Во имя добра

«Тим, просыпайся!» – раздался в моём сознании звонкий голос, что выдернул меня из ласковых объятий спокойного сна. Бель? что-то случилось? Будить Шона? – сонно промямлила я, продирая очи. Справившись с сим непростым занятием, я обнаружила, что за окном уже разгорается яркий рассвет. Рассвет нового дня. «Нет, Тим, подрывайся. Только тихонько и выбирайся к нам. Точнее ко мне. Жду.» «Ой, а что Бель делает тут с самого утра?» Приподнявшись на локтях, стала осматриваться. Рядом, закинув руку на мои бёдра, сопел Шон. Осенило меня не сразу, а когда наконец осенило я, хлопнув себя по лбу, стала бережно выбираться из постели. Сон смело и в мозгах прояснилось. Конечно, ведь сегодня тот день, которого я ждала с замиранием сердца, одновременно боясь и желая. Сегодня День Рождения моего любимого. Бель сидела в гостиной. Как всегда бодрая и прекрасная, словно свежий цветок. - Доброе утро, - улыбнулась она, скорее почувствовав, чем увидев мой приход и поднялась. Простое, но от этого лишь более прекрасное алое платье из блестящей ткани скользнуло, шурша. Плащ дивных волос взметнулся, когда самая могущественная женщина Империи, и по совместительству моя подруга повернулась ко мне. - Ох, Тим, ты преувеличиваешь. Хотя, конечно, приятно. Зелёные глаза с золотыми крапинками улыбнулись. - Ты тоже очень красивая. И не возражай. Я послушно захлопнула рот, но тут же распахнула его снова, когда Бель, отступив в сторону, явила мне то, с чем и зачем пришла. Когда я вернулась в комнату, солнечные лучи уже пробирались сквозь неплотно задёрнутые шторы, легко прикасаясь к лицу лежащего на постели мужчины, что в небрежной своей красоте всегда был для меня самым прекрасным, желанным и любимым. Медленно, не в силах оторвать взгляд от умиротворённого лица, я прошла по пушистому ковру, краем глаза отметив, что Бель подгадала всё правильно, и сейчас я, облаченная в подаренное ею платье, что играло в ярких лучах, кажусь солнцем, сошедшим с небес, опустилась на край кровати. Глубоко вздохнув и зажмурившись, я склонилась вперёд и накрыла своими губами чуть приоткрытые губы любимого. Карие глаза распахнулись. Еще не до конца проснувшись, Шон ответил на поцелуй, делая его более глубоким, но не страстным, а скорее нежным. - Доброе утро, Мири, - прозвучало в моей голове. В голосе было столько тепла и нежности. Задохнувшись, я разорвала поцелуй. Пока не время. Он улыбнулся, приподнимаясь на локтях, окинул меня взглядом от перевитых нитями золотого жемчуга, отброшенных на бок волос до солнечного со вставками цвета голубого серебра, платья, и глубокие глаза расширились, темнея. Кажется, только сейчас до любимого дошли причины такого необыкновенного утра. - Ты прекрасна, Мири, - выдохнул он, привлекая меня к себе и снова находя мои губы. - Эй, там! Хватит целоваться! Вы нам именинника вообще сегодня явите? Получив Императорский ментальный пинок, мы оторвались друг от друга и захихикали. - Ну вот что это такое? И поцеловать жену не дают в свой законный День Рождения, - с трудом сдерживая смех, произнёс Шон и снова прыснул. Я вместе с ним. В итоге из комнаты мы выбрались через полчаса. Счастливые и прекрасные. Удивительным было то, что еще раз окинув меня взглядом и выдав умозаключение, что гласило «М-да, мне, кажется, подкинули не только красивую жену, но и огромную свинью», Шон облачился не в привычную рясу, а в костюм цвета грозовой тучи, что обнаружился в шкафу. Всё завертелось, закружилось. Мой муж стал счастливым – это, кстати, в прямом смысле, – обладателем пакетика какой-то бурой травки, что преподнесла сияющая как начищенный таз Ри, странного вида тёмного кругляша на верёвочке, что получил от Бель и огромного пакета. Императоры, что сей подарок притащили, от чего-то переглядывались, пряча ехидные улыбки. Открыв презент, Шон извлёк на свет книгу. Прочитал название, офигел, выдал привычное «ой, как интересно!», но мне книгу не показал, сказав, что рано еще. Я обиделась. Так же в пакете обнаружился целый набор каких-то разноразмерных бутылочек, в каждой из которых плескалось нечто мутноватое, цветом своим ни на какие пристойные мысли не наводящее. Бутылочкам Шон обрадовался. Я же мирно стояла за плечом любимого, засовывая свой любопытный нос во всё, что попадало в поле зрения. На этом сюрпризы не закончились. На минутку залетел сам крон-принц Шаорран, передав искренние поздравления от семейства Властелина Небес и какую-то потрёпанную тетрадь, исписанную корявыми кракозямбами, мне незнакомыми. Так же я, наконец, смогла узреть Алсинейля. Тот тоже заскочил ненадолго, поздравил Шона, заявил, что у него прекрасная жена, - я тобишь, – и, осчастливив всех нас корзиной всяких вкусностей, смылся. Корзину распаковали тотчас, всей дружной кучкой переместившись за накрытый в парке столик. Первыми на свет появились тёмные бутылки. Появились и сразу исчезли. - На вечер, - сверкнул улыбкой Шон, покосившись на Ри и остальных Императорских отпрысков. Я не особо расстроилась. Лично меня больше обрадовали дивной красоты пирожные и лартайя, коих сегодня было больше чем достаточно. - Ты уверена? Больше? Для целой оравы голодных драконов? – Я хмыкнула. И как из моей головушки мог вылететь Шонов колоссальный аппетит? В целом, время бежало быстро и весело. В какой-то момент, как и пророчил Шон, стол опустел, но оказалось, что это еще не всё. Щелкнув пальцами, Бель открыла телепорт. Посиделки на берегу моря в компании жаренного на костре тура мне очень понравились. Даже лёгкая грусть, что поселилась в моей душе вместе с отчаянным отсчётом оставшегося времени, отступила. Лэр права. Не нужно грустить и убиваться. Пусть времени мало, пусть оно летит стремительнее дракона, им нужно наслаждаться. Иначе нельзя. - Мири, что-то случилось? Оказывается, я умудрилась погрузиться в свои размышления и пропустила тот момент, когда Шон обратился ко мне в первый раз. - Нет, Шон, всё нормально, - улыбнулась я. И тут случилось это…