Песни о любви

На Ледяном Королевстве Анабель пробыла недолго и уже на следующий после Нового года день покинула холодную планету. Айси увезла племянницу на Землю, в австралийское лето, где в январе сходят с ума от жары и тенниса. Плюс 104 градуса по Фаренгейту, океан, шоппинг и передышка, данная Тьмой, привели Анабель в относительный порядок. И вернулась она в Магикс загорелой и в полной уверенности, что достигнет понимания с Реном с первой попытки, но этому ещё только предстояло случиться. Анабель опоздала к началу учебного семестра на добрую неделю, за что Айси уже получила положенную порцию проклятий от Дарси. Но пропустила она гораздо больше пары лекций и лабораторных. ============================================================ Ситуация на Кримиксе всегда была нестабильной, сколько себя помнила эта планета. Но в последнее время все большее влияние начала набирать местная криминальная группировка «Оффендер», и планета была на грани гражданской войны. Власти Кримикса, будучи связанными с Магиксом мирными договорами, попросили помощи, но Хед Сторителлер не выслал регулярную армию, а предоставил Саладину и его элитным бойцам продемонстрировать, на что они способны, будто это был тренировочный поход, а не война. И вот теперь перед Саладином выстроились все студенты Красного Фонтана, из которых он должен выбрать двадцатку самых смелых и сильных, которые и проведут операцию по захвату лидеров «Оффендера», в надежде предотвратить войну. – Офицеры, – обратился к стоящим по стойке смирно студентам Саладин, – союзной нам планете угрожает опасность, и наш долг защитить мирное население. В виду чрезмерной важности задания, я предлагаю выйти вперед тем, кто чувствует в себе силы выполнить его. Только третьекурсники. Шаг вперед! Все без исключения третьекурсники сделали шаг. Кодаторта чуть не прослезился. – Не сомневался в вас, офицеры, но поедут только двадцать, – и Саладин пошел вдоль колонны, называя фамилии тех, кто, по его мнению, лучше готов. – Принц Релакса. – Есть! – отдал честь Кайнд. – Принц Домино. – Есть! … – Темный. – Есть! – стал девятнадцатым «счастливчиком» Норд. Рядом с ним стоял Рен. Саладин никогда не считал внука трусом. Ленивым, инфантильным, безответственным да, но не трусом. Однако и смельчаком его назвать было сложно. Рен не любил попросту рисковать своей шкуркой и лезть в пасть Дракону в прямом и переносном смысле. Ему нужна была достаточная мотивация, чтобы это сделать, а уж если такая мотивация была… погоняться на ветролетах на бешеной скорости без шлема далеко не все, на что он мог быть способен в таких случаях. Саладин не одобрял такого крайнего безрассудства: быть храбрым и терять голову – две разные вещи, и директор не был уверен, что его внук вышел вперед по первой причине. А ещё Саладин понял, что просто не может послать Рена на Кримикс. Каким бы непутевым он ни был, он его родной и единственный внук, и что он не сможет себе простить, если с мальчиком что-то случиться по его вине. Личные чувства редко побеждали в Саладине чувства профессионального долга, но именно сейчас они это сделали. Он прошел мимо Рена. – Лейтест. – Есть! – Эй, почему ты не выбрал меня! – крикнул Рен. – Как вы разговариваете со страшим по званию, курсант! – осадил его отчего-то злой Саладин, хотя он знал, почему был так зол, он предал кодекс чести, ради внука, но предал. – Как хочу, так и разговариваю! Я тебе не слабак! – Молчать, щенок! – зарядил ему посохом в солнечное сплетение Саладин. Парень согнулся пополам, не в силах вздохнуть, – Дежурные, бросить его в карцер! Два крепких парня второкурсника подбежали и скрутили Рена, немедля потащив его в подвальные помещения Академии. Никто из присутствующих не помнил, чтоб на их веку кого-то отправляли в карцер и были все там лишь единожды, на экскурсии по Фонтану в первый день учебы. Этот момент станет уроком не только для Рена. ============================================================ – Включить приборы ночного видения! – скомандовал Брендон. Двадцать смелых парней нажали на переключатели очков у уха. Норд осмотрелся. Здание, в котором они находились, и внешне-то не внушало доверия, а изнутри и вовсе казалось, что потолки вот-вот обвалятся, и стены рухнут как домино. Все это выглядело почти призрачно в зеленоватом свете приборов ночного видения, а ещё как земной голливудский блокбастер, где для реалистичности все снимается на экстрим-камеру. Но это было не кино, о чем напоминали хруст камешков штукатурки под ногами и низкий голос профессора Брендона. – В колонну по двое. За мной! – махнул Брендон в сторону одной из дверей, ведущей из этого коридора или прихожей, которой когда-то он, возможно, был. – На пол! – приказ профессора раздался почти одновременно со взрывом вблизи здания. На полу Норду понадобилось секунды три, чтобы понять, что он жив, и чтобы гул в ушах от взрыва стал немного потише и не заглушал собственные мысли. Ещё через секунду он посмотрел перед собой и понял, что потолок все-таки обвалился: здание не выдержало взрывной волны. К счастью, частично, иначе весь отряд был бы уже похоронен. – Все живы?! – в унисон мыслям специалиста спросил Брендон по ту сторону завала. – Нас восемь! – ответил Норд. – Нас тринадцать, значит, все! Разбирать завал нет смысла! По карте дома все комнаты сквозные! Встречаемся в секторе два, там такой же зал! Будем надеяться, что он не завален! Темный, назначаешься главным! – Есть главным! – Так, слушаем мою команду! – повернулся к сокурсникам Норд, – В колонну по двое и за мной! Пробираться ко второму сектору нужно было и быстро и осторожно. Опасность представляли не только завалы, но и охранники главы «Оффендера» в не пропускающих тепло для приборов ночного видения бронежилетах. На Кримиксе никогда не было проблем с военным оснащением. Норд шел впереди, но по привычке тяготился к строю. Пульс стучал прямо по голове, думать было невозможно, но думать особо и не приходилось. Он просто должен выполнить приказ, привести отряд в сектор два, все просто. Выстрел слева прервал внутреннюю мантру Норда. – За мной! – крикнул специалист и побежал в сектор два. Если стреляют там, значит осторожничать тут смысла уже нет. Когда он успел об этом подумать? Наверное, в перерыве между ударами пульса. – Стой! – вытянутой рукой Норд остановил бегущих за ним бойцов. Стреляли не в их сторону, в противоположную, в отряд профессора Брендона. Норд присмотрелся. Напротив, так же в дверях стояла вторая часть группы и короткими очередями отвечала на выстрелы террористов, но ни те, ни другие не могли достать друг друга под таким углом. Норд, не спуская пальца с курка автомата, сделал шаг вперед. Внезапно, толкнув его плечом, вперед выбежал Лейтест. – Руки вверх! Это… – не успел Лейтест закончить фразу, как, мгновенно направленные на него ружья бандитов синхронно выстрелили. Норд никогда не забудет эту растянувшуюся в вечность секунду, но никогда и не вспомнит, как он решился на это и когда успел сделать. Экстрим-камера в его голове включила режим замедленной съемки и, кинувшись вперед, он свалил Лейтеста. Пуля, по закону жанра фильма, должна была просвистеть над головой героя, но в реальности она угодила ему в левое плечо. – Вперед! – скомандовал Брендон, пользуясь отвлеченным вниманием солдат «Оффендера». Завязалась перестрелка. Норд, стискивая зубы от жуткой, разрывающей боли в руке, жмуря глаза так сильно, чтоб искры не сыпались, повернулся на спину. – Норд!!! – крикнули над самым ухом. И парень не успел ничего сделать, только автоматически нажал на курок, с которого ни разу с момента начала операции не убрал палец. Открыв глаза уже после выстрела, Норд увидел перед собой человека с застывшим лицом. Его автомат уже практически выпал из ослабевших пальцев, и сам он оседал на пол следом за ним. Но его глаза ещё видели Норда, видели того, кто его убил. – Твою мать, Темный! Какого хрена ты бросился под пули! Идиот! Какой тебе был дан приказ?! По приезду отправишься в карцер к своему дружку-дебилу Фланзену! Темный, ты меня слышишь?! Темный! Норд? – треснул ему пару раз по щекам Брендон. – А, что? – сфокусировал на профессоре свой взгляд парень. Не было ни зеленых теней, ни рушащихся стен, ни обваленных потолков, ни того человека, которого он убил. Убил навсегда. Будто можно убить не навсегда. – Сестра, нашатырь! – Я, я, я в порядке, – вдохнув резкий запах паров нашатыря, действительно вернулся Норд. Белые стены перевязочного кабинета, холодное освещение и девушка медсестра, что-то спрашивает не в первый раз. Наверное, надо ответить, а то некрасиво получится. – Сколько пальцев я показываю? – Да нормально с ним все, – перебил её Брендон прежде, чем Норд успел ответить, – Щас посидит, отойдет. – Хорошо, – хмыкнула девушка и вышла. – Ой, – сел рядом с парнем на кушетку и потер ладонями лицо Брендон, – Темный, че как кисейная барышня, давай, соберись. Не в мать, что ли? – Я убил его, профессор, – смотря в стену перед собой невидящим взглядом, твердил Норд. Стена была белой, как полотно в кинотеатре, и память услужливо повторяла наиболее интересные кадры, – Он был жив, а я убил его. – Тебе пришлось выбрать… – Я не выбирал! – крикнул Норд, – Я не хотел убивать! Я не видел! – Значит, тебе просто повезло! И никакой ты не герой! А если б не выстрелил, был бы ещё и мертвый не герой! – Я и не хотел быть героем. Я бы хотел, чтоб он был жив, – опять вспомнил того мужчину Норд. – И поубивал сотни невинных людей. Ты понимаешь, Норд, что ты их спас? Спас чьих-то матерей, невест, таких как Дина. – Дина. – Да. Никто не говорит, что убивать это правильно, что это нормально, но ты не мог иначе, тебе пришлось сделать выбор. Ты выбрал не между его и своей жизнью, ты выбрал между его и сотнями невинных людей. – Правда? – Правда, Темный, – несильно хлопнул его по здоровому плечу Брендон, – И ты настоящий герой. Хотя, мама тобой вряд ли будет гордиться. Норд усмехнулся, Брендон тоже. Поболтав ногами в тишине, мужчина достал из-за пояса фляжку. – Держи, Темный. – Что это? – понюхав, резко отстранился парень. – Виски. Пей, сегодня можно. – Я не хочу. – Это приказ. Пей, пока я не передумал не отправлять тебя в карцер за неповиновение. – Уф, – морщась, приложил ко рту запястье Норд. Виски обожгло горло и раскаленной жидкостью спускалось ниже. Специалиста передернуло. – Точно не в мать, – смеялся Брендон. Впрочем, Брендон кривил душой. В Норде от Айси был не только пепельный цвет волос, но и инстинкт прирожденного лидера. Именно он позволял ему принимать за доли секунды решения не только за себя, но и за всех. Именно он сегодня спас жизнь Лейтесту. И, возможно, именно благодаря ему операция завершилась относительно удачно. – Вы хорошо знали мою мать в молодости? – Ну, как тебе сказать, – почесал затылок Брендон, но решил, что это прекрасная возможность отвлечь мальчика, – Так, средненько. На первом курсе, когда они ещё были нормаль…, в смысле, когда ещё хорошо учились и не нарушали дисциплину, да, тогда мы общались больше, виделись там на тусовках, ну в основном пользовалась вниманием твоя тетя… – Тетя Сторми? – Нет, это сейчас, по телику, Сторми пользуется вниманием, тогда все как-то дружно сходили с ума по Дарси, ну оно и понятно, потому что она… эээ, очаровательная ведьма, вот. Что-то, а очаровывать и пудрить мозги она всегда умела. А потом мы выросли, интересы наши разошлись, я бы даже сказал, в диаметрально противоположные стороны… – и Брендон в таком завуалированном контексте кратко пересказал Норду все пять сезонов от первого лица, это вам не скучный учебник по истории Магикса. *** Тем временем в самом Магиксе историю своей жизни писал Рен, только выходила она какой-то тоже неинтересной. Наклонившись на стену, он сидел на соломенном лежаке, брошенном прямо на каменный пол. Рядом стояла тарелка с какой-то бежевой, липкой субстанцией. Есть все равно не хотелось, но эпичности общей картине каша добавляла. – Рен, – неожиданно кто-то окликнул его шепотом. Парень повернул голову в сторону решетки, но черная ведьминская мантия с балахоном для головы скрывала пришедшего человека. Неужели… – Рен, это я, – сняла балахон Андреа, прежде чем Рен успел закончить мысль. – Андреа, как ты сюда прошла? – быстро подбежал к решетке парень, хватаясь за прутья. – Пффф, как можно ставить охранником парня по имени Нейв? – усмехнулась девушка, – Отойди. Специалист сделал пару шагов назад. Андреа, обволакивая прутья прозрачным, упругим морфиксом, прошла сквозь него и решетку. – Фланзен, я так переживала за тебя, – тут же сгребла парня в свои крепкие объятия рослая девица, – Как ты сюда попал? – Долгая история. И мне не сильно хочется её рассказывать, – вдыхал горьковатый запах моря Рен, которым всегда пахли волосы девушки, – Ты как? – Ты серьезно? – посмотрела на него принцесса, – Какая разница как я, когда ты сидишь в карцере?! Я всяко лучше. – Как ты узнала, где я? – Госс – лучшее сарафанное радио Красного Фонтана, – посмеялась Андреа. – Причем тут сарафан? Если он треплется как баба, не значит, что он педик. – Забудь, сладкий, – чмокнула его в щеку девушка, которая и я сама не знала, при чем тут сарафан, надо будет спросить у Макса. – Я не сладкий, – отчего-то на этот раз не понравилось Рену милое прозвище. – Ты колючий, – с улыбкой согласилась принцесса, – Показывай мне свои новые владения, юный падаван. – Кто? – прищурился парень. – Типа ученик, какие-то «Звездные войны», не спрашивай меня, а я обещаю следить за тем, что говорю. – Это правая стена, – показывал руками специалист, – Это левая стена. Ну, вход ты видела, а это моя кровать. – Хм, – наклонив голову на бок, оценивающе осмотрела лежанку Андреа, – Мне кажется или она шире твоей кровати? – Очень смешно, – сказал с иронией, но не смог сдержать смешка Рен. – А где ведьма? – серьезно обернулась на него девушка. – В смысле? – Я боялась наткнуться на неё. Думала она тебя тут денно и нощно сторожит как Цербер. Или не так уж сильна её магия, чтобы пробраться сюда, как ты мне пел? – Не знаю, – пошел и сел обратно в свой угол специалист, – И знать не хочу. – Вы что, так и не помирились? – села рядом с ним принцесса, нервно закусив губу. Рен помотал головой. – Блин, прости меня, Рен, я честно не хотела так… – Нет, Андреа, – оборвал её парень, – Это все равно бы рано или поздно случилось. – Почему? Ты же сам говорил, что ты… – Это не из-за того, что она думает, что мы переспали. Просто… просто я не для неё, она права, все, точка, не будем больше об этом. – Как скажешь, – глубоко вздохнула принцесса и, помолчав, добавила, – Маленькая сучка. – Хватит! Заколебали обе. Одна шлюхой, другая сучкой, вам самим не надоело? Как две курицы на насесте. Андреа промолчала. Она действительно на редкость чувствовала себя виноватой и на редкость не знала, что сделать, чтобы все исправить. Говорить с истеричкой Фицджеральд был абсолютный не выход, тем более что Рен сказал, что причина не в этом. Но помочь другу все-таки как-нибудь хотелось. Специалист сам подсказал ей. – Анди? – Да, милый? – живо откликнулась девушка. – У меня в комнате остался Майлз. Норда нет, и он один там. Можно тебя попросить взять его к себе на время, пока я тут? Просто покормить. – Конечно. Я сейчас же его заберу. Могу даже ему клетку почистить, хочешь? – Это ты у Майлза спроси, хочет ли он, чтоб ты чистила его клетку, – усмехнулся парень, – Он как-то не особо приветлив. – В мать пошел, – тоже со смешком заключила принцесса, – Ой, ну и визгу будет в Алфее, если девочки прознают про мышь, обитающую с ними под одной крышей. – Это не сравнится с тем, как визжал Норд, я тебя уверяю, – положил руку на сердце Рен, – Спасибо, Анди. – За что? За Майлза? Брось. – Просто, – пожал плечами специалист. – Ладно, просто не за что, – обворожительно улыбаясь, увела глаза феечка, – Ложись, – потянув юношу за плечи, как бывало, уложила его на свои колени девушка. – Был на Линфии? Что там с Флинком? – перебирала его спутавшиеся волосы Андреа. – О, Флинк, – оживился парень, – Ты бы видела, что они там творили с Майлзом. Ещё бы немного и королева сама бы попросила нас покинуть планету. – Вот как? Расскажи. ============================================================ Операция была не только опасной, но и тайной. Парни не имели возможности даже позвонить родителям. Но Айси Темная, после приезда не дозвонившись до сыночка, подняла такую панику, что военное положение чуть не ввели в самом Магиксе. Дверь в кабинет директора Красного Фонтана распахнулась с диким грохотом и в неё влетела не менее дикая Айси. – Ты что о себе возомнил, старый колдун!? – треснула кулаками по столу Саладина ведьма, – Где мой сын?! – Милая, Айси, успокойся, – пытался вразумить её Дарко и оттащить от директора. – Не успокаивай меня! – оттолкнула она мужа, – Как ты мог отпустить нашего сына на войну???!!! – Айси, я никого никуда не отпускал, я знаю и знал не больше тебя! – Да что ты знал?! Если с ним что-то случится, виноват будешь ты и этот старый колдун! – Не накликай беду! – Верни мне моего мальчика, Дарко, – внезапно разрыдалась у мужа на плече Айси. Саладин не мог проронить ни слова и не только оттого, что перед ним рыдала самая ледяная и бесчувственная ведьма в истории. Он опять думал о своем предательстве, заключавшемся в том, что его внук в карцере, но безопасности. Кровь оказалась превыше всего. – Директор Саладин, – старался ровно говорить Дарко, – не могли бы вы сказать, куда именно оправлен Норд? – К сожалению, мистер Темный. Это военная тайна. – Говори, говори, старикашка! Иначе я за себя не отвечаю! – схватила его за грудки Айси. – Властью данной мне, я приказываю вам ответить, где Норд Темный, и я немедленно отправлю туда войска Эраклиона! – будто с неба в кабинет упал Скай, за ним медленно проследовала королева Диаспро и белая как мел Дина. – Охрана! – крикнул находящийся в руках Айси Саладин, недоумевающий, как они все сюда попали. – Твоя охрана закована в вечные льды, и если не хочешь повторить их участь, отвечай, где Норд! – трясла директора ведьма. Саладин, махнув рукой, оттолкнул её потоком ветра от себя на шаг. – Вы понимаете, что отправили на смерть будущее Эраклиона?! – был заведен не меньше Айси король. – Мама, Норд умрет? – тихо пискнула Дина. – Дина…, – хотела сказать Диаспро «возьми себя в руки», но не смогла, вспомнив, как переживала за Ская, когда он отказался лететь с ней и остался сражаться с Армией Тьмы. – Никто не умрет! – громко крикнул Саладин, и все замолчали. – Никто не умрет, – тише, будто внушал, повторил Саладин, – Операция продумана до мелочей, Норд мой лучший студент и назначен главой отряда и первым помощником главнокомандующего Брендона. А сейчас, покиньте мой кабинет. Я сообщу вам всем по прибытии Норда в расположение Академии. – Норд никогда больше не вернется в твое расположение! – чуть было не вцепилась в Саладина маникюром Айси, как сработала сирена. Все посмотрели на лампочку под потолком. – Вернулись, – объявил Саладин. К счастью, действительно никто не погиб, а операция прошла, хоть и не по плану, но успешно. Герои выходили из шаттлов на аэродроме Фонтана. – Норд! – неожиданно для всех первой сорвалась с места Дина и кинулась к парню. – Дина, что ты здесь делаешь? – обнял её одной рукой специалист, вторая у него была перебинтована и подвязана на шею, согнутая в локте. – Норд, я так переживала за тебя, когда узнала, где ты, – не смогла сдержать неположенных слез принцесса. – Все хорошо, видишь, я здесь. – Пообещай мне, что ты больше не будешь так рисковать. Король не должен быть на передовой. – Но я пока не… – Ты будешь королем! Я приказываю тебе не рисковать! – Дина, я должен был, как я могу подавать кому-то пример, кем-то руководить, когда сам ничего не знаю? – Дина, – коснулась плеча дочери Диаспро, – Норду нужен отдых, он травмирован. – Травмирован? – отлетела от жениха девушка, оглядывая его и только сейчас замечая повязку. – Сынок, – пришла очередь Айси тискать мальчика, – Ты живой. – Конечно живой, мама, – так же обнял её парень. – Не дай Бог ещё раз так сделаешь, я сама убью тебя, – быстро оставила сентиментальности ведьма, – Что у тебя с рукой? – Задели в перестрелке. – В перестрелке?! – одновременно вскрикнули Айси и Дина. – Сына, оставим подробности, – с намеком кивнул ему Дарко. – Я вам обоим щас все оставлю, – потащила за здоровую руку сына и мужа Айси, – Вы у меня пожалеете, что на свет родились. – Мама, куда мы?! – К Дарси и домой, ты больше здесь не учишься. – Я буду здесь учиться! – вывернулся Норд, – И вылечат меня тоже здесь! – Норд, Дина права, ты ведешь себя слишком безрассудно для короля, – чья бы корова мычала, а Ская бы молчала. – Вы тоже заканчивали Красный Фонтан, Ваше Величество, и тоже участвовали в войнах как раз с моей матушкой. Так что не вам всем меня учить действовать благоразумно. Честь имею, – кивнул Норд и пошел к Саладину, разговаривающему с другими бойцами. – Неподчинение чужим приказам отличает хорошего короля от плохого, – смотрела вслед будущему зятю Диаспро. – Диаспро! – воскликнул Скай. Королева еле заметно прикусила губу, будто не ожидала, что скажет это вслух. Но, так или иначе, она действительно подумала о том, что, если право первой подписи и останется навсегда за Диной, то за право последнего слова молодоженам ещё придется поспорить. ============================================================ Рена, по случаю праздника, выпустили из карцера в этот же вечер, но холодная камера так его и не остудила. Мало того, что Фицджеральд считает его слабаком, дак ещё и дед унизил перед всей Академией, и Рен буквально бежал к нему доказать обратное. – Фланзен, стой! – притормозил его перед последним поворотом Брендон, идущий как раз от Саладина, предоставив ему отчет о завершенной операции. – Отпустите, – дернулся Рен. – Фланзен, все в порядке? – держал его за плечи профессор. – Отстаньте все от меня! – толкнул его парень, но Брендон был объективно сильнее. – Ты че сдурел, Фланзен? – прижал его к стене мужчина, – Ты пьян? В столовой Академии сегодня действительно можно было раздобыть выпивку. – Я трезв! Я хочу поговорить с дедом! – Ты хочешь опять в карцер! – Я докажу ему, что я не слабак! – Он и не считает тебя слабаком! – Считает! Иначе бы отправил со всеми! Отпустите! – брыкался Рен. – Ты, дурак, Фланзен! А дуракам не место на войне. Они дохнут первыми. – Может, я хотел, чтоб меня убили! Почему он решил все за меня?! Какое он имеет право?! – Ты че несешь, Фланзен? – опешил Брендон и приотпустил парня. За неделю в одиночной камере Рен не только не остыл, но и накрутил себя до предела, перегнув палку со всем, с чем только было можно. Возможно, Саладину действительно следовало отправить Рена на Кримикс. Выходя вперед из колонны, Рен и не думал бросаться под пули, как хотел сейчас. Кримикс позволил бы выпустить ему пар, но не было гарантии, что он бы там не испустил дух, поэтому предоставь Саладину вторую попытку, он поступил бы точно так же. – Ты там повернулся в карцере, что ли? – побил затихшего парня по щекам Брендон. – Я в норме. Я не слабак, – в самом деле как помешенный твердил Рен. – С чего ты вдолбил себе в голову, что ты слабак? Специалист промолчал. – Фланзен, что случилось? – мягче спросил мужчина: измочаленный неделей самобичевания в тюрьме парень будто таял на глазах. – Я больше не хочу, профессор. – Чего не хочешь? Жить? Ты с ума сошел? – Быть слабаком и неудачником. Фрейлиной в брюках. – Дед совсем не это имел в виду, когда не взял тебя. Ты должен понять его, Рен. – Но она имела в виду именно это. – Кто она? Твоя шизофрения? – не сразу понял его Брендон. – Я ненавижу её. И себя. – Кого, Фланзен? – вновь тряхнул его за плечи мужчина, – Стой. Ты что, о ведьме? Рен снова ничего не ответил. Все и так было слишком очевидно. – Ты что, до сих пор с ней? Это совсем не круто быть с одной девчонкой больше пары месяцев. – Отпустите! – снова брыкнулся парень. – Да стой, я пошутил. Это ведьма вбила тебе в голову, что ты слабак? Из-за неё ты так стремишься на тот свет? – Никуда я не стремлюсь. Я хочу поговорить с дедом. – О чем? Рен не нашелся, что ответить. Действительно, говорить с дедом было больше не о чем. По крайней мере, сейчас. – Фланзен, послушай, тебе надо поспать. – Я не вернусь в свою комнату. Не хочу видеть Норда и никого из её дурацкой семьи. – Ох, Фланзен, сколько с тобой проблем. Пойдем, заберем твой матрас, поспишь у меня на полу, а завтра я поговорю с директором о другой комнате. – А вы расскажите мне, как прошла операция? – Расскажу, любопытная фея, – дал ему на ходу крепкий подзатыльник Брендон, – И чтоб я больше не слышал мыслей о смерти. Придурок, сдохнуть из-за ведьмы. Та тоже, чертовка, хороша, вся в мать, из-за которой чуть пол Академии не перестрелялось. – И вы тоже? – потер затылок Рен. – Я ж не такой дурак, как ты. Естественно нет. Давай, шевелись, – подгонял плетущегося за ним парня Брендон, – а то выспаться не успеешь. Я вернулся, а значит и твои тренировки тоже. – Прям завтра? – А ты думал, мы с тобой будем устраивать девичники и распускать нюни? – Нет, но я думал, что вы возьмете выходной. – Только слабаки берут выходной, а мы с тобой не слабаки. Шевелись быстрее, говорю.