Королем не так легко быть...

«Нико», – слова были сказаны серьезным, холодным тоном. Его сын поднял голову, узнав знакомый голос, его глаза незаметно расширились перед тем, как потемнеть в раздражении и сузиться. «Да, мой Повелитель?» - парень спросил в раздражении, его правая бровь приподнялась, сарказм не терялся в его речи. Аид поморщился, чувствуя знакомую вину, которая бьется внутри него. В последние несколько дней под покровительством этой эмоции, которая считается полезной для людей. Он чувствовал себя так, словно мираж, стоящий посади него, нарисовал на лбе бога слово «Вина» - так, чтобы он никогда не забыл это чувство. Он пытался уничтожить этого монстра, избавиться от этой угрозы, потому что единственное, о чем он мог думать – о своем сыне. Ему, конечно же, не удалось справиться с виной, и, в конце концов, его ощущения стали еще хуже. Боги, он чувствовал себя так плохо, словно потопил корзину или двух осиротевших котят. Он был богом Смерти, да, но он не был таким бесчувственным, чтобы топить беспомощных котят. Сила этого чувства увеличивалась из-за отсутствия сына. Конечно же, они не виделись все время пребывания мальчика в Загробном царстве, но Аид всегда чувствовал присутствие Нико, который приходил часто – по крайне мере, раз в неделю. Зачем бы то ни было – поиграть с Цербером, рассказать новости верхнего мира – вести доходили ужасно медленно до Загробного царства – или, просто как молодые люди называют это – «болтаться». Аид чувствовал непостижимое чувство комфорта от присутствия Нико. Конечно же, он понимал, что эта привязанность связано с тем, что Нико был…был его епископом, в своем роде, передавал информацию о вещах, с которыми Аид устал иметь дело – по общему согласию, это было все, что не было частью непосредственно его королевства – но он знал, что где-то глубоко, глубоко, глубоко внутри него – он любил своего сына. Тартар, он любил своего сына. Именно поэтому он стоял посреди Центрального парка, в середине ночи, стоя рядом с корнем его проблем – Нико. «Нам нужно поговорить», - это было то, что сказал Аид в ответ, его голос звучал твердо и непоколебимо. «Поговорить о чем? Я имею в виду – что еще нам осталось обсудить?» - произнес Нико, он контролировал свой голос и притворно невинное выражение на своем лице, пока глаза горели яростью. Аид думал, возможно, ли панически убежать от этого чувства, известная как вина так же, как и от адских гончих. Если же нет – возможно, он мог бы сгореть до хрустящей корочки, или же дать своему гневу волю и направить на эту бесполезную эмоцию. «Давай, Аид! – он сам себя подбадривал. – Ты – БОГ Загробного царства, один из самых страшных фигур древнегреческой мифологии! Не позволяй обычному мальчику терроризировать тебя! Не позволяй ему затащить тебя в ловушку, под названием эмоции! Стой на своем!» «Почему же, у нас много тем, которые нужно обсудить, - продолжил Аид тем же тоном. – Например, как прошло твое путешествие?» Комментарий достиг желанного эффекта. Прежнее выражение на лице Нико исчезло, разбившись на миллион кусочков. «О, это было великолепно, - саркастично улыбнулся полукровка. – Она показала мне столько проклятых цветочных горшков, в которых росли солома, и пшеница, и все эти бесполезные зерновые. И, конечно же, она также показала мне мой собственный цветочный горшок, в который меня садили каждый раз, когда превращали в цветок, время от времени!» «О, это звучит действительно интересно», - сострил Аид, до сих пор задавая свои невинные вопросы без ехидства. Нико сжал челюсть, когда понял это. «Что вы хотите, мой Повелитель?» - Нико спросил, лучше контролируя свою речь. Аид надеялся, что его сын не одарен, как и его отец, долго держать обиду. «Я…», - следующие слова были потеряны, потому он прошептал их слишком тихо, чтобы кто-либо мог услышать. «…Что?» - спросил Нико. «Я верю..что я… - повторил Аид. – Я…» Следующие несколько слов были снова потеряны. «Ты думаешь, что ты…» - Нико решительно повторил. Аид глубоко вздохнул. Сейчас или никогда. Он должен сделать это! Он снова вздохнул, больше успокоив себя, чем в этом была необходимость, и снова открыл рот. «Я думаю, что я должен был быть тем…тем…тем» - слова, словно застряли в горле Аида, отказываясь предоставить ему шанс сказать их. Черт возьми! Почему он просто не скажет эти слова? Конечно же, он знал почему. Его гордость – все из-за нее, стоящей, как вышибала, в его горле, отказываясь оправдать его – потому это он и собирался сделать. «Отец..ты…в порядке?» - Нико нерешительно спросил, его голос звучал озабоченно Аид громко закашлял, и Нико удивленно моргнул, подсознательно наклонился немного назад. «Я в порядке!» - Аид холодно ответил. «Хорошо….что же ты пытался сказать? Что-то застряло в твоем горле? Может ли у богов быть что-то, наподобие…простуды или чего-то такого?» - Нико спросил, на минуту забыв, что он собирался никогда больше не говорить со своим отцом. «Нико! – заявил Аид, закрывая глаза, чтобы помочь себе сконцентрироваться. – Я. Извиняюсь. За то фиаско с Деметрой. Я имею в виду, что до сих пор думаю, что ты не должен больше грубить Персефоне, но я не должен был посылать тебя с этой дьяволицей». Он открыл свои глаза, смотря на своего изумленного сына, и нахмурился. «Все. Я сказал это. Не заставляй меня повторять это». Нико выглядел так, словно ясно не мог сформулировать предложение. «Ты…ты…ты…извиняешься? Извиняешься за то, что послал меня к Деметре?» - он наконец-то сказал это. Аид поблагодарил богов – всегда пожалуйста*, повторил он про себя быстро с самодовольным привкусом – как же хорошо, что у него нет крови, из-за которой он мог покраснеть, потому что он выглядел бы, как застенчивая и жалкая девочка-школьница! «Да, - сказал он, закашляв, и остановил свой взгляд на такой увлекательной коре дуба. – Я извинился». «О, - это было то, что Нико сказал, его щеки слегка порозовели. – Я…извиняюсь…» Он внезапно остановился, но заставил себя продолжить: «Я думаю, что мне нужно пересмотреть свое поведение с Персефоной». Он сказал это, смотря налево, на чудесное ивовое дерево, что росло в том направлении. «Да. Мы все уладили, да?» - Аид спросил, до сих пор смотря на невероятную кору дуба. «Да», - сказал Нико ивовому дереву, его щеки полностью приобрели оттенок розового. «Хорошо», - громко хмыкнул Аид в застенчивой манере. «Что же я…можем ли мы ждать тебя завтра за ужином?» - он спросил, сцепив руки за спиной, все еще не смотря на сына. Нико повернул голову, посмотрев на своего отца широкими и удивленными глазами. «Хм, да. Хорошо, - он быстро сказал, но затем добавил. – Если у меня не будет никаких планов, ты знаешь…» Он опустил голову, смотря на землю. Аид наклонил голову по направлению к мальчику, который был явно смущен своим поведением, губы мужчины незаметно поддергивались, пока он сам себя не остановил. «Очень хорошо. Я…увижу тебя завтра?» Нико поднял голову, встретив взгляд отца, легкий изгиб его губ. «Конечно», - пристальный взгляд бога заставил Нико снова отвернуться. «Мне…нужно идти. Я должен решить проблему…которая должна быть решена, - сказал Аид. – До свидания». «До свидания, отец», - сказал Нико в этот раз более мягко, чем в прошлый раз. Аид еще раз кивнул мальчику и переместился из Центрального парка в саванне теней, оставив Нико с легкой, озадаченной улыбкой на лице. *Добро пожаловать, не за что.