Ты будешь моим

От автора: простите, пожалуйста, за задержку, но мое вдохновение вернулось ко мне только сегодня. И пока оно опять не сбежало, я быстренько напечатала эту небольшую главу. Надеюсь, вам она понравится. Себастьян       Не успели мы с Клодом выйти из комнаты, как перед нами материализовался - в прямом смысле этого слова - мелкий екай, примерно с метр ростом. Одет он был в красное длинное кимоно с длиннющими рукавами. Лицо его (или ее) было скрыто белой улыбчивой маской. В маленьких ручках он держал стопку одежды. Протянув ее нам, он пропищал:       -Это Вам для праздника,- как только я взял вещи, он исчез в легкой дымке. Я недоуменно посмотрел на Клода, застывшего в дверях, он безразлично пожал плечами и вернулся в комнату. Я зашел вслед за ним. Положив стопку на кровать, я начал рассматривать данные нам вещи. Среди них было два кимоно черного цвета с крупными японскими иероглифами золотого и алого цветов. Я не раздумывая всучил кимоно с золотыми иероглифами Клоду, а с алыми взял себе. По-моему, слова на моем кимоно означали "Ворон" и "Преданность", а надписи моего соседа по комнате - "Паук" и "Привязанность". М-да,с иероглифами попали в точку. Переодевшись, мы наконец-то направились в зал, где проходил праздник.       Зайдя в зал, мы осмотрелись - в общем, праздник уже начался, но еще не успел перерасти в пьянку. Все, конечно, пили (а как по-другому?), но пока были вменяемы. Отойдя от главного входа в сторонку, мы присели у стеночки подальше от эпицентра праздника. Кстати, насчет эпицентра - главы клана Нура и главы дружественных кланов сидели и весело болтали, а значит, союзнический договор был заключен. Ёхимэ-сама и Отомэ-сама (мы узнали, как звать жен Глав, да и примерно всех Генералов) спокойно улыбаясь, сидели рядом с мужьями и разливали саке по чашкам. Странные они, эти жены. Чувствую, как мой сосед толкает меня в бок локтем. Я поворачиваюсь к нему и вижу, как тот странно улыбается и показывает в сторону противоположной стены. Переведя взгляд в нужном направлении, вижу занимательную картину. Наша Анна сидит рядом с какой-то женщиной, которая очень похожа на нее саму (я уж подумал, что они сестры, да и к тому же обе были одеты в белое кимоно с синими снежинками, даже прически одинаковые). Суцура, а именно так звали собеседницу Анны, судя по выражению лица и по жестам, на кого-то жаловалась. Анафероуз же внимательно ее слушала, периодически поддакивая и утешая несчастную. Я усмехнулся, хоть кто-то из нас нашел свое место в этом доме, хотя нет, ошибочка - вон Гробовщик увлеченно что-то рассказывает своим новым друзьям. Да к тому же так яростно, что я уж испугался, не план ли по захвату мира он им втирает. А то уж слишком внимательно его слушают собеседники. Ах да, только сейчас заметил, Гроби тоже переоделся в другую одежду. На нем сейчас красовалось черное кимоно с белыми иероглифами "Смерть", шляпа отсутствовала, длиннющие серебристые волосы были убраны в высокий хвост, но челка все равно скрывала пол лица. В общем, внешне да и в сущности никто не выбивался из общей картины. Вот только я чувствую себя тут лишним, да и Клод, поди, не чувствует себя здесь уютно. Перед нами пробежался мелкий екай и оставил после себя столик с закусками и выпивкой (десять бутылок саке). И зачем нам столько? Тут голоса резко смолкли и все присутствующие повернули свои головы в сторону главного входа. В зал вошли двое юношей божественной красоты. Их треугольные ушки стояли торчком и слегка дергались от мельчайших звуков. Пушистые хвосты слегка колыхались при движении. Шелковые кимоно выгодно подчеркивали стройные фигурки, а их цвет - глубину до боли знакомых глаз. Подождите-ка! Это что, Алоис и Сиэль?! Моя челюсть поздоровалась с полом, рядом послышался аналогичный стук. Клод       Это Алоис? Мой Алоис?! Этот прекраснейший, элегантный и божественный лис - мой мальчик Алоис?!(все никак не привыкну, что его зовут Сатомэ). А рядом стоящий с ним нэко - Сиэль? Рядом послышался звук падающей челюсти Себастьяна, хотя моя от его не сильно отстала. А эти двое с грацией и достоинством королей прошествовали к Главам клана. При этом гости и хозяева праздника провожали их такими взглядами, что я готов был поубивать здесь всех без исключения. А мальчики тем временем присели между Главами клана и их женами. И, не удостоив остальных даже мимолетным взглядом, начали разговаривать со своими соседями. Мне от такого отношения к своей персоне поплохело. У меня настроение после нашего с Алоисом дневного разговора было плохим, но сейчас было намного хуже. Да причем так, что хуже некуда. Мало того, что я его потерял, что он теперь меня вообще за личность не считает, так теперь еще он меня игнорирует. Я не задумываясь выпил целую чашу сразу и почувствовал, что саке сразу же стукнуло мне в голову. Нет, я, конечно, невосприимчив к алкоголю, но не стоит забывать, что я сейчас в особняке екаев, где демонов больше, чем людей во всем городе. Так что саке у них не обычное, а демоническое. А значит, на редко пьющих демонов оно действует отменно (это вон клан Нура с друзьями привыкли бухать чуть ли не каждый день, а я существо мало пьющее). Себастьян тоже не отводит свой взор от своего хозяина и также, как и я, медленно, но верно напивается. Смотря на то, как наши хозяева мило болтают с правящей верхушкой особняка и пьют саке, при этом абсолютно игнорируя нас, я думал, что вот оно - самое худшее, что могло со мной случиться, но нет, бывает и хуже.       Алоис слегка пошатываясь встал, протянув руку Сиэлю, и потащил его танцевать. Мое сердце болезненно сжалось (я даже не подозревал, что орган, который я обнаружил у себя совсем недавно, может так болеть). Я застонал от бессилия и боли, рядом завыл Микаэлис. Алоис!!!! Родной, любимый, драгоценный! Ну, зачем ты так сжимаешь Фантомхайва в своих объятьях? Зачем отвечаешь на его прикосновения так искренне и нежно? Зачем? Я отвел взор от танцующей пары и сильно сжал кимоно в области сердца. Перед мной появилась бутылка саке. Я поднял глаза на своего соседа и увидел такую же боль и отчаянье в красно-карих глазах. Я взял бутылку, чокнулся с Себастьяном и выпил все саке залпом. Что может быть хуже той боли, что я испытываю сейчас? Выпив еще бутылку, я набрался смелости посмотреть еще раз на свое чудо. Пустая бутылка выпала из моих ослабевших рук. Микаэлис непонимающе посмотрел на меня, а потом перевел свой взор в ту же сторону, что и я. Бутылка Себастьяна, в отличие от моей, разбилась. В тот момент мы оба узнали, что может быть хуже разбитого сердца. О, превеликий Сатана, наши мальчики, наш смысл жизни, наша первая и единственная любовь флиртовала, обнималась и улыбалась другим. Сиэль и Алоис были окружены толпой поклонников, которые наперебой им делали комплименты, признавалась в любви и делали предложения руки и сердца. А мальчики им улыбались и благодарили в ответ. Себастьян       Я еще никогда не видел столь искренней и радостной улыбки на лице господина. Я служил ему почти пять лет, но ни разу не видел его улыбки. Он никому не улыбался: ни мне, ни Элизабет, ни тете, ни даже королеве. Никому. А здесь он дарит свою первую улыбку посторонним, совершенно незнакомым "людям". Я прислушиваюсь к его чувствам. Он чувствует абсолютное умиротворение и счастье. Даже после отмщения и обращения в демона, он не чувствовал себя столь умиротворенно. Я смотрел, как мой господин, мой миленький котеночек веселится в компании новых друзей и чувствовал, как кто-то безжалостно вырывает мое сердце из груди, как режет его на маленькие-маленькие кусочки и кидает под ноги вновь танцующего Сиэля. Я вцепился мертвой хваткой в ткань в области сердца и отвернулся от ужасающей картины. Напиться и повеситься хотелось неимоверно, но больше всего сейчас я хотел уйти отсюда и больше не слышать заливистый смех Сиэля. Я резко встал и направился к выходу из зала, Клод пошел за мной, при этом прихватив оставшиеся бутылки саке. Мы шли быстро и уже через минуту были в своей комнате.       -Давай просто напьемся,- предложил Фаустес. И я, кивнув, взял у него бутылку. Мы пили и пили, но саке быстро кончилось, и когда мы уже хотели пойти поискать еще, к ним заглянула Анна. На ее лице читалось искреннее сочувствие. Она протянула нам целый ящик саке и ушла, так ничего и не сказав. Мы пожали плечами и продолжили напиваться. К утру все саке закончилось, а мы уже забыли, зачем пили. Клод пополз к своему футону, при этом прикольно икая, а я решил не заморачиваться и просто рухнул там, где сидел. Солнце поднялось из-за горизонта, пьяные крики постепенно стихли, а мимо нашей комнаты, пошатываясь, прошествовали наши возлюбленные. Но мы с Клодом были уже в отрубе и ничего из этого не знали.