Повороты

      Школа Трумэна провожала Винчестеров без почестей — оставила ждать, пока за ними приедут, на крыльце. Сэм вяло махал на прощание выглядывающему в окно на третьем этаже Барри. Дин теребил край кожанки отца и нервно поглядывал на мобильник. Почему, черт возьми, так долго?       — Не переживай, Сэмми, — поддерживающе толкнул он в плечо младшего брата. — Будет новая школа.       — Пятая к декабрю? — пессимистично поджал губы четырнадцатилетний паренек. — Здорово…       Импала подколесила как раз к ступеням. Мальчишки сорвались с места, подхватив сумки, и запрыгнули на заднее сидение.       — Сколько. Раз, — сердито выделяя голосом каждое слово, начал водитель, поглядывая на детей в зеркало заднего вида. Задержавшись на первом же светофоре, он устало потер переносицу. — Почему на этот раз?       — Я… — со стыдом начал Сэм и с мольбой взглянул на старшего брата, но тот лишь поддерживающе сжал его руку. — Подрался с местным хулиганом.       — Не он один, — впрягся и Дин. — Мы вдвоем были.       Щелчком разблокировались двери, назад полетели две помятые банкноты невысоко достоинства.       — До супермаркета дойдете сами, купите сметану и сыр, на обед будут овощи под белым соусом, — прозвучало командное наставление.       Братья ретировались как ошпаренные, Мэри тяжело выдохнула, сдавая назад. Она чувствовала, как дети скучают по отцу и потому бунтуют в школах. Азазель умер через сутки после того, как убил Джона в детской, а Мэри сделала все, чтобы кошмар семьи Кэмпбеллов не перекинулся вместе с ней на Винчестеров.