Black Dream: Обольстительные Сны

Я открою душу черному бархату небес Время ускоряет бег, Руша хрупкие мечты наших сердец. Далеко от меня счастья берег…

      — Я уговорю его станцевать со мной рок-н-ролл! — говорила Роза, как ни в чём не бывало. Заметив странное выражение лица у Эрика, она подошла к нему ближе, спросив: — Что с тобой?       Эрик молчал. Он сидел в кресле у горящего камина в её спальне и уже целых двадцать минут смотрел на каминную полку, на которой помимо часов лежал и маленький сборник стихов.       — Я – идиот, раз согласился пойти на такое! — проговорил он и поднялся с места. — Хорошо, но если ты проиграешь – с тебя поцелуй!       — Ладно, но если ты – с тебя сто сорок пять фунтов! — с улыбкой сказала Роза.       Эрик нахмурился.       — Зачем тебе такая сумма? Не легче банк ограбить? — спросил он.       — Я нашла платье своей мечты, но тогда у меня не было при себе такой суммы. Боюсь, его скоро купят… — мечтательно проговорила Роза. — И как оно выглядит? — безо всякого интереса спросил Эрик, забрав с полки сборник стихов. — Оно с припущенными плечами из тёмно-синей ткани со стразами, похожими на звёзды. — Ответила Роза. — Там ещё такие туфли на пятнадцатисантиметровом каблуке, но их я уже не потяну. Упаду в самый ответственный момент.       Она заметила, как Эрик усмехнулся.       — Хорошо, — сказал он, обернувшись к Розе, — я принимаю условия. Заеду к тебе в школу на следующей неделе. Посмотрим, кто выиграет. Но если Соврен откажет тебе при всех учениках, то ты целуешься со мной так же при всех, только в холле.       Розе жутко хотелось огрызнуться, но это у неё не получилось. Она не знала, что сказать, ощущая, что забыла что-то очень важное. К тому времени, как она нашла, что сказать, Эрик вышел из её комнаты. Первый раз он покинул её спальню без долгих уговоров и попыток убийств. Роза почувствовала себя разбитой. Она, приведя себя в порядок, легла спать. Чувствуя, как её что-то сильно тревожит.       Утром она с друзьями вернулась в «Ноболнест». Но стоило ей увидеть мистера Соврена, как она вспомнила, что он увидел её в облике Воровки Баст. Весь настрой пропал. Странно, что она вообще согласилась на такое пари с Эриком. И как он только смог уговорить её. Но у неё есть план. Зверский, безумный план. И Роза с улыбкой перешагнула через порог спальни. Она прихватила с собой книгу заклинаний, подаренную на День Рождения Живой Звездой РубиРед, и отправилась в кабинет химии. Там, собравшись вокруг маленького стола, как рыцари при дворе Артура Пендрагона, она собиралась поведать о своём плане Тиму и Джеймсу: Ким они не взяли из-за её ярого желания поймать Воровку Баст. Но сначала приготовили зелье против «стенных ушей», разогрев его на горелке. После того, как Роза сообщила им план, Тим сразу же загорелся ярым желанием найти компромат на Соврена по каким-то неизвестным причинам, Джеймс же просто согласился.       — План прост: нельзя ничего сказать, если и ты не «ангел». — В общих чертах сообщила Роза.       — Название так себе, но делать нечего, — пожал плечами Тим. Потом нагнулся к сумке, возле которой оставил футбольный мяч, взял его в руки и бросил Джеймсу.       — Прошу, друг, сделай это как можно осторожнее и как менее заметно, — говорила Роза. — Мы же не хотим потом отрабатывать.       — Я постараюсь, — сказал Джеймс, выходя из кабинета.       Роза развернулась к Тиму.       — Операция «Всё или ничего» начнётся в пять вечера. В это время учителя собираются в своей собственной столовой на послеобеденный чай. Ты уверен, что Джеймс справится с этим?       — Он встречается с Ким внизу как раз в пять, а сейчас… — Тим бросил взгляд на настенные часы в кабинете, — без пятнадцати…       Роза запустила пальцы в выбившиеся пряди бывшей чёлки и задумалась. Ей казалось, что она забыла что-то очень важное. Она ещё с минуту смотрела в окно. Потом собралась с духом, взяла сумку и решительно направилась в сторону выхода. Тим едва за ней поспевал. Они вышли из школьного корпуса и направились к общежитиям через небольшой «мосток» между зданиями. Он был похож на длинный каменный коридор в довольно странном стиле. Притом открытый. Роза остановилась посередине и выглянула наружу. На дворе собралось большое количество народа. Все обсуждали, как проведут грядущие выходные или во что будут одеты на школьном балу. К большому сожалению, Роза пропустила визит Королевы, но на радость Ким, Её Величество осталась довольна кружком танцев. Совсем неожиданно пришли приглашения в Нью-Йорк на некий конкурс, а билеты странным образом оказались оформлены на Джеймса, Паркенов и Розу, притом по путёвке им достались очень удобные комнаты по соседству. Странно, что их тоже пригласили. Роза оказалась в замешательстве. Но сейчас она отправилась дальше. Вместе с Тимом они притаились за углом корпуса учительского общежития и сверились с часами. В двадцать минут шестого Джеймс разбивает окно учительской мячом: Тим должен успеть заморозить его для большего эффекта. Пока они ждали, Тим присел на корточки возле Розы.       — Что случилось после того, как мы покинули твой разум? — спросил он, подняв голову вверх.       — Я услышала голоса из прошлого, — ответила Роза. — Скорей всего это потерянное воспоминание из прошлой жизни. Там была Розенн Коридж и ещё двое мужчин: Дилана Двана она знала хорошо, а вот с Алленом Файнголдом она не сразу нашла общий язык. Как думаешь, кто они?       — Допустим, — задумался Тим. — Нужно залезть в Интернет и узнать о них. Что там нам говорил тот старикан? Розенн вроде бы была в разведке.       — Тот «старикан» сказал, что мой прадедушка помогал ей разобраться с её «ухажерами», — небрежно бросила Роза. — В воспоминаниях Дилан говорил, что Розенн – его невеста, а та сказала, что против их брака её дальняя родственница – Фиалка Дубмон. Поэтому Хоэл ей и помогал.       — Погоди, ты сказала, что Розенн собиралась замуж? — удивился Тим.       — Да, но все говорили, что это невозможно из-за грядущей войны, в принципе, что и произошло. — С горечью произнесла Роза. — Тот ветеран сказал, что её предали. Она не вынесла удара по чести. Но я услышала ещё кое-что очень важное. Например, то, что у Розетты Ричардсона была мачеха, а настоящая мать умерла при загадочных обстоятельствах. Её имя – Анетта Коридж! Ты понимаешь, что всё вращается вокруг этой фамилии! Коридж. Жена Феликса Феникса – Бриттани Коридж! Помнишь, я у Рейдера сфоткала семейное древо. Нужно ещё раз как-нибудь его увидеть!       — Нужно внести это в наш список дел: «Повторное проникновение к сумасшедшему»! — съязвил Тим. — Ты – самоубийца? Нам ещё не хватало сегодня попасться!       Роза покачала головой. Паркен сверился с часами, поднялся с корточек, и они приготовились. Роза не обратила внимания на то, когда Джеймс пнул мяч, но Тим вовремя успел его заморозить, и ледяная глыба разбила окно. Тим и Роза тут же вбежали в столовую и незаметно прошмыгнули мимо учителей. Они мигом поднялись на третий этаж учительского общежития (учителей было не так много, а нижние этажи пустовали), но и тут они оказались в неудачном положении: посреди коридора прямо возле двери комнаты мистера Соврена стояли два самых глухих человека в этой школе – мистер Бланфорда и замдиректора мистер Чайлд. Как они общались и не услышали грохота, оставалось загадкой. Дальше ребята идти не могли. Тим многозначительно посмотрел на девушку. Та закрыла глаза.       — Есть другой ход, — сказала она задумчиво, — но он тебе не понравится.       «Другой ход» в её предложении означал карниз, по которому очень осторожно, прижавшись спиной к холодной стене, они шагали к учительском окну. Тим перебрал все выражения, пока дошел до нужного окна. Роза же действовала профессионально.       — Я же сказала тебе три раза, что ты можешь меня подождать у окна, — говорила она ему.       — Да, но я не смогу объяснить миссис Готч, что учу сонет Петрарка, а не жду мистера Соврена. Если ты не забыла, то нас тут быть вообще не должно, а мы нарушаем едва ли не все правила, — бормотал Тим.       Роза закатила глаза, присела возле окна и подёргала за раму. Оно оказалось закрытым. Она знала, что Тим готов её убить, но всё-таки решила его обрадовать.       — В студенческих спальнях и в классах не так давно проводили капитальный ремонт и поставили пластиковый стеклопакет, а поскольку в учительском общежитии ведётся ремонт только на втором этаже, то посуди сам: здесь окна ещё со времён Королевы Анны, — разъяснила девушка.       — Надеюсь, что не с Анны Болейн*, — слукавил Тим.       Роза вытащила из волос заранее приготовленную на всякий случай шпильку и ловким движением открыла замок на раме. Забравшись в комнату, она огляделась. В небольшой комнатке с бежевыми обоями в углу стоял письменный стол с настольной лампой, ноутбуком и кипой бумаг, в которых узнавались контрольные работы. С другой стороны стояла кровать с тумбочкой, а чуть дальше – шкаф с зеркальной дверцей. Ближе к столу была видна дверь в ванную. Тим даже присвистнул.       — Вот это у учителей покои! — выдал он.       Толкнув его в плечо, Роза указала на книги в шкафу, и они тут же приступили к поискам. Перешарив всё, девушка отыскала записную книжку, где нашла изображение созвездия «Северная Корона». Соврен тоже ищет Диадему Мудрости? Хорошо, что Богини забрали её себе.       — Что-нибудь нашла? — спросил Тим, подойдя к ней сзади. Роза покачала головой.       — А что вы ищете? — от этого они оба подпрыгнули на месте. Девушка выронила записную книжку и обернулась. Мистер Соврен в одних джинсах стоял в дверях ванной и смотрел на них.       — Вы так не вовремя, сэр… — расплылся в улыбке Тим.       — Что вы делаете в моей комнате? — сурово спросил он.       — Ну, мы ищем острые ощущения, — продолжал Паркен.       Учитель внимательно посмотрел на парня поверх очков, явно не веря.       — А вам, мисс Картер, нечего сказать? — спросил Соврен.       — Почему? — удивилась Роза. — Я много чего могу сказать, но сейчас легче спросить вас, например, о том, что вы видели не так давно в окне.       Соврен открыл рот и сделал кивок головой. Он подбирал слова.       — Да, я видел вас, мисс Картер. Вы – Воровка Баст.       — Тогда посудите сами, что же может делать ученица-воровка в вашей комнате? — сладко произнесла Роза.       Учитель скрестил руки на груди.       — Я наблюдал за вашими действиями в облике Воровки. Не могу сказать, что одобряю такие действия своего ученика, но ведь благодаря вам Скотланд Ярд раскрыл множество тайных делишек. Помню: не так давно Баст обокрала одного политика и выдала его торговлю «травкой» в клубах. Уж не знаю, что и сказать.       Тим смог подобрать слова:       — Это дело с мистером Бейзнесом! Я помню! Тогда наш дед сказал, что Баст совершила двойное ограбление.       — Это мистер Джонс сказал! — поправила его Роза.       — Вы пришли сюда в поисках компромата на меня? — и Соврен с удивлением поднял бровь.       — Да! — гордо призналась Роза. — Почему вы изучаете созвездие «Корона»? — перешла она в наступление.       — Вам оно не кажется прекрасным? — с каким-то расстройством спросил учитель.       — Вовсе нет! — запротестовала Роза. — Вы его просто изучали?!       — У каждого человека должно быть тайное увлечение. Э-э-э, мисс Картер, вас ничего не смущает? — как-то подозрительно спросил учитель.       — Нет, — без раздумий ответила Роза. Кашлянув, Тим задел локтём Розу и кивком указал на учителя. Мистер Соврен всё так же в одних джинсах стоял в дверях. Нет, конечно, он, по мнению Розы, хорошо сохранился и сохранил развитые мускулы, но после общения с Эриком, её уже ничто не вгоняло в краску. Она подошла к кровати, на которой валялась серая водолазка, а потом небрежно бросила её Соврену. Тот её натянул сразу же.       — Мы, пожалуй, пойдём, — замялся Тим, но у Розы осталось ещё одно незаконченное дело.       — Простите, сэр, — начала она, — я, конечно, не могу вас просить, но не могли бы вы оказать мне услугу? Дело в том, что я поспорила с мистером Мейдоном: если я не уговорю вас станцевать со мной рок-н-ролл, то он имеет полное право поцеловать меня на глазах у всей школы. Вы понимаете? Моя репутация под угрозой.       Учитель задумался. Закрыв глаза, он вздохнул, но всё же сказал:       — Как я могу отказать леди? Особенно если дедушка этой леди – мой преподаватель… Хорошо, я помогу вам, Картер, а вы помогаете мне с проверкой контрольных работ младшеклассников. Идёт?       Роза засияла.       — Идёт! — согласилась она. — Идем, Тим!       Парень перевёл взгляд на окно.       — Я туда снова не полезу! — начал он.       — Мисс Картер, я буду рад, если вы с мистером Паркеном воспользуетесь обычной дверью, — сказал Соврен.       Как только ребята вышли из учительского общежития на холодный осенний воздух, то мозг Розы заработал. Она стала переваривать всё то, что им только что сказал учитель. Девушка чувствовала поражение. Жаль, что не могла разрыдаться. Одно радовало: Джеймса не поймали, а Ким ничего не увидела. Но когда Тим и Роза вместе вошли в комнату отдыха, она как-то странно посмотрела на них.       — И где вы были? — завела свою пластинку Ким.       — Уж точно не на лавочке обжимались, — стал изводить сестру Тим.       — Я спрашиваю не об этом! — едва ли не на полуслове оборвала его сестра, пытаясь скрыть смущение.       — Хорошо, скажу: в пустом классе. Это тебя устроит? — не унимался парень.       Джеймс и Роза, наблюдая со стороны, едва могли сдерживать смех. Картер знаком показала ему, что всё хорошо, а подробности расскажет Тим. Но всё равно почему-то Роза не могла вздохнуть спокойно. Она чувствовала себя как-то странно. Дотронувшись шеи, она вдруг поняла, что что-то упустила из виду. Медальоны всё ещё были на ней. Что же не так? Лёгкое прикосновение к жилке… поцелуй! Эрик целовал её! Почти так же, как и тогда на балконе. Но вот что он говорил ей, она не помнила ни единого слова. Он стёр ей память! Хорошо, что рядом нет Эрика: он бы просто с ума сошёл, при виде разъярённой Розы, готовой крушить всё на своём пути. Даже близнецы прервали свой спор и не могли отвести взгляд от Розы. Ни с того ни с сего, она стала заливаться сумасшедшим, истерическим смехом.       — Что случилось? — спросила обеспокоенно Ким.       — Эрику лучше мне не попадаться в ближайшее столетие! — заявила Роза.       Выходные наступили как-то неожиданно для девушки. Она пропустила столько всего, что это её сильно разочаровало. Роза старалась изобразить веселье, но ярость при одном только напоминании об Эрике разгоралась в ней снова. И как только Ким смогла уговорить её позаниматься со всеми в выходные в спортзале? Поскольку все готовились к конкурсу, Ким не стала жалеть кружок. Она заставила всех встать с утра пораньше и начать репетицию. Роза не могла спокойно спать эти дни и постоянно зевала. Вдруг в зал вбежали Тим и Джеймс. Тим сразу же увидел Розу и подсел к ней на трибуну. На Джеймса случайно налетела Ким, но тот успел её вовремя поймать, зная, что если не поймает – Роза убьёт его. Как-то странно, а ведь три года назад он называл её исключительно по фамилии. Тим выглядел немного растрёпанным.       — Что случилось? — тихо спросила Роза.       — Эрик беседует с Совреном. — Этого было достаточно.       Эрик приехал раньше. Но есть хороший повод для мести. Роза схватила Тима и поволокла чуть дальше от центра, чтобы не мешать репетиции. Потом остановила и встала напротив. Они подготовили замечательный план. Роза кивнула Тиму, чтобы тот стал двигать ногами, как она его учила. Тот выглядел не очень хорошо, и ей постоянно приходилось его поправлять. К тому времени, как Эрик появится здесь, у неё все ноги будут отдавлены. Конечно, следовало надеть кроссовки или туфли для танцев, но по решению Ким все должны были предстать перед ней в подобиях пуант. Роза прихватила с собой танцевальные балетки, очень похожие на пуанты, и завязывающиеся на такие же длинные тесёмки, только скрыла их под гетрами.       И вот на горизонте появился Эрик. Он гордо и не торопливо прошёлся по трибунам и сел именно на то место, где сидела Роза пятью минутами ранее. Соврен появился чуть позже, но остался стоять в дверях. Роза старалась не обращать на него внимания, поэтому, остановив Тима, она села на пол и попросила его помочь ей с растяжкой. Разогревая мышцы, Роза наблюдала за поведением остальных. Она улыбнулась, когда Джеймс включил что-то похожее на музыку для рок-н-ролла. Ну, она сейчас всем покажет! При помощи Тима, она поднялась и крепко сжала его ладонь. Её сердце билось как сумасшедшее, но она старалась сохранять спокойствие. Глубоко вдохнув, они оба сделали первый шаг. Со стороны Тима – весьма не умело. Роза старалась смягчить все его недостатки. Краем глаза она видела совершенное и совершенно спокойное лицо Эрика, но прекрасно чувствовала кожей, как его взгляд изучает её, её нечто похожее на гимнастический купальник с юбкой чёрного цвета и ярко-малиновые гетры.       Помешала им Ким. Она появилась просто из неоткуда.       — Это бунт? — спросила она.       Тим и Роза переглянулись.       — Да, — ответил брат. — Мы просто пробуем одну технику, не помнишь, как она называется?       — Мы просто пробуем танцевать рок-н-ролл, — объяснила Роза. — Может, что-нибудь изменим в повседневной жизни?       Последнее в этой фразе значило: измени свой танец танца, Ким. Та это посчитала оскорбленьем. Она отошла чуть назад, но сводить глаз не стала.       — Продолжайте, — сухо сказала она.       Тим пытался хоть как-нибудь показать, что танцует рок-н-ролл, но выходило отвратительно. Прервал всё это мистер Соврен. Он просто подошёл к ним и с улыбкой спросил:       — Что вы делаете?       — Пытаемся танцевать рок-н-ролл, — с улыбкой до ушей ответил Тим, крепче сжав ладонь Розы.       — Пытаетесь здесь только вы, мистер Паркен, – у мисс Картер хоть что-то получается, — высказал своё мнение учитель.       И Роза поняла, что надо действовать. Она попросила Тима отпустить её бедную ладонь и обратилась к Соврену.       — Сэр, в прошлый раз вы обещали мне показать, как танцуют джайв и рок-н-ролл, так покажите последнее, — сказала она милым голоском, надеясь, что удача окажется на её стороне.       Может быть, это чары вейл, а может, учитель просто решил помочь ей: Соврен подал ей руку, приглашая на танец. Роза заметила, как напряглись скулы у Эрика. Он нервничал! Она должна одержать победу! Она должна!       — Мистер Оливен, есть ли в вашем «арсенале» что-нибудь подходящее? — спросил учитель у Джеймса, стоявшего у аппаратуры.       — Сейчас найду! — ответил он, роясь в плей-листе, а после громко крикнул: — Вперёд!       Зазвучала заводная мелодия в стиле джаза. Соврен довольно улыбнулся и показал первое движение. Роза повторила его. Потом он встал напротив и дал ей знак, чтобы она копировала его. Выходило довольно неплохо. Роза подумала, что «кривляния» во время классических бальных танцев просто отвратительно скучно. Но здесь всё было по-другому. Она почувствовала свободу и раскованность, какую ощущала и с Эриком. Она забывала обо всём на свете. Вдруг Соврен взял её за запястья. Одно он в такт тянул на себя, а другое – от. Потом он подтянул Розу ближе, заставил положить на плечо руку, а затем поднял её за талию и перекувыркнул через свою спину. Роза с невскрытым восторгом уставилась на учителя. Он снова притянул её ближе, развернул к себе спиной и, подхватив под руки, чуть наклонил над полом. Подбросил её корпус, перевернув в полёте, поставил на ноги, а дальше они, держась за руки, присели друг напротив друга на колено. Поднявшись, Роза сделала колесо, хотя потом сочла это неуместным. Проделав ещё один трюк, Соврен опустил Розу на пол, а она на всеобщее удивление села на шпагат перед учителем, разведя ноги в стороны. Колени заныли: она плохо подготовилась к такому.       Когда они закончили танцевать, присутствующие в зале зааплодировали. Все, кроме Эрика. Роза второпях поблагодарила Соврена, схватила полотенце и проследила, как Эрик поднялся с места и вышел из зала. Девушка поднялась на трибуну, возле места, где она сидела, и на котором был Эрик. Там лежал клочок бумаги. Роза тут же развернула его. Это оказалась записка и она гласила: «На крыше «Мантикора». Дверь открыта». Роза свернула записку и сунула её в свой «тайник». Схватив зелёное пальто и школьные туфли, она вылетела из спортзала и помчалась на крышу. Дверь оказалась, правда, открытой. Девушка осторожно заглянула и вышла вперёд, завидев Эрика, сидящего на самом краю. Розе захотелось сбросить его при такой возможности, но тот сказал: Её найдёшь в квартале красных фонарей Забудь, что говорят там про неё. Всё это «чушь». Зачем ей нужен тот театр на Бродвей – Она танцует здесь в «Мулен Руж»…       Девушка горько усмехнулась. Ей показался знаком этот стих. Она набросила на плечи пальто, а туфли продолжала держать в руке, пускай и было жутко холодно ногам. Она подошла к самому краю, положив руки на бетонную ограду, на которой сидел Эрик. Он был к ней спиной.       — Я не буду с учителем или при нем танцевать канкан! — огрызнулась она.       — Такой красотки можешь больше не найти… — прошептал Эрик и обернулся к ней. — Ты такой же ребёнок, как и тогда, в Уэльсе…       — Вы не всегда были хорошим учителем, мистер Джонс, — парировала Роза. — Я выиграла пари…       — Я заметил, — сухо ответил Эрик довольно печальным голосом.       — Значит сто сорок пять фунтов теперь мои? — намекнула девушка.       Эрик достал из кармана бумажник, пошарил немного, а потом отдал в руки Розы целых двести фунтов.       — Возможно, и на туфли хватит, — добавил он, когда увидел удивление Розы.       — Такое чувство, что ты со мной прощаешься, — заметила девушка.       — Так и есть. Я улетаю. Опять.       — Куда?       — Очень далеко. Боюсь, что надолго. У меня возникли проблемы.       Роза прищурилась.       — Это связано с «Уличными Волками»? — спросила она его.       — Поговорим, когда я вернусь, — всё, что сказал Эрик.       Розе стало как-то обидно, а в груди что-то защемило.       — Ну, как хочешь, — проговорила Роза, пожав плечами. Она развернулась и горько улыбнулась. Сжав деньги в руках, она не понимала, почему ей так плохо. Отойдя на несколько шагов от Эрика, она услышала, как он что-то шепчет. Она услышала ту самую песню, песню её собственного сочинения, которую он заставил её спеть, когда они только познакомились:

Ты сладко спишь, ты знаешь, что любим... Давай же вместе к звёздам воспарим…

      Роза снова ощутила, как больно кольнуло сердце. Чувствовала боль, переживания, но они были не её. Неужели это чувства Эрика. Роза опустила голову. Она остановилась у двери и сказала напоследок:       — Я не солгала Кристоферу тогда: «Королева моего сердца» моя любимая песня. А какая у тебя?       Эрик промолчал. Роза решила, что он не ответит, но всё-таки он сказал:       — А резве не понятно? «Сверхмассивная чёрная дыра». Ну, возможно и эта «Королева» понравится.       Роза немного удивилась.       — Удачи! — сказала она с натянутой улыбкой.       Вернувшись в спортзал, Роза продолжила репетировать с остальными. Только так она могла отвлечься от мыслей. Закружившись на месте, Роза попыталась вспомнить что-нибудь из вращений. Она давно не вставала на коньки. Отвлекла её от упражнения Вилл. Она хмыкнула.       — Что ты делаешь? — небрежно спросила она.       — Танцую! — бросила Роза.       — Пытаешься изобразить из себя фигуристку? Не проще это сделать на льду? — не отставала Вилл.       — Я просто тренируюсь для предстоящей зимы, — ответила Роза.       — Вилл, Роза, — вмешалась Ким, — перестаньте.       — Нет, — возразила девушка. — Я стою на коньках с пяти лет! Я хочу посмотреть на то, как Картер стоит на коньках!       — Каток ещё не залили, да и вряд ли вообще зальют. — Сказала Роза.       — Тогда пойдём на крытый! — не унималась Вилл. — Если ты лучше меня сделаешь вращение, то я не поеду на конкурс и останусь здесь, если нет, то – ты.       — Идёт! — ответила Роза, чувствуя, что пожалеет об этом.

***

      — Я убью тебя! Честно, убью! — не унималась Ким, расчёсывая волосы.       — Подумаешь, какое-то растяжение, — бросила Роза, укутываясь в одеяло.       — Какое-то растяжение?! — чуть не взвыла Ким, бросив расчёску на стол. — Ты зачем прыгнула?!       — Она сделала неправильный прыжок. Этот делают не так! Она ещё сказала, что я не смогу сделать сложный прыжок. Ну, и ладно, что я неправильно приземлилась!       — Ты могла сломать ногу! — рассержено сказала Ким.       — Но не сломала. Главное: я еду! — улыбнулась Роза.       Ким развернулась и направилась к двери.       — У меня едва сердце не остановилось! — бубнила она.       — Куда ты? — спросила Роза.       — В ванную! — и Паркен хлопнула дверью.       Довольная собой Роза поёрзала на кровати в поисках удобного положения, попыталась размять ушибленную ногу, но вызвала жуткую боль. Она терпела её всю дорогу от катка. Довольная собой, девушка закрыла глаза и погрузилась в сон.

***

      Эрик подождал, пока Паркен выйдет из спальни, потом подождал ещё немного, прислушиваясь к дыханию. Обычный человек может только уловить шаги, но он-то необычный. Дыхание Розы стало спокойным, значит, она уснула. Она была для него раскрытой книгой. Сегодня он уехал сразу, после прощания с ней на крыше, но все же решил вернуться и оставить маленький подарок на память.       Войдя в комнату, он осторожно прикрыл за собой дверь, подошёл ближе к кровати Розы и сел на краешек. Роза дёрнулась. Прикоснувшись к ней, Эрик почувствовал боль в растянутой лодыжке. Подвернула ногу, когда танцевала, или Соврен неудачно поставил её? Излечив ногу, он прикоснулся к щеке Розы, борясь с желанием разбудить её поцелуем, каким она недавно одарила его. Облизнув пересохшие губы, Эрик нежно погладил девушку по шелковым волосам, вдыхая запах цветов и шоколада. Потом увидел медальон на прикроватной тумбочке. Дешевая безделушка, маленький медальон в форме сердечка. Эрик заметил его раньше, когда Роза ворвалась в кабинет мистера Картера, но не придал этому значение. Теперь, когда медальон оказался у него в руках, он почувствовала необычную энергию, которая присутствует в вещах, подаренных с любовью. Открыв его, он увидел на одной из створок надпись на арабском языке, а на другой – картинка с изображением кошки. Положив безделушку на место, Эрик заметил, что Роза сжимала в руке другой медальон. Точнее, когда он вытащил из ладони девушки, то увидел, что это Лунное Кольцо на длинной цепочке. Эрик дотронулся до белого камня, ограненного алмазами по кругу. Камень вмиг засиял ещё ярче, почувствовав «жениха» своей хозяйки. Кольцо стало излучать нежный свет, даруя радость. Эрик улыбнулся, осторожно порвал звенья в цепочке и так же осторожно убрал её. Кольцо он сжал в руке. Потом тихо зашептал:

Пока звезды сверкают наверху, Точно кольцо с бриллиантом, Я буду дорожить этим моментом До новой встречи.**

      Осторожно Эрик надел кольцо Розе на безымянный палец левой руки, а затем поцеловал тыльную сторону ладони, предчувствуя, что завтра её чувства будут зашкаливать от злости. Ему жутко не хотелось с ней расставаться, но обязанности вынуждали. Возможно, он ещё встретиться с ней, скажем в Нью-Йорке, иначе, зачем он подарил лишние билеты. Выйдя из комнаты, он столкнулся с Ким. Та собиралась что-то сказать ему, но Эрик быстро проник в её мысли, закрыл ей рот ладонью и заставил посмотреть в глаза.       — Ты меня не видела, Кимберли, — сказал он ей. — Ты ничего не видела и сразу легла спать. Возможно, что Лунное Кольцо Роза случайно надела во сне.       Ким, не отрываясь, смотрела ему в глаза. Потом отошла от него и закрыла дверь спальни. Эрик же усмехнулся. Они наложили на девушку слишком слабое заклинание, так что он смог узнать о большой тайне Розы. Но он всё равно проиграл. Дважды за эту неделю. Постояв ещё немного у двери, Эрик направился по тёмному коридору, напевая свою любимую песню группы Muse «Супермассивная Черная Дыра»:

Ты – Королева Непредсказуемость, И сколько ждать, пока решишь признаться мне?