Песни о любви

Воскресенье. Яркое, жаркое, но не палящее сентябрьское солнышко заливает светом все вокруг и заставляет тебя самого светиться изнутри, давая ощущение нескончаемого счастья и свободы. Наверное, то же самое испытывал и молодой мужчина, неспешно ведя за ручки двух детишек, от силы лет трех на вид. Они шли по центральному парку Магикса, который в этот выходной день был заполнен ещё сотней таких же родителей и детишек. Мальчик и девочка были слишком маленькими, и Ривену приходилось идти немного согнувшись, чтоб не отрывать их от земли. Неудобно, но и отпустить тоже нельзя, уж больно недобро они поглядывают друг на друга, того и гляди опять сцепятся в схватке насмерть. Остановившись на середине мощенной бурым камнем дорожки с расставленными по бокам в шахматном порядке скамейками, отгороженными друг от друга широкими, невысокими кустами, Ривен присел перед детьми и помог им снять маленькие рюкзачки с Черепашками-ниндзя и Сейлор Мун, набитые игрушками для песочницы. Место, где они остановились, было одним из тех, где напротив одной скамейки не было ни кустов, ни другой скамейки, а был большой проход, ведущий на детскую площадку. Девочка, получив свой рюкзачок, быстро убежала к знакомой коробке с песком, Ривен, придержав мальчика, что-то сказал ему, мальчик оглянулся на сестру, надул губки и кивнул. Ривен улыбнулся и, потрепав его по волосам, сказал что-то ещё и проследил за убегающим вслед мальчиком. Облегченно плюхнувшись на скамейку, которая отлично подходила на роль смотровой площадки, Ривен достал из кармана мобильник и запустил развлекательное приложение. – Ммм… «Построй Империю», я тоже в неё играю. Какой уровень? – судя по голосу, спросила девушка. – Восьмидесятый, – буркнул парень, даже не взглянув на «соседку», залипшую в его телефоне. – Впечатляет! – Ага. – А у меня ещё третий, я только начала. – Поздравляю. – Боги, все такой же приветливый! – наконец отодвинулась девушка. – Послушайте, чего вы…, – ставя на паузу, повернулся Ривен и замолчал, так как девушка сняла очки, защищавшие не только от Солнца, но и от вездесущих папарацци, – Муза?! – Привет, Ривен, – улыбнулась фея. – Здравствуй, – ответил Ривен и посмотрел перед собой, не зная, что сказать дальше. Они так ни разу и не виделись после того разговора по телефону. Не так уж это было и странно, учитывая, что Магикс огромный город с многомиллионным населением. К тому же Муза по-прежнему была на пике популярности и в постоянных разъездах, и заезжала в город лишь для заключения контрактов, записи новых пластинок и дачи единственного в году, финального, грандиозного гала-концерта, из-за которого в Магикс стягивался ещё один-другой миллиончик людей. Да и о чем им было говорить? Все ясно, а взаимных обид они вроде давно уже не держали. – Как дела? – помявшись, начал Ривен. Все-таки щас-то надо было что-нибудь сказать. – Хм, отлично, – пожала плечами фея, – Вот, приехала на несколько дней в новой рекламе сняться, а тут такая погода прекрасная, думаю, пойду прогуляюсь. Не надеялась, правда, встретить знакомых, все сидят на своих планетах, а тут ты… с детьми? Ривен, чуть нахмурившись, кивнул. Фея продолжила помогать ему вести пустой диалог, пока напоминавший больше монолог с ремарками. – Мило, – как-то иронично хихикнула Муза, – становишься похож на Гелию. Хотя у него скоро уже четвертый будет, опять, кажется, девочка. Впрочем, Брендону и Набу повезло не больше, Ская, правда, жалко. – Я был у Ская, после того как это случилось. – И как он? – А как ты думаешь? – серьезно посмотрел на неё Ривен, – Держится. Диаспро помогает ему. – Диаспро опять метит на освободившийся трон королевы. – Знаешь, она неплохо ладит с Диной*, и поэтому лично мне все равно, пусть метит, если от этого всем только лучше. – Может быть, – согласилась фея. Воспоминания о разбившейся в галактическом ДТП подруге были неприятными, но это было давно, и сейчас уже не так больно об этом говорить. – У тебя как дела? – выдержав нужную паузу, в свою очередь осведомилась фея. – Нормально, – ответил ей таким же пожатием плеч Ривен. – Где же твоя ведьма? Слышала, она преподает в Облачной Башне. Печально. Я считаю, таких как она до людей нельзя допускать, не то что до детей, даже если это будущие ведьмы. Своих она видимо тоже не очень жалует, раз свесила на тебя. – Дарси дома, – с нажимом на имени ответил Ривен, стараясь сохранять выдержку и не вступать в глупую перепалку с брошенной девушкой, которая, естественно, во всем винила и ненавидела другую, – Начало года. У неё полно письменной работы и отчетов. И она прекрасная мать. – Ну да, ну да, – протянула фея и хотела вставить что-то ещё колкое, но к скамейке подбежал мальчик. – Папа, папа! – Что случилось? – наклонился к малышу Ривен. – Ана! Она забрала мою машинку и катает в ней своих кукол! И не отдает! А ты сказал, что её нельзя бить. Почему, когда Глум забрал мой совок, ты разрешил его стукнуть? – Нейт, она девочка, а девочек бить нельзя, даже если они очень плохо себя ведут, – «Правда и говорить с ними тоже бесполезно», - продолжил про себя Ривен, – Фух, чувак, давай договоримся так. Я куплю тебе новую машинку, если твоя сестра ни разу не заплачет сегодня и не пожалуется маме, ок? – Я хочу эту машинку! – Я тоже может много чего… Ладно, пойдем по другому пути. Нейт, ты же понимаешь, что даже я не смогу забрать у Анабель машинку? Такая уж у нас судьба, у мужиков. Они всегда приходят к нам в жизнь и забирают самое ценное. Понимаешь? Нейт быстро помотал головой из стороны в сторону. – Везет. Хорошо, чего ты хочешь за машинку? – Ривен знал, что Дарси убьет его, если узнает, что он опять пытался «купить» детей, но другого выхода он не видел. – Новую коллекцию Черепашек-ниндзя. – По рукам, только это наш секрет, да? Нейт кивнул и мило-хитро улыбнулся: такой бартер его вполне устраивал. Ривену до чертиков была знакома эта ведьминская ухмылка, унаследованная сыном, после которой он всегда чувствовал себя обманутым. Но он знал, что Нейт хороший мальчик, что в отличие от Анабель не обманывает его, которая, несмотря на невероятно юный возраст, умела мастерски разводить каждого встречного и поперечного. И брату доставалось особливо. – Ну все, давай, беги играй и присматривай за сестрой, – отряхнул ему от песка штанишки Ривен и по-отечески похлопал по спинке. – Забавно. – Что забавно? – совсем забыл про Музу Ривен и обернулся на неё, смотря как в первый раз. – Да ничего. Но… Ты никогда не замечал, как сильно они похожи на ведьму и как мало на тебя? Двойняшки и в самом деле были сильно похожи друг на друга и на Дарси. Каштановые волосы, каре-желтые глаза, пресловутая ухмылка, но это лишь те признаки, которые видны, так сказать, невооруженным взором. Более острые черты лица и четче очерченный подбородок намекали, что Ривен как бы тоже не проходил мимо. Да и характерец у обоих был упертый, не под стать Дарси, которая больше любила действовать хитростью. Ривен понимал, к чему клонила фея. Он жутко ревновал Дарси, до сих пор, но тем не менее даже у него никогда не возникало подобных мыслей. Если отсчитать девять месяцев от рождения двойняшек, то получался как раз тот период перед свадьбой, когда они полностью наладили отношения и были уверены в правильности грядущего события. Но этот период не знаменовался исключительно духовной близостью. Беспрестанно проводя репетиции брачной ночи, они упивались обществом друг друга, порой забывая выходить из дома из-за отсутствия желания соприкасаться с внешним миром, в котором царила дисгармония, так сильно противоречащая их внутреннему состоянию. Поэтому Ривен никогда не понимал слов Дарси о «случайном залете», он больше бы удивился и засомневался в ней, если бы этого не случилось. – Оставь свои грязные домыслы и сплетни для шоу-бизнеса. – А как у меня с Куином тебе не интересно? – Давно не интересно, – все больше не нравился специалисту разговор. – А я вспоминаю о тебе, – Муза дотронулась до его руки, лежащей на скамейке, – как хорошо нам было вместе. Ты помнишь? – Помню, но между нами все давно кончено, – убрал её руку со своей Ривен, – Навсегда. – Да, пожалуй. Ну, мне пора, – надела очки Муза и, чмокнув парня в щечку, встала с лавки, умолчав стандартную для длительных прощаний фразу про когда-нибудь встретимся ещё. Они никогда не были друзьями и никогда не будут. – Пока, – просто сказал Ривен. – Как думаешь, – уже хотела уйти, но обернулась фея, – это могли быть наши дети? – посмотрела она в сторону детской площадки. – Нет, Муза. Все есть, как должно быть. – Ведьма промыла мозги фатализмом? – улыбнулась ему голливудской улыбкой на прощанье поп-звезда и исчезла из его жизни так же внезапно как появилась. ============================================================ В дверь позвонили. – Привет, где вы так…, – осеклась на половине фразы девушка. Ривен, крепко сжав губы, помотал головой, призывая к тишине. Дарси шире открыла дверь, пропуская вперед мужа со спящими у него на плечах крошками. – Мама, – протянул проснувшийся мальчик, приоткрывая и снова закрывая глазки. – Что, мой зайчик? – беря сына, тихо шепнула ему на ушко Дарси, чтобы не разбудить Анабель, которую Ривен поспешно отнес в детскую. – Папа обещал мне купить Черепашек-ниндзя, – устраивался спать теперь у неё на плече Нейт, – только это секрет. Секреты нельзя никому рассказывать. – Я никому не расскажу, честно-честно, – коснулась она губами виска сына и, успокоившись, малыш снова заснул. – Где же вы так долго были? – договорила вопрос Дарси, дождавшись пока Ривен закроет дверь детской, и повисла у него на шее. – Мы гуляли, играли, потом ещё гуляли, – поддержал её за талию мужчина. – И обязательно опять гулять до их полной отключки? – улыбалась ему колдунья. – Они ни в какую не хотели домой. – И ты снова пошел у них на поводу. – Неа, я даже пытался догнать их, но они так быстро убегали и в разные стороны. Уф, это было нереально, – тоже улыбался специалист. – Я не сомневаюсь, что ты пытался догнать их, только эта игра называется «Догонялки». – Нууу, может и так, – усмехнулся парень. – И теперь твои обожаемые детки спят голодные. – Не правда. Мы обедали шоколадным мороженым. – Оу, тогда я понимаю, почему они не хотели домой. – Потом все равно захныкали, тебя потеряли. Нам не хватало тебя, Дарси, – подтянув наверх, чмокнул её Ривен. – Я клянусь, на следующей неделе я пошлю Гриффин к чертям и все выходные буду только с вами. Ривен не любил работу Дарси, и это ещё мягко сказано. Но ей каким-то образом всегда удавалось лавировать между семьей и школой, не достигая точек кипения. Она знала, когда можно послать к чертям Гриффин, а когда вымолить прощение у мужа. Ривен в свою очередь не давил на ведьму, он помнил, что в судьбоносные моменты она всегда выбирала его и детей. Так было тогда, когда ей только предложили должность профессора, подразумевающую её проживание в Облачной Башне, и она отказалась, потому что уже жила со специалистом и чувствовала, что у них нечто большее, чем короткий роман. И если этот факт Дарси скрывала от Ривена продолжительное время, пока Гриффин совсем не приспичила нужда в преподавателе и она не согласилась сделать исключение, то при втором важном жизненном этапе колдуньи он присутствовал лично. Когда Дарси узнала, что беременна, ей нужно было предупредить об этом Гриффин, и Ривен не отпустил свою ещё не совсем свыкшуюся с этой мыслью молодую жену одну «в логово старой девы-мужененавистницы», мало ли что она ей там наплетет. Дарси просила месяц до и месяц после, но Гриффин, конечно же, отказала, мотивируя все непрерывностью процесса обучения и долгом преподавателя Облачной Башни, попутно обозвав Дарси пару раз глупой девчонкой, не ценящей благ, которые она ей дала, а Ривена тупым воякой, не умеющим вовремя остановиться. Ривен, лишь крепче стиснув зубы, промолчал, потому что обещал Дарси не вмешиваться, и со спины наблюдал, как её отчитывают перед директорским столом как нашкодившую школьницу. После моральной атаки предложив ведьме известный выход из ситуации и помощь в приготовлении правильного зелья, и получив вежливый отказ, Гриффин сказала, что больше не нуждается в услугах Дарси и не смеет её задерживать. Тогда Ривен решил, что хуже уже не будет и, подлетев к столу директрисы и минуя мольбы Дарси остановиться, высказал «зеленой жабе» всё, что думал о ней и её школе, и что если она не понимает, какими ценными кадрами разбрасывается, то она сама полная дура, которая не может взять в толк, что вместо двух месяцев теряет такого преподавателя навсегда. Гриффин, невозмутимо стерев слюни Ривена с лица, серьезно посмотрела на Дарси, которая уже отсчитывала секунды, оставшиеся им жить, и сделала последнее предложение в две недели до и две после с возможностью сколь угодно долго отлучаться домой на переменах. Так и началась игра Дарси на два поля. И если с замаскированными издевками Гриффин на её рассеянность от недосыпа и с шуточками в сторону детей, которых ей иногда приходилось брать с собой в школу, колдунье с переменным успехом удавалось справляться, то чувство вины, которое она испытывала перед Ривеном в такие моменты как сегодня, отогнать было не так просто. – Прям все выходные, прям целых два дня? – шутливо иронизировал мужчина. – Ага, прям два дня и три ночи. – Ого, Дарси, я должен отметить эти дни красным в календаре. – Дурачок, – рассмеялась ведьма, целуя парня. – Что это у тебя? – заметила она затертую, но видимо дорогую и от этого стойкую помаду. – А, это. Встретил Марианну, ну помнишь, та фанатка с Земли, что была у нас на свадьбе. Еле вырвался и удрал от неё, – решил, что не зачем рассказывать о Музе, Ривен. – Надо будет позвонить сказать ей, что этот ядовито-розовый, фейский цвет ужасен, пусть выбросит помаду. – Не стоит, обидится ещё. Может у них на Земле так модно. – Хм, может. Спрошу сначала у Айси, она в этом разбирается. Ты хочешь кушать? – А ты что-то заказала? – Нееет, я быстро разгребла бумаги и приготовила сама, – довольно улыбалась колдунья. – Ты? Сама? О Боги! Квартира, кажется, цела и даже гарью не пахнет. Кухня точно в порядке? – вскинул брови Ривен. – Вот ты… поросенок! Ненавижу тебя! А ну стой! – догоняла она убегающего, как маленького, здоровенного мужика, – Попадись мне только! Кухня его заботит, видите ли! Ривен, перемахнув через диван в гостиной, остановился и поймал оббегающую диван за ним Дарси и уронил на него. – Считай, что ты меня поймала, – поцеловал он в губы слегка запыхавшуюся ведьму. – Дарси? – М? – погладив по щеке, влюбленно смотрела на парня колдунья. – Что нам делать завтра с няней? – Завтра уже точно ничего. Мне не удалось уговорить ни одну из предыдущих, а новые уже наслышаны и не соглашаются. – Если я возьму с собой Нейта, Гриффин не заклюет тебя с Анабель? – К Анабель она сносно относится, поэтому, может, и нет. В любом случае по-другому никак. – Я могу взять двоих. – Не смеши меня, вдвоем они разнесут все твои ветролеты. Надо сказать, что ветролетный бизнес Ривена шел в гору. Он по-прежнему не любил называть это бизнесом, но и заниматься этим чисто для души, как раньше, он тоже больше не мог. Пополнение в семействе вносило свои коррективы в его жизненные ценности. Друг и наследственный предприниматель Дарко сильно помог Ривену на начальном этапе, став надежным партнером. Чуть позже они решили добавлять в ветролеты, считавшиеся чисто механическими созданиями, всякие магические штучки. К этой затее Ривена подключился Валтор, знавший в магии толк как никто другой. Теперь «Riven Company» принадлежал патент на выпуск уникальных, волшебных ветролетов. Дарко использовал эту компанию как прикрытие своего теневого бизнеса, а Валтор как способ легально практиковать магию, запрет на использование которой в быту он получил пожизненно. – Да брось, там будет Вал. – И что? Они уже давно не боятся его демонического обличия. Вот блин, я даже в двадцать его боялась, а им в три пофиг. – Анабель. Она не боится ни Богов, ни черта, – покрывал поцелуями шею ведьмы Ривен. – Вся в тебя. – Зато Нейт маменькин сынок. – Ну конееечно, у него только и разговоров, что о тебе, твоих ветролетах и какой-то дурацкой игре, в которую вы играете, когда к нам приводят Белиала и Норда. – Что за игра? – Откуда мне знать, он как-то называет тебя Джеки-Рив или что-то вроде того. – Ааа, «Темная четверка». Я не Джеки-Рив, я Рив-Чанг, а парни СуперНейт, ФрозенНорд и АнтиБелиал. – Что за бред? – смеялась ведьма. – Сама ты бред, – ущипнул девушку за бок специалист, – а мы «Темная четверка», которая спасает Магикс от злых фей клуба «Свинкс». – Злых фей? – продолжала ухахатываться колдунья, – Пожалуйста, не втягивайте в это больше Анабель. – Вообще-то, – делал серьезное лицо Ривен, – Анабель ключевая фигура в наших миссиях, потому что феи всегда её захватывают, а мы спасаем. – Моя бедная девочка. – Ей нравится с нами. – Да она просто боится вас сумасшедших. – Вот мы и нашли, чего она боится, – усмехнулся Ривен, – Хочешь, мы и тебя можем в следующий раз спасти? – А мне потом придется целовать героев? – Обязательно. И лучше начать прямо сейчас. *Триииинь, тринь-тринь, трииииинь* – Ты кого-то ждешь? – вставил Ривен между поцелуями. – Нет, вроде никого. – Значит не к нам. *Триииинь, тринь-тринь, трииииинь* – Может откроем? Вдруг Нейт с Аной что-то где-то натворили, а мы не в курсе. – Ох, обещаешь мне потом продолжить? – оторвался от ведьмы Ривен. – Конечно, – улыбнулась она ему. – Не уходи мгновенье, ты прекрасно, – слез с колдуньи парень. *Триииинь, тринь-тринь, трииииинь* – Иди уже быстрее, – закатила она глаза. Ривен вернулся через секунд 20 с большим прямоугольным свертком в руках. – Кто там был? – Почтальон. Смотри, это от посыльных Дарко, – сел рядом с женой мужчина, – Тут письмо. «Здравствуйте, мистер Ривен, По просьбе мистера Дарко Темного мы провели расследование и установили принадлежность вашего медальона. По нашим достоверным источникам он принадлежит роду Фицджеральдов. Подробнее об этой семье вы можете прочитать в прилагающейся к письму книге, также считавшейся давно утерянной, но находившейся в личной библиотеке мистера Темного Старшего, который любезно решил подарить её вам в знак признательности и возможной дружбы между двумя старейшими магическими семействами. С уважением, Стор Хист*» Дочитав вслух письмо, Ривен быстро разорвал обертку книги. Это был большой, древний фолиант, обтянутый черной кожей. На обложке золотом были выбиты слова на непонятном языке. – История магических родов, – перевела название Дарси, – Это латынь. Ривен пролистал пару страниц. – Здесь все на латыни. – Дай мне, – попросила ведьма и, с трудом подняв книгу, положила себе на колени. Проскользив пальчиком по оглавлению, она открыла на нужной странице. – Вот, смотри, тут написано, что Фицджеральды – один из старейших магических родов, но при этом о них известно меньше, чем обо всех остальных, потому что они всегда вели очень закрытый образ жизни, и в легендах о них больше вымысла чем правды. Ещё сказано, что во всех войнах они принимали участие на темной стороне, чем заслужили соответствующую, высочайшую репутацию в узких, черно-магических кругах. Но, о Боги…, – замолчала ведьма. – Что там? Читай, Дарси, пожалуйста, прочти, – потряс её за колени Ривен. Дарси подняла глаза от книги, посмотрела на взволнованного мужа и, закрывая фолиант тихо сказала. – Они все погибли Ривен. В последней магической войне, они по неизвестным причинам пошли против Трех Древних Ведьм и их убили свои же. Убили всех. Мне очень жаль. – Этого не может быть! Есть же я, я помню маму! Они не могли убить её. Ведь не могли, Дарси?! – соскочил парень, – Что ты молчишь?! – Это были другие времена, Ривен, – опустив голову, смотрела на свои руки колдунья, – Они могли всё. Ноги подкосились и Ривен осел на пол. – Неужели я последний, – смотря в одну точку, больше утверждал, чем спрашивал специалист. – Возможно, – спустилась к нему ведьма и приобняла за плечи, – а возможно и нет. Там написано, что у Фицджеральдов были дела на Земли, и некоторые оставались там на постоянное проживание. Теперь понятна твоя тяга ко всему земному. – Нет, Дарси, я точно не последний. Анабель и Нейт, они тоже Фицджеральды. – Конечно, и мы не дадим их в обиду, они в безопасности, – успокаивала Ривена девушка, – Ты хочешь сменить фамилию? – Наверное. Я должен в память о маме. Ты не против стать Фицджеральд? – с грустью посмотрел на неё специалист. – Хм… Дарси Фицджеральд, да уж, чудо как звучит. С этим надо свыкнуться. – Хорошо хоть не Фицуильям, – издал сдавленный смешок Ривен, – Я бы не смог смирится с женой по имени Фицуильям Дарси. – Ой, шутник, – погладила его по волосам колдунья, – Ты в порядке, милый? – Не знаю. Это так странно. У меня никогда не было семьи, я никогда не знал всех этих могущественных колдунов и ведьм из книжки, но чувствую себя так, будто всегда знал и потерял в одночасье. – Эй, не говори так, у тебя есть семья. У тебя даже есть моя мама, которая любит тебя как родного, а мой день рождения не вспомнит под страхом облысеть и лишиться косметички. – Точно, может, попросим твоих родителей посидеть пару дней с внуками? – Нет, я не доверю им Анабель, они уже считают её ведьмой. – А ты думаешь, она не будет ведьмой? – Думаю будет, но я хочу, чтоб это произошло как можно позже, иначе нам точно придет конец. Знаешь ли, ведьмы семейства Фицджеральд, исходя из историй, не самые пушистые существа на планете, – шутливо поворчала Дарси. – Ок, уговорила, мы что-нибудь придумаем сами, мне стало жалко твою маму, – улыбнулся специалист словам девушки и аккуратно взял её за подбородок, – Я люблю тебя, – медленно поцеловал он колдунью. – Неа, не любишь, – открывая глаза, тихо возразила ведьма, – Если б любил, обязательно бы попробовал, что я приготовила. – Хах, – усмехнулся парень, – пошли сначала хотя бы посмотрим, как ЭТО выглядит, а потом уже подумаем насчет попробовать. В книжке случайно не написано, сколько Фицджеральдов умерло от кулинарных шедевров жен? *Дина - от динозавр, динозаврик, ну дракон, короче) *Стор Хист - просто нелепая калька-комбинация с английских слов хранилище и сокращения от истории, типа человек-архиватор. Продолжая традицию Винкс, все имена будут что-то значит, кроме Анабель, естественно. Кто помнит из последней части фанфика "Ведьмино счастье", Ривен и Дарси не могли прийти к соглашению по поводу имени дочери, и Дарси психанула и назвала её земным, ничего не обозначающим именем.