Black Dream: Обольстительные Сны

Окрась королевские белые розы в красный цвет, И пусть голубые стрекозы рассмешат серый свет. Моя ты Алиса в королевском саду – Такую тебя я в Стране не найду!

      Поднявшись на ноги и бегло осмотревшись по сторонам, Роза поняла, что оказалась явно не на Земле или в Энери. Здесь все было по-другому. Даже атмосфера. Посреди огромного зала, где стены были из стекла, стоял пьедестал, похожий на кровать. Под стеклянным полом плавали рыбки, а над головой, проникая через гигантские стёкла, светило яркое солнце. Роза обернулась назад: там находились двери. Её отвлёк довольно красивый звучный голос, позвав по имени. Роза обернулась к стоящей неподалёку девушке. На ней было серебристое платье с множеством цепочек, которые при каждом движении звенели. Сама девушка оказалась очень красивой, особенно чёрные густые волосы, откинутые назад и доходившие до самого пола, белая чистая кожа и чудесные тёмно-зелёные глаза. В её лице Роза нашла какие-то признаки испанской национальности, но какие именно, не могла объяснить.       — Ты не должна быть здесь! — воскликнула девушка.       — Это из-за короны, — стала рассказывать Роза. — Я надела её, а она бух! и сюда меня перенесла.       — Но ты сама хотела здесь оказаться! — не унималась девушка.       Помимо того, что в неё присутствовало что-то «испанское», Роза была уверена, что её собеседница одна из Богинь, и не ошиблась. Она вспомнила картину с разбойницей в лесу из коридора в поместье Картеров. Эту девушку звали Кармен, и владела она силой Звука. Она сама проговорилась:       — Не для того я тебе подарила голос, чтобы ты говорила глупые вещи! — воскликнула Богиня.       Роза поджала губу. Кому понравится быть осужденным? Роза молчала, выслушивая гневную тираду своего предка.       — Если об этом узнают остальные… — но закончить Кармен не дала вошедшая в зал другая Богиня в зелёном платье эпохи Елизаветы Первой. Как поняла Роза, ей оказалась Ясмин, повелевающая стихией Земли. Единственное, что отличало её от остальных, так это не такой высокий рост: она была чуть поменьше Розы.       — Ты не должна быть здесь, — сказала она ласковым голосом, погладив ладонью по щеке.       — Я узнала у графини Симфонии Горал о «Короне». Поэтому я здесь, — твёрдо произнесла Роза. — Я пришла просить Великих Богинь снять с моего разума Барьер ради спасения своих друзей.       Кармен хотела тут же что-то ответить, но её остановил жест Ясмин. Старшая Богиня выслушала просьбу Розы и качнула головой.       — Это будет очень трудно, — сказала Ясмин. — Это сделать можно только в присутствии всех Богинь и только на определённое время. Я постараюсь выделить тебе хотя бы три дня. Надеюсь, все помнят, как тяжело исполнять Долг Дворянина…       Роза кивнула и украдкой взглянула на Кармен. Та сильно нервничала. Скорее всего, боялась последствий путешествия своего потомка. Сама Роза впервые оказалась в цитадели Богинь. Она несколько раз попадала в Волнующую Безмятежность, где находила погибших родственников и предков. Сейчас же девушка вертела головой, пытаясь отыскать остальных. Возможно, это помещение использовалось для каких-нибудь обрядов. Почему-то Розе показалось, что она была раньше здесь.       Двери распахнулись, и в зал одна за другой вошли десять Богинь, позади которых плелась Клеопатра. И если остальные Богини были рады видеть Розу, то она не слишком.       — Радость моя! — воскликнула Лолита, повелительница смерти, мать Кармен, одетая в чёрное платье с красной лентой. — Как же я рада тебе! Когда-то я стояла над твоей колыбелью, как только ты родилась, а теперь ты такая взрослая!       — Ты её видела, когда она была в Совете! — возразила другая, в красном платье стиля ампир. Она выглядела очень серьёзно и держалась строго. Роза поняла, что это Манора, повелевающая огнём и жившая во времена войны с Наполеоном. Пока они спорили, к Розе подошла другая, в тёмно-синем платье викторианского стиля.       — Ты поможешь? — спросила она, чуть не плача.       Глядя на неё, Роза тут же вспомнила Симфонию, поняв, что это её сестра, Корнелия.       — Симфонии? — переспросила Роза. — Конечно, помогу!       — Так это Клео виновата! — воскликнула другая Богиня. Как показалось Розе, это была Диана, дочь Корнели и её прапрабабушка.       — Как могла Богиня Жизни так поступить со своей дочерью?! — воскликнула ещё одна в золотом платье. Роза не могла вспомнить, как её звали: то ли Маори, то ли Камина?       — Вы не понимаете, — возразила ещё одна, в бледно-голубом. — Мы же должны охранять Розу, а она сама пришла к нам с просьбой о помощи. Что мы можем? Отказать?       — О чём ты говоришь?! — воскликнула Манора. — Об этом не может быть и речи! Её хотят убить, а вы…       — Да что ты! — всплеснула руками девушка в сиреневом платье, как поняла Роза, это была Вилена, повелительница танца, потому что видела её походку.       — Нет, ни за что! Я не позволю ей это! Я не соглашусь на такое! — заявила Жасмин, бабушка Розы.       Девушка вздохнула, собралась с духом и свистнула. Все, как одна, обернулись. Роза вделала глубокий вдох и начала:       — Прошу вас, Великие Богини, снять с моего разума Барьер и позволить демону Калерии проникнуть в мою голову, ради спасения моих друзей! Я вас умоляю!       Богиня Ясмин вздохнула и отвернулась. Потом немного подумала, обратилась к остальным.       — Дамы, прошу вас, позволить ей этот риск!       Никто не проронил ни слова.       — Пожалуйста! — взмолилась Роза.       — Тебе решать, Клео, — внезапно сказала Ясмин.       Роза смотрела на свою мать. Она была растеряна. Не знала, что делать. Клео опустила глаза. Было прекрасно видно её смятение.       — Я разрешаю. Ровно в полночь третьего дня мы восстановим Барьер Разума, а до этого времени разберись с Калерией, — произнесла Клео.       Роза улыбнулась, подбежала к ней и обняла. Вокруг матери витал аромат цветов, скорее всего роз.       — Спасибо, мама! — радостно сказала Роза, чмокнув в щёку.       — Идёмте, им надо побыть наедине, — донеслось от какой-то Богини.       Роза отпустила Клео из объятий и теперь смотрела на неё по-деловому. На Богине Жизни было белое платье в пол с расширяющимся подолом, похожим на колокол, красивым лифом на тонких бретельках. Чёрные густые локоны смотрелись на белом, как узоры. Изумрудные глаза искрились любовью и болью. Она протянула тонкие, но довольно сильные руки к дочери, и Роза снова кинулась в её объятия. Клео прижала дочь к груди. Девушка слышала невнятные слова матери, и поэтому ещё крепче прижалась к ней.       — Розочка, — шептала она, — умоляю, скажи, что передумала! Откажись! Я не хочу тебя потерять, как потеряла всех, кто был мне дорог!       — Мама… — пролепетала Роза, чувствуя горький ком в горле.       — Я хочу, чтобы ты была счастлива. Я не хочу повторения истории.       — Какой истории? — спросила Роза, отстранившись.       — То, что началась здесь так давно, — Клео окинула взглядом пустой зал. — Она началась здесь. Когда я попала сюда, я увидела свои прошлые жизни. Я увидела тебя. Ты всегда была моей дочкой! Когда ты появилась на свет, ещё тогда, в самой первой жизни… ты была здесь, спала непробудным сном… Он разбудил тебя… и полюбил тебя…       — Кто «он», мама? — дрожащим голосом спросила Роза.       — Твой любимый. Он всегда находил тебя, как бы ты далеко не была. Это, правда, любовь, преодолеть века, перерождаться снова и снова. Он боится рассказать тебе о своих чувствах. Он очень любит тебя…       — Кто он, мама, скажи! — взмолилась девушка,       — Твой ангел-хранитель, — ответила Клео. — Твой Чёрный Ангел. Белый Демон всегда будет слепо идти за тобой. Чёрный Ангел не такой: он меняет тебя и меняется сам, удивляет, заставляет взглянуть на обычные вещи иначе.       Роза строго взглянула на мать.       — Это Эрик? — неуверенно спросила она. — Это он, я права? Он - Чёрный Ангел? Кто же тогда Белый Демон?       — Он всегда появляется, встает между вами, — продолжала Клео. — Он заставляет думать, что ваша любовь – иллюзия, но это не так. Такой крепкой любви, как у вас, не было ни у кого. Вы созданы друг для друга. Вы не можете друг без друга. Белый Демон никогда не получит твоё сердце. А сейчас тебе пора идти. Просто посмотри на Ангела другими глазами. Иди.       — Как я могу попасть назад? — спросила Роза.       — Просто подумай о доме, — ответила Клео, прежде чем все стало медленно исчезать.

***

      В прекрасно обставленном салоне на кресле и на диване за столиком, на котором стоял очень дорогой чайный сервиз, сидели девушки и что-то бурно обсуждали. Одна из них выглядела болезненно, что подтверждалось сильной худобой, бледным оттенком кожи, ввалившимися глазами и впалыми щеками. На ней было тёмно-бордовое платье из бархата с турнюром и кринолином. Её длинные белые волосы украшала ярко-красная лента.       — Вы представляете, мисс Харрисон собирается в Америку! Она решила бросить все дела и уехать отсюда!       Одна из её собеседниц покачала головой. У этой девушки были светлые волосы, убранные в замысловатую причёску и серо-голубые глаза. На её тёмном платье красовался довольно необычный узор, а на руках звенели браслеты.       — Юа, милая, вы шутите! — говорила она.       — И я слышала об этом! — подала голос третья в светло-голубом платье с припущенной линией плеч. Блондинка с голубыми глазами и жеманным голоском. К ней присоединилась подруга-брюнетка в лиловом платье.       — Верно-верно, — сказала она.       Роза не могла понять, что она делает в такой необычной компании. Девушку, сообщившую новость, она узнала мигом и содрогнулась – это демоница Юа. Рядом с ней медиум Мерлин. Ту блондинку зовут вроде бы Амариллис, а брюнетку рядом с ней – Карамия. В дальнем конце комнаты сидели ещё две девушки, которых она встретила в Австралии: Моника и Мелисса. Но, о, ужас! Они все мертвы! Все! Юу, Монику убила Роза, Амариллис – принц-изгнанник, Мелиссу – Ким и Тим, Карамию – Ленни, а Мерлин оказалась заперта на Палой Вершине. Почему сейчас Роза пила с ними чай оставалось загадкой. Её наряд был такой же в викторианском стиле, только тёмно-малинового цвета.       — Что происходит? — в ужасе спросила Роза, озираясь по сторонам.       — Мисс Картер, что с вами? — заботливо спросила Юа.       Девушка с ужасом смотрела на неё, как будто та вовсе не собиралась её убить года два назад. И как будто Роза не убила её на своём Дне Рождения.       — Что происходит? — спросила Роза, поднявшись с дивана и уронив чашку. Та разбилась.       — Мисс Картер, — встревожилась Амариллис, — вам плохо?       Взволнованно дыша, Роза осматривалась по сторонам. Она не могла понять, где находилась. Вдруг всё исчезло. Роза проснулась в одной из малых гостиных в поместье. Она заснула за книгой. Девушка посмотрела на название. «Доктор Джекилл и мистер Хайд», о раздвоении личности. Жуть! Роза отложила книгу в сторону и поднялась с кресла. Она задремала за резным столиком для игры в шахматы, используя его как подставку для книги. Роза подошла к окну и отодвинула тяжелые портьеры. В глаза больно ударил солнечный свет. Девушка вздрогнула, сощурила глаза и стала присматриваться. За окнами во французском саду расцвели все цветы, удивляя красками и красотой. Роза вышла из гостиной и спустилась по лестнице вниз, а затем вышла из дома через веранду. На улице стоял знойный июль, а лёгкий ветерок доносил до неё жар и аромат роз. Она спустилась с крыльца и пошла по дорожке между клумбами. Впереди, возле огромной каменной вазы с белыми розами, стояла новенькая горничная Лили Блэк, Мари, Линда, садовник Петро и водитель Элвин Грейс. Они держали в руках огромные молярные кисточки, а рядом на газоне перед вазой стояли огромные вёдра с красной краской. То, что они начали делать, ввергло Розу в недоумение и шок: опуская кисточки в краску, они принялась красить белые розы в красный цвет! О таком Роза читала очень давно, в детской книжке «Алиса в Стране Чудес». Да, там, боясь королеву, карты делали то же самое. Но почему сейчас это делают её слуги?       Бросившись к ним с криком «Эй!», Роза не заметила на дорожке садовый шланг, и со всего маху, споткнувшись, ухнула на землю. Её дёрнуло. Роза отрыла глаза. Теперь она стояла посреди какого-то роскошного зала в узком платье в пол. На людях тоже были странные костюмы, какие Роза охарактеризовала началом двадцатого века. Её кто-то окликнул. Девушка обернулась и увидела Леонардо ДиКаприо. У Розы от изумления полезли на лоб глаза. Что он делает в начале двадцатого века? Что вообще происходит?       — Роза, — сказал он и стал говорить о чём-то, во что Роза не вникала.       Девушка отпрянула от него в ужасе. Потом бросилась прочь из зала, расталкивая гостей. Выбравшись из помещения на свежий воздух и добежав до перил, Роза поняла, что находиться на корабле. А внимательно присмотревшись, она увидела спасательные круги с наименованием лайнера «Титаник». Понятно, что здесь делает ДиКаприо: он же играет Джека из фильма. А она получается Роза! Девушка запустила в волосы пальцы. Что за жуть?! Мимо прошла официантка с довольно знакомым лицом. Роза попыталась её догнать, но снова споткнулась и больно ударилась головой.       Теперь она очутилась в своей комнате на кровати. Рядом никого не было, чему она обрадовалась. Только длилось это недолго. В комнату вошла горничная Мари с ведром краски и кисточкой и принялась красить белые розы в красный цвет, насвистывая арию Кармен. Пока Роза пребывала в глубоком шоке, та обернулась и с улыбкой начала:       — Знаешь, Роза, а я тебе завидую: ты живёшь в роскоши, и все кругом прыгают. Ты когда-нибудь желала раскрасить живые цветы в разные краски? Ты умеешь мечтать. ДиКаприо, конечно, не тот принц, но согласись, что он классно сыграл роль в «Титанике». Даже я плакала. Ты, как вижу, уговорила Богинь снять Барьер Разума. А ведь я только покопалась на поверхности. Здесь нет ничего интересного. Грустно. Но не переживай! У нас с тобой ещё есть время узнать друг друга получше! Кто тебе сказал, что ты не умеешь мечтать, и тебе не снятся сны? Смотри, что я нашла!       Перед Розой всё поплыло. Она очутилась во тьме. Она видела, как кто-то держал её за руки. Эти руки даровали тепло, спокойствие и нежность. Она ощущала себя в безопасности. Роза растворялась в прекрасных словах, что говорил некий чудесный голос. Словом, была счастлива.       Все перед ней рухнуло. Дёрнувшись, Роза вскочила с постели в своей комнате, больно ударившись лбом с Эриком. Она не могла понять, где находится. Но перед глазами всё плыло. Разум был в тумане. В голове стоял шум.       — Она проснулась, — говорил Эрик, потирая голову, — но, боюсь, не осознаёт, где находится.       — Который раз она просыпается? — спросил его Тим.       — Седьмой за час. Суккуб пытается извести её. Я сам почти без сил: мне становится всё труднее удерживать её сознание и сторожить воспоминания. Если суккуб продолжит в том же духе, я не смогу больше ничем помочь.       Поодаль от Тима стояла Ким. С болью в голосе она спросила:       — А зачем ты её связал?       Роза в ужасе стала мотать головой, пытаясь понять смысл слов. Её руки и ноги оказались привязанными ремнями к столбикам кровати. Девушка забилась в истерике.       — Она не понимает, что творит, — стал объяснять Эрик. — Вы же сами видели её вчера: она же чуть не погибла!       — Да, и нас в могилу с собой едва не прихватила! — добавил Тим.       — Ты останешься? — спросил Джеймс, подойдя к Ким и положив ей ладони на плечи.       — А что ещё я могу сделать? — развёл руками Эрик. — Она и так сильно мучается. Ради вас же старается.       Роза попыталась освободиться, но её запястье обхватила женская рука. Девушка увидела, что её держала новенькая горничная. Она довольно улыбнулась.       — Мисс Картер, всё хорошо, — говорила она. — Вам не о чем волноваться. С вами всё будет хорошо.       — Это ты! — пролепетала Роза. — Это ты – Калерия!       — Я могу стать кем угодно! — ответила горничная.       — Роза, — Ким мигом оказалась возле неё, — Роза, здесь только мы, и никого больше нет. О чём ты говоришь?       Роза с ужасом смотрела на горничную, которая расплывалась в улыбке. Значит, только она её видела! Суккуб проникла ей в голову и создала образ, чтобы Роза сошла с ума. Девушка дёрнулась. Ремни сильно впились в кожу.       — Моя милая Роза, — говорила демоница, — мой кошмар только начался. Ты не такое увидишь во снах.       Роза снова провалилась в небытие. Она видела темноту и чувствовала только холод. Девушка почему-то решила, что она падает. Куда-то очень долго. Она потеряла счёт времени. Девушка поняла, что сходит с ума. Она попыталась вспомнить каждую Богиню поимённо, но ничего не помнила. Она стала медленно забывать о том, кто она. В её разуме оказалась пустота. Только холод окружал её.       Роза ощутила тепло. Оно прогоняло холод и проносило спокойствие. Девушке показалось, что её кто-то держит за руку. Может быть, это был Эрик. Она слышала его голос: он что-то неразборчиво шептал ей. Она таяла от звучания его бархатного баритона. Розе показалось, что она рядом с Эриком может всё. Вот и теперь она может мечтать. Она, правда, может позволить себе мечтать. Вот она видит деревянный домик на краю высокого леса, похожего на тот, что окружает Маленький Ангел. Рядом речка – наверняка Галатея. В этом домике она увидела себя, потягивающуюся возле горящего камина, лёжа на меховом ковре в мужской рубашке. Её чёрные распущенные волосы лежали на белом мехе прекрасными разводами. Зелёные глаза устало смотрели на огонь в камине. Потом, услышав странный громкий стук, девушка лениво поднялась с пола и отправилась на кухню, а через неё – на задний двор. Там мужчина орудовал топором, рубя паления для камина. Его очертания оказались расплывчатыми, но Роза смогла заметить его тёмные волосы. Его торс был обнажён. Розе показалось, что она сейчас умрёт от стыда, а тем временем другая она принесла с собой бокал и, легко добежав до мужчины так, словно на улице было прохладно, протянула ему его. Тот отложил своё занятие, поцеловал девушку с такой страстью, что она пошатнулась, явно изо всех сил стараясь удержаться на ногах, выпил янтарную жидкость, и, подняв подругу на руки, потащил обратно в дом.       Роза выпала в осадок от увиденного. Если бы это был не сон, она бы точно осталась стоять на месте с открытым ртом. И чья это мечта? Явно не её. А где колкие комментарии Калерии? Всё это сжигал яркий огонь. Если Эрик залез в её мысли, значит, он может узнать, что она проиграла. Роза всеми силами старалась об этом не думать. Вдруг перед ней появился идеал всех девушек – голубоглазый блондин, принц на белом коне. О, сколько Роза мечтала его встретить! Сколько Роза мечтала о нем. Перед ней проплывали сцены с поцелуем: на лугу полным полевых цветов, в миг красочного заката у моря, в огромном дворцовом зале, полном гостей, при огромной луне. Вдруг перед ней всплыли моменты поцелуя с Эриком: когда он первый раз поцеловал её на Дне Рождения, второй раз, когда он спас её от Генри, они целовались в лесу возле реки при луне, третий раз, когда она спала, четвёртый – в замке правителей фейри, пятый – ночью на балконе в австралийском городке Брисбен. Её мечты в какой-то степени сбылись…       Её идеал – это доброта, преданность, ответственность, храбрость, самопожертвование, благородство, юмор, острый и холодный ум. Она об этом вспомнила. Она когда-то мечтала об этом. Она осознавала, что любила Эрика не только за эти качества, потому как некоторые он пропускал. Она любила Эрика за то, что он вносил в её скучную жизнь разнообразие и неповторимые моменты. Роза чувствовала, как с глаз у неё срываются слёзы. Она задыхалась в удушливой волне слёз разочарования и боли. Она так долго не хотела осознавать, что влюбилась в этого человека. Из-за этого она и рыдала. Но рыдала она во сне. Роза приняла отчаянную попытку проснуться. Она открыла заплаканные глаза и увидела что-то расплывчатое, синие пятно. Им оказался плафон над её балдахином. Она обернулась. Эрик держал её за развязанную руку и нежно улыбался. Вот что сбивало её с толка, так это его улыбка. Сейчас ей не так хотелось врезать ему или стереть это выражение с его лица. Он частенько насмехался, но в данный момент в его мутно-синих глазах было беспокойство. Роза чувствовала себя измученной. Она не понимала, где находится, но прекрасно понимала, что когда-то умела мечтать. Когда-то она видела сны, так почему всё это исчезло и когда? Эрик смотрел на неё с нежностью. Он поцеловал её тыльную сторону ладони и потёрся об неё щекой.       Роза собралась с духом.       — Где я? — спросила она полушёпотом.       — Ты в безопасности, — прошептал Эрик.       — Почему… на мне ремни? Зачем? — прохрипела девушка. В её горле так и остался горький ком.       — Когда суккуб вошла в твой разум, ты не осознавала, что творишь. Ты едва не убила себя. Прости за ремни… — ответил Мейдон.       — Знаешь, а я вспомнила, я когда-то мечтала. Мне снились сны. Теперь я ничего не вижу, кроме воспоминаний. Я никогда не думала, что так важно мечтать. Я умею мечтать. Но я ведь Богиня Мечты и Снов! Я не должна уметь это! Но именно так я смогла перенестись в прошлое и увидеть маму!       Роза заметила, что в этот раз она так назвала Клео. Она назвала её мамой! Она обычно называла её по имени.       — И я могу плакать, — пролепетала Роза, не сдерживая слёзы. — Ты всегда видишь меня слабой и беспомощной. Какой же я стала?!       Она повернула голову к Эрику. Тот грустно улыбнулся и погладил большим пальцем тыльную сторону её руки, которую так и не выпустил из своей.       — Я знаю, кто может тебе помочь. — Сказал он серьёзно. — Я, конечно, понимаю, что ты его ненавидишь, но нам следует обратиться к нему. Кэрроу поможет тебе. — При этих словах Роза захныкала и попыталась вырваться. — Я серьёзно. Только он может тебе помочь. Роза, он поможет тебе. Тебе только нужно пригласить его в «Розовую Розу». Милая моя, не капризничай. Только так ты сможешь избавиться от Калерии.       Роза взвыла. Она со всех сил дёрнула ремень на другой руке, но он жутко впился ей в запястье. Из глаз снова брызнули слёзы. Ноги тоже привязаны. Девушка вырвала свою руку из руки Эрика, но тот поймал её за ремень и потянул его на себя.       — Дорогая, не следует так делать, — сказал он женским голосом.       Роза с ужасом осознала, что всё ещё спит. Она никак не может проснуться: демоница не выпускала её из кошмара. Но одно промелькнуло в её сознании.       — Ты сказала что-то о Кэрроу? — спросила Роза, прекратив вырываться. — Это Кэрроу Феникс? Но его не может быть! Он мёртв! Его нет в живых!       — Нет, моя дорогая, он жив! Он жаждет получить твою силу. Всё, что ты должна сделать, так это впустить его в «Розовую Розу». Это же не сложно. Просто скажи: «Ты можешь войти». Скажи ему это. Ну, давай!       Демоница в облике Эрика наклонилась к ней и прошептала в самое ухо:       — Скажи ему это. Или я скажу Эрику, что ты влюбилась в него.       — С тех пор, как я лишилась сил, и Богини поставили мне персональный Барьер Разума, мне не снятся сны, и я больше не мечтаю! — ответила Роза. — Я не плачу и не говорю о своих чувствах! А знаешь что? Я кое-что вспомнила. Я – Богиня Мечты и Снов, так что это моя территория!       Роза вырвала руку из хватки Калерии и призвала Меч Богинь. Размахнувшись, она разрубила ремень на другой руке, а затем махнула им перед Эриком. Тот растворился.       — Чёртов трепатель нервов! — буркнула Роза, чувствуя, как слёзы исчезают с её щёк. Она больше не плакала. Разорвав ремни на ногах, девушка поднялась с кровати и помчалась из своей спальни, но стоило ей выйти за дверь приёмной в коридор, где висели портреты Богинь, всё исчезло. Роза провалилась куда-то вниз. Больно ударившись о какой-то камень, она едва смогла вздохнуть, когда рухнула на землю. Перед ней появился серый кот Эрика - Странник. Он смотрел куда-то и… улыбался! А совсем близко огромная гусеница синего цвета промямлила с расстановками:       — Выпьешь микстуру – станешь маленькой, съешь булку – вырастешь… Роза поняла, что Калерия полазила в её памяти и нашла детскую книгу «Алиса в Стране Чудес» Льюиса Кэрола. Потом всё исчезло. Она очутилась в странном коридоре с зеркалами, а где-то вдалеке голос пел:

И в лабиринте, где ночь слепа, Здесь Призрак Оперы – Ведь это всё твоя судьба.

      Главная песня из её любимого мюзикла «Призрак Оперы»! Хороший ход! А это, наверно, зеркальный лабиринт с пытками.       Все исчезло. Опустилась тьма. Роза прошла ещё несколько шагов. Вдруг она оказалась в комнате. На маленькой кровати сидела женщина двадцати пяти лет с длинными чёрными волосами, убранными в косу. На её белое лицо падали пряди бывшей чёлки, которая теперь доставала ей до подбородка. В глазах горела нежность. Она была стройна, пускай выглядела очень простенько, но в этой простоте скрывалась своя красота. А на кровати лежала маленькая девочка с бронзовым оттенком кожи и красивыми янтарными глазами. Она внимательно слушала женщину. До Розы доносился приятный голос женщины: та рассказывала о рыцарских подвигах, о красивых девушках и о магии. Роза прислушивалась к голосу. Ей он безумно нравился. Она переносилась вместе с той девочкой куда-то в мир грёз. Маленькая квартирка перестала существовать для них. Когда маленькая девочка заснула, крепко прижав плюшевого розового медвежонка, женщина вышла из комнаты и отправилась на крохотную кухню. Там, заварив чай, глядя с грустью в окно на ночной Лондон, женщина тихо напевала какую-то песенку на итальянском языке. Роза обратила внимание на бедность, в какой жила эта маленькая семья. В дверь позвонили, и женщина с неохотой отправилась открывать. В коридоре стоял мужчина с бронзовым оттенком кожи в жутко дорогом костюме. Он о чем-то стал спросить с женщиной. Она не пускала его в квартиру. На их шум вышла маленькая девочка в обнимку с розовым потрёпанным мишкой. Мужчина, увидев девочку, с силой оттащил женщину в сторону и ринулся вперёд. Он поднял визжащую и упирающуюся малышку на руки, невзирая на рыдания женщины. Мужчина что-то бросил напоследок и вышел из квартиры. Девочка уронила мишку, а женщина в бессилье и в горьких рыданиях сползла по стене на пол, прижав игрушку к груди.       Роза узрела ужасную правду. То, что произошло, было ужасным. Если бы Роза и её семья не имела бы магию, то всё произошло бы именно так. Если бы Клео не была замужем и всё равно бы родила от Рича, то скрывалась с ребёнком от его семьи, и они бы жили в бедности. Узнав, что у него есть дочь, Рич забрал бы ребёнка даже не смотря на свою любовь к Клео. Розе стало больно от всего этого.       — Роза, приди в себя! — сказал Тим, появившейся из неоткуда вместе с Джеймсом.