял обязанности МакТвиспа – был королевским гонцом? Конечно, могло статься, что это он и был (Март отнюдь не выглядел молодо, да и откуда знать, каков в этом мире заячий век?). «Но ведь ему было бы… - Алиса загнула пальцы. - Лет шестьдесят, не меньше!» В это верилось с трудом. Близнецы тогда были совсем малышами – Алиса готова была поручиться, что других таких быть не может. Это были они и никто другой. Остальные знакомые не приходил на ум: все они повстречались ей либо в Стране Чудес, либо в Зазеркалье. Разве что Шляпник... С ним было непонятно. Она помнила, что у короля был ещё один гонец, и звали его Шляп Ник. Это один и тот же человек? Если так, то это его судили как подданного Ирацибеты во время первого визита Алисы в Расчудесию. Но Террант же был верноподданным Мираны. А Шляп Ник - гонцом её деда - Белого Короля. То ли это три разных человека, то ли хотя бы два из них - один. Алиса так запуталась, что у неё разболелась голова. Смутность давних детских воспоминаний, воскреснувших за эту ночь, добавляла сложностей. Но какие трудности остановят любопытную девушку со стажем невероятных неприятностей?       "Нет лучшего способа в чём-либо разобраться, чем пойти и разузнать", - решила она и направилась разыскивать Шляп Ника. Или хоть кого-нибудь из этих троих.       Как поняла Алиса вскоре, в Расчудесии более чем справедлива поговорка "на ловца и зверь бежит" - искомый объект сбил её с ног, роняя половину маковой булочки и осыпая девушку крошками. Признать в нём знакомого ей Шляпника не составило труда, правда потрясённое сознание всё же потребовало весомых доказательств. И оно их получило. Это было вопиюще юное (так, по крайней мере, виделось Алисе) создание с пронзительно светлыми зелёными глазами и неровно остриженными рыжими кудрями, не достающими до плеч.       - Всё чудесится и чудесится, - пробормотала девушка, не удосуживаясь даже подняться и нескромно рассматривая юношу; тот одарил незнакомку живым взглядом, полным взаимного интереса.       - Не соизволит ли ваша ножка покинуть мои колени? - после минутной паузы бойко справился паренёк.       Сделал он это настолько безупречно вежливо, что Алиса заподозрила иронию. Поспешно поджав ноги и кое-как встав, девушка оказалась на добрую треть фута выше проворно вскочившего мальчишки, что и вовсе поселило внутри странное ощущение нереальности происходящего. Точно она снова откусила расти-булку.       - Как твоё имя? - справившись с собой, спросила Алиса с лёгким заиканием.       - Моё? Террант, - немного удивлённо ответил мальчишка, уже озадаченно осматривая остатки булки, - Я сын главного королевского шляпника.       - Вот как... - разволновавшись, невнятно пробормотала Алиса. - А я...       - Новая фрейлина принцессы? Я видел тебя во дворце с Её Высочеством.       - Д-да, фрейлина, - девушка помолчала. - Ты шёл во дворец?       - Нет, уже обратно. Отец послал принять заказы у знатных дам. - Террант окинул девушку взглядом, словно на глаз снимал мерки. - Может, и тебе что-нибудь нужно? Платье или шляпка? Мой отец мастер на все руки, не разочаруешься.       Алиса догадалась, что его смутило скромное домашнее платье, всё ещё надетое на неё.       - Нет, это ни к чему, - торопливо отказалась девушка, произнося последующие слова раньше, чем успела критически обдумать внезапный позыв, - Но могу я пойти с тобой? Мне бы хотелось познакомиться с твоим отцом. Говорят, он обшивает всё королевство.       - Чистая правда, - с нескрываемой сыновьей гордостью ответил юноша. – Думаю, ничего страшного, если отведу тебя к нему. Не думаю, что он будет недоволен этим. Гостям у нас привыкли радоваться.       И они пошли. Террант шагал бодро, едва не вприпрыжку, с аппетитом уминая булку, и Алиса диву давалась, глядя на него. Он мало чем напоминал знакомого ей Шляпника. Разве что фундаментальными признаками: цвет волос, глаз, имя... В уголках его губ замерла улыбка - кажется, постоянно жившая там. Кожа, хоть и бледная, не была ещё выбелена ртутью. Глаз, заметно косивший к виску, сейчас тоже глядел самым обыкновенным образом. Жесты, мимика, голос - весь он - были такими простыми. Невесомая, открытая миру душа, радующаяся лучу солнца и щебету пролетевшей над головой птицы. Большой ребёнок, не знающий мрачных сторон жизни. Алиса почувствовала, как на глаза навернулись слёзы, и поспешно заморгала, пытаясь поскорее их высушить. Не объяснять же ему, что ей жаль того, кем он станет.       Расстояние преодолеть пришлось приличное, но за предыдущие – алисины – дни она неоднократно проделывала этот путь туда и обратно и привыкла. Первое время они не разговаривали (пока не закончилась булка), потом мальчишка (из-за контраста с привычным обликом Шляпника, Алиса невольно преувеличивала его юность) обратил своё внимание на шагающую возле девушку. Под его взглядом Алисе стало неуютно.       - Невежливо так пристально смотреть на молодую особу, - не выдержала она.       Террант улыбнулся, довольный.       - В гости напрашиваться тоже невежливо. И налетать, не глядя, на других людей, когда те мирно завтракают.       - Позволь, но это ты сбил меня с ног! – возмутилась Алиса.       - И расплатился за это половиной завтрака, - заметил он примирительным тоном.       Они снова молчали некоторое время – на этот раз, пока не иссякло негодование Алисы. Немного помедлив, она затронула интересующую её тему:       - Я наслышана о вашем Клане Цилиндров. Однако не уверена, что составила правдивое мнение. Было бы любезно с твоей стороны рассказать мне немного.       Юноша, как показалось, задумался над её просьбой.       - Ну, что могу сказать… Он появился только при нынешней королеве. Предыдущие, по словам старших, были равнодушны к шляпкам. Но мы уже много лет верно служим короне – не только как шляпники, конечно. Большинство, разумеется, этим и живёт, но есть и такие, кто к шляпам не имеет никакого отношения. Мы ведь живём общиной, да ещё на приграничных землях – два шага – и Королевство Черв! Повезло же им с новой королевой! – приглушённо хохотнул он и продолжил, как ни в чём не бывало. – Так что приходится разным заниматься.       - А что насчёт тебя?       Будущий Шляпник легкомысленно пнул попавшийся под ногу камень.       - Я у них посыльный. Отец меня к шляпам не подпускает. Я давно бы уже и его обошёл, может, но он не даёт и за дело взяться! Только повторяет: «Я тебя для лучшей жизни готовлю, несносный ты мальчишка!»       Алиса понимающе улыбнулась. Ей ли не знать о стремлении взрослых добиться для детей блага в обход их желаний? Только чудом и необычайной настойчивостью ей удалось избежать брака и до сих пор уклоняться от попыток сестры и матери исправить сей прискорбный факт.       - Я думаю, из тебя получился бы замечательный шляпник, Террант, - искренне сказала она, и впервые произнесённое имя далось на удивление легко.       - Весьма лестно, - перестав сердито хмурить брови, польщённо ответил он, и негромко добавил с воодушевлением, - И я непременно им стану! Давно решил.       Мисс Кингсли примолкла, оставив дальнейшие расспросы на потом. Она замечала, что по мере их приближения к Поляне погода портится. «Как бы не вышло дождя», - подумала она. Девушка запоздало сообразила, что Террант ведёт её не на Поляну, а дальше – к месту, которое показывал перед Бравным Днём. Месту, которому суждено превратиться в выжженный пустырь посреди лесной чащи. Вскоре ей пришлось убедиться, что в этом времени посёлок процветал. Немногочисленные дома, поставленные тройным кольцом, стояли с дверьми нараспашку, как бывает только в мирное время, в месте, где все доверяют друг другу. Украшенные яркими лентами и напоминающие по форме шляпы самых различных фасонов, дома радовали глаз, но заставляли сжиматься сердце. Через сколько лет их уже не будет? В посёлке царило оживление, обычное для первой половины дня в любом поселении. Жители шили, кроили, ткали, по возможности вынеся столы на свежий воздух, перешучивались и окликали проходивших мимо соседей, которые на ходу добродушно отмахивались или останавливались переговорить. Кое-где, свесившись с натянутых между ветвями и домами верёвок, сушились стираные и крашеные ткани. Всевозможные шляпы, плотно обхватив болванки, торчали между жердинами изгородей вокруг клумб. Террант провёл Алису к среднему кольцу домов, несколько раз улыбнувшись во все стороны по пути, и пропустил в открытую дверь цилиндрообразного дома.       - Отец, у нас гостья, – спустись! – громко позвал он, обращаясь к потолку.       Послышался грохот, звук шагов по половицам над головой и ворчание, появившееся немногим прежде хозяина. С высокой винтовой лестницы, уходившей на верхний этаж, на Алису и сына смотрел человек лет что-то около сорока, с первыми морщинами – в уголках глаз и губ – выдававшими добродушную натуру. При случайной встрече Алиса не заподозрила бы в нём родителя Терранта. Даже волосы мужчины, остриженные и торчащие тугими полукольцами, имели оттенок более спокойный.       - Чем могу помочь юной мисс? – спросил он.       - Она хотела познакомиться с тобой, - ответил за неё Террант, хотя девушка предпочла бы это сделать самостоятельно.       - Вот как? – несколько удивился шляпник. – Ну что же, я к вашим услугам. Присаживайтесь.       Он указал на столик у дверей дома и приставленные к нему кресла, плетёные из ивовой лозы. Алиса послушно села. Хозяева проследовали за ней. Не успел Террант усесться рядом, отец послал его за лимонадом. Оставшись тет-а-тет с главным шляпником, девушка осознала всю нелепость сложившейся ситуации. «Что я ему скажу?.. – пронеслось у неё в голове. – Что за странная затея пришла мне в голову – заявиться сюда». Она неуютно поёрзала на стуле.       - Вам неудобно?       - Что вы, нет! – поспешно заверила Алиса и честно призналась, - Мне неловко.       - Отчего же?       - Я пришла сюда, не зная вас, и собираюсь беседовать о вещах, о которых как будто бы не принято с совершенно незнакомыми людьми.       - Глупости, – добродушно возразил шляпник. – Вы верно знаете, что я – Хайтопп-старший, а вы…       - Моё имя Алиса, мистер Хайтопп, - с облегчением ответила девушка.       - Вот видите, мы уже не незнакомы. Так о чём вы хотели поговорить?       Девушка помедлила, выбирая первый вопрос.       - Я немного знаю эти места и кое-кого из жителей, хотя сама не отсюда. В частности, знакома с обеими принцессами. После замужества Ирацибеты, Мирана верно и станет новой королевой. У них с сестрой ведь… - Алиса постаралась подобрать наиболее вежливую формулировку, - не самые дружественные отношения, насколько я знаю. Не скажется ли это на отношениях двух королевств?       - Странно видеть, что совсем молодую придворную даму заботят вопросы политики, - улыбнулся собеседник. – По моему скромному суждению, решение лишить Ирацибету законного наследного трона в пользу младшей сестры и фактически выселить из родного королевства нельзя посчитать мудрым. Она и без того обижена на семью. Боюсь, как бы с её нравом это и впрямь не вылилось в серьёзные последствия.       - Я тоже, - так же честно ответила Алиса. – Если подобное случится, ведь первый удар придётся по посёлку и окрестностям – они у самой границы.       - Вы так искренне этим обеспокоены, - заметил мистер Хайтопп. – Должно быть, кто-то близкий вам живёт в здешних местах?       Алиса смутилась, ощутив, что щёки не пытаются скрыть правду, и тихо, но твёрдо признала:       - Да, так и есть. Но теперь, лично увидев, какие тут люди и образ их жизни, мне ещё более небезразлична судьба вашего посёлка и жителей.       Главный шляпник снова одобрительно улыбнулся ей.       - Мисс очень добрая и честная. Отчего-то мне кажется, вы бы коротко сошлись с принцессами. Особенно с младшей.       «Не так далеки вы от правды», - подумала Алиса и хотела побольше расспросить о Миране, пользуясь случаем, однако в этот момент вернулся Террант. Грубоватые глиняные кружки наполнились полупрозрачной зеленовато-жёлтой жидкостью. Алиса разгадала тайну цвета, заметив листик мяты в кружке, отошедшей мистеру Хайтоппу. Ещё до того, как её ладони обхватили шершавые стенки протянутой Террантом кружки, девушка смогла судить о температуре напитка по крошечной капельке, сползавшей по округлому, влажному боку кувшина. Приятная тяжесть в руке и сладковато-кисловатый вкус льдистого напитка с ароматом мяты принесли Алисе не меньше удовольствия, чем общество Хайтоппов. Лимонад был ко времени: в преддверие дождя становилось душно. Мошки под тягой набрякших крыльев лениво выписывали кружева над самой головой. Поднялся ветер, и развешанная для сушки ткань хлопала, рея, подобно сотне флагов. В промежутки между домами Алиса наблюдала, как жители понемногу перемещают работу в дом. Темнело.       Дальше разговор пошёл чисто житейский: о ремесле шляпника, о плюсах и минусах этого дела. (Отец уверял сына, что иметь придворную должность, тем более такую почётную, как королевский посланец, более достойно молодого человека, чем жить ремеслом шляпника, на что юноша пылко возражал словами о призвании и в конечном счёте поклялся, что никогда в жизни не примет ни одной должности и посвятит всего себя шляпному делу.) Алисе хотелось избежать очередной семейной ссоры и удалось повернуть разговор так, что речь пошла об истории семьи. Наконец для девушки стало всё понятно.       Дед Терранта был осуждён за сущую безделицу и просидел в тюрьме два года, как и помнила Алиса. Старый Белый Король простил его и принял к себе на службу гонцом. Шляп Ником же его прозвали из-за сына – мистера Хайтоппа, - женившегося на одной из местных девушек и вступившего в Клан Цилиндра. Он освоил ремесло шляпника, вёл мирную жизнь, обзавёлся семьёй – но по понятиям отцовского окружения это было плебейством. Алиса вспомнила слёзы и саксонские позы гонца и подумала, что по детской наивности могла неверно истолковать их причины. Ведь в то время всё ей казалось забавной чепухой и занятным приключением. Наверное, оттого мистер Хайтопп и настойчиво противится желанию сына повторить его судьбу. По странному закону жизни родители тем более рьяно прививают детям наставления своих отцов, чем менее охотно следовали им сами. Стоило Алисе погрузиться в размышления, как семейство возобновило препирательства.       - На мой взгляд, из-за мнения окружающих не стоит жертвовать мечтой, - осмелилась вмешаться она. – Кто-нибудь всегда останется недоволен нами, поэтому надо жить, как просит душа. Так ты будешь хотя бы счастлив, - сказала она, посмотрев на Терранта, и обратилась к его отцу, - Ведь вы были бы менее довольны жизнью, если бы никогда не пришли сюда, не повстречали свою жену и не сделали ни одной шляпы? И у вас бы уж точно не было такого сына.       Главный шляпник не нашёлся, что возразить, а Алиса увидела благодарность в глазах Терранта. Девушке это было приятно, хотя она и понимала: настоящей её заслуги не было. Просто их взгляды на жизнь, как оказалось, во многом совпадали, и она пришлась очень кстати. Кто бы мог подумать, что и Шляпнику в юности пришлось отвоёвывать у родителя и общественного мнения свою заветную мечту?       Когда кувшин опустел, а темы для разговора иссякли, Алиса решила, что пора прощаться. Однако надвигалась гроза, и мистер Хайтопп настойчиво предлагал девушке остаться, чтобы переждать непогоду. Помня про данное Миране обещание, она всё же поддалась на уговоры, рассудив, что довольно мокла за прошедшие дни. И всё-таки ушла прогуляться, пока дождь ещё не начался. Алисе необходимо было подышать свежим воздухом в одиночестве, подальше отсюда – находиться в месте, которое обречено на гибель и неотрывно связано при этом с близким существом, с болью его жизни, было невыносимо.