Свадьба твоей сестры

      На протяжении всего полета меня немного трясло. Одна только мысль о том, что мы будем совсем рядом друг с другом, чуть ли не убивала. Вспоминая события прошлых лет, я хотела закричать на весь салон самолета и закрыться в темной комнате, где меня никто не найдет.       Я пообещала себе, что больше никогда не вернусь в эту дождливую страну. Спустя два года я нарушаю собственное же обещание. Если бы не звонок от Джеммы, которая с диким восторгом предлагала мне стать подружкой невесты на ее свадьбе, моя бы нога абсолютно точно более не ступила бы на английскую землю. Но я не могла отказать ей. Мы дружили с самого колледжа, и девушка знала, что я не умею отказывать. По крайней мере, не умела.       Семья Стайлс является одной из самых богатых и влиятельных семей всего Соединенного Королевства и Северной Ирландии, уважаемая семьей самой королевы. Они не были какими-то зазнавшимися людьми, которые обожали купаться в роскоши, разбрасываясь деньгами. Далеко нет. Мать семейства – Энн Стайлс - никогда не позволяла своим родным "забываться". Хоть и дети, в основном, жили в Лондоне, даже на расстоянии она помогала им оставаться собой. Когда же дело касалось каких-то праздников или приемов, эта семья не жалела денег. Все всегда было на высшем уровне. Так же и сейчас. Организованная свадьба, должно быть, обошлась далеко не в одну десятку тысяч фунтов.       Резонный вопрос: почему же эта семья так богата? Ответ прост. После того, как младшему сыну Стайлсов исполнилось восемнадцать, он активно начал помогать своему отцу в развитии компании и бизнеса. Все родные считали, что не совсем еще взрослый Гарри обладал явной предрасположенностью в сфере бизнеса, потому что его предложения и идеи были грандиозными, фантастическими и, главное, действенными и прибыльными. За полгода компания приобрела статус одной из самых успешных в Англии. Тогда же и Дез решил передать дело в руки своему гениальному сыну. Обучать мальчика не надо было. За все время помощи в развитии, Гарри вдоль и попер изучил все тонкости ведения бизнеса.       Примерно и в то же время мы впервые встретились.       Старшая дочь семьи Стайлс – Джемма - училась со мной в одном колледже, изучая журналистику и совместно деля съемную квартиру недалеко от учебного заведения. Она часто рассказывала о своей семье, восхищалась тем, какие умные решения принимает мужская часть. Ее мама, даже помню, приезжала к нам. Ох, никогда не забуду то шоколадное печенье.       Из встроенных в стены динамиков донесся голос пилота, оповещая пассажиров о том, что самолет успешно приземлился в аэропорту Хитроу. Главное - не волноваться. Это всего лишь свадьба, которая состоится завтра. И потом, я сразу же безотлагательно вернусь в Америку, задержавшись едва ли на чашку кофе.       — Миссис Стайлс? – я повернула голову в сторону стюардессы, которая, склонившись над моим рядом, окликнула меня. — Вас ожидает машина.       Я развернулась в сторону окна и мой взгляд пал на тонированную черную машину премиум класса, стоящую около трапа самолета. Черт возьми, как они узнали, каким я рейсом прилетаю? Впрочем, тут и удивляться нечему. Человек в сером костюме, ожидающий моего выхода, может все. Кивнув девушке, я аккуратно слезла с сиденья и с полки ручной клади взяла свою небольшую сумку. Расстегнув внутренний боковой карман, я проверила наличие своего ингалятора на месте. На выходе я увидела пилота и его помощника, которые вежливо и учтиво поприветствовали меня, на что я улыбнулась, но ничего не сказала. Они лишь пытаются угодить мне считая важной персоной, которую встречают прямо на полосе. Не люблю, когда люди выделываются перед другими. А в моей жизни этого было достаточно.       Когда я встала в дверном проеме, на меня подул резкий ветер. На улице моросил мелкий такой противный дождик. Погода этого города так же не рада мне, как и я самому пребыванию здесь. Я почти бесшумно спустилась с трапа, становясь напротив ожидающего меня человека.       — Как ты узнал? — мой голос был немного осевший из-за того, что я так долго молчала. Разумеется, со времени посадки в Нью-Йорке, я не сказала больше ни слова.       — Ты думаешь, для меня это проблема? — ответил он вопросом на вопрос. Его голос был таким же хриплым и тихим, и говорил он, как всегда, медленно.       Да, для него не составит труда узнать списки пассажиров самолета рейсом Нью-Йорк – Лондон.       Этот прилет в город далеко отличался от первого моего визита. Тогда, несколько лет назад, меня переполняло счастье и предвкушение узнать много нового. Тогда я влюбилась в этот город и его население.       И особенно в одного мужчину.       В мужчину, который прямо сейчас стоит напротив меня.       — Гарри, - сказала я, стараясь сохранить спокойствие в своем голосе, — не обязательно было приезжать, бросать все свои важные дела и встречать меня. Слишком много чести.       — Как же я мог не встретить свою горячо любимую женушку? — уголки его губ немного дрогнули.       От его этой реплики во мне что-то вспыхнуло и кольнуло. Нет, нет. Я не люблю его. Все закончилось два года назад. И это не возродиться. Я не должна хотеть его. Гарри Стайлс – холодный и бессердечный человек, который не имеет права быть частью моей жизни. Не в этот раз.       Он сделал жест рукой, и дверца заднего сидения машины открылась. — Садись в машину, Клэри.       Я должна была подчиняться.       Меньше всего на свете, я хотела оказаться с ним в одной машине, в этом тесном пространстве, из которого я не могу сбежать.       — Я хотела немного погулять по Лондону, а потом поехать в отель. Устала немного после перелета.       Конечно, я забронировала номер в небольшом отеле, о существовании которого вряд ли знает Стайлс. Скромный и тихий домик. Там я могла в тишине морально подготовить себя к запланированному мероприятию, стараясь оставить негативные эмоции на задворках души.       — Либо ты сама заберешься в машину, либо я сам тебя туда запихну, — сквозь зубы процедил Стайлс. — Если ты снова поставишь меня в неловкое положение, ты об этом пожалеешь.       Снова.       Однажды я уже это сделала. Я сильно задела его мужское самолюбие, уйдя от него без каких-либо объяснений и сообщений. И он до сих пор мне этого не простил. Меня это, по сути, устраивало, потому что я тоже его не простила. Да и не собиралась. Я никогда не прощу его за то, что он оставил меня тогда, когда я больше всего в нем нуждалась. Я не прощу ему события того ужасного дня, каждая деталь которого отложилась и сохранилась в моих воспоминаниях. Я приехала сюда далеко не к нему, а к его сестре.       С такими мыслями я залезла в автомобиль, захлопывая сама за собой дверцу и вклиниваясь в нее так, чтобы расстояния между нашими телами было максимальным. Машина двинулась с места, оставляя за собой только что прибывший самолет, из которого уже сейчас начнут выпускать остальных пассажиров.       — Правда, не стоило приезжать встречать меня, отрывая себя от дел. А вдруг я бы не прилетела, и ты зря потратил время. Не хорошо получилось бы.       — У тебя был вариант не прилететь?       — Я преданная подруга, поэтому я и здесь.       — Ты смеешь говорить о преданности? – более громким голосом заговорил Гарри. Боковым зрением я проверила, что стекло, разделяющее переднюю и заднюю часть машины, поднято. Мне не хотелось, чтобы кто-то кроме нас двоих слышал и был свидетелем нашего спора.       — Да, я смею говорить о ней. Не я бросила тебя, когда больше всего нуждалась в тебе. Не я отключила телефон и продолжила свои чертовы переговоры.       — Не я, как только вошел в палату, сказал «Я от тебя ухожу» толком, ничего не объяснив, — он шумно выдохнул. — Ты нарушила все клятвы, которые произнесла.       Я старалась сохранять спокойствие. За эти два года, я научилась скрывать свои чувства и эмоции за темной маской. Он не должен знать и думать, что я до сих пор в нем нуждаюсь.       — Сейчас у Джеммы и Макса предсвадебный прием. Мы обязаны присутствовать. И, пожалуйста, веди себя сдержанно. Ты все еще носишь фамилию Стайлс.       Клэри Элизабет Стайлс. Звучит слишком гармонично.       — Не делай из меня самого ужасного и неконтролируемого себя человека. Я не хочу выяснять с тобой отношения. Я здесь ради твоей сестры, а не ради н… — я замолчала, не договорив фразу.       — Нас, — монотонно произнес Стайлс. — Ты боишься этого слова.       Машина выехала за город и поехала вдоль пока еще зеленых полей. Скоро они выцветут, и станут безжизненными. Из кармана толстовки я достала телефон и наушники. Музыка всегда меня успокаивала, помогала привести мысли и чувства в порядок. Дорога до Холмс-Чапела обещает быть долгой, и я не хочу потратить все это время на споры с этим человеком.       Только сейчас я заметила, насколько сильно он изменился. Челка коричневых кудрявых волос теперь не лежала, уложенная на правую сторону, а своеобразным ежиком стояла, возвышаясь к небу. Он стал выше и серьезнее. Но кое-что в нем осталось неизменно: воля и желание быть правым. Он не привык, когда ему отказывают или перечат. Он любит, чтобы все было так, как хочет он.       Я закрыла глаза, сознанием погружаясь в музыку. На какое-то время я даже забыла, с кем нахожусь в машине и куда вообще еду. То место, куда мы направляемся, полно воспоминаний о времени, когда все, казалось, было идеально. Но ведь так и было.       Изначально я понимала, насколько это будет трудно. Свадьба, клятва, знакомые лица. Я искренне надеялась, что старшие Стайлсы не возненавидели меня, после всего того, что случилось.       Видимо, я задремала, потому что когда я открыла глаза, машина проезжала мимо центрального парка небольшого города, в который мы и направлялись. Холмс-Чапл - прекрасное место, но каждый закоулок этого городка воспроизводил в моей памяти воспоминания, от которых на лице появлялась небольшая теплая улыбка, разливая в груди приятные ощущения.       Резиденция семьи Стайлс находилась на окраине города. Она состояла из нескольких десятков домов. Газон, как всегда, был подстрижен чуть ли не под ноль, дороги чисты. Это место казалось раем. Большинство домов уже были заняты. Семья настолько большая.       Автомобиль остановился напротив дома с красивым названием "Грейсвиль". Мое дыхание участилось. Я за секунду вытащила наушники из ушей и оглянулась по сторонам. Нет, нет, нет. Они не могут поселить меня именно в этом доме! Это последнее место, в котором я бы хотела оказаться.       В этом доме мы провели наш медовый месяц.       — Если тебе что-то не нравится, все претензии к моей сестре, — тихо сказал Гарри. — Она верит в сказки.       Он вылез из машины и открыл багажник, доставая мою небольшую сумку. Я молчала. Споры здесь совершенно ни к месту. Дождь все так же моросил. Но на свежем воздухе было свободно и легко. От маленького помещения, которое быстро заполнил запах его одеколона, уже тошнило, и я была готова выбраться куда угодно, лишь бы не чувствовать его.       Я огляделась по сторонам, и мой взгляд задержался на небольшой беседке, которая стояла в самом конце длинной пристани озера.       Именно там, мы поженились.       Именно там, мы дали клятвы.       Именно там, мы стали единым целым.       В голове снова всплыли воспоминания. Это был вечер прекрасного летнего дня. Наша свадьба далеко отличалась от той, что была запланирована на завтрашний день. Маленькие огни, которые давали освещение, Несколько членом семьи Гарри и мы. Тот вечер был похож на сон наяву.       — Почему этот дом не заняли раньше? — спросила я, водя взглядом по местности.       — Потому что это мой дом.       Я остановилась на месте. Нет.       — Я не буду жить с тобой в одном доме. Там ведь... Там ведь всего одна спальня!       — Если тебе будет от этого легче, то я лягу на диване.       Гарри раскрыл входную дверь и пропустил меня вперед. Дом остался таким же, каким я его запомнила. Картины, вазы, столик, цветы. Все было на месте, будто и не прошло этих двух лет. Гарри прошел вперед мимо меня. Не нужно было задавать вопрос, куда он направлялся. Его целью была спальня.       Огромные стеклянные двери были распахнуты, пропуская в комнату прохладный ветер, который дул с озера. Вид такой же прекрасный, каким всегда являлся. Я пыталась отыскать хотя бы одно изменение в интерьере, но нет. Их не было. Он ничего не менял. Все осталось таким, каким являлось, когда я была здесь последний раз.       — Переоденься. Я буду ждать тебя на террасе, — с этими словами он положил мою сумку на край постели и вышел из комнаты, оставляя меня наедине с собой. Он остался в этом доме.