Шёлк

Я вижу, как время замерзает, Ее силуэт там еще ждет. Языки пламени рисуют контур губ, Окутанных ледяным дыханием...*

      — Тебе нравятся цветы? Гермиона подскочила. Она пыталась избегать Виктора, а сейчас она, кажется, губу прокусила от неожиданности. Несмотря на весьма прохладную погоду, она пыталась уединиться во внутреннем дворе в самой гуще сада. К сожалению, и тут ей не удалось спрятаться. — Ты не хочешь отвечать или просто задумалась? - здоровяк приземлился на другую половину скамейки, заставив гриффиндорку немного отодвинуться. — Эм... Полевые. Я люблю полевые цветы, - девушка натянула рукава своего свитера на пальцы и положила свои кулачки на переплет книги. Он слишком навязчив. — Необычно. Если честно, я ожидал, что ты ответишь что-то вроде "розы" или "тюльпаны", как большинство девушек. — Разве ты сейчас не должен тренировать первый курс? - Гермиона смотрела на свои ногти. Ей захотелось застегнуть пальто потуже, но прятать голову за высокий воротник в любом случае неприлично. — И правда. Я, в принципе, туда и шел. Просто по дороге тебя заметил. Ну ладно, не буду отвлекать от чтения. Да, конечно, по дороге. Он встал и ушел обратно. Туда, откуда и явился. Возможно, он думал, что Гермиона не заметит, что его траектория движения ни разу не случайная, но гриффиндорка знала, что он специально искал ее. Сад расположен совершенно в другой стороне от места, где Крам должен был находиться. Облегченно вздохнув и проморгавшись, Гермиона оглядела сад, вдруг заметила девушку лет пятнадцати, ученицу факультета Пуффендуй, сгорбившуюся на соседней скамейке. Она тихо плакала, сжав в одной руке газету и обняв другой себя за колени. Пуффендуйка была одета слишком легко для нынешней погоды, видимо, в чем в здании была, в том и выбежала. Грейнджер отбросила на лавку свои вещи, вскочила и сняла свое пальто, подойдя к плачущей девушке. Случилось что-то ужасное, иначе бы она не выбегала в безлюдное место, не плакала бы так тихо, затаившись за кустами, трясясь от безмолвной истерики. Тихие слезы - самые страшные. Гермиона знала, что обязана помочь ей. Душевные терзания. Боль. Гриффиндорка чувствовала это. Девушка вздрогнула, когда на ее плечи опустилось теплое пальто. Она подняла свои заплаканные глаза, перестала качаться из стороны в сторону и прикусила трясущиеся губы. — Что произошло? - Гермиона мягко посмотрела на нее и села рядом. — Я... я... - девушка спустила ноги со скамьи на каменную дорожку. Она не могла сосредоточиться, глотая слезы и бегая глазами вокруг. — Выговорись. Будет легче, я обещаю. Но не факт. Гриффиндорка накрыла ее руки своими и понимающе кивнула. — Нет, не будет, - наконец отдышавшись, заговорила пуффендуйка, запустив пальцы в свои светлые и тусклые при такой пасмурной погоде волосы. — Ты слышала... о похищениях? — Да, да, не так давно что-то такое читала, - Гермиона была удивлена, ведь до этого момента не придавала особого значения той газетной статье, посчитав ее обычной "уткой", которой, судя по всему, она не являлась. — Я общалась с одной девушкой из другой школы... - шмыгнув носом, продолжила свой рассказ содрогающаяся девушка. — Она была... она вейла, нечистокровная, но... - она снова запнулась. — Вчера была, а теперь ее нет. Понимаешь? Просто нет! - блондинка не смогла сдержать слезы и закрыла лицо руками, сотрясаясь в новом приступе рыданий. Гермиона ничего не сказала. Она решила, что слова в данной ситуации - последнее, в чем бедняга нуждалась. Хоть она и не любила физические контакты с малоизвестными ей людьми, но ее руки сами обхватили девушку и прижали ее к себе. К сожалению, это было все, что она могла сделать.       Драко старался выглядеть непринужденно и не подавать виду, что наблюдает за Гермионой, притаившись у большого дерева. Как озабоченный и, судя по всему, больной на голову младшекурсник. Его распирала злость, когда мимо протопал чертов новоиспеченный тренер. Он хотел что-то высказать, но через пару секунд и вовсе забыл о нем, ведь его внимание привлекло перемещение гриффиндорки на другую скамью. Он не мог ничего расслышать, но его интерес был силен и этим фактом только подкрепился, так что он решил подслушать. С одной стороны от скамейки густо рос кустарник, за ним можно было с легкостью спрятаться. Продолжая изображать непринужденность, он подошел к выбранному им месту и, как ни в чем не бывало, сел на пожелтевшую траву в расслабленной позе. Проблема очистки брюк его в данный момент мало волновала. Его одолевало любопытство. Послышался задушенный слезами и соплями тоненький голосок. Сначала Драко не мог ничего разобрать в этом бормотании, придвинулся поближе и прислонился ухом к колючей листве куста. — Как ее могли похитить? Это же... - и она снова заревела. Похищения? Это что еще за номер? Какие вообще, к черту, похищения? Лорд ведь давным-давно мертв. Слизеринец сосредоточился, стараясь разбирать отдельные слова сквозь рыдания. Драко удивленно моргнул и нахмурил брови. Он не знал, что кто-то похищает вейл. Кто бы это мог быть? В любом случае, он не стал выслушивать сопливые подробности, уже услышав все, что его интересовало. Драко встал с земли и отряхнулся. Случайно заметил злобный взгляд Гермионы, направленный прямо ему в глаза. Она взглянула на него лишь на секунду, но ему и этого хватило. Кто вообще научил ее таким взглядам?! Играя в беспечность, он повернулся и пошел мимо густых зарослей сада. Кто-то скрывает что-то? Это значило, что ему нужно идти к Забини. — Блейз, - Драко быстрым шагом вошел в комнату и направился прямиком к мулату. — Эй, эй, ты чего такой напористый? - друг отстранил от себя девушку и подскочил. — Что-то случилось? - провожая взглядом не остановившегося ни на миг блондина, спросил он. — На пару слов. — Я скоро вернусь. Не скучайте, дамы, - на ходу он подмигнул одной девушке и ослепительно улыбнувшись второй, последовал за Малфоем, ведь ничего другого не остается, когда тащат за собой за руку. — Бля, Драко, что ты такой резкий? Ты мне руку вывернешь, братан, полегче! - наигранно возмутился Забини. Блондин остановился в небольшом закутке и, когда удостоверился, что поблизости никого нет, кроме какого-то ребенка в дальнем углу за поворотом, заговорил: — Что ты знаешь о похищениях, "брат"? - его тон был настолько серьезным, что у бывшего минуту назад веселым Блейза внутри органы заболели. — А ты не слышал? В смысле, не читал? - В рот я ебал газеты. Они часто привирают, - мышцы его лица дернулись, он сглотнул. — Есть проверенная информация? — Да, исчезло несколько вейл. В сумме трое, вроде бы. Вроде все, - он пожал плечами. — А, - тут же встрепенулся и почесал затылок. — Буквально вчера еще магглорожденная одна исчезла в какой-то школе хер пойми куда. Вот и все похищения. А тебе, собственно, какое дело до этого всего? Грязнокровка? По какому херу кому грязнокровка понадобилась? Ладно вейлы, но вот это странно. — Что-то происходит, Блейз. Драко сжал кулаки. Не может быть. Невозможно. — Слушай меня. Слушай! - мулат сжал плечи Малфоя. — Лорд мертв, как кочерга. Из пыли не восстановишься, уж никак не выйдет. Большинство приспешников тоже... - он не закончил предложение, заметив на себе гневный взгляд. Откашлялся. — Мы не при чем. Это не наша проблема, Драко. Ты слушаешь меня? - блондин кивнул в ответ, но не разжал кулаков. — Того, что было в прошлом году... того происшествия не повторится. Драко отпихнул от себя друга. — Происшествия? Происшествия?! - он пришел в ярость. Злоба потекла по его венам, смешиваясь с болью где-то около сердца. Которого у Драко не было. — Ты дебил, нет? Это было не происшествие, Блейз. Херовее подобрать слова для описания того, что произошло, просто невозможно. Это был тотальный крах, полнейший пиздец, мать его! - он взъерошил волосы и отвернулся. Тут же повернулся обратно: — Ты что, не помнишь, сколько погибло? Среди них были и наши знакомые. Друзья. Родственники, - он помрачнел. — Наши учителя. Многие погибли по нашей вине. Даже ебаные дети! Может, гриффиндорские шлюшки правы, и я тот еще уебок, но я не хотел становиться убийцей, Блейз. У меня руки в... — Драко, взгляни на меня. Я говорю тебе, этого не повторится. Ты понял? Давай, успокойся. Мы не имеем к этому никакого отношения. Метки почти исчезли, и они не станут ярче никогда. Лорда больше нет. Прошлое в прошлом, - Забини тряхнул друга за плечи и взглянул на него, подняв брови и улыбнувшись. — Ты меня понял? — Ладно, проехали. Я в норме. В норме, говорю, - он снял с себя его руки и прочистил запершившее горло. — Спасибо за ответ. — Да не за что. Но впредь, если будешь опять так остро реагировать или уходить в себя, то ничего от меня не дождешься, пупсик, - мулат подмигнул и вытянул свои полные губы. — Да иди ты, - слегка улыбнулся Драко, толкнув выпендрежника в бок. — Вернемся к девчонкам? — Нет. Мне надо прогуляться. Увидимся. — Давай, - Блейз помахал рукой на прощание и бодро зашагал обратно.

***

      Закат пронзал темнеющее небо множеством ярких лучей. Драко думал, что больше никогда не сможет находиться на смотровой площадке астрономической башни. Он ошибался. По вечерам тут было так тихо и спокойно, а главное - ни единой души. Возможно, с этого момента это место будет его любимым во всем Хогвартсе, место, где он может побыть в одиночестве, наедине со своими мыслями. В этот момент он мог бы посмеяться над своим дебильным поведением во время разговора с Блейзом. Вел себя как баба. Кто узнает - не поверит.Но слизеринец, конечно же, надеялся, что все-таки никто не узнает. Он практически задремал, оперевшись о стену, как услышал тихое чихание. Определенно, женское. Драко открыл глаза, осмотрел площадку и заметил Гермиону. — Просто невероятно... - почти беззвучно произнес он и выругался. Вот как он мог ее не заметить? Как она могла не заметить его? Девушка сидела на краю, свесив ноги. Иногда легкий порыв ветра поддувал под подол ее юбки, но она тут же ее поправляла, хоть и думала, что находится тут одна. Опорой ей была вертикальная перекладина перил, находящаяся между ее ног. Из ее ушей спускались проводки. Кажется, Драко знал, что это. Наушники? Блейз как-то показывал ему эту маггловскую хреновину, рассказывал, что так они слушают музыку там у себя. Припоминается, Малфой не оценил. Так вот почему она его не заметила - уши заложены. Ну, раз уж она тут, можно и подразнить. Драко ухмыльнулся. Он тихо подошел к ней за спину, нагнулся и легко коснулся ее шеи прохладными пальцами. Гермиона тут же вздрогнула и, пытаясь вскочить, запуталась ногами в ограждении и чуть не упала. Слизеринец подхватил ее, но тут же отпустил, когда встретился взглядом с ее огромными от удивления глазами. Она выдернула наушники и стукнула его в грудь, видимо, со всей силы, что имела. У Драко даже на секунду дыхание перехватило от резкого удара. — Ты охренел?! Господи, это ж надо так напугать, - она схватилась за сердце и откинула голову назад. — Убила бы, ей-богу, - успокаивая дыхание, процедила она. — Неслабый удар, - усмехнулся блондин и оперся на перила. — Чего довольный такой? Это не в твоем стиле. Обычно ты ведешь себя как сученок, - Гермиона недоверчиво оглядела его. — Ты меня уже бесишь, - Малфой снова надел свою циничную маску. Действительно. Если там какая-то грязнокровка потерялась, то чего он эту-то жалеет? Ту он хотя бы не знал, следовательно она его и не бесила. Слизеринец цыкнул, отодвинувшись подальше от легкого аромата персиков, но все равно мельком взглянул на нее и заметил, как она облизнула пересохшие на ветру губы и убрала непослушные локоны от лица. — Кстати, если ты думал, что я не замечу, как ты меня преследуешь, то ты ошибся. Зачем ты в саду следил за мной? - раздраженно спросила Гермиона, скрестив руки на груди. Драко вспомнил тот инцидент с мокрой Гермионой в ванной. Он нервно сглотнул. — Я не следил, - он поднял вверх брови и оглядел ее, вытянув лицо. — Ты серьезно думаешь, что я бы просирал свое время впустую, шпионя за тобой? - он посмеялся. — Удивительно. У тебя самооценка как-то высоковата, не находишь? — Да ты липнешь ко мне как банный лист к... — Я? Мне просто доставляет тебя мучить, грязнокровочка. — Ой, заткни свою пасть, Малфой. — Что ты скажешь, если я сейчас подойду к тебе вплотную? - он сладко улыбнулся и сделал шаг навстречу смущающейся девушке. Она сделала шаг от него. — Прекращай. Сейчас же. — Что, у тебя там засвербило уже? - он сделал еще шаг, направляя свою добычу к стене, чтобы было удобнее держать ее в состоянии беспомощности. — Малфой, это не смешно! — Ты видишь кого-то, кто сейчас смеется? - заветная преграда все ближе, грязнокровке не уйти. Гриффиндорка обернулась, надеясь сбежать, но Драко быстрее. И намного ловче. Она не успела понять, что всего в метре от каменной кладки, как парень схватил ее. Сильные руки сжали ее кисти до боли, он примял ее лицом к стене всем своим телом. Гермиона ударилась скулой, ее голова была неудобно повернута влево, а грудь сильно притиснута к неуспевшему прогреться под тусклым осенним солнцем камню. — Что ты скажешь на это? - шепнул ей на ухо Драко. — Отпусти меня, - попросила Гермиона. Чертово пари. — А зачем мне это? - хитро прищурившись, спросил Малфой. Он хотел ее. Прямо сейчас. Прямо здесь. Гермиона подалась назад, пытаясь вырваться и отстраниться от ледяной стены, но уперлась бедрами в парня. Черт, Грейнджер! Он почувствовал, как дернулись мышцы пониже его живота. Зря она так сделала. Зря. Драко прижал ее руки к стене над ее головой и оборвал ей все пути к отступлению, вновь пригвоздив ее хрупкое тело к стене. И он, чуть ли не рыча, запустил одну руку в ее волосы, второй провел вверх по бедру. Гермиона все еще не могла ничего сделать, потому что не могла двигаться, он был слишком близко, отталкивать его руками со спины было проблематично. — Малфой... — Гр-рейнджер... - он вдохнул запах ее волос и приподнял юбку. — Я ненавижу тебя, Грейнджер - выдохнул он ей в макушку. Он повел рукой к ее ягодице, но чтобы это сделать, он немного отстранился, дав Гермионе пространство для маневра. Пользуясь моментом, она резко развернулась и с размаху влепила Драко смачную пощечину. — Не смей распускать руки! - всем своим видом излучая гнев, крикнула девушка, покрывшаяся румянцем то ли от смущения и возбуждения, то ли от негодования. Может быть, от всего сразу. — Хм, дай-ка подумать... - не обращая внимания на зудящую щеку, Драко изобразил задумчивость. - Ты же мне это почти позволила. — Ты... идиот! - Гермиона смущенно опустила взгляд, но в следующую секунду отвесила парню вторую звонкую пощечину на другую щеку, для симметрии. Но тот впился в ее губы своими, сжав своей сильной рукой горло так, что ей стало трудно дышать. Больше. Разомкни губы. Разомкни свои чертовы губы, Грейнджер! — Отпусти, - еле дыша, взмолилась девушка. Драко тут же отдернул руку и заработал еще одну пощечину, да посильнее предыдущих. — Может, перестанешь меня избивать?! - потирая щеку, спросил он. — Может, перестанешь меня домогаться?! - раздраженно передразнила его Гермиона. — И душить... - еле слышно добавила она, спрятав лицо и потерев шею. Но Драко услышал и сжал свою руку в кулак, затем потряс ей. — А наше пари? - Драко опять шел к ней. — Это война, Малфой! — Гермиона все еще тяжело дышала, сердце подпрыгивало в груди, кровь стучала в висках. — Это был вызов только что? — Драко ухмыльнулся и приблизился к раздраженной девушке. — Неужели? Хорошо, Грейнджер, будет тебе война, — его губы едва коснулись ее шеи. Вдруг она заливисто расхохоталась, чем ввела в замешательство слизеринца, все еще не убравшего свои губы от ее кожи. — Чт... Что? - Драко был явно обескуражен ее внезапным порывом веселья. Он перевел взгляд на ее лицо и посмотрел ей в глаза. Она насмехается? — Я не проиграю эту войну, Малфой. Ты думаешь, что я сдамся. Но я сильнее тебя, - Гермиона загадочно улыбнулась и убежала вниз по лестнице. Что, во имя Мерлина, только что произошло? Слизеринец еще пару секунд стоял в той нелепой позе, пока не вышел из ступора. Он почесал подбородок и сел на пол, оперевшись спиной о перила. Грязнокровка с катушек поехала? Он что, переборщил? Или слишком сильно ее головушкой о камень приложил? Может, кислородное голодание так на работе ее мозга сказалось... Драко подумал, что лучшим решением в нынешней ситуации может быть пара глотков огневиски. И, определенно, сон. Ему хватило событий за день. Взглянув на последние отблески заката, растекающиеся красноватой линией по кромке горизонта, он встал с пола и направился в башню старост.

***

      Гермиона была вполне довольна своей решимостью, проявление которой она показала хорьку. Правда, ее смутил тот истерический смех, который-таки вырвался из ее горла. Возможно, сученыш теперь считает ее поехавшей. Хотя, с другой стороны, его обескураженное лицо было даже милым. Гриффиндорка фыркнула. Конечно, он же не ожидал, что она выкинет такой фокус. Девушка посмотрелась в зеркало, прикоснулась пальцами к еле заметной отметине на шее. Закрыла кран и протерла мокрое лицо полотенцем, нежная кожа немного покраснела. Вдруг из соседней комнаты послышались звуки, характерные для возвращения Малфоя. Гермиона скользнула в свою комнату. Драко вошел в ванную в тот момент, когда захлопнулась дверь напротив. Он почувствовал знакомый и уже привычный персиковый запах, и перед его глазами снова возникла Грейнджер в насквозь мокрой майке. Парень резко выдохнул, открыл кран с ледяной водой и подставил голову под струю. Он ебанулся. Совсем мозги потерял с этой гр... гриффиндоркой. Такими темпами он и проспорить ей может. Этого слизеринец не мог допустить, ведь он должен доказать, что она отдастся ему, и раньше он считал это неизбежным. С некоторых пор у него стали проскакивать мысли, что он скоро станет уже всерьез и очень громко просить ее дать ему. Это был бы полный провал, вот уж точно. Малфой почувствовал, как занемела от холода его макушка. В голове все еще творилось черти что. Видимо, не только Грейнджер тут с ума сошла. Гермиона лежала на кровати, укутавшись в одеяло вместе с котом и, почесывая его, думала. О Малфое, о Краме, а так же о новых необъяснимых похищениях. Она понимала, что с Гарри беседовать на эту тему бесполезно — он ясно дал ей понять, что устал быть героем — но она не могла просто вычеркнуть это из головы, не могла просто забыть или, опять же, просто не обращать внимания. Теория о возвращении того-кого-уже-можно-называть-но-не-хочется была откинута сразу же, так как он был окончательно и бесповоротно мертв. Других теорий не было. Между бровей девушки пролегла морщинка, когда она пыталась перебрать в голове потенциальных злодеев, припеваючи живущих в этот конкретный момент, но таких не оказалось в силу того, что все известные маги, причастные к каким-либо злодеяниям, были так или иначе наказаны. Девушка перевернулась на живот и подперла голову руками. Ее начало клонить в сон, как вдруг в комнате ее соседа что-то разбилось. Гермиона вскочила. Она наспех заплела косу и решила удостовериться, все ли там в порядке. Гриффиндорка быстро пересекла ванную комнату и постучала в дверь к Драко. Никакого ответа не последовало. Даже грубого. — Малфой? Что у тебя там происходит? - обеспокоенно спросила она. И вновь тишина. Девушка набралась смелости, открыла дверь и вошла в помещение, решив рискнуть. Она сразу почувствовала, что это — комната истинного слизеринца. Это комната Драко. Она абсолютно отличалась от ее комнаты: окно занавешено тяжелыми темно-зелеными гардинами, от чего в комнате царил полумрак. В книжном шкафу всего несколько книг — парень предпочитает библиотеку захламлению комнаты, в которой он занимается вовсе не чтением — у Гермионы же все книги не помещались на полках ее шкафа. Стены приглушенного серого оттенка, без картин, но на одной стене висел герб семьи Малфоев, занимающий почти всю ее плоскость. Над ним остаток стены занимал длиннотелый дракон, видимо, выкованный из лучшей стали. А может, из серебра, этому гриффиндорка бы не удивилась. Пол был, к счастью, не каменный, а темного дерева, так что не все в этом помещении было потеряно. Стол, такой же, как и у нее, шкаф для одежды, комод. Гермиона бегала взглядом, осматривая детали, сама не зная, зачем. В центральной части на мягком светло-сером ковре красовалась большая кровать с балдахином и покрывалом в цветах его факультета, головой примкнувшая к стене и обращенная боком к девушке. В комнате было идеально чисто, просто стерильно, все лежало аккурат на своих местах, отчего создавалось ощущение, что помещение нежилое, и это Гермионе помогло чувствовать себя еще более неуютно. Она прошла к ногам кровати, и ей тут же полегчало, когда она заметила в свете ночника, стоящего на тумбе возле изголовья, упавшую и разбившуюся вдребезги бутылку. Сам же хозяин апартаментов развалился на не расстеленной кровати с торчащей простыней, раскинув руки и ноги в разные стороны. Девушка хихикнула от того, каким милым он выглядел в этот момент, с нелепым пьяным выражением лица. Из него не лезло никакое дерьмо, и в то же время, он не пытался ее потрогать или поцеловать. Гермиона подошла ближе к нему и села на краешек, не задевая его, чтобы не-дай-бог не разбудить. Она тихонечко накрыла его одеялом, сложила покрывало ровным прямоугольником и оставила его под подушкой. Заметив в руке парня вторую бутылку, абсолютно пустую, как и первая, она аккуратно разогнула его пальцы и поставила стеклянный сосуд на пол, все еще держа его за уже расслабленные пальцы. Ее пронзило разрядом, когда он сжал ее руку. Гриффиндорка охнула, испугавшись, что тиран проснулся, но, похоже, он был в глубоком забытье, чему показателем было его спокойное и мерное тихое посапывание. Видимо, рефлекторно схватил ее. Девушка легонько провела большим пальцем по его костяшкам и освободила руку. Немного поколебавшись, она все-таки не удержалась и чмокнула его в губы, чувствуя, как краснеет ее лицо. Затем она тихо встала и без приключений добралась до своей комнаты. Этой ночью ей снились нежные объятья и поцелуи. Сначала. Видимо, подсознание бодрствовало, и отметило неприемлемое для слизеринца поведение даже во сне. Поэтому Гермиона резко открыла глаза, когда в очередном ночном наваждении Драко резким движением сорвал с нее мантию. Никогда до этого учебного года ей не снились подобные смущающие сны, так что она чувствовала, как ее щеки горели настолько, что на их поверхности можно было бы замерзших людей отогревать. Гермиона заметила какое-то движение краем глаза, но когда обернулась в сторону двери, там никого не было. Показалось? Она закрыла лицо ладонями и рухнула на кровать. Драко прислонился лбом к прохладной поверхности двери. Двери, ведущей в комнату Грейнджер. Двери, которую он еле успел захлопнуть, когда она вскочила на кровати. Слизеринец сам не понял, из-за чего его понесло к ней в комнату, он просто проснулся среди ночи и пошел туда, молясь про себя, чтобы дверь была заперта. К сожалению, она таковой не оказалась, так что легко поддалась, и его взгляд упал на мирно спящую девушку. Подозрительно часто дышащую девушку. Ее волосы пышной копной разметались по подушке, а откинутое одеяло оголяло хрупкое плечо и очерчивало линию бедра. Парень сглотнул и направился обратно в свою комнату. Не прошло и дня, а он уже начал подумывать о том, что сам проиграет в его же споре.

* — отрывок из песни группы Celldweller — Frozen