Королевство слепых

Размяк рассудок, и соображенье Заснуло? Как, не сплю? Не то, не то... Кто может рассказать мне, кем я стал? У.Шекспир «Король Лир»

17 марта 2016 г. Токио-3. Синдзи без лишней спешки раскладывал принесенные Ангелом вещи. Сумки были набиты под завязку, похоже, что Каин крайне серьезно подошла к вопросу обеспечения их всем необходимым. Шоколадки, крупы, консервы, одежда для Аянами, пара фонариков, аккуратно сложенная палатка, пустые туристические фляги, швейцарский нож, котелок, охотничьи спички (Синдзи смутно припоминал, что они чем-то лучше обычных), зубные щетки… Создавалось такое впечатление, что Ангел собралась тащить пилотов с собой в турпоход. - Питание, к сожалению, не сбалансировано, но обладает высокой энергетической ценностью, - напомнила о себе Каин, пристроившаяся на корточках рядом и наблюдавшая за мальчиком. – Теоретически. У меня не было возможности подробно проанализировать ваше… - она запнулась, подбирая слова, затем продолжила: - В общем, это должно поддерживать вашу жизнедеятельность в течение суток или двух. «Два дня? Что она собирается сделать за этот срок? – Синдзи бросил на лже-Аянами короткий взгляд – И что будет потом?» - Спасибо, - негромко произнес мальчик, хотя никакой признательности к этому существу он сейчас не испытывал. Простой рефлекс. Мысль, настойчиво крутившаяся на краю сознания уже несколько минут, наконец-то сформулировалась и потребовала прояснить один немаловажный вопрос. - Как ты достала это все? – он гнал от себя любые предположения, желая услышать ответ Ангела. В голове эхом отдавались ее слова: «у того, кому это больше не понадобится». - Купила, - в словах Каин звучало нескрываемое ехидство. – Согласись, что грабить магазин ради столь скромной добычи – несколько… неразумное использование моих способностей. Да и лучше мне сейчас притворяться невидимкой, пока наверху носятся патрули с собаками и детекторами. - Патрули? – Синдзи непонимающе глянул на девочку. Это звучало как-то совсем непохоже на обычную тактику Института. Никто не пытался обнаружить Ангелов подобными методами, хотя, конечно, раньше они и не пытались копировать людей. - Мой запах должен имитировать человеческий, но я не уверена, не пахну ли чем-то специфически-ангельским, - Каин выразительно пожала плечами. – Лично я бы попробовала в числе прочих мер и собак. Правда, у меня и самой неплохой нюх на сторожевых псов, так что столкновений с поисковыми группами удалось избежать. - Ты купила это… - Синдзи посмотрел на пакет с яблоками. – Но откуда ты взяла деньги? Если Каин не пользовалась карточками пилотов, чтобы снять средства со счетов, то она должна была добыть их откуда-то еще. Ответом стал мягкий и снисходительный смех. Мальчик почувствовал острый укол тревоги, пока еще не оформившейся до конца, но заставившей отложить принесенные Ангелом припасы и посмотреть на нее саму. - Взяла силой, - рот Каин исказился в тонкой злой улыбке. – Тот, у кого они были, больше ни на что претендовать не будет. Не придет за ними, это я гарантирую… - Ты же обещала… - шепот был совсем слабым. Синдзи неверяще смотрел на нее, ощущая, как внутри все леденеет от осознания допущенной ошибки. Ангел говорила им, что действуя самостоятельно, как раз сможет избежать столкновений с людьми. – Ты говорила нам, что никто не пострадает… - Обещала? – полумесяц улыбки, за ним ровный ряд белых аккуратных зубов. Неестественная, фальшивая гримаса, за которой кроются злорадство и презрение. – Ты глупец? Ты думаешь, что какая-либо клятва – самая священная, самая нерушимая – способна определять чьи-либо действия в этом мире? Человек, я безразличен к любым обещаниям, которые даете вы или разбрасываю я. Если потребуется, то я поклянусь чем угодно, чтобы получить тактическое преимущество в бою, понятно? Мои слова не значили ничего, кроме того, что я действительно собирался обойтись без лишних разрушений. Каин резко подалась навстречу парню, широко распахнутые глаза лихорадочно горели. - Обмен, Икари, - прошипела она. – Я не дура, я прочитала информацию о том, как работает экономическая структура вашей цивилизации. Капитализм, Адам Смит, добавленная стоимость. Все строится на обмене. Стандартом для человека является обмен его времени и навыков на необходимые материальные блага. А теперь скажи, пилот с такой приятно пахнущей границей, что могла обменять я, чтобы добыть эти припасы? У меня ничего нет, кроме фальшивого тела и собственной границы. - Ты солгала нам… - краем глаза Синдзи заметил, как Аянами смотрит на них, в ее позе явственно читалось еле сдерживаемое напряжение и готовность действовать. - Я не лгал вам, - Каин коротко хихикнула. – Может быть, это вы лжете себе. Не думал об этом, симпатяга? М-м, девочка с нестандартной цветовой гаммой? Я лишь сказал, что одна справлюсь намного быстрее и с меньшими сложностями, хотя это также было лишь предположением. - Ты не должна была никого убивать!!! – голос сорвался на крик, мальчик теперь вскочил и сам, осознавая, что это существо просто совершенно спокойно солгало ему. И как понять, что вообще из его слов было правдой? Было ли там правдой хоть что-нибудь? - Я вскрыла его и выпотрошила, - лицо Ангела дрожало от нескрываемого наслаждения, улыбка прилипла к лицу. – Это было исключительно забавно, Синдзи. Никто не видит, никаких свидетелей, пока я копалась в его внутренностях, доставая то, что нужно. Ну же, не сердись, я ведь ради вас двоих старалась, не для себя же? Мне-то деньги не нужны… Подросток не представлял, как сам выглядит со стороны, но внутри все просто содрогалось от смеси эмоций. Ненависть, отвращение, страх, жалость, обида, тоска – все сплеталось и смешивалось друг с другом, требуя выхода, слов, действий… А он даже не представлял, что сейчас может предпринять. Ошибка… Положиться на Ангела – можно ли себе представить большую глупость? - Хи-хи, у тебя сейчас просто обалденный спектр-запах, - Каин приоткрыла рот, язык медленно облизывал губы. – М-м, внусно-то как… Синдзи, Рей, вы так и не поняли юмора ситуации? - Юмора? – мальчик осознал, что сейчас плюнет на все – пистолет, который до сих пор оставался у этого существа, его способности, неуязвимость, на собственную жизнь – и просто набросится на Ангела с голыми руками. Она считала чужую смерть смешной. Смешной… «Мисато-сан была права, это наши враги. Каждый из них…» - раньше, до встрече с Каин, можно было особо не задумываться о природе противника. Они атаковали, люди защищались. Что двигало таинственными созданиями, подросток даже не представлял, да и особо не стремился узнать. Может, все это действительно было глупым недоразумением, каким-нибудь аналогом миграции космических леммингов, на чьем пути, к несчастью, оказалась Земля. Или вторжением инопланетян, высылающих своих лучших бойцов сразиться с людьми за право владеть планетой. Сейчас, заглядывая в эти чужие глаза, он впервые задумался о том, что объяснение могло быть еще одним. Ангелы атаковали человечество, потому что это им просто нравилось. Им хотелось нести смерть, уничтожать чужие города, видеть чужие страдания. Если это так, то… Никакое перемирие с ними невозможно в принципе. - Вы так и не поняли… - Каин обвела их насмешливым взглядом, а затем улыбка мгновенно пропала с лица, снова ставшего отстраненным и равнодушным. – Проклятье, вы действительно предположили, что я буду носиться по ночному городу и убивать случайных прохожих в надежде на то, что у кого-то случайно найдется при себе крупная сумма наличных? Вы меня считаете настолько тупой? - Ты враг… - прошептал Синдзи. – Монстр… - Осторожнее с такими словами, - Ангел погрозила ему пальцем, бросив мрачный взгляд. – Если была врагом, то уже убила бы. М-да, у кого-то из нас очень плохо с юмором. Придется вновь предположить, что у меня. Каин внезапно сделала пару быстрых шагов назад, после чего отвесила неуклюжий реверанс. - О доблестные и славные пилоты Икари и Аянами, специализирующиеся на убийстве маленьких, несчастных Ангелов и неусыпно – ну, практически неусыпно – охраняющие покой собственной расы, ваша скромная союзница имеет честь доложить о героической победе над маленьким и беззащитным оппонентом, не причинившим ей никакого вреда, неспособного противостоять и вообще виновного лишь в том, что имел при себе крупную сумму наличности, - Ангел сверкнула насмешливой улыбкой. – Поздравьте меня, я растерзала банкомат! Она замерла в ожидании, улыбка медленно гасла, затем непонимающе развела руками. - Я всего лишь хотела поднять вам настроение, - Каин выглядела растерянной. – Так ведь строятся шутки. На игре слов и подмене понятий. Вскрытие человека и банкомата с использованием короткого импульса границы ведет к критическим повреждениям. Человек умирает, банкомат перестает функционировать. Ну… хорошая шутка ведь не нуждается в пояснении, так? - Ты ограбила банкомат? – тихо произнес Синдзи. Она не понимала… Как она могла не понимать того, насколько отвратительные вещи сейчас говорила? Или же просто осознала, что перегнула палку и теперь врала еще раз, пытаясь обратить все в нелепый розыгрыш? – Откуда мне знать, что ты говоришь правду? Что тебе можно хоть в чем-то верить? - Ага-а… - протянула Ангел, склонив голову и с интересом разглядывая пилотов. – Это замечательный вопрос, между прочим, симпатяга. Проблема в том, что мы находимся в неравном положении. Вы не можете напрямую солгать мне, потому что я могу увидеть реакцию в ваших границах. Но раз вы не умеете читать мою границу, то я сама могу врать спокойно. Я пытался понять, как можно устранить эту проблему, но единственным вариантом остается то, что я не стану обманывать вас в серьезных вопросах. Она подошла к одному из насосов и присела на пол, прислонившись к его металлическому боку. Взгляд был направлен в неподвижное зеркало водоема в центре помещения. - Позвольте мне внести ясность в этот вопрос. Вы не можете мне лгать напрямую, хотя можете скрывать информацию или манипулировать фактами, - на этот раз Ангел говорила спокойным, сухим тоном, будто читала лекцию. – Вы также не можете скрывать от меня своих эмоциональных оценок текущей ситуации или отношения к близко стоящим представителям собственного вида. Я, со своей стороны, могу просто перестать отображать мимические реакции, либо фальсифицировать их. Могу лгать. Разумеется, вы не должны доверять ни единому моему слову. Тем не менее, Синдзи, - она метнула в его сторону короткий безразличный взгляд, - я сейчас скажу, что за время моего отсутствия не оборвала ни единой жизни – человеческой или какой-либо иной. Было уничтожено два банкомата. С первым мне не повезло, там почти не было денег. Вступила в контакт с одним из представителей вашего вида, но не сообщала ему о собственной природе или о вашем местоположении. В воздухе повисло молчание, пока Синдзи смотрел на отвернувшуюся девочку. Он пытался хоть как-то разобраться в ее словах, уложить их в нечто связное, но всякий раз пасовал, пораженный этим диким контрастом между хищной, агрессивной, уродливой тварью, наслаждавшейся чужими страхом и болью, и просто кем-то чужим, не понимающим самых основ мира людей и столь же непонятного для мальчика. - Ты сейчас говорила правду? Ангел вздохнула, дернув одним плечом, будто отгоняя муху. - Человек Синдзи, ты не можешь этого знать, - разъяснила она. – Мне что, еще раз все повторить с самого начала? Но должна заметить, что доверять ты мне можешь ровно в той же степени, что и любому иному представителю вашей расы. У нас всех одинаковые возможности врать. - Никто никогда не шутит об убийствах. - Я бы сказала, что ты лжешь, но… Ты неправ, Синдзи. Я достаточно подробно изучил вашу расу, - со стороны Каин долетел тихий смешок. – Похоже, что лучше тебя. Есть термин «черная комедия», в таких произведениях люди веселятся над тем, что кто-то умирает. Впрочем, я учла, что ты и Рей не сочли данный розыгрыш забавным. Подросток не знал, что еще сказать Ангелу. Как бы поступили на его месте Мисато, отец, Аска? Доктор Акаги? Ученая ведь мечтала о том, чтобы заполучить живого чужака – вот он, сидит напротив. Как должен был действовать Синдзи, если сейчас ему, кажется, выпал лучший шанс на прекращение войны с Ангелами? Как не ошибиться? Как разделить правду, ложь и искусную подтасовку фактов? Какое у него вообще есть право принимать решение самостоятельно? Рядом что-то зашуршало. Мальчик, полуобернувшись, увидел, что Аянами открыла обертку шоколадного батончика и стала есть. Это выглядело настолько буднично и мирно, что в голове разом смешались все мысли. Синдзи еще раз посмотрел на разложенные на полу вещи, добытые Ангелом. Назвать ее союзником язык не поворачивался, но образ настоящего врага никак не подходил к двойнику Рей. Если бы Каин хотела причинить вред, то никто не мешал ей избавиться от пилотов еще в квартире Аянами. Подросток наклонился и поднял с пола завернутую в целлофан булочку. Еда, купленная на украденные деньги существом, которому он должен был противостоять. Ангелом, который уже убил нескольких людей. Который может продолжить убивать и дальше, если он и Рей не поймут, как остановить все это. - Творог лучше возьмите, - неожиданно бросила Ангел. – Он в другой сумке. Хранится недолго, и полезнее для человеческого организма. Синдзи не представлял, как правильно действовать в этой странной ситуации, когда привычная картина мира отнюдь не перевернулась вверх ногами, но вместо этого перекосилась, исказив все привычные приоритеты, цели и планы. Если бы неожиданно мальчик проснулся во Вселенной, где НЕРВ – злодеи, а Ангелы как раз желают людям добра, то даже к подобному привыкнуть было бы проще. Каин не была безобидной, милой или смешной. Она была все тем же существом, которое пробило броню Евы-00, кошмарным хохотом в квартире Рей, окровавленной маской бессмысленной жестокости. Мальчик подошел к соседней сумке. Как и говорила Каин, там нашлись две упаковки творога, еще прохладного. *** Ангел хранила молчание, ожидая, пока пилоты закончат свою трапезу. Среди припасов нашлась литровая бутылка питьевой воды, так что всухомятку им давиться не пришлось. Каин тем временем позаимствовала пластиковый стаканчик, зачерпнула воды прямо из водоема в центре зала, после чего выпила. - Вредных неорганических примесей не содержит, - объявила она спустя полминуты, заставив Синдзи слабо вздрогнуть от неожиданности. Шестнадцатая с удовольствием впитала еще один импульс, созданный его границей. Она не могла подобрать нужных человеческих слов для собственных ощущений, но склонялась к термину «голод». – О наличии возможных органических ядов и микроорганизмов сообщу чуть позже, но пока ничего опасного для вас не нашла. Тот спектр-запах, который столь явственно излучала граница человека Икари в тот момент, когда Ангел хотела лишь подшутить над своими неожиданными союзниками… Она хотела ощутить его снова, еще сильнее, ярче, впитать без остатка. Пожалуй, это действительно было лучше всего описать словами «голод» или «жажда» - ярко выраженное ощущение потребности в чем-либо. Каин не знала, что же именно проецирует Синдзи, что проецировали те люди, которых она убивала ранее, но ей хотелось прикоснуться к этому еще раз. И еще. Никогда не расставаться с этим ощущением, раствориться в нем. «Мне нравится убивать», - Ангел попыталась разобраться, какой отклик в ней рождает это заявление. Это было верно и… неверно. Раздвоенность, расколотость, разделенность внутри собственного разума. И множество импульсов, тянущих в разные стороны. Убийство было недопустимым злом. Убийство было оправданной неизбежностью, если иного выхода не оставалось. Убийство не представляло собой ничего особенного. Убийство было отличной забавой. «Мне нравится причинять другим вред, но не убивать», - и снова никакого единства. «Мне нравится, когда меня боятся», - собственная душа отказывалась принять решение, выбрать единственное направление. «Мне нравится управлять ими», - да и нет, белое и черное. Несовершенна, не закончена и швы внутри никак не хотят исчезать. Каин чувствовала неуверенность, сомнения, которых ни один Ангел испытывать не должен был, не имел права. Если она – проводник воли Высшего существа, то должна абсолютно четко знать, как действовать дальше. Ее желания – это желания Бога. Каин хотела сожрать душу Икари Синдзи без малейшего остатка. Доказать Рей, что та не способна постичь представителя высшей формы жизни, даже если потратит на это остаток своей жизни. Сокрушить каждого, кто посмел не склониться перед Господом. Сиять перед всеми, а не скрываться в унылом подземелье, подобно преступнику. Чувствовать, как чужие души приветствуют ее, подобно тому, как эти двое пилотом приветствовали друг друга. И очень хотела понять, что же с ней самой было не в порядке. Глаз не может видеть сам себя без зеркала. Каин были отчаянно нужны другие источники информации об Ангелах. - Синдзи, Рей, - окликнула она пилотов, заметив, что те завершили прием пищи. – Я бы хотела предложить следующий вариант. Каждый из нас сообщает то, что необходимо знать остальным. Сначала я, потом вы. Но… - Ангел помедлила, пытаясь перевести на их язык оформившуюся идею, донести до людей собственную логику, - мы должны договориться о том, что будем действовать сообща. Я приложу все силы, чтобы достичь ваших целей, пока они не войдут в противоречие с моими. Все усилия, за исключением вариантов, которые приведут к моей гибели или пленению. От вас я ожидаю аналогичного. Это не обязательство, не клятва и не обещание, поскольку ничто не мешает мне солгать сейчас или вам поменять свое мнение через пару часов. Просто предложение, как мы можем действовать. Каин сделала пауза, ожидая реакции людей, но те ничего не ответили. Прямой враждебности в их спектр-запахах не читалось, но и озвученный вариант явно не вызвал энтузиазма. Ангел пыталась сообразить, как добиться их сотрудничества. Если не получится наладить нормального взаимодействия с двумя пилотами, то и попытки диалога с НЕРВ, как масштабной организацией, гарантированно обречены на провал. Без консультацией со стороны Каин не могла представить, какую тактику лучше выбрать для переговоров. - Я еще раз озвучу собственные цели, - продолжила Ангел. – Первая – собственное выживание. Второе – свобода действий и перемещения. Третье… - она замолкла, быстро соображая, стоит ли сообщать о собственной отчаянной ситуации. Если пилоты откажутся от сделки, то это будет означать, что их необходимо немедленно уничтожить. – Третью я вам расскажу, если вы согласитесь работать вместе со мной. Четвертая… - Каин изогнула губы в легкой улыбке и повернулась к Икари и Аянами, - то, что может заинтересовать вас. Выживание человечества как вида и процветание вашей цивилизации. Разумеется, в той мере, в которой вы не будете пытаться убить меня. - Почему вы тогда вообще начали атаковать нас, если сейчас ты говоришь о процветании людей? – со стороны Синдзи все еще не было выраженного позитивного отклика, но вдаваться в разъяснения Ангел не могла. Если она выдаст им слишком много информации, то рискует добиться того, что пилоты догадаются о последствиях отказа и согласятся ради собственного выживания. Это было лучше отказа, но лишь совсем ненадолго, потому что после короткого допроса все равно придется их ликвидировать. Сам факт наличия у НЕРВ двух дополнительных пилотов или их отсутствия не тревожил Каин. Одна из вещей, о которых она была вынуждена постоянно напоминать себе – данная цивилизация походила на нее саму, состоящую из трех миллиардов взаимозаменяемых клеток. И каждая из частиц обладала собственной, уникальной душой. Икари и Аянами были живыми, обладали своими целями. Институт НЕРВ был живым, состоящим из многих тысяч меньших разумов, объединенных в единую структуру. Человечество было живым, колоссальной, невероятно сложной структурой. Отдельная клетка тела Каин подчинялась мизерному набору базовых команд – поглощать, делиться, жить. Все вместе они образовывали ее, как Ангела. Отдельные клетки человечества были разумными существами. Оно само при этом лишь хаотично разрасталось по планете, понимая самые простые импульсы, но сплетая изысканную паутину цивилизации. Каин не имела никакого понятия, как договариваться с чем-то одновременно невероятно сложным и простым, что делит окружающий мир на пищу и врагов и обладает тремя миллиардами изворотливых разумов, ей оставалось надеяться только на подсказки частиц человечества. Наверняка этому парадоксу существовало нормальное объяснение, но лишнего времени на обдумывание не было. - Синдзи, я предоставлю тебе и Рей любые имеющиеся у меня ответы, но лишь в случае, если мы действительно будем действовать сообща. Я не отвечу на этот вопрос чужаку, который может обернуть мои слова против меня самой. Молчание. Каин ощущала, как их души, отгородившиеся от нее границей, сейчас пытаются с помощью ментальной структуры обработать информацию и принять решение. - Твоя третья цель предполагает причинение вреда людям? – удивительно, но в беседу вмешалась почти постоянно молчавшая Аянами. - Нет, - Ангел ответила незамедлительно, затем решила дополнить. – Сама по себе – нет. Я ничего не могу утверждать о способе ее достижения, но тут необходима консультация с вами. Третья цель касается Института НЕРВ, но не подразумевает причинения вреда хотя бы одному живому существу. - Ты хочешь разрушить Геофронт? Штаб-квартиру? – Ангел непроизвольно дернулась от дикости подобного заявления. Сложно было предположить что-то более далекое от ее реальных планов на ближайшее будущее. - Нет. Между прочим, мне также было бы интересно услышать ваши основные цели, - Каин попыталась направить разговор в более приемлемое русло, поскольку эти настойчивые расспросы скоро должно были поставить ее перед необходимостью либо напрямую лгать, либо рисковать срывом сотрудничества. – Хотелось бы знать, на что я сама подписываюсь, если мы будем работать сообща. Надеюсь, вы сейчас не заявите «убить всех Ангелов в мире», потому что это и меня включает. Снова пауза. Если все в порядке, то они должны думать не над ее мотивами, а над собственными. Третья цель Каин была самой сложной, поскольку единственная предполагала обязательные действия с ее стороны. Жизнь и свобода действий у Ангела и без того имелись, человечество тоже пока никуда вымирать не собиралось, а вот с этим… - Я хочу, чтобы эта война – между людьми и вами – закончилась, - вот и особь мужского пола озвучила свои стремления. – Чтобы больше никто не погибал. - Дай-ка я уточню, - Ангел подумала, что либо столкнулась с самым некорректно сформулированным желанием в мире, либо над ней издеваются… либо считают Богом. – Ты хочешь превратить свою расу в бессмертных прислужников Ангелов? Я верно уловил твою мысль? - Что?!.. - Пожалуйста, позволь мне немного изменить твои слова, - Каин быстро продолжила говорить, почувствовав, как граница Синдзи начинает излучать агрессию. – Может, ты хотел, чтобы эта война закончилась вашей победой или перемирием с Ангелами? Чтобы на ней никто не погибал? Этот вариант меня устраивает. - Да, - неуверенность, опаска, замешательство. Он все еще не был готов доверять ее суждениям. Ангел сочла это добрым знаком. Ей были нужны стоящие союзники, те на кого можно положиться в грядущей войне, а не глупцы, способные слепо следовать словам недавнего противника. Каин не сомневалась, что впереди обязательно будут и кровь и смерти. Ангелы уже приходили на эту планету и придут еще раз, а потому следовало действовать быстро и с минимальным количеством ошибок. - Ты можешь заявить еще какие-нибудь цели, поскольку я и без того собираюсь помогать вашей расе в войне, - напомнила пилоту Каин. – Помнится, раньше ты говорил, что хочешь уйти из НЕРВ. - Когда война окончится, то я смогу это сделать и сам, - она вежливо приподняла брови, для себя отметив, что этот человек излишне самоуверенно оценивает собственные способности в плане противодействия столь могущественной организации, но ничего говорить больше не стала. Когда он поймет свою ошибку, то может просто окликнуть Ангела. Это было не самым важным вопросом на повестке. - Еще цели? Синдзи? Рей? – она выжидательно смотрела на людей. Два пилота – это намного лучше, чем один, хотя и один – просто прекрасно по сравнению с недавней ситуацией. – Присоединяйся, настоящая Аянами, втроем будет намного веселее! Мы планируем остановить войну и спасти множество жизней! – Ангел постаралась заставить тело улыбнуться максимально доброжелательно, хотя оценить результат самостоятельно было проблематично. Строго говоря, об итогах своих усилий по имитации человеческой мимики она могла судить лишь по реакции окружающих. Сотни и тысячи деталей, переплетающихся, влияющих друг на друга, автоматически расшифровываемых самими людьми, поставили Каин в тупик, когда та попыталась создать именно то выражение на лице, которое было необходимо. Набор базовых команд тело исполняло легко – брови вверх или вниз, открыть рот, подмигнуть, улыбнуться – но вот то, как именно оно это делало, Ангел отслеживать не могла. Она была способна сконцентрироваться строго на контроле мимики, но тогда это поглотило бы большую часть ее внимания, даже не позволив поддерживать нормальную беседу, не говоря уже о том, чтобы мониторить окружающую обстановку. - Ну не говорите мне, что единственная ваша мечта – защита человечества от Ангелов, - Каин нарочито громко фыркнула. – Раз вы оба – пилоты, то об этом можно было и так догадаться. Какие-то специфические цели, в достижении которых могла бы потребоваться моя помощь, у вас есть? Условия их сотрудничества должны быть хотя бы немного справедливыми, иначе вероятность предательства возрастет на порядок. Кроме того, если ей удастся обнаружить у пилотов устремления, в которых им сможет помочь только Ангел, то… Эту улыбку она подавила. - Скажи, вы ведь можете заживлять любые собственные раны, так? – похоже, что Синдзи решился что-то озвучить, хотя формулировка вопроса изрядно встревожила Каин. Это было опасно близко к теме «а как именно тебя, замечательная девочка, лучше убивать?». По сути, если кто-нибудь из них коснется этого предмета, то Ангел будет обязана лишь предупредить их о последствиях дальнейшего обсуждения. После чего нанесет удар на поражение. - Я могу заживлять ранения, до тех пор, пока они не становятся смертельными, - напряженно ответила она. – Как и ваш вид. - Нет, но вы же… - мальчик запнулся, колеблясь. – В бою, я сам видел. Другие Ангелы могли регенерировать даже утраченные конечности, выращивали новые… «Здравствуй, Каин, а мы про тебя все знаем», - она быстро отключила мимику, опасаясь, что та может выдать ее истинную реакцию на эти слова. В зоне покрытия сканирующих способностей пока не наблюдалось характерного для готовящейся военной операции концентрации «направленных» спектр-запахов, но это могло значить лишь то, что НЕРВ не собиралось повторять прошлых ошибок. «Не спеши, сначала выслушай его до конца». Жестко контролируя звучание голоса, Ангел отозвалась: - Что конкретно тебя интересует? Ты не мог бы уточнить? - У меня… - снова пауза, спектр-запах Синдзи становился все более притягательным, хотя Каин не могла увязать такое изменение со своими словами. – Для человека… Ты можешь сделать такое же для человека? Вылечить его? - Вылечить от чего? – она примерно уловила суть проблемы, но избегала озвучивать свою догадку. Икари был слишком плохого мнения о ней. Каин находила исцеление собственных соратников само собой разумеющейся вещью, не требующей дополнительного обсуждения. - Мой друг, он… потерял ногу. Из-за меня. Ты можешь вылечить его? Или хотя бы помочь нашим вра… - Погоди, я понял, - Ангел помахала рукой, обрывая дальнейшие объяснения. – Дай мне детали. Тяжесть ранений и когда это произошло? - Около двух месяцев назад, он… потерял левую ногу. - Только одну? – быстро уточнила Каин, опять не давая Икари углубляться в ненужные ей детали. Спектр-запах менялся, наполняясь чем-то не вызывавшим у нее ассоциаций с голодом, но, тем не менее, также приятным. Получив утвердительный ответ, она ненадолго задумалась, прикидывая возможные осложнения. - Никаких проблем, - уверенно заявила Ангел, оценив задачу. – Мне нужен хороший кусок биомассы… М-м, нога от этого… от говядины. Как называется зверь, из которого вы делаете говядину? – она снова отмахнулась от парня, не дав ему ответить. – В общем, килограммов тридцать-пятьдесят мяса, лучше еще с небольшим запасом. И некоторое время. Максимум полдня, хотя могу и быстрее управиться. А! – снова встрепенулась. – Еще, разумеется, контакт с раненым, чтобы тот не дергался, думал о ноге и не стремился меня придушить во время процедуры. И… думаю, чтобы у него были крепкие нервы. Каин обнаружила, что ей и самой было бы интересно организовать нечто подобное. Такая процедура могла быть куда увлекательнее и полезнее для понимания функционирования человеческого организма, чем стандартный сравнительный анализ образцов ДНК и спектр-запахов. Сейчас она, по большому счету, просто собирала картотеку, но не имела никаких сформировавшихся идей о том, как это все можно использовать в качестве оружия или средства защиты. Возможность провести эксперимент на живом организме, при этом оказав услугу союзнику… - Где уловка? – требовательно посмотрела Ангел на пилотов. – Выкладывайте. - Уловка? – Синдзи очень умело имитировал непонимание, так что Каин оставалось только восхититься. Иногда она подозревала, что парень все же научился ее обманывать, хотя никаких доказательств не было. - После такой красивой диспозиции всегда появляется жирное, страшное «НО», которое подкрадывается к тебе сзади, аккуратно похлопывает по плечу, а потом, стоит тебе обернуться, одним махом обгладывает твое лицо до костей, - кажется, с этой метафорой она переборщила, запоздало обнаружила Каин. – Короче, где притаилось «НО»? - Я не… - Синдзи понял, что Ангел разгадала его маневр, поскольку все же продолжил: - Тодзи тоже пилот. - И? – подтолкнула его Каин. - Ну, и… - пилот пребывал в нерешительности. – Он сражался против вас… - Ты тоже, - она повела плечами. – Его завтра расстреляют? Его держат на пятидесятом подземном уровне самой охраняемой базы сил ООН, привязанного к ядерной бомбе? Твой друг пропал в джунглях Южной Америки? - Нет, но он был пилотом и вы с ним ни о чем не договаривались… - Синдзи, если это все, если ты ничего больше не утаиваешь об этом своем загадочном одноногом друге-пирате и если он не станет меня бить стулом по голове во время лечения, то я не вижу никаких сложностей, - Каин понимала, что медицина людей пока не дошла до такого уровня, чтобы копировать ее собственные способности в части клонирования тканей по образцу ДНК, но ничего экстраординарного от нее Синдзи не попросил. Дать этой расе еще полвека развития – и такие операции могут поставить на поток. Если бы был поврежден головной мозг, то тогда уже Ангел не стала бы столь беззаботно реагировать. Разрыв тонких сетей между материальным носителем и самой душой, особенно произошедший не пару часов назад, а где-то с полгода, мог стать для нее непреодолимой проблемой. Каин не стала вдаваться в подробности, но для нее было достаточно наличия осознающей себя души, образца ДНК и требуемого количества органики, из которого можно слепить новое тело. Именно так она создала себе эту одежду, с помощью которой сейчас общалась с людьми – из рыбы, водорослей, планктона и всего остального, что удалось загнать в ловушку истинного тела и затем переработать в человеческие клетки. Первое время выходили только некие мало похожие на человека существа, пока Ангел не сообразила, что накладывает на биомассу отпечаток сразу двух границ души – пилота и управляемого им киборга. По сравнению с ворохом проблем, которые ей пришлось решать по мере создания маскировки под человека, Ангел находила просьбу восстановить одну-единственную ногу пострадавшему пилоту совершенно пустяковой безделицей. Еще через десять минут ей с помощью Синдзи удалось выманить у Рей признания, что та: - ничего не хочет, кроме как защищать человечество от Ангелов, пилотируя свой юнит, - если от Ангелов защищать никого не надо, то и Рей ничего не хочет, - она все-таки хотела бы сделать людей счастливее… На этом моменте Каин в очередной раз всполошилась. Категории «счастье», «Рай» и «справедливость» в понимании этой расы обычно принимали какие-то совершенно уродливые формы. В качестве ассоциаций упорно приходили концлагеря, коммунизм, безумные секты и множество горячих точек по всей планете. Человек обычно стремился стать счастливее, убивая или терзая кого-то другого. Во всяком случае, именно такая реакция была общепринятой с точки зрения Ангела, не имевшей времени подробно изучать их психологию. Пытаться сделать счастливыми всех людей разом… Каин внезапно обнаружила, что действительно хотела бы увидеть такой мир – где каждый поступает с окружающими так, как захочется. Никакого контроля, ограничений, правил, законов, государств, полиции, семьи, друзей, только ты и другие. Абсолютная, кристально чистая свобода. Идеальный хаос. Этот был тот самый мир, в котором она существовала. Который часть ее души мечтала подарить и всем остальным. К счастью, Ангел не стала озвучивать свои идеи, потому что, как почти сразу выяснилось, Аянами лишь хотела, чтобы люди лучше понимали друг друга и не были одиноки. Перед такой постановкой вопроса Каин спасовала окончательно, заметив, что ничего страшного для себя в такой цели не видит, и даже попробует помочь Рей, если та сможет сказать, что конкретно нужно для этого сделать. По итогам обсуждения Ангел осознала только то, что пилоты ожидали от нее чего-то более зловещего, чем собственное выживание и стремление сохранить цивилизацию, а она сама предполагала несколько менее… масштабные устремления с их стороны. Слова Аянами, как все же разобралась Каин, предполагали не повсеместный переход на английский или эсперанто, но способность понимать внутренние устремления другого и учитывать их. Перепутанные знания по истории человечества, позаимствованные из открытых сетей, могли ответить далеко не на все вопросы Каин, но общую концепцию она уловила. Понимать и учитывать цели иного разумного нельзя, если ты их хотя бы частично не разделяешь. Чтобы каждый человек мог верно интерпретировать слова других и конфликты прекратились, нужно было устранить тех, чей образ мыслей полностью противоположен. «Чистки инакомыслящих». Термин был вполне понятным и логичным, Ангел неплохо улавливала его внутреннюю логику. Осознавала она и то, почему сама может помочь в решении данного вопроса. Имея возможность напрямую ощущать реакцию человеческих душ, Каин могла бы действительно устранить всех инакомыслящих, не пропустив никого, хотя масштабность задачи – проверка трех миллиардов людей – заставляла отложить свои идеи по этому поводу на более отдаленный период. Уничтожение каждого, кто не согласен с Аянами, требовало времени, которым Ангел просто не располагала. Опять же, грубое разрушение старой структуры общества могло обрушить и само здание цивилизации, которое Каин была твердо намерена уберечь. И все же, беседуя с пилотами, она все больше проникалась уверенностью, что так и должно было случиться – они должны были встретиться и начать действовать сообща. Ее называли Ангелом, вестником Бога, и Каин действительно не могла оспаривать то, что являлась высшей формой жизни по сравнению с представителями местных флоры и фауны. Однако… Пришло время рассказать этим двум людям то, что вряд ли знал хоть кто-то в НЕРВ. *** Оно не могло провести черту и четко заявить «вот в этот момент я возникло». Все, что было – единственное сохранившееся послание, одинокий ментальный импульс. Приказ, объяснение и прощание, слитые в общий образ. Если бы существо попросили перевести эту мысль перевести на человеческий язык, а заодно и объяснили, что такое слова, фразы и сама человеческая цивилизация, то получиться могло бы примерно следующие: «Я сделало это с тобой / мной / нами / им. Выживи. Уничтожь. Убей. Разрушь. Останься одно». Больше не было ничего, только это знание – раньше оно было кем-то, чем-то, обладало памятью, желаниями, смыслом существования. Оно само уничтожило это, стремясь… Нет ответа. Только безбрежная пустота внутри, где еще мгновение назад был сонм мыслей и воспоминаний. Только понимание того, что перед ним противник, которого нужно убить любой ценой, потому что иного варианта нет. Потому что оно только что заплатило эту «любую цену» и больше отдавать нечего. Оно ощущало лишь себя и другого, Врага. Весь мир состоял из них двоих. Тот был в растерянности, сбит с толку, как и Оно. Огромный, могущественный, опасный. Оно знало, что меньше. Слабее. Что не может победить такого противника. Разумеется, если речь идет о победе, а не об убийстве. Это был тоже импульс, пришедший откуда-то из глубины, не память, не приказ, но именно устремление, захватившее целиком и бросившее в атаку. Оно разрушало Врага. Вцеплялось в него и рвало на части, немедленно их уничтожая без остатка. Удары противника следовали один за другим, но Оно было быстрым и не заботилось собственной безопасностью. Когда из него самого вырывало огромные куски, оставляя зияющие раны, то Оно просто хватало очередную часть тела Врага и приставляло к ране, позволяя закрыть брешь. Оно не знало, сколько это продолжалось. Были Оно, Враг и их схватка. Оно не знало, почему выигрывает. Оно не пыталось размышлять об этом или разобраться в причинах конфликта. Все мысли были только о том, чтобы уничтожить Врага. И в тот момент, когда тот уже агонизировал, распадаясь на части, которые Оно жадно и торопливо дробило все дальше и дальше, на крошечные обрывки, из которых уже нечему восстанавливаться, которые нельзя использовать, пришла еще одна мысль. «Мы такие маленькие…» - существо практически не увеличилось в размерах, отвлекаясь от разрушения Врага только на заделку тех ран, которые нельзя было игнорировать. Оно не росло, чтобы не стать более удобной целью, чтобы его собственное тело не могло дать противнику частей для исцеления. И теперь, когда тот стал даже меньше, чем Оно, последовало осознание, что весь этот огромный массив был уничтожен безвозвратно, утерян. Это не было сожаление о чем-то утраченном, скорее… легкое удивление. «Это сделало я?» А затем они атаковали друг друга, существо и Враг, нанося удары одновременно. Разрывая друг друга на куски. И Оно осталось в звенящей Пустоте, извиваясь в бесплодной попытке закрыть хоть чем-то свои раны, найти хотя бы крошечный кусочек Врага. Существо было еще живо, но ранено и на этот раз никакого исцеления не приходило. Из бесконечной Пустоты, сменившей колоссальное тело Врага, нельзя было вылепить ничего. Оно содрогалось в агонии, пытаясь стянуть воедино свои части, пытаясь хоть как-то заставить тело быть единым целым, искало вокруг себя, тянулось… И Пустота сгинула без следа, сменившись Хаосом. Огромным, бушующим океаном вокруг, полным мириадов импульсов и сигналов. Полным нового, жуткого ощущения, от которого Оно корчилось изо всех сил и никак не могло избавиться, потому что это чувство было частью его самого. Оно осознало, что у него есть тело. Даже не знало о существовании подобной вещи, но теперь внезапно получило вытянутое тело, зажатое между… чего-то. Одна часть соединена с… Оно не знало, что это было, но там ощущались сигналы, внимание, присутствие кого-то другого. Не прежнего Врага, но тоже чего-то живого. Другая часть находилась в еще худшем положении, посылая импульсы, от которых Оно могло лишь отчаянно биться, желая их прекращения. Чуть позже Оно назовет это чувство болью. Оно дрожало и искало способа вырваться из Хаоса, вернуться обратно в Пустоту, где хотя бы больше не было никого другого после уничтожения Врага. Оно не могло сражаться со всем колоссальным новым миром одновременно, просто не знало, что вообще можно сделать с бешеной круговертью импульсов вокруг, чего настойчиво требует его тело, не понимало ровным счетом ничего. А потом из него что-то достали, и ужасное чувство в одном из участков тела сразу стало затихать. Оно воспользовалось изменением и рванулось прочь от лавины сигналов в единственную сторону Хаоса, где тот хоть немного походил на Пустоту. Двигалось туда ровно до тех пор, пока внутри его разума не стали разворачиваться картинки, объясняющие новый мир. Пустота, в ней движется нечто… сущность. Объект. Инертное, лишенное осознания себя. Такие сущности называются не-живыми. Удивление, шок, неверие – как может существовать что-то, не осознающее себя и не являющееся Пустотой? Еще множество Объектов, описывающих одинаковые траектории вокруг центрального, излучающего энергию. А вот и Оно, летящее вверх, от неподвижной поверхности Объекта навстречу Пустоте. И вместе с этим образ уверял, что там не может быть никого, кто не обернет себя в оболочку, защищающую от Пустоты. Пришел образ – нечто длинное, жесткое, стремящееся вверх, оставляющее позади себя хвост энергии. Уходящее туда и возвращающееся назад, потому что долго там оставаться никто не способен. Если Оно уйдет туда без оболочки, то тоже станет не-живым, перестанет себя осознавать. Оно металось в спутанном клубке выхваченных из Хаоса образов, обрывочных и совершенно непонятных, пытаясь найти безопасное место. Оно слышало очень громкий сигнал, требовавший двигаться к себе, и даже попробовало туда переместиться, зажатое в тисках между Пустотой и Хаосом, когда пришло осознание того, что оглушительное Нечто напоминает о Враге. Оно искало безопасность, место, где его никто не будет трогать, место, откуда оно произошло. И тогда Шестнадцатый Ангел, минуя Токио-3, устремился на полной скорости к океану, откуда некогда на голые каменистые берега волна выбросила первые зародыши грядущей жизни. Лишь спустя несколько дней, сверяя облик фальшивого тела и фотографию на карте доступа человека, к которому его привел неожиданно сильный и смутно знакомый спектр-запах, Оно, уже выбравшее себе имя Каин, узнает, что первые шаги в чужом мире сделало, ориентируясь на крошечные частицы воспоминаний Аянами Рей. *** - Сами видите, почему я стал рассказывать первым. Думаю, то, что я сделал с собственной памятью... если это действительно был именно я, а не Другой… Так вот, это было сделано с нашей памятью. Он тоже был растерян, не понимал, что случилось. Кто бы ни победил, он столкнулся бы с одной и той же проблемой, - Каин уже успела переодеться в купленные вещи, мимоходом в очередной раз смутив Синдзи тем, что и не подумала прятать тело от чужих взглядов. Она отчаялась пытаться ему объяснить, что не является человеком, млекопитающим или хотя бы хордовым. Шуточное предложение звать ее Великим Червем Синдзи просто не понял, а Рей, напротив, приняла всерьез, после чего Каин пришлось сердито бубнить о том, что предпочитает отзываться на собственное имя, а пилотам стоит хоть иногда отвлекаться от истребления бедных Ангелов и изучать историю собственной цивилизации. Она, правда, не была уверена, откуда у нее всплыли данные о поклонении некоему Червю – из серьезного научного издания или какого-то рассказа, но предпочла не вдаваться в такие подробности. В любом случае, внешний облик людей у Каин не вызывал ничего, кроме глубинного отвращения перед скрывающимся под кожей нагромождением внутренних органов, суставов, соединительных тканей, каких-то непонятных пленок, жил, плещущихся внутри жидкостей. И все это пульсировало, перекачивалось, дрожало, менялось, жило собственной жизнью, неким удивительным образом не расползаясь в бесформенную кашу, но образуя цельный организм, способный поддерживать существование души. Ангел была искренне рада тому, что в первую очередь воспринимала живых существ посредством излучаемого ими спектр-запаха, а не глазами. Она уже даже немного привыкла к такому облику, не чувствуя потребности улететь от представителей иного вида на полной скорости или же отшвырнуть их ударом границы. Синдзи и Рей, особенно если смотреть куда-нибудь в сторону, выглядели вполне симпатичными. - Вот отсюда и начинается моя третья большая цель, - продолжила пояснять Каин. – Мне нужно добраться до баз данных НЕРВ и как следует там порыться, чтобы выяснить все, что вам известно об Ангелах. На текущий момент я могу быть уверен, что убил кого-то, кто был в моем теле. Почему мы сражались и кем были раньше, я не знаю. Старые воспоминания уничтожены, и я лишь могу предполагать, что у меня для этого имелись серьезные причины. И… - Ангел слабо усмехнулась, - вы оба сейчас, подозреваю, знаете об этой войне куда больше меня. Я-то была вынуждена ориентироваться на сводки с сайтов новостных агентств и сплетни на интернет-форумах. Каин помолчала, давая пилотам переварить выданную информацию. Разумеется, многие детали она опустила, не видя ни единой причины, ради чего стоит оповещать представителей иного вида об имеющихся у нее уязвимых местах и о предпринятых мерах по устранению этого. Если все сложится удачно, то это никому и не пригодится. Если же нет, то эти секреты могу спасти Каин ее жизнь, кроме которой у Ангела сейчас не было ничего. До тех пор, пока она не сможет хотя бы примерно разобраться в происходящем, выяснить свою роль и отношение иных Ангелов к потерявшему память сородичу, Каин была вынуждена полагаться на людей. Об их боевых возможностях она имела хотя бы общее представление, равно как и о движущих мотивах. Сородичи могли спокойно выслушать ее, после чего столь же спокойно прикончить. И Ангел с пустой памятью и смутным пониманием того, как работает собственное тело, просто не могла ничего противопоставить даже единственному противнику. Она даже не знала, что ее граница действительно выдержит удар пули, пока агенты в квартире Аянами не начали стрелять. Да, пытаясь наладить взаимодействие с людьми, Каин покупала билет в один конец, сородичи ни за что не простят предателя. Но и такой вариант был безопаснее, чем ожидание прибытия нового вестника, который мог обратить свою разрушительную мощь не на Токио-3, а на сбежавшую из боя изменницу. Люди своих дезертиров расстреливают. Как в таком случае поступят сородичи? И правильно ли люди назвали их Ангелами? Она сама – посланница Бога или же кто-то еще? Если да, то неужели Творец настолько неуклюже пытается сокрушить непокорную расу? Всемогущее создание, породившее Вселенную, не может поставить на колени единственную планету? Или Бог здесь ни при чем, а Ангелы действуют самостоятельно? Если это какие-то мятежники, пытающиеся тайно от остальных уничтожить нечто важное? Одной из самых больших проблем Каин признавала то, что просто не может опираться в своих построениях ни на что, кроме логики чужой расы. Она была вынуждена использовать их историю и законы поведения, потому что иначе вообще оставалась ни с чем. «Чужак в чужой стране», вынужденная полагаться на двоих пилотов, чьей работой были поиск и уничтожение подобных ей созданий. Убийца, заслужившая право на собственную жизнь в тот миг, когда забрала чужую. Синдзи предположил, что самым правильным вариантом было бы просто обратиться к НЕРВ и разъяснить им ситуацию, что Ангел немедленно отмела. Она вообще не собиралась раскрывать карты раньше времени. Признавать собственную уязвимость означало приглашать противников к атаке. Если Институт поймет, что Каин ничего не знает, то единственную ценность для них будут представлять разве что умения в части противодействия Ангелам. А у нее не было никаких особых способностей, кроме границы души, которой располагали все прошлые визитеры. Если противник неожиданно оказался бы миниатюрным, то Каин могла попробовать его раздавить собственной массой - если восстановит свой нормальный вид - но в остальном оценивала свои шансы в схватке с иным потенциально бессмертным существом как приближающиеся к нулю. Единственным хотя бы относительно разумным вариантом было сражение на одной стороне вместе с киборгами, Евангелионами. Эти полумашины и ранее успешно останавливали прошлых вестников, а Каин постарается помогать им по мере возможностей, пусть и всего лишь ударами границы души, отвлекая врага. Она все еще не оставила надежды найти у себя хоть какие-нибудь полезные в бою навыки, но на это требовалось время. Если же Институт – как поступила бы сама Каин на их месте – просто использует подозрительного чужака в роли приманки для сородичей, подставляя тех под фланговые удары Евангелионов, то Ангел свой второй бой вряд ли переживет. Сородичи могли не знать о киборгах и о том, как с ними сражаться, но уж конечно будут превосходно осведомлены о таких слабых сторонах Каин, про которые она и сама-то не подозревает. А тем временем Икари Синдзи негромко стал рассказывать о начавшейся год назад войне человечества и неизвестного врага, и Ангел внимательно слушала его историю, изредка прося уточнить непонятные детали. Постепенно до нее начало доходить, каким невероятным везением было вмешательство подростка в тот день до того, как Каин начала выпытывать из Аянами необходимые ей крохи информации. Агенты бы прибежали не на упоминание об оружии, а на крики боли, ответным ударом Ангел, разозленная упертостью девочки и вмешательством охраны, могла прикончить всех, включая Аянами. И что тогда? Институт, утративший одного из трех пилотов. Синдзи, мечтающий отомстить за союзника. Или подругу? Каин никак не могла разобраться, какие взаимоотношения существуют между двумя подростками, поскольку постоянно ловила совершенно противоречивые спектр-запахи, не говоря уже о путанице в звуковых сигналах. Немка, некая Аска Лэнгли, вообще оставалась неизвестной переменной, но реакция на такое событие у обычного человека была стандартной – «выследить и уничтожить». Даже если бы Каин каким-то чудом смогла бы договориться с руководством Института, пустив им пыль в глаза, то пилоты бы приложили все усилия для того, что отомстить за погибшую соратницу. Ангел не думала, что может когда-либо применить понятие «месть» к себе – у нее просто не было ни единой привязанности, спасибо зияющему провале на месте памяти – но это не означало, что она в принципе сбрасывала данную эмоциональную реакцию со счетов. И это оставляло с тем фактом, что есть семь оборванных жизней, за которые ей тоже наверняка будут мстить. Уж за тех двоих агентов, чьи тела она в припадке ярости вскрыла, кое-кто в НЕРВ точно попытается отправить Каин на тот свет. Еще стоило не забывать о том, что люди могли переносить свою неудовлетворенную жажду мести на тех, кто был в пределах досягаемости. Каин могли обвинить во всех разрушениях и смертях, вызванных ее предшественниками. В сущности, весь город мог желать гибели амнезийного Ангела, так удачно заглянувшего к ним в гости. - Прости, что? – Каин обнаружила, что ненадолго отвлеклась на собственные мысли. - Насколько я знаю, Второй Удар произошел из-за одного из Ангелов, - повторил мальчик. Ангел вздрогнула, в очередной раз прочитав в чужой границе, что ее не пытались обмануть. Во всяком случае, пилот верил в это. - Твою ж во все… - с чувством начала длинную и развернутую матерную фразу Каин, осознав, что вся чертова планета может вознамериться разорвать ее на крошечные ошметки, если подобный факт всплывет на поверхность. Реакцию пилотов на свои слова она проигнорировала, больше озабоченная данной проблемой. Один из прошлых вестников обладал достаточной мощностью, чтобы разнести на кусочки континент. Как вообще можно противостоять подобной чудовищной силе? - В открытых источниках упоминания об этом нет, - заметила Каин, пытаясь собраться с мыслями. - Это закрытая информация. Я… ну, думаю, что другие Ангелы и без того обо всем знают, так что… - Синдзи явно нервничал. Похоже, что эти данные были действительно секретными, поскольку в сети не встречалось никаких спекуляций на эту тему. – Лучше, если и ты будешь знать. Мы же… союзники. - Да, - отстраненно заметила Ангел. – Конечно, мы союзники. В теории у нее была вечная жизнь в идеальном теле на решение всех своих проблем. В действительности любая из этих проблем могла сократить вечность до жалкой пары дней. К тому времени, как Синдзи завершил рассказ, Каин уже приняла решение. Они спрячут Аянами здесь, в относительно безопасном месте, оставив запас еды и все лишние припасы. А сама Каин вместе с Синдзи попытается проникнуть в НЕРВ, выдав себя за человека. По большому счету, только этот вариант мог обеспечить ей хоть какие-то шансы на выживание. «Три миллиарда трупов…» - Каин еще раз посмотрела на пилотов. Если переговоры сорвутся, то ей придется прикрывать эту пару от всего разъяренного человечества. Она сама для этой планеты – просто очередной противник, а вот Икари и Аянами могут объявить предателями собственного рода. При подобном раскладе за ними станут охотиться даже с большим ожесточением, чем за Ангелом. «Ладно, пара нахлебников не ухудшит мое положение», - Каин предпочитала смотреть на вещи трезвым взглядом. Дальше испортить собственную репутацию в глазах Института она уже не могла. «Да и в любом случае, прошлые вестники, хоть и были круче меня, но часто жили еще меньше», - утешением это было слабеньким, если принимать во внимание, что ее предшественники не драпали с поля боя, хныча от ужаса и потеряв память. Тем гигантским ножом Синдзи мог тыкать в Ангела еще очень долго, вот только что проку с собственной живучести, если единственным возможным вариантом остается только тупо биться голово-хвостом в броню киборга? Против обезоруженного противника еще сгодится, а вот та исполинская кубическая штука? Лучевое оружие было идеально для сражения с теми, кто способен закрыться от обычной атаки границей своей души. А Каин была совершенно безоружна. И после этого пилоты еще предполагали, что она способна желать разрушения Института! *** Аянами раздумывала над словами Ангела. Было сложно принимать столь ответственное решение без указаний со стороны кого-либо из офицеров НЕРВ, но Каин упорно отказывалась отпускать Детей одних и ожидать их возвращения. Это существо не доверяло им, и Рей понимало причину. Если Командующий прикажет уничтожить противника, то пилотам придется подчиниться. «Придется?» - Аянами чуть вздрогнула, осознав, что думает так не потому, что действительно готова выполнить любую команду без промедления, но… по привычке. «Я… не обязана…» - сын Командующего не всегда следовал приказам, но при этом побеждал тех противников, с которыми сама Рей не могла справиться. Он был лучшим пилотом? Да, более умелым, с лучшей синхронизацией. Или дело было в чем-то еще? «Ментальное заражение», - эта пугающая мысль возвращалась снова и снова. Аянами искала ошибку в собственных действиях, сравнивала это со своими прошлыми решениями, анализировала, выискивала отклонения, но никак не могла обнаружить их источник или даже хотя бы уверенно сказать, что он вообще существует. Девочка не знала, как избавиться от этого. Если ее заменит другая Аянами, то это поможет? И Каин тоже не обладала ответами ни на один из терзавших Первое Дитя вопросов. Ангел, забывшая о собственной сути. Рей предполагала, что в этом случае, имея перед собой только людей в качестве объекта для исследования, это создание будет обучаться у них. Человек – это не только ДНК, но и способ мышления. Человек – это тело, разум и душа. «Тогда Каин – это Ангел с разумом человека, потому что сейчас она учится у людей. Это делает ее союзником? Нет, не делает. Но она стремится сотрудничать, потому что боится. Нас и Ангелов. Всех вокруг. Страх перед окружающей Вселенной, стремление защитить собственное «Я» формируют АТ-поле. Чем больше страха, тем сильнее поле. Прошлые Ангелы отгораживали себя от мира, но не страшились его. АТ-поле Каин должно стать еще сильнее. Ее движущей силой является ужас перед остальным миром. Человека всегда страшила неизвестность, и потому Каин боится других Ангелов. Если она больше узнает о них, то ужас исчезнет? Присоединится ли она тогда к ним? Могут ли они принять ту, что несет в себе человеческий разум?» Рей теперь начинала понимать, откуда проистекала явная искаженность АТ-поля Ангела. В нем то и дело вспыхивала иррациональная, ничем не спровоцированная агрессия, которую Первое Дитя ни разу не видела у других противников, но регулярно ощущала в АТ-полях обычных людей. Там, где иные вестники представляли собой единый фронт непреклонного Намерения, Каин постоянно менялась, металась в разные стороны, становясь веселой, злой, мрачной, серьезной и скучающей. Весь спектр человеческих эмоций, но только слишком быстро и неожиданно меняющихся. В протоколах НЕРВ не было никакой инструкции о том, как поступать, если обнаружишь ментально зараженного Ангела. Командующий ничего не говорил по этому поводу. Аянами не могла опереться ни на что, кроме собственных оценок и Третьего Дитя, а они оба тоже были ментально заражены. - Ты не должна причинять вред людям, - девочка посмотрела на существо, принявшее ее облик. - Должна? – АТ-поле Каин отразило мгновенный всплеск агрессии. – Тут никто никому ничего не должен, человек Аянами. Вы не убили меня в том бою, я не убиваю вас. Никаких долгов у нас нет. Рей задумалась, пытаясь понять, как повлиять на чужака. Она хотела удостовериться, что не ошибется, если позволит Алмисаилу попытаться проникнуть в НЕРВ. Возможность сотрудничества с живым Ангелом даже превосходила мечтания доктора Акаги, которая неоднократно говорила о том, что была бы рада, если бы пилоты почаще оставляли от противника нечто крупнее бесформенных ошметков. И в то же время сам факт существования Каин являлся огромным риском. - Моей целью является то, чтобы ты не причиняла вред людям. Улыбка на лице Каин возникла почти одновременное с импульсом приязни в АТ-поле. - Совсем просто, не так ли? – она хихикнула. – Рей, я услышала тебя и буду поступать соответственно, пока не будет прямой угрозы моему выживанию. Первое Дитя всмотрелась в чужую душу и не стала более ничего говорить. Ей было достаточно того, что Ангел ответила искренне. Аянами не знала, как объяснить Синдзи свою способность чувствовать фальшь в чужих словах, не выдавая собственной природы. - Слушай, а теперь уже я хочу уточнить, - в АТ-поле Каин читалось нарастающее веселье. – Если смертельная опасность будет угрожать не мне, а пилоту Икари, то твое… кхм, пожелание никого не убивать все еще в силе? Если, предположим, он будет слишком далеко, чтобы я прикрыла его границей, но зато потенциальный убийца будет в зоне моей досягаемости? Мне искать способ нейтрализовать противника или же нанести удар мгновенно, гарантируя выживание твоего товарища? Чисто гипотетический вариант, разумеется! Рей моргнула, ощущая неуверенность. Обрисованная Ангелом ситуация предлагала ей выбирать между выживанием двух людей. Она не могла представить, чтобы кто-то в Токио-3 мог пожелать причинить вред пилоту, но если рассматривать это как абстрактную модель... Икари-младший был пилотом. - Да ладно, я же всего лишь… - начала Каин. - Ты долж… - Рей запнулась, - я бы хотела, чтобы ты защитила Икари-куна. Его жизнь ценнее. Ангел отступила назад, в ее АТ-поле читалось недоверие и быстро нараставшее веселье. - Знаешь, тебе совсем необязательно было отвечать сейчас, - Каин рассмеялась, маша перед собой руками. – Рей, Синдзи, я думала, что уж такую простую вещь вы и сами давно поняли. За мои действия отвечаю только я сама. Я вам не домашний зверек, которого можно натренировать приносить палку по команде. Аянами, я буду прикрывать твоего напарника не потому, что ты просила, и не потому, что он мой союзник, хотя это очень важно. Я прикрою его, потому что так решила сама, - Ангел ехидно прищурилась. – И этим вечером я прошла по Токио-3, не причинив никому вреда, не из-за ваших приказов или просьб, но просто вследствие собственного желания. Мы союзники, да, но никто здесь никому не может приказывать. Это же элементарно! - И… я бы не хотела, чтобы ты пыталась проникнуть в Терминальную Догму, - твердо добавила Аянами. - Что это? И почему я не должна туда проникать? – немедленно отозвалась Каин, внимательно уставившись на девочку. - Это… самые нижние этажи Геофронта, - на вопрос ответил Синдзи. – Если туда попадут Ангелы, то произойдет Третий Удар. - Та-ак… - Каин нахмурилась. – А теперь вы мне скажете, что все данные по Ангелам хранятся именно в этом месте? И если я туда сунусь, то превращусь в горстку пепла? - Нет, - Рей была рада, что в разговор вступил ее спутник, поскольку это избавляло девочку тщательно следить за собственными словами. Первое Дитя не собиралась выдавать информации о том, что в действительности находилось внизу. - МАГИ – это наш суперкомпьютер – расположен в штаб-квартире. Я думаю, что тебе могут дать доступ с любого терминала, совсем необязательно идти в командный центр или куда-нибудь еще. Доктор Акаги очень умная, нужно в первую очередь поговорить с ней. - Во вторую, - буркнула Каин. – В первую я сама попробую с терминала почитать ваши архивы, потому что эта Акаги может найти мои вопросы слишком странными для обычного человека. Вряд ли ты, Рей, часто расспрашивала окружающих о специфике настройки частоты границы души так, чтобы та походила на другую. - И еще одно… - АТ-поле Ангела свернулось вокруг нее, скрывая эмоции. – Ваши слова означают, что мне также придется любой ценой остановить иного вестника, который постарается проникнуть вниз. Иначе мы все сдохнем. Верно? - Да, - тихо отозвался Синдзи. Аянами хранила молчание, размышляя о логике Каин. Приказы существуют именно для того, чтобы ты их выполнял. Но Ангел раз за разом отказывалась признавать это, при этом говоря, что готова учитывать их пожелания. Рей пыталась построить из этого нечто связное. Значит, если ей что-то понадобится от Каин, то нужно попросить, а не говорить «ты должна»? Просьба, в отличие от приказа, не была обязательна к выполнению. «Но если бы Командующий попросил меня о чем-нибудь, то я бы тоже это выполнила», - Аянами чувствовала себя совершенно растерянной. Приказы и просьбы перестали отличаться друг от друга. И те, и другие являлись просто обращением к ней, предлагающим что-то сделать. А дальше… «Каин сказала, что только сама отвечает за свои действия. Это верно и для людей? Для меня? Я сама решаю выполнить приказ? Да, это мой выбор». Рей начинала подозревать, что попытка наладить контакт между Ангелом и НЕРВ может оказаться слишком сложной. Институт разговаривал с Первым Дитя языком команд, которые те выполняла. Команды, которые Каин откажется слушать потому, что они не предполагают возможность неподчинения. «Икари-кун никогда не приказывал, только просил», - Аянами посмотрела на мальчика. Она надеялась, что он понял, что переговоры между Ангелом и НЕРВ будет вести именно Третье Дитя. И очень хотела, чтобы Синдзи и его отец услышали друг друга. Может быть, именно присутствие Каин заставит Командующего уделить Третьему Дитя время. «Они должны это понять…» - Аянами замерла на месте, думая над последней мыслью, рассматривая с разных углов, а затем приняла решение. - Икари-кун, - подросток обернулся и подошел к ней. – Пожалуйста, проследи за тем, чтобы переговоры с Каин прошли хорошо. - Конечно, - он ободряюще улыбнулся в ответ. – Я не допущу, чтобы она кому-то причинила вред. Аянами удовлетворенно кивнула. Вот и все, она высказала свою мысль и теперь Синдзи точно понял, о чем она думала. А еще он никогда ее не обманывал, так что действительно будет держаться рядом с Ангелом. Внутри стало немного спокойнее. - Я все слышала, кстати, - недовольно проворчала Ангел. – Вы бы хоть метров на пятнадцать в сторону отошли, заговорщики… Синдзи, как ты меня останавливать-то собрался? Грубой физической силой? Ножом в спину? Залезешь в киборга и ногой наступишь? Я бы эти варианты не советовала, могу сильно обидеться. - Я… - мальчик обернулся, а затем глубоко вздохнул: - Дай мне постараться все уладить, если ситуация покажется тебе тревожной, ладно? Просто дай мне поговорить с Кацураги-сан или Командующим. Ты согласна? - Вот черт, - Каин закатила глаза и покачала головой. – Симпатяга, а на кой мы тогда еще вдвоем тащимся? Ты будешь стоять впереди и молоть языком, а я – изображать идеальную восточную жену или вообще бессловесный манекен. Хвала Творцу, Аянами у нас от природы довольно молчалива, так что я даже не выйду из образа. Выключу мимику, закрою ротик и буду соглашаться со всеми твоими словами. Главное, до терминала дотащи, а там я уж как-нибудь сама попробую разобраться. Чем мышка от клавиатуры отличается, я знаю. Давай пока подумаем, как мы объясним окружающим, что вы от кошмарного Ангела сбежали без единой царапины. Мне вообще больше всего нравится тот вариант, где я сдохла!