Глава 10. Второй шаг
15 января 2014 г., 19:54
И снова полутемные переходы и залы, словно блуждание по горным пещерам. Только народу намного больше: маски одна за другой проходят перед глазами, головы любезно склоняются, а руки складываются в приветственных жестах. Но, несмотря на всю внешнюю учтивость, кожу аж покалывает под пристальными взглядами, а от некоторых утонувших в темноте фигур веет почти осязаемой силой. Шиноби. Их хватает здесь. И чаще всего они выступают в роли телохранителей. Хотя как знать…
Намеченный аукцион, похоже, не связан исключительно с «новенькими»: на пути часто попадаются лишенные масок участники — другие уке. Все вроде бы юные, но всё же точный возраст их определить трудно, и, глядя на них, Какаши понимает, что имел в виду Наоки. Они действительно сломлены — психологически или еще как-то. Они подавлены до полнейшего равнодушия как к себе, так и к окружающим — абсолютно все, будто их нарочно для сегодняшнего показа подбирали. На их фоне даже бледный и бесстрастный Сай смотрится жизнерадостным живчиком. А уж Арика и вовсе кажется слишком живой: она шагает осторожно, изредка вздрагивает, ежится под одеждой и покусывает губы. Глаза ее опущены, как и положено уке, но лицо отнюдь не безучастно, и на нем отражается странная смесь эмоций, которые она тщательно, но не очень успешно пытается скрыть. Видно, как тяжело она дышит, как грудь ее часто поднимается под шелком. Пятна масок поворачиваются к ней, как магнитом притянутые, наклоняются в немом любопытстве. Потом поворачиваются к Саю, и Какаши буквально чувствует спрятанные под ними оценивающие взгляды.
Неугомонный Хаару бегает туда-сюда, знакомит Какаши с разными масками. И Хатаке, соблюдая приличия, кланяется им в ответ, что-то говорит. Изображает любопытство, когда ему предлагают осмотреть чужих уке — девушек, в основном, видимо, уже знают о его «предпочтениях». Он даже одобрительно качает головой, когда какой-нибудь торговец приподнимает за подбородок голову своей уке, чтоб можно было рассмотреть ее апатичное лицо, ее полуопущенные глаза, не поднимающие взгляда выше его колен, и старается не слушать, как за его спиной тихо скрипит зубами Хьюга.
— Соберитесь, Хиаши-сан, — цедит Какаши из-под маски, как только они отходят в сторону.
И лишь один раз он проявляет неподдельное внимание — когда в очередной уке вдруг узнает девушку с фотографии. Ту самую, с которой всё началось. Ту самую, из-за которой Ханаби попала в лапы Огнецвета. Он даже не успевает оценить степень этого случайного везения, как сбоку, из темноты, появляется Посредник.
— Таши-сан, — басит он, распахивая руки широко, как для дружеских объятий, — позвольте мне самолично представить вас некоторым весьма влиятельным и важным людям.
— С удовольствием, Наоки-сан, — сладко цедит в ответ Какаши…
***
Хиаши чувствовал, что еще немного, и у него голова кругом пойдет. А ведь Цунаде предупреждала его! «Хиаши, — звенели в памяти ее слова, — личная заинтересованность в миссии — не самый лучший выбор! А если там вдруг узнают, что ты — Хьюга? Считай, миссия провалилась! Тебя сразу же свяжут с Ханаби и поймут, что ты отправился в Огнецвет на ее поиски». Хокаге, конечно, была права, однако тогда он полностью был уверен, что только он сам, и никто другой, должен участвовать в этом задании. И вот сейчас опасения Пятой всё сильнее проявлялись в реальности: Хиаши смотрел на этих девушек — ко всему безучастных, вяло послушных, словно они были не живые люди, а куклы — и противная дрожь распускалась у него в животе и подкатывала к горлу. Неужели и Ханаби стала такой? Погасшей и неживой? Что с ней сделали? Какой они ее найдут?.. Если вообще найдут… — Хиаши-сан! Вы меня слышите? Резкий шепот Сая, оказывается, уже не первый раз пытался добраться до его сознания, но только сейчас Хиаши обратил свое внимание на паренька. — Арика! — одними губами, не поднимая глаз, прошептал Сай. — Где она? Что?!.. Хиаши вскинулся, заозирался по сторонам. Тайори действительно не оказалось рядом…***
Мысли и треволнения Арики крутились вокруг одного: куда это Посредник увел Какаши, оставив ее саму и Сая на попечение одного лишь Хьюга? Так что момент, когда ее вдруг оттерли в сторону от товарищей, она упустила. Арика метнулась было сквозь толпу, чтоб отыскать своих, но тут кто-то приткнулся к ней со спины, и грубая широкая ладонь плотно зажала ей рот. Она и пикнуть не успела, как напавший резко заломил ей за спину правую руку, а потом быстро потащил ее за собой. Арика задергалась, понимая, что происходящее никак не вписывается ни в рамки миссии, ни в рамки здешних правил — чужих уке трогать никто не смел! Но ее потуги оказались тщетными: буквально через несколько секунд раздался шорох открываемой двери, и неизвестный, крепко удерживая Арику своими ручищами, ввалился внутрь небольшого помещения. Атмосфера комнаты, в которую ее притащили, соответствовала всему особняку: всё тот же сумрак, разбавленный пятнами света. В одном из таких пятен, держа в руках что-то небольшое, стоял высокий мужчина. На лице его белела маска лиса. «Посредник?! — сердце Арики подскочило. — Где же тогда Какаши? И что с ним?» — Сюда ее, — приказал мужчина, — на свет. Тот, кто держал Арику, тут же подволок ее ближе к хозяину. Она успела разглядеть, что у Посредника в руках широкая повязка — которой он тут же воспользовался и плотно завязал ей глаза. Мир для Арики погрузился в окончательную темноту, расцвеченную невнятными пятнами, и она перестала различать, чьи руки хватают ее, туго связывают запястья за спиной и вставляют в рот кляп. Наконец ее отпустили. Отпустили валяться на полу связанную, ничего не видящую и не способную произнести ни одного внятного звука. Она слышала, как удаляются от нее шаги одного из похитителей, как с шорохом закрывается за ним дверь. Она даже запомнила, откуда донесся этот шорох, и развернулась к нему головой — в робкой надежде, что ей удастся вырваться и убежать, или пусть даже доползти и просто вывалиться за дверь, прочь из этой комнаты. — Что ж, — пробасили у нее над головой, — проверим, насколько ты хороша как уке…
