Утро.
6 октября 2014 г., 22:49
Утро началось у всех по-разному: кто-то еще отсыпался, кто-то уже мучительно проснулся с похмельем, а кто-то еще даже не ложился. К первым относились наши мальчики, ко вторым - подавляющее большинство (в том числе и женщины), а к третьим относились самые стойкие пьяницы и ветераны этого дела - Главы кланов. Те в компании своих генералов продолжали болтать обо всем на свете, с заплетающимися языками и периодически икая, но при этом продолжая попивать саке. Нурарихен и Рихан пьяно улыбались и проникновенно лепетали о прелестях женского тела, Главы союзников согласно кивали, время от времени вставляя свое мнение. Генералы же уже давно ничего не соображали (все-таки их желудки и головы были послабее предводительских) и «клевали» носами, Гьюки уже два часа как спал, но никто этого не заметил, так как тот продолжал сидеть невообразимо прямо и пить (годы усердных тренировок дали свой результат). А где-то в доме проснулась четвертая группа празднующих, те, кто совсем не пил. К этой группе относилось только два человека - Ёхиме и Ямабуки Отомэ. Они мирно сидели в беседке, пили чай и разговаривали со своими отражениями в зеркалах (женщины создали зеркала из утреннего тумана).
-Ну, как вам прошедший вечер?- спросила *Ёхиме (от автора: здесь и далее отражения я буду помечать *, чтобы не было путаницы в персонажах).
-Весьма интересно,- ответила Ёхиме.- Думаю, этот неко по имени Сиэль хорошо впишется в наш клан. Да и у лисенка наконец-то появился настоящий друг.
-Ага,- вмешалась в разговор Отомэ,- глаза у Сато-чана так радостно блестели, а с лица просто не сходила счастливая улыбка. Да и брюнет явно был более расслаблен и весел, чем при нашей первой встречи.
-Да, когда он только пришел, он был такой серьезный, грустный и потерянный,- подала голос *Ямабуки,- но стоило нашему лисенку попасть в его поле зрения, как тот сразу же оживился, хотя и пытался это скрыть.
-Кстати, девочки, а вы заметили, какие взгляды бросал Куротабо на ту женщину?- нашла новую тему для разговора Ёхиме.- Ее, кажется, Анна зовут.
-О, ты про те заинтересованные взгляды во время ее первого появления?- предположила Отомэ.
-Или про голодные и пожирающие взгляды на празднике?- продолжила за нее *Отомэ.
-Их, по-моему, заметили все, кроме самой Анны,- откусив кусочек сладости, продолжила Ёхиме.- Она так сильно увлеклась разговором с Сецурой, что оторвать ее от этого разговора смогло только появление Сатомэ.
-Чует мое сердце, у Анны с Сато весьма необычные отношения,- задумчиво проговорила Ямабуки.- То ли дружеские, то ли родственные, но явно не любовные.
-Согласна,- поддержала подругу *Отомэ.- Я, кстати, почувствовала на Анне метку клана Сатомэ. Причем не обычную метку, а метку приближенного. Это что-то определенно значит.
-Сложно не согласиться, но их отношения развиваются явно не на любовном фронте,- выпив глоточек жасминового чая, начала *Ёхиме.- Так что предлагаю нам с *Отомэ попробовать свести нашего мечника с этой синей розой. Если что, попросим помощи Сато-чана.
-О, это просто замечательная идея,- радостно захлопала Ёхиме.- Но что делать нам с Ямабуки?
-А вы, мои дорогие, будите шпионить за всеми обитателями особняка и корректировать наши действия.
-Оу, думаю это будет очень весело и «опасно»,- улыбнулась Отомэ и, подняв свою чашку чая, произнесла тост:- За нас!
-За нас!- поддержали ее остальные.
***
А в это самое время в одной из комнат особняка проснулись наши мальчики. Головы после пьянки совершенно не болели (просто они из-за поклонников не успели толком напиться, а из-за танцев алкоголь быстро выветривался). Потрепанные, сонные и не переодевшиеся после вчерашнего, они смотрелись до невозможности мило. Мягкие ушки были слегка приподняты, а хвостики лениво водили по простыням. В растрепанных волосах сверкали утренние лучи, кимоно все помялось и съехало в строну в некоторых местах, открывая вид на обнаженные худенькие плечи, обтянутые алебастровой кожей, и стройные длинные ноги от щиколоток до самого бедра. Затуманенные сном глаза завершили картину. По-детски потерев глаза кулачком и зевнув, слегка разомкнув пухлые губки, Сатомэ медленно пополз по направлению к футону своего соседа. Тот тоже только проснулся и теперь внимательно следил за передвижением соседа. Лис же в свою очередь, как только добрался до место назначения, рухнул всем телом на футон, прихватив с собой при этом Сиэля. Брюнету не очень понравилось такое отношение к своей персоне, но он не предпринял не одной попытки освободиться из плена блондинистого тела. К тому же ему было даже немного приятно и уютно лежать вот так (хотя он никогда в жизни не признается себе в этом, тем более блондину). Полежав в такой позе еще немного, Сиэль начал освободительные действия своей тушки из объятий «террориста». Террорист же в свою очередь возмущенно и лениво зарычал, но все-таки слез. -Доброе утро, котеночек,- сладко промурлыкал Сато.- Как спалось? -Транси, не выводи меня из себя,- рыкнул Сиэль, но потом устало добавил:- у меня настроения для перепалок нет. А спалось отлично. Впервые в жизни чувствую себя выспавшимся, хотя лег два часа назад. -Привыкай,- сладко потянулся Сато, при этом прижав ушки к голове,- здесь всегда так. И зови меня Сатомэ, а лучше Сато, это мое настоящие имя. А «Алоис Транси» напоминает мне про холодную и дождливую Англию, противного старика и смертную скуку. -Кстати, про старика,- встрепенулся Сиэль, при этом его ушки встали торчком.- Ты с ним действительно спал? -Фу, конечно нет,- закричал Сатомэ, скорчив рожицу.- Я бы этому старикашке и пальцем бы не дал к себе прикоснуться. Каждый раз, когда он тянул ко мне свои лапищи, я его отшвыривал к противоположной стене. -Понятно. Сатомэ, а ты это…- Сиэль покраснел, опустил свою голову.-Ну… занимался уже с кем-нибудь… кхм… -Чем?- Сатомэ наклонился поближе к собеседнику. -Ну, этим…,- Фантомхайв покраснел пуще прежнего и, сильно прижав к голове ушки, выпалил:- Сексом! -Не-нет,- Сато тоже прижал уши к голове и слегка покраснел. -Правда?- недоуменно. -Угу,- смущенно. -Но ты ведь уже взрослый,- продолжал допрос Сиэль.- Да и к тому же… очень красивый и миленький. -Ну да, красивый,- проговорил Сатомэ, отворачиваясь.- Но я не хочу секса без любви. А полюбить смог пока только Клода. -Понятно,- протянул брюнет.- Я рад, что я тут не единственный девственник. -Сиэль, давай поговорим о чем-нибудь другом. -Давай,- пожал тот плечами,- а о чем? -Ты же видел вчера на празднике мужика с каменным лицом и женщину с длинными черными волосами, с ней еще Анна весь вечер болтала? -Ну да. А что? -Мужика зовут Гьюки, и он влюблен в ту женщину. Но он очень боится, что если признаться ей, то она ему в лучшем случае откажет. -И? -Но Сецура тоже в него влюблена, просто не хочет этого признавать. -И ты хочешь их свести? -Ага. Поможешь разработать план по сближению ледяных сердец? -Хм, знаешь, а это звучит очень весело,- Сиэль улыбнулся и протянул руку.- По рукам, но ты поможешь мне адаптироваться в клане. -Ага,- блондин пожал руку брюнета и улыбнулся.- Ну что, начнем? -Ага.***
Утро для Клода и Себастьяна началось жестко. Когда они проснулись, им казалось, что у них болит все: начиная с ногтей на ногах заканчивая кончиками волос. Их жутко мутило, а к горлу то и дело подступала рвота. Но они же дьявольские-дворецкие, а дьявольские-дворецкие не блюют. Но после неудачной попытки встать, оказалось, что блюют, да еще как. Так что несчастные брюнеты после пятнадцати минут «освобождения желудка» в ближайшую посудину (это была ваза) решили больше не пытаться подавать признаков жизни. Примерно через полчаса боль локализовалась только в голове, и поэтому ниши «трупики» смогли перейти в стадию «зомби» и доползти до воды и антипохмелина (предусмотрительно принесённые одним из екаев, так как проблемы сушняка и похмелья в особняке - дело распространенное). Еще через полчаса дворецкие целиком и полностью были на стадии «воскрешенные». Но долго радоваться им не пришлось, так как к обоим вернулась память, а если уж быть совсем точными, то картины веселья господ. И Себастьяну, и Клоду вновь захотелось напиться до беспамятства. Но, опять вспомнив, что они дьявольские-дворецкие, решили не терять самообладания и не ронять достоинства. Поэтому негласно было решено переодеться, прибраться и проверить, как там мальчики. После быстрой (я бы сказала, секундной) уборки и переодевания, мужчины направились в сторону комнаты Сиэля и Сатомэ. По пути им почти никто не встретился, «трупы» жертв пьянки не в счет. И вот дойдя до места назначения, они услышали разговор. -А ты уверен, что у тебя получится?- послышался голос Сиэля. -Поверь мне, Гьюки такой же, как и Клод,- послышался радостный голос Сатомэ.- У меня обязательно получится. И уже завтра этот непреступный и холодный мужчина будет у моих ног. -Что-то я сомневаюсь,- насмешливо.- Ты на протяжении нескольких лет соблазнял Клода, но у тебя ничего не вышло. С чего ты взял, что Гьюки так быстро сдастся? -Ну, во-первых, с Гьюки я знаком намного дольше, чем с Клодом. Во-вторых, он не такая бесчувственная сволочь, как Фаустес. И в-третьих, для завоевания Клода я не использовал весь арсенал своего очарования. И теперь представь, я в белом кимоно с отрытыми плечами, слегка покачивая бедрами и хвостом, медленно и элегантно подхожу к Гьюки, обнимаю его за шею и нежно шепчу ему на ушко…- Клод за дверью еле сдержал жалобный, полный отчаяния скулеж. Он отшатнулся от двери и быстрым шагом направился прочь от злополучной комнаты. Себастьян проводил его понимающим взором. -П-представил,- нервно сказал Сиэль.- А мне что делать? -Как что?- удивленно.- Соблазнять Сецуру. Поверь мне, ты ей понравишься. -Ладно,- вздох,- все равно делать нечего. После этой фразы Себастьян поступил также, как и Фаустес. Он со скоростью штормового ветра вылетел из особняка и «полетел» в сторону города. Добежав до ближайшего бара, он притормозил и прислушался к своим ощущениям. На душе творилось черти что. Там было непонятно пусто, одиноко и невыносимо больно. Сердце билось быстро-быстро, но явно не от бега. Заглушив на пару секунд разумом сердечные муки, Микаэлис почувствовал, что его собрат по несчастью находится в паре десятков метров от него в окружении екаев. Пойдя по следу, он оказался в баре для екаев. Оглядев помещение, Себастьян увидел Клода, сидящим за дальним столиком и методично напивающимся. Подойдя к нему, он, не спрашивая, сел к нему за столик и заказал у официанта чашу и пять бутылок саке. На душе у обоих было невообразимо хреново. А последняя надежда на счастье разбилась о жестокую реальность и безразличие их возлюбленных. Оба мужчины были более чем уверены, что к следующему утру их головы снова будут болеть.
