Все или Ничего

Первую половину дня Эдмунд практически ничем не занимался. Он поздно встал, проснувшись от настойчивого стука в дверь. Оказалось, что принесли завтрак. Еду принес худой высокий омега, черноволосый и зеленоглазый. Его можно было бы назвать красивым, если бы в каждом жесте не сквозила какая-то распущенность, развращенность. Одежды на парне почти не было, только какое-то невразумительное полупрозрачное одеяние, совершенно не скрывающее тело. Волосы свободно падали на спину, в ушах сверкали дешевые искусственные камни. Парень не сказал ни слова приветствия, его губы никак не дрогнули в ответ на робкую улыбку Эдмунда. Он только смерил его изучающим оценивающим взглядом с ног до головы. Презрительно хмыкнул, поставил поднос на кровать и гордо удалился, из чего Эдмунд сделал вывод, что этот омега считает ниже своего достоинства с ним даже разговаривать, не говоря уже о том, чтобы прислуживать. На завтрак было горячее вино. Не очень вкусное, но приемлемое. Яблоко, еще теплый хлеб и мягкий сыр. Омега прикончил еду довольно быстро, он ничего не ел уже часов четырнадцать. Окончив трапезу, парень стал осматривать комнату. Вчерашнее впечатление оказалось вполне верным. Оформление комнаты нельзя было назвать верхом вкуса и элегантности, когда-то, наверное, ей пытались придать респектабельный дорогой вид. Но это было давно. Сейчас на темно-бордовом ковре виднелись темноватые странные пятна, будто на него что-то проливали и не раз. В темноте этого было не видно. Лепнина на желтоватом потолке почти обвалилась. Зато постельное белье было чистым, хотя Эдмунд опасался обратного. В целом комната была вполне приличной, по крайней мере она явно выигрывала в сравнении с каютой на пиратском корабле. Выходить омеге было некуда, да и запрет капитана возымел свое действие. Во-первых, Эдмунду совсем не хотелось лишний раз выводить его из себя. Во-вторых, парень прекрасно помнил сальные взгляды всех альф. Встретиться с ними хотелось еще меньше, чем с гневом Чезаре. Поэтому до самого обеда Эдмунд сидел в комнате, немного порисовал, затопил камин. Под кроватью обнаружилась какая-то старая книга с желтыми пыльными страницами. Она была на каком-то диалекте, походящим на валлирийский. Поэтому омеге удалось понять где-то с половину повествования. Это был самый обычный бульварный роман. Банальный и пресный до безумия, с предсказуемым содержанием и массой постельных сцен, которые Эдмунд старался не читать. Ему этих сцен и в жизни хватало с лихвой, лишнего напоминания не требовалось. В связи с этим книга омеге быстро наскучила. Тут принесли обед, на этот раз это была девушка. Тоже "ночная бабочка". Она глянула на Эдмунда с явным интересом, лукаво улыбнулась. Затем очень грациозно плавно выгнулась, ставя поднос на кровать. Ягодицы при этом приглашающе отставились назад. Эдмунд едва заметно закатил глаза, голой задницей его было уже не удивить. Девушка немножко скуксилась, поняв, что прекрасный омега не пал жертвой ее амурных чар, и ушла. Нельзя сказать, чтобы Эдмунд был очень расстроен своим нежданным одиночеством. По правде сказать, все эти постоянные звуки, которые окружали его круглосуточно на корабле, стали ужасно утомлять, раздражать. Топанье ног над головой мешало спать, вечные окрики капитана, который спокойно с командой не разговаривал вообще, заставляли парня нервно вздрагивать всякий раз. Да и вечное присутствие Шало... При нем всегда приходилось держаться, быть сильным и не показывать, что тебе самому страшно и тоскливо. Нельзя было подумать о некоторых вещах, потому что Эдмунд чувствовал, что эти мысли будут написаны на лице, хотя обычно люди редко разгадывали, что творится в его голове. Что планирует с ними сделать капитан? Не похоже, что он гонится за деньгами. Иначе бы он их уже давно продал или потребовал огромный выкуп. Но ни того, ни другого он не сделал. Тем не менее альфа не может таскать их за собой вечно. Что он с ними сделает? В то, что Чезаре отпустит пленников, свою добычу, просто так, Эдмунду верилось весьма слабо. Этот мужчина не из тех, кто легко расстается с тем, что считает своим. Неизвестность действовала на нервы, разрывала разум. В таких условиях Эдмунд не мог ничего придумать. Разве что бежать. Но куда? Омега даже не знал, в какую часть необъятного мира их занесло. Да и бежать вдвоем... Явно не лучший выход. Но по одиночке их перебьют еще в дороге. Если у Шало еще есть шанс добраться до цивилизованного мира относительно живым, то у Эдмунда нет и такой призрачной надежды. Он не умел драться, отвратительно держался в седле. И был безбожно красив. Такого легко найти, его все всегда запоминают. А быть схваченным в дороге и проданным в рабство как наложник... Лучше уж сразу умереть. Да и с острова не убежать. Вокруг одна вода. И головорезы, а уж эти церемониться не станут. Можно, конечно, попытаться подкупить какого-нибудь пирата, чтобы он довез их до ближайшего крупного государства. Но, во-первых, нет никаких гарантий, что этот капитан не передумает в дороге, и тогда парни снова станут пленниками, и неизвестно, чем все это кончится. Во-вторых, даже если бы удалось среди сброда найти честного пирата (как звучит!), платить все равно нечем. Только своим телом. При этой мысли Эдмунд болезненно поморщился. При всем своем стыде и раскаянии он не считал себя падшим настолько, чтобы ложиться под первого встречного альфу за возможность попасть домой. В таком случае Эдмунд просто не вернется в Даунхерст, потому что не сможет смотреть семье в глаза как честный человек. Потому что после еще одной сделки, он будет чувствовать себя самой настоящей шлюхой. И будет по праву ей являться. Нет уж. В нем осталось самоуважение. Капля, правда, но осталось. И терять его просто так омега был не намерен. Значит остается только ждать решения капитана. Как примерная собачонка. Отвратительно! Эдмунд вскочил на ноги. Тут раздался увесистый стук в дверь. Омега вздрогнул. Он ни на минуту не забывал, где находится. И что в номер может ломиться какой-нибудь клиент, подосланный Кларой. Хотя... Чезаре ее предупредил. Женщина, кажется, была не столь глупа, чтобы пренебречь его словами. Стук повторился. - Эдмунд, это я, - гаркнул капитан, вновь ударив в дверь, - открывай. Омега сглотнул, подошел к двери и быстро открыл ее. Альфа тут же вошел в комнату. - Что так долго? - недовольно спросил он. - Я... задумался. Я не знал, что это ты, - пробормотал омега, пытаясь побороть в себе застарелое желание начать бесконечно оправдываться. Альфа только хмыкнул, кажется, одобрительно. - Ты поел? - Да. - Тогда одевайся. Со мной походишь, - сказал мужчина, подбирая плащ Эдмунда с кресла и раскрывая его уже знакомым омеге движением. Эдмунд вздохнул и послушно развернулся спиной к альфе. Руки осторожно опустили тяжелую ткань на плечи, пальцы будто невзначай пробежались по шее, пощекотали за ушком. Эдмунд хотел отойти, чувствуя мурашки на коже, но Чезаре удержал его на месте, медленно развернул лицом к себе. Разные глаза чуть тлели, будто от сдерживаемого желания. Эдмунд задержал дыхание, вновь хотел отойти. Чезаре чуть усмехнулся и качнул головой, удержав парня на месте. Рука на талии проворно залезла под рубашку, Эдмунд вздрогнул от прикосновения горячей ладони к животу, рука проскользнула наверх, задрав темно-синюю ткань, пальцы стали лениво перекатывать сосок. Альфа слегка наклонился к омеге, тот почувствовал его жаркое дыхание на своей щеке. Сухие губы прикоснулись к коже, затем еще раз у самого уха. Крепкие зубы легко прикусили мочку, язык обвел маленькую раковинку. Эдмунд почувствовал, как зарождается желание где-то в глубине его тела и мучительно покраснел. - Перестань... пожалуйста, - сдавленно попросил омега, когда губы мужчины переместились на шею. Эдмунд кожей почувствовал улыбку Чезаре. - Зачем? - лукаво спросил мужчина. - Тебе же самому хочется... - он сильнее прижал любовника к себе, - вот здесь, - пальцы чуть сжали сосок, и Эдмунд шумно вздохнул, - уже все затвердело. А здесь? - рука покинула грудь и стала быстро спускаться к штанам омеги. - Прекрати! - вскрикнул парень, вырвавшись из рук диким зверем. Чезаре чуть сощурил глаза. Щеки омеги соблазнительно покраснели, взгляд загорелся, заблестел. Мужчина отчетливо видел печать вожделения на его лице. И стыда. Ох уж эта чертова мораль! Парень выглядел не на шутку расстроенным. И ужасно виноватым. А еще немного испуганным. И невероятно красивым. Впрочем, это его обычное состояние. Альфа подошел к Эдмунду, осторожно погладил по пылающей щеке. Омега опустил взгляд и неглубоко вздохнул. - Ты чего, синеглазка? - негромко спросил Чезаре, и Эдмунд услышал какие-то незнакомые ему нотки в его голосе. - Ничего, - тихо ответил Эдмунд, не поднимая взгляда. - Я уже говорил это тебе, но повторю вновь. Ни в желании, ни в самом сексе нет ничего того, чего стоит опасаться или стыдиться. Это нормально, что ты меня... - Я не хочу об этом говорить, - твердо проговорил Эдмунд, прервав альфу на полуслове. Тот помолчал с мгновение, а потом негромко рассмеялся. Омега удивленно поднял на мужчину взгляд, пытаясь понять, что забавного оказалось в его фразе. Альфа быстро поцеловал недоумевающего Эдмунда в губы, затем приобнял за плечи и вывел из комнаты. Эдмунд накинул капюшон, чтобы не привлекать излишнего внимания. За Чезаре по-прежнему приходилось почти бежать. Но мужчина этого принципиально не замечал, а Эдмунд принципиально не хотел просить о более медленном темпе. Они покинули бордель, Эдмунд почти с наслаждением вдохнул запах моря и рыбы. После тяжелого дурмана благовоний этот неприятный аромат показался почти счастьем. Чезаре решительно направился вглубь города, уводя за собой Эдмунда. Они петляли по грязным узким улочкам, затем вышли на более широкую, мощеную булыжником. Здесь было значительно чище. Дома были все богаче и богаче, выглядели они вполне как особняки или магазины. Но как оказалось, это были очень дорогие бордели. У некоторых были "витрины" на первом этаже, где красовались аппетитные мальчики и девочки в самых непристойных позах. Один парень, видимо узнав Чезаре, отправил ему томный воздушный поцелуй. Альфа подмигнул мальчику, Эдмунд несколько раздраженно вздохнул. - Куда мы идем? - спросил парень, едва поспевая за альфой. - К другу, - последовал лаконичный ответ. Поняв, что дальнейшие распросы бессмысленны, Эдмунд замолчал. Тут мимо них проскакал всадник, едва не задев Эдмунда. Альфа притянул его к себе, затем буквально переставил в другую сторону. Эдмунд теперь оказался как бы с внутренней стороны, ближе к домам. Минут через пятнадцать они достигли невысокого двухэтажного здания. Выглядело оно респектабельно, но всю картину портила "витрина" на первом этаже. Туда Эдмунд старался не смотреть, хотя ему стало казаться, что скоро он привыкнет ко всему этому. Просто фантастика. Чезаре отворил дверь. Они оказались в полупустом холле, здесь было светло, чисто и тепло. И никаких благовоний. Каменный пол, укрытый черным ковром с витиеватым рисунком, множество диванчиков на две или три персоны. Некоторые были заняты клиентами. Посреди зала стоял этакий постамент, на котором танцевал полуголый парень. Никакой одежды. Только многочисленные бусы. Танцевал омега на удивление хорошо, не пошло, а как-то очень... чувственно. Его движения чем-то неуловимо напоминали движения Аримах, подруги-циркачки Мирта, в которых тоже всегда сквозила эта чувственность и молчаливое обещание такого наслаждения, от которого закружится голова. Эдмунд скинул капюшон, под ним стало жарко. Две девушки-близняшки, похожие на маленьких безумно порочных ангелов, отделились от стены, плавной кошачьей походкой направились к капитану, одна едва заметно потерлась пышным бюстом о плечо альфы, другая принялась стягивать с него плащ. - Ты к нам надолго, Зверь? - промурлыкала девушка, снимавшая плащ с мужчины. - Я сегодня к вашему хозяину, девочки, - добродушно усмехнулся Чезаре. - То-то я голос знакомый слышу, - раздался голос от двери, ведущей, по всей видимости, в другой зал. Это был мужчина лет шестидесяти, невысокий и довольно упитанный, под рубашкой угадывалось небольшое пузико. Лицо было круглым и очень живым, когда мужчина говорил, оно все время менялось. На голове не было ни единого волоса, абсолютно голый череп. - Чезаре, - протянул хозяин борделя, протягивая руку для приветствия. - Варгос, - ответил альфа, пожимая мясистую ладонь мужчины. - Ты сегодня с компанией? - кивнул Варгос на Эдмунда, стоявшего рядом с Чезаре, - Или мне пришел отдать? - Боги, неужели я действительно так похож на проститутку, что все меня за нее принимают? - пробормотал омега, отдавая плащ одной из вертевшихся рядом близняшек. Альфы его услышали и громко рассмеялись. От их хохота едва ли стекла не зазвенели, Эдмунд тоже улыбнулся краешком губ. Чезаре покровительственно положил руку на талию омеги и притянул к себе. - Нет, Варгос. Прости уж, - проговорил альфа, отсмеявшись. - Жаль, - пожал плечами мужчина, - Если он тебе осточертеет, а это будет очень скоро, - заговорщицки обратился к Эдмунду хозяин публичного дома, - ты ко мне приходи. Не смотри, что старый, еще фору всем молодым дам. - Полегче, - возмущенно, но добродушно сказал Чезаре. - Приму к сведению, - мстительно сказал Эдмунд, смотря в глаза капитану. - А он у тебя зубастенький, - рассмеялся Варгос. - Он за это мне еще ответит, - блеснул глазами Чезаре, совершенно неприлично глянув на Эдмунда. Тот страшно покраснел. Варгос хмыкнул, наблюдая за этой немой сценкой. Затем кивнул на дверь, и они вошли в другой зал. Здесь, наоборот, было темно и прохладно. Прохаживались темнокожие проститутки, все в коже, каких-то шипах и прочих странных украшениях. Эдмунд помотал головой, отгоняя неприличные ассоциации. Они прошли зал насквозь, Варгос отпер ключом неприметную дверь. Они попали в просторную светлую комнату. Пол здесь был мраморным, никаких ковров. Два небольших окна, между которыми стоял массивный письменный стол из светлого дерева с перламутровыми вставками. Мраморный камин был затоплен и дарил живительное сухое тепло. Рядом с ним было кресло, чуть поодаль низкий столик, обтянутый зеленым сукном, явно для карточных игр, и два кресла со светлой обивкой. На столе красовался графин с вином и колода карт. - Ты меня ждал? - приподнял брови Чезаре, садясь в кресло. - А как же? - хмыкнул Вагос, садясь напротив. Эдмунд нерешительно замер на месте, на зная, куда ему деться. - К камину садись, - произнес Варгос, будто прочитав его мысли, - Вина хочешь? - Нет, спасибо. Я не пью, - склонил голову Эдмунд. - Брось, - добродушно усмехнулся альфа, наливая темно-красную жидкость в бокал из толстого стекла. - Не оскорбляй хозяина. Сказано это было вполне добродушно, но Эдмунд услышал совершенно определенное предупреждение. Омега послушно принял бокал из рук, поблагодарив, и сел в кресло. Варгос налил вино себе и Чезаре, и они начали играть, прекратив обращать на омегу внимание. Эдмунд потягивал вино крошечными глотками и наблюдал за ними. Альфы переговаривались, шутили, делали ставки. Судя по всему, были хорошими друзьями. Эдмунду было любопытно наблюдать за опытными игроками, красиво играли, честно. Блеф было тяжело разгадать, они постоянно проделывали какие-то уловки, на которые так часто велись оппоненты Эдмунда за игрой. Почему-то все альфы принимали его действия за чистую монету, считая омегу совсем недалеким. Часто он выигрывал именно из-за этого. Никто не думал, что мелькнувшая досада - это хорошая игра, а не чистая эмоция, или накручивание локона на палец - продуманное движение, не признак плохой комбинации. Омеге нравилось смотреть, как меняется к нему отношение во время игры, когда альфы начинали понимать, что парень совсем не так прост, как кажется на первый взгляд. Как на их лицах сквозит удивление, потом досада и даже раздражение, когда омега снова выигрывает. Отцу Эдмунда на это тоже нравилось смотреть. Наверное, это было единственное, что ему нравилось в сыне. Когда альфы сыграли четвертую партию, омега повернулся к огню. Его поза давно стала более расслабленной, парень немножко подогнул ноги, откинулся на спинку кресла. Бокал был наполовину пуст, но омега совсем не опьянел. Он осторожно поставил вино на пол рядом с креслом и стал смотреть на огонь. От него шел сухой приятный жар, языки рыжего пламени сплетались друг с другом в причудливом древнем как мир танце. Эдмунд видел то быстрых животных, то людские фигуры, всадников, битвы. Все что угодно. Это завораживало, жар опалял щеки, но омега все равно не отворачивался. Он мог смотреть на это целую вечность. Зачем ты смотришь туда? - бархатный грудной смех ласкает слух. Эдмунд обернулся и увидел за своей спиной красивого золотоволосого омегу. - Дай мне свои волосы. Тонкие изящные пальцы пропускают пряди, переплетают их между собой. От камина идет тепло, прикосновения такие приятные, умиротворяющие. И спать так хочется. - Тар па пам, та та та дам. Пааа па пам, - тихо мурлычет отец себе под нос, - Тара та та там тадааам. Паар там та та та. - Там па пам, та та та дам, - тихонько, сам того не замечая, начал мычать Эдмунд. Волосы и шея будто до сих пор хранили на себе прикосновения тонких отцовских пальцев. Омега грустно улыбнулся, продолжая едва слышно мурлыкать себе под нос полузабытую песенку. Теплое сокровенное воспоминание неожиданно всплыло в сознании и подарило успокоение, почти счастье. Приятно разлилось волной по всему телу. Тар па пам, та та та дам... Мелодия куда-то уводила, манила за собой в прошлое. Эдмунд чуть прикрыл глаза, сдаваясь. Что плохого, если чуть-чуть вздремнет? Они все равно не обращают на него внимания. - Разморило мальчика твоего, - негромко произнес Варгос, кивнув на прикорнувшего Эдмунда. Еще одна партия только закончилась, на этот раз выиграл Чезаре. - Видимо, действительно не пьет, - хмыкнул альфа, откидываясь в кресле и слегка поворачиваясь, чтобы посмотреть на омегу. Тот смотрелся очень... как уставший ребенок, который утомился после долгого дня и уснул там, где его застал сон. - Обижаешь, - цокнул языком Варгос, - у меня вино хорошее. Дерьмо не пью. От такого не пьянеют с одного бокала, твой и его не допил. Как зовут, кстати? - Эдмунд, - отозвался Чезаре, по-прежнему смотря на омегу. - Где нашел? Пленник он твой? - Да. - И как уговорил? - тут мужчина чуть приподнял брови. - Или не уговаривал? - Варгос, - чуть сморщился Чезаре, - ты же знаешь, мне это не нужно. Не сторонник я таких методов, все и так вешаются. - Вот за что ты мне нравишься, - хохотнул пожилой мужчина, - так это за то, что скромности в тебе ни убавить, ни прибавить. Но твоя правда. Мои ребята согласны тебя бесплатно обслуживать, в очередь встают. Чезаре ухмыльнулся и вновь перевел взгляд на Эдмунда. Тот глубоко вздохнул во сне и снова успокоился. Как ребенок, чистый и невинный. - Что делать с ним будешь? Али жениться надумал? - Сейчас за последний вопрос по морде дам, - предупредил Чезаре. - Это правильно. Никогда не женись, - кивнул Варгос, делая большой глоток дорогого вина. - Я вот женился почти сорок лет назад. И что? Прибил, суку, через пять лет после свадьбы. Изменял мне, тварь такая, а я и не сдержался. Десять лет из-за этой потаскухи на галерах отмотал. - Ты меня извини, друг. Но ты женился на "бабочке" из такого же борделя как этот. Что ж ты хотел-то? - развел руками капитан. - Он у тебя физически верность хранить не мог. - А какая разница? Раз за меня вышел, будь любезен... - сказал мужчина. - Эдмунд твой... - Без комментариев на эту тему, - поднял руку в предупреждающем жесте Чезаре, зная почти матерное красноречие своего друга. Варгос скривил губы в улыбке. - Он у тебя в карты играет? - Вроде бы, - пожал плечами Чезаре. - Эй, малыш, - громко позвал Эдмунда хозяин борделя. Омега резко сел в кресле, едва с него не свалившись. Альфа хохотнул, наблюдая за его пробуждением. Парень сел в кресле прямо и быстро пригладил волосы, вопросительно посмотрев на Варгоса. - В карты играешь? - Есть такой грех, - хриплым ото сна голосом отозвался Эдмунд. Чезаре понравился этот новый тембр. - Замени своего друга, - сказал пожилой мужчина кивнув на Чезаре, который фыркнул в ответ, но послушно встал с кресла. Эдмунд сел на его место. Повертел немного головой, чуть размял тонкие пальцы. Варгос сдал карты. - Денег с него брать не буду, - предупредил альфа Чезаре, стоявшего за спиной Эдмунда, - так что не боись. Поберегу твой кошелек. - Вот уж спасибо, - съязвил альфа. Он присел на подлокотник рядом с Эдмундом, рукой оперся о спинку. Омегу это немного нервировало, но виду он не показал. Предстояла игра, а что ни говори, но он был азартным. По-настоящему азартным. Партия началась. Варгос действительно щадил Эдмунда, намеренно подавал легкие карты, проверяя уровень мастерства противника. Эдмунд послушно велся, выдавал самые выгодные козыри в обмен на ничего не значащие карты, путался в ходах. В общем вел себя как последний новичок. Надо ли говорить, что он проиграл через несколько минут? Пошла вторая игра, в которой Эдмунд будто вспомнил правила и перестал путаться в козырях. Но снова открыто досадовал, когда попадались невыгодные карты, радостно улыбался, получив козыри. И снова проиграл. - Это хорошо, что ты денег не взял, - хмыкнул Чезаре за спиной Эдмунда, - я бы уже разорился. - Поэтому я твой друг, - улыбнулся пожилой альфа. - Ну что, еще разок или хватит с тебя? - Может, еще одну партию? - состроил Эдмунд просящие глазки. Варгос усмехнулся и раздал карты. Но вот теперь все было гораздо интереснее. Эдмунд откровенно забавлялся, путая альфу, играл легко, и блефовал, блефовал, блефовал. Варгос довольно быстро понял, что две предыдущие партии были просто маневрами, узнаванием противника. А сейчас перед ним сидит хороший опытный игрок с почти железными нервами. Почти, потому что у омег не бывает по-настоящему железных нервов, в этом пожилой альфа был уверен. Настал напряженный момент. Судьбу игры решал всего один ход, один козырь. У Варгоса этого козыря не было, но он делал едва уловимые намеки на то, что он у него был. У Эдмунда было все наоборот. Чезаре за его спиной сидел и только диву давался. Варгос внимательно взглянул на свои карты. У него был всего один шанс переиграть этого мальчишку. Он взял еще одну карту из колоды. То, что нужно. - Открывайте карты, - провозгласил Чезаре. Эдмунд торжествующе выложил свои карты, абсолютно уверенный в своем выигрыше. Его триумф померк, стоило омеге увидеть карты противника. Тот его разбил в пух и прах. Парень несколько удрученно вздохнул. - Что меня выдало? - поинтересовался он, собирая карты в колоду. - Чезаре за твоей спиной, - незамедлительно отозвался Варгос. - Просто он выглядел чересчур довольным. - Ничего подобного, - возразил альфа, слезая с подлокотника. Варгос с Эдмундом одновременно фыркнули, понимающе посмотрели друг на друга. - Ладно, друг, - сказал Чезаре, обнимая Эдмунда за талию. Тот ощутимо напрягся под его рукой, - рад был видеть тебя в добром здравии. - Уже уходишь? - спросил альфа, вставая с кресла. - У меня есть некоторые... дела, - чуть лениво сказал Чезаре, смотря при этом на Эдмунда. Тот незамедлительно вспыхнул и решительно отстранился от мужчины. - Понимаю, - протянул Варгос, протягивая Чезаре руку для прощания. Тот ее крепко пожал. - Дорогу обратно найдешь? - Естественно, - хмыкнул мужчина, вновь притягивая омегу к себе. Когда они были уже у самой двери, Эдмунд обернулся и кивнул пожилому альфе, тот улыбнулся краем губ. Чезаре приказал принести их плащи, и через несколько минут он и Эдмунд уже были на улице. Альфа вновь положил руку ему на талию, и они двинулись обратно. Эдмунд послушно шел рядом, прокручивая в голове недавние события. Интересный этот Варгос. Откуда он? И откуда знает Чезаре? - Куда мы сейчас идем? - спросил омега. - Куда-нибудь, где дают еду. Я хочу есть, - ответил альфа. Тут они свернули куда-то налево, попали на маленькую тесную улочку. Она вся пропахла готовящимся мясом, рыбой и вином. По обе стороны были одни сплошные трактиры, да таверны. Чезаре завернул в первую же, остановился на пороге. Здесь было довольно шумно, тепло и очень дымно, коптили свечи. В конце зала виднелась этакая стойка, за которой стояла полная некрасивая женщина. Помещение было средних размеров, все заставлено столами и скамейками, потолок стал черным от копоти. У самой двери, в углу, обнаружился пустой стол, который тут же занял Чезаре. Эдмунд плюхнулся следом, еще раз огляделся, понял, почему альфа выбрал именно этот стол: прекрасно просматривался весь зал, а выход был совсем рядом. Умно. Тут к ним подошла девушка в засаленном платье, вырез открывал покатые плечи и пышное декольте. Талию стянул кожаный корсет, заставляя бюст казаться еще больше. - Чего хотите? - спросила она неожиданно высоким голосом, каким обычно говорят девочки-подростки. - Два куска мяса с овощами, вино. Еду на двух тарелках, - тут же отозвался Чезаре. Девушка кивнула и ушла, покачивая округлыми бедрами. Какой-то посетитель хлопнул ее по заднице, она в ответ тут же отвесила ему тумак, и пошла дальше, как ни в чем не бывало. Чезаре сидел молча, барабанил пальцами по грубой поверхности стола и смотрел на Эдмунда. Тот старался на него не смотреть и раз за разом оглядывал зал. Это быстро закончилось, чужой подвыпивший альфа заметил его скользящий взгляд и громко одобрительно свистнул. Чезаре тут же ухватил омегу за талию и притянул к себе, теперь парень оказался зажат между ним и стеной. Стена была холодной и неприятной на ощупь, Эдмунд неестественно выпрямил спину, чтобы не касаться шероховатой грязной поверхности. Тут принесли две щербатые тарелки с едой. От нее исходил замечательный аромат, мясо и овощи были щедро политы подливкой. На втором подносе красовалось две здоровенные деревянные кружки с вином. Девушка поставила еду на стол, Чезаре ей заплатил и с аппетитом принялся поглощать принесенную пищу. Ее, кстати, было довольно много, а в качестве столовых приборов прилагались только вилки. Чезаре легко откусывал от шмата мяса большие куски, его челюсти энергично двигались. Эдмунд принялся за вкусные овощи, потом попытался откусить кусок мяса, наколов всю порцию на вилку. Мясо незамедлительно шлепнулось в миску с громким чавканьем. Подливка пролилась на стол. Чезаре, заметив мучения омеги, со вздохом вытащил кинжал из-за пояса и протянул его парню. Тот благодарно на него взглянул и взял клинок. Так управляться было значительно проще. - Вкусно, - пробормотал Эдмунд, заедая сочное мясо овощами. Чезаре чуть улыбнулся, взглянув на него. Его тарелка была уже пуста. - Доедай поскорее, - сказал он, допивая вино одним глотком. Эдмунд кивнул, хотя он был уже сыт, но считал кощунством оставлять такую еду свиньям. Тут в трактир вошли двое мужчин, они остановились на пороге, присматриваясь. Завидев относительно свободный стол, двинулись к нему. Они оба шли вразвалочку, это выдавало в них бывалых моряков. Один очень сильно хромал, нога почти волочилась. Лицо было бледным, изможденным. Мужчина чуть морщился, будто каждый шаг давался ему только благодаря нечеловеческим усилиям. Эдмунд проводил его взглядом. Когда альфы почти дошли до стола, хромоногий вдруг рухнул всем весом на пол, будто кто-то подсек его под колени. Мужчина бесформенной грудой лежал на грубом дощатом полу и не думал вставать, вообще признаков жизни не подавал. Его товарищ пытался его оживить, но это не принесло желаемого результата. - Эй там, - грубо крикнула хозяйка из-за стойки, - проваливайте. Мне тут пьяницы не нужны. - Да подожди ты, - отмахнулся альфа, с кряхтением пытаясь усадить своего друга, - не пил он ничего. Двое мужчин встали из-за соседнего стола, с трудом посадили хромого альфу на скамью. Но тот по-прежнему не реагировал на попытки привести его в чувство. Эдмунд видел его неестественно бледное лицо, на лбу поблескивала болезненная испарина. Омега резко встал и быстро направился к альфам. Он сделал это так стремительно, что Чезаре не успел его остановить. Пришлось встать за ним. Эдмунд протиснулся мимо обступивших мужчин людей, капитан встал за спиной, омега слышал его раздраженное сопение. - Все? Насмотрелся? - недовольно спросил он, - Теперь пошли отсюда, - тяжелая рука опустилась на плечо и потянула назад. Эдмунд вырвался. - Подожди... Тут неладно что-то, - сказал омега, подходя ближе к потерявшему сознание мужчине и его товарищу. - Перестаньте трясти его, - громко сказал он альфе, который тряс хромоногого. - Тебе какое дело? - грубо огрызнулся тот, окинув презрительным взглядом Эдмунда. - Я помочь хочу, - твердо ответил парень, слыша раздраженный вздох Чезаре за спиной. - Его надо положить на что-то. Так только хуже сделаешь. - А ты врачевать умеешь, так что ли? - с сомнением спросил альфа. Эдмунд кивнул. - Ну, - грозно спросил альфа, - мне поможет кто-нибудь? Тут же несколько человек споро подхватили потерявшего сознание альфу, кто-то смахнул посуду со стола под вопли хозяйки, мужчину положили на стол. Эдмунд бегло оглядел его придирчивым взглядом, задержавшись на чуть мокрой штанине брюк. Омега провел по ней рукой, потер пальцы. На ощупь не вода. И пахнет прескверно. Эдмунд взял кинжал Чезаре и одним движением вспорол штанину. Под ней оказалась распухшая красная нога, на середине икры была повязка. Она вся пропиталась черной нездоровой кровью и гноем, вонь гниющей плоти разнеслась по залу, и парня едва ли не вывернуло от этого запаха на месте. Но он справился с собой, осторожно разрезал вонючие тряпки. Под ними оказалась огромная зияющая рана, края загноились, она покрылась темно-коричневой коркой. Эдмунд осторожно надавил, и на стол хлынула темно-красная кровь. Рана была странной, рваной, будто от зубов. - Так, - скомандовал омега, - мне нужны чистые тряпки, горячая вода и этилонский спирт. Быстро, - чуть прикрикнул Эдмунд. Забавно, но столпившиеся люди его послушались. Хозяйка, ворча и сокрушаясь, принесла здоровенную мутную бутыль со спиртом, кто-то из работников притащил старую чистую простынь. Воду принесли через минут десять. Эдмунд, не церемонясь, стащил с альфы кожаный ремень, затем попросил сильно затянуть на бедре лежащего перед ним мужчины. - Где это он так? - спросил Эдмунд, быстро стирая кровь с ноги мужчины. - Да... тварь укусила одна. Мы ей уже и башку отрубили, а она все зубы не разжимала. Пришлось по кускам рвать, - ответил альфа, внимательно наблюдавший за действиями омеги. Парень взял кинжал, вздохнул, пытаясь успокоиться. Руки немного дрожали. Эдмунд сильно сжал рукоятку клинка, затем резким движением взрезал корку на ране. Альфа застонал сквозь зубы, видимо, чудовищная боль стремительно возвращала его к реальности. Двое альф сильно прижали его к столу, не давая двинуться, пока Эдмунд быстро обрабатывал рану. Он старался действовать как можно скорее, кровь и гной ручьем лились на стол, руки омеги уже были в этом вонючем месиве. Эдмунд на мгновение прижал подбородок к плечу и закрыл глаза, пытаясь спастись от страшного зрелища и отвратного запаха. Затем вновь вернулся к ране, очищая ее от грязи. Раненый альфа мычал и метался, хотя и не открывал глаза, все еще пребывая за тонкой гранью мира снов. Тут Эдмунд откупорил бутылку со спиртом и буквально вылил его на плоть мужчины, тот взвыл бешеным зверем и дернулся вперед. Омега отшатнулся, но альфы чудом удержали раненого на месте. Чезаре присоединился к ним и со всей силы прижал сопротивляющееся тело к столу. Эдмунд мельком взглянул на него, но ничего не сказал. Тут ему в голову пришла одна идея. - У того животного клыки были? - спросил парень. - А как же! Длиннющие такие... - присвистнул альфа. Эдмунд сглотнул. Затем раздвинул края раны, дрожащие пальцы коснулись живой горячей плоти. Омега чуть надавил, альфа взвыл и заметался сильнее. Тонкие пальцы все давили и давили, будто что-то искали. Всякий раз, когда раненый кричал, Эдмунду казалось, что само его сознание рассыпается, до того нечеловеческими были эти вопли. Вдруг пальцы наткнулись на что-то твердое, безнадежно застрявшее в ноге. Эдмунд ухватил это нечто кончиками пальцев и потянул вперед. Инородный предмет легко поддался, омега перехватил его покрепче и разом дернул на себя. Хлынула почти черная кровь, альфа затих, вновь провалившись в забытье. В руке Эдмунда был длинный, закругленный как сабля клык. Парень швырнул его на пол и принялся по новой чистить рану, пока кровь не стала ярко-красной. После этого Эдмунд еще раз залил все спиртом. Кто-то разорвал простыни на лоскуты, омега обмакнул несколько в горячую воду, обмотал вокруг ноги, поверх наложил сухую повязку. Его повело от нервного напряжения, руки крупно дрожали будто у старика. - На ногу не наступать, пока не затянется, - негромко сказал Эдмунд, - повязку менять каждый день. Все промыть и наложить следующую. Пускай пьет много воды. Понятно? - Да, - отозвался мужчина, - а если лихорадка будет? Или грохнется как сейчас? - Пускай отвар пьет из корней примулы. Но если будете делать как я сказал, все будет нормально, - у Эдмунда все уже вертелось перед глазами, от запаха в комнате жутко тошнило, омега весь был в поту. - Ладно, - кивнул альфа, хлопнув Эдмунда по плечу. От этого хлопка он чуть не упал, - тебе это... спасибо в общем. Мы теперь тебе вечно должны будем. Если что, ты братьев Райт ищи. Фобоса и Деймоса. - Учту, - кивнул Эдмунд. Он хотел протянуть руку для рукопожатия, но вспомнив, в чем она измазана, передумал. Чезаре чуть приобнял его за талию и вывел из трактира. Эдмунд не стал надевать плащ, ему было так плохо, что холод отошел на второй план. Омега привалился к стене, его тут же вывернуло наизнанку. Чезаре подвел его к корыту с чистой водой, откуда лошади пили, макнул свой рукав в воду и обтер все лицо Эдмунда. Затем опустил его руки в воду. Лошади пронзительно заржали, учуяв кровь, и отшатнулись от корыта. Омега стоял, чуть покачиваясь из стороны в сторону. Капитан одел на него плащ и повел к борделю Клары. На этот раз они шли чуть медленнее, за что Эдмунд был безмерно благодарен. Он ног не чувствовал от усталости. Чезаре вел его укромными переулками и молчал, обдумывая увиденное. До чего странный, диковинный этот омега. Боялся его до зубовного стука, но пришел ночью, чтобы спасти подростка. Так стыдится их связи, но пришел помочь, когда Тин его ранил. Теперь вот фактически спас жизнь совершенно незнакомому альфе, не задав ни единого вопроса, не потребовав ничего взамен. Действовал с таким поразительным хладнокровием, выдержкой, но стоило выйти на воздух - и его вырвало от увиденного. Теперь вот идет, еле ногами передвигает, но молчит. Не жалуется. Поразмыслив, капитан понял, что не слышал от Эдмунда еще ни одной жалобы, если не считать его требование о плащах. Он никогда не жаловался. Ел то, что дают, делал так, как скажут, при этом редко следя за своими интересами. Он возразил альфе единственный раз, да и то из-за мальчишки. Никаких слез, упреков... Он все переносит молча. Тут Эдмунд запнулся, но Чезаре его удержал и крепче прижал к себе. Удивительно, но после сегодняшнего дня он стал питать к омеге какое-то... уважение. Или его подобие. Вскоре они дошли до борделя Клары, Чезаре проводил Эдмунда до его комнаты. Сам отпер дверь, потому что уже не мог смотреть на трясущиеся руки, пытающиеся вставить ключ в замочную скважину. Эдмунд сразу направился к кровати и буквально рухнул на нее. Затем немного повозился, пытаясь укрыться одеялом, на котором лежал. Капитан выдернул его из-под парня и накинул на него. Тот пробормотал что-то благодарственное, но альфа его уже не слышал. Он ушел, заперев за собой дверь.