Час Волка. Часть 1. Вергилий

«Судьба первых послевоенных поселений на Окраине была печальной: из каждой сотни колоний оставалось не более десяти. Причин тому множество — недоверие местного населения к землянам, как к бывшим захватчикам, повсеместная вражда, тяжелые природные условия, зачастую плохо изученные. Но более всего жизней унесли планетарные вирусы — жестокие, быстротечные, неуловимо меняющиеся штаммы, по смертоносности своей сопоставимые с самыми ужасными бедствиями древности — Эболой и бубонной чумой. Мы можем сколько угодно винить во всем природу и случай, но истинный виновник всех этих смертей, на мой взгляд, не кто иной, как человек, облеченный властью...» Руфус Эдельстоун «История Метагалактики» «Дружба — непростая штука. Она должна быть чертовски прочной и выдержать любые перепады g-переменной, пройти сквозь астероидные пояса тысячи систем и заставлять нас стремиться к совершенству, олицетворением которого непременно является тот, кто постоянно находится рядом. Со временем я научился не требовать от друзей больше, чем они могут дать — быть постоянными в дружбе и верными в чувствах. Теперь я ценю их умение просто быть рядом и молчать. А на их чувства, дружбу и благородные поступки смотрю, как на великий дар Вселенной...» запись в дневнике Ричарда Миллза Окраина, зона Земля, система звезды Виридис, 2255 год Ричард стоял посреди рубки «Глубинной Звезды», заложив руки за спину и мрачно наблюдал за медленно плывущим в мягком отраженном свете звезды шаром. Челнок делал вокруг планеты виток за витком, а он все никак не мог найти в себе силы и рвануть штурвал, уводя корабль с длинной эллиптоидной орбиты в открытый космос. Равнодушная ко всему приборная консоль мигала зелеными световыми индикаторами, возвещая о том, все системы челнока работают в штатном режиме и готовы к погружению в гиперкоридор. Не готов был к этому он, Ричард. Леса, бесконечные дождевые тропические леса - инопланетные, кошмарные, прекрасные... К ним так легко было привыкнуть! Голубой, зеленый, лазурный — цвета, в глазах любого землянина символизирующие бурный рост и дыхание жизни — царствовали тут безраздельно. Звезда Виридис благословила их своим изумрудным сиянием, которым щедро делилась и с колонистами... В детстве Ричард любил смотреть на солнце сквозь осколки густо-зеленого бутылочного стекла. Он представлял себя путником в иномирной стране, не ведая о том, что дорога из желтого кирпича однажды приведет его в его собственный Изумрудный город... Теперь ему не хватало этого сказочного света. Глаза зудели от приглушенного желтоватого освещения рубки, и Ричард его вырубил. Сквозь огромный, во всю стену, обзорный иллюминатор тотчас хлынул бледный отсвет оставшейся где-то за кормой звезды. Он ненавидел Виридис за то, что она, так щедро одарив, забрала все, что было ему дорого. Где-то там, внизу, под сенью густых дождевых лесов, остались Мэри и Тесса. Его жена и маленькая дочь. Он сам копал могилы в черной жирной плодородной земле. Много, очень много, больше, чем приходилось надеяться... Ричард рванул тесный ворот. Нащупал цепочку, на которой висел кортик — единственное напоминание о давно истрепанном флотском прошлом. Лезвие удобно легло в ладонь — только лезвие и ничего лишнего. Серый металл прижался к коже — Ричард провел им по запястью, не надавливая. Будто пробуя на вкус. Нажать, и потечет кровь — красная, густая и вязкая... Исполинское горе развернуло внутри свои щупальца, отравило сердце, выжгло, высосало, искромсало... А теперь подбиралось к единственному, что осталось у Ричарда — разуму. Их колония была процветающей, пока не пришел планетарный вирус. Он выкосил половину поселения за неделю и так же быстро ушел, оставив после себя руины некогда счастливой жизни. Ричард надавил сильнее. Лезвие взрезало кожу, и он был благодарен вспыхнувшей боли за то, что та не дала ему провалиться в черную дыру безумия. Он опустил руку, позволив клинку повиснуть на цепочке, роняя на металлический пол рубки тягучие бурые капли, и сел за приборную консоль. Он рассчитал курс по минимуму — чтобы хватило на бегство от ненавистной зеленой звезды — и, взявшись за штурвал, швырнул челнок в черную пасть гиперкоридора. Интерком разразился треском помех почти сразу. От неожиданности Ричард рывком дернул штурвал на себя, разворачивая челнок. Прямо по курсу в пространстве висел корабль неизвестной ему модификации. С первого взгляда было ясно, что тот бесповоротно мертв — задрав кверху покрытую заиндевелой копотью корму, он заваливался на бок, постепенно открывая взгляду внушительную пробоину в корпусе, сквозь которую белесым облачком выходил кислород. - Эй там, на челноке! - надсадно прохрипел интерком. - Терплю бедствие! Гипердвигатель неисправен, падение уровня кислорода до критического, пожар на неизолируемом участке! Прошу помощи! Ричард врубил усилитель сигнала на полную мощность. Экран видеосвязи выдал сплошной белый шум, но помехи теперь были тише, чем звук самой передачи. - Говорит «Глубинная звезда». Что у вас произошло? - А так не видно? - скрипуче огрызнулся интерком. - Моей пташке крылья обрубили по самое... Разрешите подняться на борт... - Разрешение предоставлено, - сдержанно отозвался Ричард. - Активируйте телепортационную установку после того, как я передам точные координаты для перемещения. Интерком несколько мгновений помолчал и внезапно разразился удивленным возгласом. - У тебя на борту нет транспортера? Приятель, открою секрет: вместо нормального челнока тебе подсунули дерьмо. - Я предоставлю координаты, - с нажимом повторил Ричард, начиная терять терпение. В ответ интерком кашлянул и сконфуженно признался: - У меня его тоже нет. Чтоб тебя! - про себя чертыхнулся Ричард. - Придется рыбачить. - Воспользуйтесь спасательной капсулой, - посоветовал он и, не удержавшись, добавил: - Хотя бы она у вас на борту имеется? - Ты шутишь! Стал бы я лезть в этот гроб из пластиката, когда поблизости нет ни одной цивилизованной системы! В обзорный иллюминатор командирской рубки Ричард наблюдал, как от искореженного челнока отделилась продолговатая металлическая капсула. Он активировал луч захвата и, мысленно пожелав самому себе удачной «рыбалки», начал наведение. Ему повезло — луч зацепил капсулу почти сразу. В приемном отсеке он с волнением наблюдал, как на гладкой, чуть почерневшей от копоти поверхности спасательной капсулы обозначилась щель люка. Из металлического нутра показалась лохматая блондинистая голова. Плечи — широкие и мощные, с впечатляющими мускулами, туго обтянутыми тканью слишком тесной для них рубашки — едва протиснулись в узкий проем. Гость обернулся, и Ричард едва сдержал возглас досады, встретившись с пронзительным взглядом сверхъестественно-синих нечеловеческих глаз. Спасенный оказался не человеком, как он решил было вначале, а стерхом. Стерхи были земляне, колонисты, давным-давно осевшие в отдаленной системе и за тысячелетие естественным образом приспособившиеся к своему новому миру, генетически они стали совершенно другой расой, хотя и удивительно похожей на своих предков. Стерхи жили в основном торговлей и фрахтом — не всегда законным. В свое время их планетарная система отказалась стать частью Содружества и с тех пор поддерживала с Землей нейтральные отношения. - Уоррен Тарк, - улыбнувшись и протянув широкую ладонь, представился гость. Улыбка у него была открытая и по-юношески бесшабашная. - К твоим услугам и с благодарностью за спасение моей бесполезной шкуры. - Ричард Миллз. Вы находитесь на борту челнока класса «Адвенчер» «Глубинная звезда»... - Ты офицер? - нахмурился стерх. - Это корабль Содружества? - Нет! - поспешно и слишком резко отозвался Ричард. - Как скажешь, - безразлично пожал плечами гость, заметно расслабившись. - А рапортуешь как самый настоящий офицер. Ричард молчал, не зная, что ответить, не зная, как себя вести с непрошеным гостем, и понимая, что совершенно не испытывает потребности в каком-либо общении. Последнее, чего он хотел сегодня — приобрести нежданного попутчика, да еще и стерха, непонятно как оказавшегося в таком отчаянном положении. Ричард не любил стерхов. Встретил стерха — встретил неприятности. Так говорят на флоте. Черт, но он ведь не на флоте, верно? - Не пойми меня неправильно, парень, но места здесь глухие, - снова подал голос гость. - А мы висим тут, словно полная до краев пиньята. Пора подумать о том, чтобы убраться в более безопасное место, пока никто не взялся за биту. Ричард смотрел на него непонимающе. Он вдруг понял, что совершенно не знает, какие координаты задать навигационному компьютеру. У него не было желания думать об этом прямо сейчас, и не появись на борту «Звезды» нежданный гость, он, скорее всего, до сих пор не озаботился бы прокладкой курса. Хотя висеть в пространстве, прилегающем к Окраине, с заглушенным ионным двигателем было действительно глупо. Вероятно, у Ричарда было слишком красноречивое выражение лица. Стерх дернул острой бровью и криво усмехнулся. - Тогда я сам выберу направление. Идет?