Дотянуться до тебя.

Атмосфера в этом помещении, даже если сами стены громко шептались об ужасе этого места, стала более разряженной и спокойной. Гарри взял знакомца за руку и поднялся с его помощью. Забавная и распространенная ошибка - протягивать руку, чтобы помочь подняться. Такая помощь скорее вредит. Можно потянуть руку или спину, навредить осанке. Обычно для помощи лучше толкать в спину, так человек поднимается сам, но все же будет уверен в поддержке, если ноги окажутся слишком слабыми для него. Но этого никто из товарищей не знал, да и ничего не случилось. Иб, которая все это время просто наблюдала за своими друзьями, а Райана девчушка уже приписала к своим друзьям, сейчас опустила свой взгляд. Алые глаза, которые явно выражали ее облегчение и некое спокойствие, какое уж было возможно в этом месте, внимательно рассматривали лепестки на полу. Конечно, те уже не сыпались, да и было их всего два или три, но это натолкнуло ее на мысли. И очень обеспокоило. Все же розы означали жизнь, раз на полу лепестки, то Райан явно ранен или плохо чувствует себя. За взглядом школьницы проследил и художник, который молчал, что для него необычно, словно бы проглотил язык. Ему было сложно сказать что-то дельное, смущение комом встало в горле, сдавливая голосовые связки и заставляя лишь хватать ртом воздух, всякий раз как тот открывался. Эту странную тишину нарушила девочка, которая обеспокоенно посмотрела на Райана. Но тот лишь улыбался, предчувствуя ее вопрос. - Лепестки... Они же от твоей розы? Она зеленая? Ты много их потерял? Тебе больно? Мы сейчас найдем вазу! - Иб уже хотела пойти к одной из двери, как ее за руку остановил Гарри, притягивая к себе школьницу. Видимо его обеспокоили ее слова или же ему, впервые, захотелось придумать план действий. - Зеленые... Иб, ты не спрашивала с него розу? - было сложно понять, отчего же повысился тон художника. Злился ли он или просто удивлялся такой легкомысленности и доверчивости своей подруги. - Нет, - покачала головой Иб, взглянув на Гарри, для чего ей пришлось поднять голову, все же для нее он был высокий. - Иб, - обреченно простонал парень, осторожно касаясь руками плеч подруги и заглядывая в ее глаза, - история с Мэри тебя ничему не научила? - Но... он ведь тоже не спрашивал с меня ничего. Райан просто помог, даже не интересуясь тем, кто мы такие и настоящие ли мы люди, - протестовала девочка, хотя при этом оставалась довольно спокойной, не смотря на смысл ее слов. - Иб... - было начал художник, но брюнетка его перебила. - Не каждый стал бы помогать незнакомцам, тем более в таком месте, - ее тонкие брови свелись к переносице. Выглядела Иб довольно сердито. Даже ее хрупкие пальцы сжались в кулаки. Вряд ли девочка злилась на своего друга, она просто была уверена в том, что не сделала ничего плохого. А Гарри стоило бы быть более вежливым с его спасителем. - Ладно, - вздохнул парень, убирая руки от школьницы и тепло улыбаясь ей. Конечно в его взгляде все еще было беспокойство и легкое опасение, - в следующий раз не стоит доверять всяким дон жуанам... - Я вас слышу, - тихо посмеялся Райан, доставая розу из кармана. Разговор его немного задел, только на его лице это никак не отобразилось. Вероятно, эта черта в нем присутствовала так же, как и в Гарри. Тот улыбался Иб, даже когда уже чувствовал, что для него это конец. Разноокий не просил от них доверия, но было бы можно хотя бы не говорить о нем так, словно его тут вообще нет, - и с чего это я Дон Жуан? - прошептал себе под нос Райан, говоря сам с собой. В дальнейшем разговоры свелись почти что к минимуму. Говорить было можно только о том, как выбраться отсюда и что делать дальше. И да, было нужно найти вазу, хотя бы обычную. Исследование комнаты проходило быстро. Им никто не мешал, хотя частенько пугали разными глупыми шуточками в стиле скримеров. Но и поиски ничего не дали. Комната оказалась пуста, а все другие помещения, за уже открытыми дверьми, были просто бесполезными. Словно кто-то специально запер их тут, убрав любую возможность покинуть этот зал. Обычно было хоть что-то, хоть какая-то возможность пройти дальше или вернуться, раз уж продвижение вперед ничего не давало. Но сейчас их просто посадили в комнату с дверьми и пожелали удачи. Наверное никто из этих троих не хотел признаваться, что все бесполезно, что выхода нет, что нужно сдаться. У каждого была причина, чтобы не делать этого. И у каждого была причина не произносить такие печальные, хоть и логичные, слова вслух. Разговоры, на какое-то время, смолкли. Было понятно, что они обшаривают стены и двери уже по бесчисленному кругу, меняясь местами. Это угнетало. Ты вроде и занят, но уже знаешь, что это все не имеет смысла. Голос вновь подал Райан, который решил немного разрядить обстановку своими шуточками. Они начинались с довольно коротких фраз или цитат из фильмов и книг, а после переходили в истории из жизни. - Да, дела у нас идут хорошо. Только в непонятном направлении, - усмехнулся парень, вновь подходя к картине с мальчишкой. Иб и Гарри лишь тихо и коротко посмеялись. Такие фразочки еще пару раз выскакивали то с одной стороны комнаты, то с другой, смотря на то, где был Райан. Но, как говорилось выше, совсем скоро трое уже разговаривали о каких-то смешных случаях из их жизни. За таким смехом и спокойной атмосферой, художник не заметил, что под его ногами что-то было, и с громким "твою..!" упал на пол. Парень расшиб себе лоб и колени, когда встретился с полом. Перевернувшись на пятую точку и открыв глаза, которые рефлекторно закрылись от страха, Гарри посмотрел на то, обо что споткнулся. - А я говорил ему, отмени свидание с полом. Гарри меня совсем не слушается, Иб, повлияй на него, - от этих слов девчушка засмеялась, прикрывая рот рукой и глядя на товарища. Гарри словно бы не слышал этих слов от нового знакомого. Его взгляд был обращен на синюю куклу. Кукла выглядела как и всегда. Тряпичная синяя кукла с большими, круглыми глазами красного цвета. Ее волосы, шерстяные нитки, неаккуратно свисали на ее голове, немного попадая на лицо. Розовое платье было кое-где в заплатках. А на лице играла улыбка, которая была зашита нитками, словно кто-то не хотел, чтобы кукла говорила. Не смотря на ее привычный вид и улыбку, было ощущение, что кукла очень грустная. Словно в этот раз ей не хотелось играть с Гарри. - Когда я сюда попал, то видел одну такую, - присаживаясь на корточки, выдохнул Райан. Его голос, который оказался слишком близко к художнику, заставил последнего сильно вздрогнуть и выйти из ступора. Сказать Гарри ничего не успел, так как возле куклы, в воздухе, появилась надпись из желтой краски. Та была свежей, так что даже еще капала на пол, оставляя после себя яркие лужицы, - "отнеси меня к хозяйке, Гарри," - прочитал разноокий. Цвет краски был не самым лучшим для надписей, так что читать было очень сложно. Все буквы растекались и капали на пол. Краска рухнула вниз, и появилась другая фраза, - "отнеси меня к хозяйке, и я дам тебе подарок," - вновь прочитал Райан. Художник совсем не торопился прикасаться к кукле. - К Мэри? - поинтересовалась Иб. Это было самое логичное предположение. Надпись изменилась. - "Нет, к хозяйке. Не Мэри," - вздохнул Райан, который почувствовал себя единственным человеком, который умеет читать, или единственным, который понимает то, что было написано краской, что висела в воздухе. А может так оно и было? - Скажите, что мне ее не нужно нести куда-то? - подал голос Гарри, который точно не хотел в это верить. Ему хватило одного раза, когда он словно сумасшедший разговаривал с этими куклами, слыша голос в голове. И сейчас совсем не хотелось бы приобрести вновь ту же компанию. - Ну, если она нам найдет дверь, которая нас выведет отсюда, то придется, - повел плечами разноглазый, который поднял куклу с пола и поднялся сам, разглядывая игрушку. Кажется, той нравилось находиться в его руках, так как по ощущению она повеселела, - мы отнесем тебя к хозяйке, если ты нас выведешь отсюда, ты согласна? - в ответ на эти слова одна из картин открылась, словно обычная дверь, показывая присутствующим коридор, который за ней скрывался. Гарри поднялся с пола, после чего ему в руки всучили куклу. Та была немного теплой, может быть от рук Райана? Хотя нет, кукла была теплая вся, а парень держал ее только за туловище. Значит она все же была живой. От этого легче не становилось. Гарри прекрасно помнил, что эти куклы просто набиты синтепоном или простыми тряпками. Но все же, она была определенно теплой. Кукла молчала и вообще не подавала признаков жизни. Если обычно они пытались надоесть молодому человеку, то сейчас она словно притихла, боясь чего-то. - Интересно, кто ее хозяйка? - спросила Иб, осторожно держась пальцами за жилетку Райана. Ноги девочки были непослушными, так как устали от напряжения, да еще и очень замерзли. Конечно в обуви было невозможно понять температуру пола... он был очень холодным. - Наверное, мы это узнаем. В противном случае... - закончить у парня не получилось. - Узнаем, - перебил разноокого художник, поворачиваясь и обеспокоенно глядя на Иб, - ты в порядке? - остановился Гарри, поворачиваясь всем корпусом к подруге. - Все хорошо, - улыбнулась школьница. Выглядела она не слишком убедительно, но помочь ей было просто невозможно. На руки она не хотела, Райан уже пробовал. Коридор оказался совсем не бесконечным, как здесь обычно бывает. Вскоре он привел в комнату, где было две двери. Одна была с рисунком кролика. Тот был розовым и нарисован детскими мелками. Сами мелки лежали на полу возле двери. У кролика был недорисован хвост, так что создавалось впечатление, что автор торопился. Сама дверь была желтого цвета. - Мэри! - выдохнула Иб, подбегая к двери, спотыкаясь, падая и больно ударяясь лбом о дверь. Она нащупала пальцами мелки и посмотрела на них, - это ее... это Мэри рисовала, - по ее тону было сложно сказать, рада ли она или напугана. Вероятно, и то и другое в малых количествах. Вторая дверь, которая отличалась от первой лишь цветом, впрочем, как и все здесь, была синяя. На двери висел рисунок синей куклы с красными глазами. Под дверью лежал синий ключ. Желтая же дверь вообще не была заперта. Положение дел было вполне понятно, здесь даже не нужно было раздумывать. Героям давался выбор: пойти к Мэри, за желтую дверь, или же за синюю, к хозяйке куклы. Было бы можно понадеяться, что Мэри, которая в этот раз и привела брюнетку, могла бы их вывести обратно в реальный мир. Но Гарри же уже взялся отнести куклу, к тому же, Райан пообещал, что ее донесут, а свою часть договора кукла выполнила. Оба парня посмотрели на школьницу. Гарри немного улыбнулся, поджимая губы. Ему представлялось из слов девчушки, что Мэри стала для нее настоящей сестрой, очень близким человеком. Так что конечно же Иб хочет пойти к ней. Райан же смотрел немного виновато. Обещание-то он дал. И как только разноглазый хотел открыть рот, чтобы что-то сказать, школьница быстро поднялась на ноги. - Все хорошо, нам нужно отнести куклу, - улыбнулась брюнетка, поправляя свою школьную форму. На этом тема того, куда пойти, была закрыта. Райан поднял ключ и открыл им дверь. Та с тихим скрипом отворилась и впустила в коридор сладкий запах выпечки. За дверью было очень тепло, хотя такого никто из троих не ожидал. Они зашли в дверь и та захлопнулась за ними. Рефлекторно Райан попытался ее вновь открыть, но лишь покачал головой. такого ответа было вполне достаточно. Они сделали свой выбор и теперь повернуть назад было просто невозможно. Галерея не оставляла им шанса. Так что друзья пошли вперед, к теплому, домашнему свету. Чем ближе они к нему подходили, тем теплее становилось, а запах просто окутывал все, до чего мог дотянуться. Их взгляду открылась огромная комната. Она больше напоминала зал какого-нибудь богатого особняка или же комнату наследника графского дома. Огромная кровать в пастельных персиковых тонах, которая была закрыта балдахином. Возле нее стояла небольшая тумбочка, на которой стоял поднос с печеньем и чашкой. Что было в той емкости сказать было невозможно, но скорее всего чай или молоко, что обычно пьют с печеньем. В комнате был высокий потолок, и там на лентах, за руки были привязаны такие же куклы, как та, что сейчас была в руках у Гарри. На них были разные платьица, у кого-то розовое, у кого-то зеленое или желтое, цветов было просто множество. Некоторые были в заплатках, а другие совсем новенькими. Стены были высоки и лишь внизу были "украшены" чертежами. Там были чертежи выкроек для кукол, описание материалов, глаз, волос и платьев. Только одно это говорило о том, что здесь жил тот, кто создавал или хотя бы знал, как шьются эти куклы. Возле одной из стен стоял большой деревянный шкаф, украшенный красивой росписью и немного приоткрытый. Из него вываливалась пара платьев, нежно-розового и ярко-голубого цветов. Скорее всего, здесь жила девочка. Ну да, хозяйка этой куклы. В центре комнаты лежали предметы для шитья: ткани, нити, шкатулка с глазами, набор игл и большая подушка. Вероятно, там и создавались такие куклы. В самом дальнем углу комнаты была маленькая кухонька. Там стояла духовка с плитой, подобие холодильника, из которого на пол "стекал" морозный воздух, и тумба, на которой лежала разделочная доска и нож. Недалеко от этой "кухни" была дверь. Самая обычная, деревянная, правильного цвета. Из нее вышла девочка, как только духовка произнесла свое "дзынь" и открылась, выставляя на показ приготовленный пирог. - Готово! - девочка весело захлопала в ладошки. Она была довольно маленькой. Наверное девочка была младше Иб, около восьми лет, но точно сказать нельзя. Когда она наконец заметила гостей, то о ней сразу же стало возможным многое сказать. Ее кожа была синяя, как у всех этих кукол. А глаза были большими, алого цвета. Рот растянулся в улыбке, что заставило обратить внимание на такую странность: над верхней и под нижней губах были видны небольшие дырочки, вероятно от ниток. Ее волосы были черные и лохматые, свисали до самых ее бедер. На ней было розовое платье с кармашками, точно такое же, как и у кукол. Она стояла босиком и немного перебирала пальцами на ногах. Когда ее взгляд признал существование гостей, девочка выронила из рук пирог и восторженно захлопала в ладошки. - Гарри! - незнакомка кинулась к художнику и крепко обняла его. Кукла же на руках парня предусмотрительно спрыгнула на пол, - я так рада тебя снова видеть! Ты останешься со мной поиграть? - безымянная явно была счастлива. Но Гарри смотрел на нее с удивлением. Он не знал эту девочку. - Этот голос... - прошептал художник, - те куклы... тогда ты говорила? Это была ты? - Да, - весело улыбалась девочка, глядя на парня. Ее подбородок уткнулся в его живот. - Зачем ты тогда закрыла дверь?! - выпалил художник и, видимо, напугал незнакомку. - Я хотела, чтобы мы были друзьями, - расстроилась безымянная. Гарри же быстро сменил гнев на милость, улыбаясь девочке и поглаживая ее по голове. Дети действительно такие. Они еще неопытные и плохо понимают, где хорошо, а где плохо. Может быть эту девочку просто никто не научил этому? Может она просто не знала, не понимала? - Не нужно запирать для этого людей... тем более сводить их с ума, - вздохнул художник. Похоже, такого прощения незнакомке было достаточно. - Ты принес мою куклу! - радовалась она, опускаясь на корточки и поглаживая танцующую на полу куклу. Так странно, а ведь за дверью этой комнаты они не двигались, когда на них смотрели. - Это ты их делаешь? - подала голос Иб, выступая из-за спины Райана, который завел девочку за себя, чтобы защитить от неизвестной опасности. - О, да. Это все мои куклы, - хихикала незнакомка. Теперь, когда она стояла ближе, то на ней были видны такие же швы черными нитками, как и на всех куклах. Возможно, она делала всех их по своему подобию? - Как тебя зовут? - поинтересовалась школьница, протягивая руку в знак знакомства, - я Иб. - Я... - швея осеклась, хотя и протянула руку для рукопожатия, - папа назвал меня "Красные глаза", - с грустной улыбкой сказала она, - у меня нет такого красивого имени, как у Мэри. - Приятно познакомиться, - приветливо улыбнулась Иб. Кажется, это немного приободрило девочку, и она с удовольствием начала трясти руку новой знакомой. - И мне, да, и мне, - хихикала она. Сейчас, когда они были на ее территории, она больше не казалась столь ужасной, коей была на картине. Хотя ее куклы все равно в дрожь бросали. - Твоя кукла... - начал Гарри, но почему-то замолчал, глядя на то, как стая кукол, иначе не назовешь, стала есть с пола куски пирога. Красноглазка же, заметив это, стала махать руками и ругаться, отчего куклы разбежались и попрятались в самых разных местах. - Твоя кукла обещала, что даст Гарри подарок, - закончила предложение за своего друга брюнетка. Вероятно первый не хотел показаться грубым. - О, правда? Что она хотела подарить? - удивилась швея, однако совсем не разозлилась и не оскорбилась, - они постоянно что-то таскают у меня, чтобы подарить вам, - хлопала в ладоши девочка. Отчего-то с каждым ее словом ощущение того, что с ней не все в порядке, становилось более... явственным, - я знаю! - она радостно поскакала к своему шкафу, открывая его и... оказываясь под грудой одежды. Все трое ринулись к ней, чтобы помочь выбраться. В конце концов, когда они ее вытащили, пришлось убирать всю ее одежду назад. Платья вместе с юбками отправлялись на вешалки, а разные штаны и майки складывались на полки. Когда шкаф был весь разобран, Красноглазка с удивлением заметила, что там не было того, что она хотела подарить Гарри. - Как странно, - выглядела швея очень обеспокоенно, - он должен был быть тут, - девчушка недолго мяла свое платье, но потом, словно забыв об этом, закрыла шкаф и подошла к своей тумбочке. Ее ящик открылся ключом, который девочка держала в своем кармане. В ящике оказалось множество, просто неимоверное количество ключей. Самых разных цветов и форм. Она выудила один и отдала его Гарри, улыбаясь, - вот, подойдет? - К чему? - удивился парень. - К двери! - К какой? - спрашивала Иб. - Ну как же, к закрытой. - Их тут много, - улыбнулся Гарри. - Ты поймешь, - вновь заулыбалась Красноглазка. Создавалось впечатление, что она не могла сказать, от какой двери этот ключ. Конечно, можно было бы подумать, что девочка просто не знает этого. Но это же не простой, привычный мир. Вероятно, как и эти куклы, ее рот все еще был зашит на определенные темы. Это была одна из них. - Тогда спасибо, - молодой человек убрал ключ в свой карман, - нам нужно идти, - присаживаясь перед швеей, сказал художник. Она надула губки. - Уже?! Но вы же только пришли. Мы ведь даже не поиграли, - девчушка была очень расстроена. Однако, почти сразу же, она подошла к своему шкафу, к счастью в этот раз на нее ничто не упало, и стала что-то искать в нижнем ящике. В скором времени она выудила оттуда пару красных балеток, на носках, которых, были нарисованы распустившиеся розы. Швея подошла к Иб и протянула их ей, - вот, держи. Тут много холодных коридоров, так как Галерея пытается всех людей убить, - девочка улыбнулась. Красноокая взяла балетки и одела их. Конечно, это было сложно сравнить с ее привычными туфлями, но они были удобными, да и в них было намного теплее. - Спасибо, - весело улыбнулась Иб, - почему бы тебе не пойти с нами? - поинтересовалась она. - Ох! Я бы с радостью! - швея подпрыгнула, но тут же очень загрустила, - но мне нельзя покидать эту комнату. - Почему? - удивленно спросил Гарри. - Папа сказал, что вне нее я стану простой куклой. От меня совсем не будет пользы... - Он так сказал? - нахмурилась школьница, - родители не должны называть своих детей бесполезными. - Но он же прав, - Красноглазка поджала губы, - я во многом уступаю остальным созданиям папы в галерее. Я не хочу убивать, мне не нравится делать больно. Мне нравится шить кукол, нравится, когда с ними играют. Я их шила для Мэри! Мэри красивая. Папа ее очень любит... а я уродина, вся синяя, - девочка уже чуть не плакала, - папа всегда недоволен мной, - швея посмотрела на место, где обычно шьет. Там и сейчас лежала недошитая кукла, - Мэри нравятся мои куклы. Но она всегда рвет и режет их. Я шью новых, - качала головой малышка. - Бедная, - погладил ее по голове Гарри. Действительно, просто маленькая девочка, которая хочет, чтобы ее любили и ей гордились. Мэри ведь тоже имела очень простую мечту... почему же их "отец" запер их и обрек на эти муки? В комнату постучались. Все обернулись на дверь. Стук продолжился. Никто ничего не говорил, просто было страшно даже громко вздохнуть, а стук становился все громче. Швея испуганно посмотрела на дверь, а потом на своих гостей. - Вам нужно уходить, - обеспокоенно шептала она, подходя к другой двери. Как оказалось, та вела в ванную комнату. Красноглазка открыла дверь в душ, и за ней оказался длинный коридор. За дверью же, что вела в комнату, послышался скрип. В помещение кто-то зашел. Их было двое. У одного были тяжелые шаги, он шел медленно. У второго шаги были легкие, едва слышные и более частые. - Папа, Мэри, - послышался голос швеи. Но ведь Красноглазка была с ними, в ванной комнате. - Кукла... - девочка хотела выйти, но резко остановилась. Если она сейчас выйдет, то куклу порвут, а с нее будут спрашивать объяснений. Девочка поджала губы и буквально вытолкала в дверь товарищей, и сама же вышла за ними. - Папа вернулся за нами, разве не чудесно? - говорила Мэри. Эти слова должны были быть счастливыми или же, в крайнем случае, ироничными, но звучали так, словно блондинка выдавливала их, или просто говорила против своей воли. Больше они ничего не услышали. Только удар и грохот тела. Следом дверь захлопнулась и они оказались в темноте. Они шли очень долго в полной темноте. Впереди шла швея, вроде как. После нее шел Райан, за которого держался Гарри, что вечно спотыкался и норовил упасть, так что разноокий взял его за руку. Последней шла Иб. Она словно не торопилась. Ее терзали беспокойства за Мэри. Конечно, она не могла ее простить за смерть художника... но и не могла ее не простить, просто понимая, просто принимая... немного сложно, но сейчас ее беспокоило то, что она слышала. Ее отец - Гуэртена, создатель галереи, создатель картин. Если он здесь, значит знает, что здесь происходит... а что если это он? Если он виноват в том, что здесь стало происходить сейчас? Коридор закончился. Они оказались в другом коридоре со множеством картин и дверей. Ничего нового из картин не было, так что на них заострять внимание никто не стал. Все лишь, когда привыкли к свету, посмотрели на Красноглазку. Она щупала себя и улыбалась. - Я не кукла! - она казалась абсолютно счастливой. Это напоминало Мэри. Она тоже была счастлива, когда выбралась из своей клетки. Только их тюрьмы были разными. У одной ограничивалась комнатой, у другой целым миром, - папа солгал... зачем он так поступил? - девочка топнула ногой, немного злясь. Но ее тут же отвлекли двери. - Надо выбираться, - отпуская руку Гарри, наконец-то что-то сказал Райан. И его первые слова за долгое время просто озвучивали всеобщие мысли. Пока они пробовали открыть хоть какую-нибудь дверь, Красноглазка рассказывала про кукол. Говорила, что все они хранят одну ужасную тайну Гуэртены, но она не может сказать, какую именно. Это было что-то вроде смертного табу. Если она это скажет, то сразу же умрет. Она так же сказала, что синие они потому что собирают всю грусть у того, с кем играют. А глаза у них красные, потому что у них очень теплые сердца, даже если их в них нет. А платья определяют их настроение. Кукла может быть грустной или веселой, может быть влюбленной, может хотеть играть или помочь. Только куклы в красных платьях злые. Они хотят убивать. И их шьет не она. Сами куклы назвали ее Мастерицей. Иногда, общаясь с другими, называют ее "хозяйкой", а Мэри у них "та-кто-играет", Гарри же "тот-с-кем-играют", Иб была у них "осколком", потому что видела их как кроликов, а не кукол, что значит, ее душа была повреждена. Гарри наконец открыл дверь. Но за ней было невероятно темно. - Ох, а я потерял свою зажигалку, - шаря по карманам, бубнил художник. - Туда лучше не ходить, - поджала губы швея. - Тебе виднее, - покачал головой Райан. Гарри уже развернулся, когда его кто-то схватил за руку и резко дернул на себя... и парень стал падать. Падать куда-то в темноту, с обрыва... там не было пола в этой комнате. - Черт! - фыркнул разноокий, и совсем не раздумывая, но вероятно стоило это сделать, скользнул в комнату следом. Дверь с грохотом захлопнулась перед девочками.