Ну братик, я тебе покажу... или ты мне....

Я пялилась из-под опущенных ресниц на этого козла. Нет, я совсем не злюсь, я просто в ярости! Придурок, мудак, пустозвон, в общем, фиг знает, кто ты! Я тебя на костре сожгу. Гормоны у тебя, парень, шалят? Так быстро перестанут! Очередной обжигающий холодом порыв ветра укутал меня с ног до головы. Зуб на зуб не попадал, в тонкой маечке и шортах было не айс. От теплой и прекрасной погоды не осталось и следа, как и от моих конечностей, по которым медленно циркулировала кровь. – Это все ты виноват! – не выдержала я, укутываясь в теплую кофту, которая совсем не согревала. – Я виноват? Я? Это не я грохнулся в обморок, это не из-за меня мы пропустили последний автобус, это не из-за меня в этой глуши не ездят машины и автобусы! – А что, из-за меня? Ты не сдурел ли? Целует меня, лапает вовсю. У тебя вообще совесть есть? – я грозно пнула свой чемодан на колесиках. С этой бандурой мы точно не доберемся до дома. – Я тебя не целовал! Я хотел сделать искусственное дыхание. Вы уж меня простите, но я что, одна, что ли, вижу разницу между «наполнить легкие воздухом» и «прикасаться к закрытым, заметьте, закрытым губам и нежно их мять? – Ого, ты нынче новую методику "дай-ка я попробую сделать искусственное дыхание" решил придумать? С помощью этой методики вы научитесь получать удовольствие, целуя девушку, а легкие сами будут наполнятся воздухом, пока вы развлекаетесь с пострадавшей, – проговорила я, словно рекламируя какой-то товар. – Ха-ха! Ни фига не смешно. Мудак! Чистый мудак! – Что мы будем делать? – я остановилась, поежившись от холода. Слева лес, справа равнина, засеянная пшеницей. Все. Дорога – и то, на дорогу-то не похожа. – Бля... – Что ты сказала? Еще раз услышу, по губам тресну! – Рома гневно посмотрел на меня. – Чем треснешь? Своими губами? По-моему, не треснешь, а поцелуешь. Ты только и ждешь того момента, как я опять в обморок грохнусь, – я обогнала парня, шагая впереди. – Дай телефон, я позвоню бабушке и она попросит Юрку за нами приехать. – Ни фига себе! Как ты до этого додумалась? Я раз уже пятнадцать пробовал позвонить, но сети нет. И еще, – он остановился, беря меня за руку и поворачивая лицом к себе. – Ты не настолько красива, чтобы все хотели тебя целовать. Таких, как ты, пруд-пруди. – И-д-и-о-т! – произнесла я по буквам и отвернулась от Ромы. Как бы я не отрицала, но его слова больно кольнули меня в сердце. Значит некрасивая? Значит ничего особенного? Ну-ну! Время было уже около пяти, но тучи затянули небо, казалось, что на улице все десять вечера. Черт, не хватало, чтобы дождь пошел! Дорогу было едва видно, от этого я несколько раз прилетала на пятую точку, спотыкаясь обо всякие коряги. – Сколько нам еще переть? Гроза будет, мы должны где-то укрыться. – С этими сумками мы и до утра не доберемся, – его убийственный взгляд прошелся по мне. – Ладно, – я высматривала вокруг хоть что-то, что могло мне помочь в определении местонахождения. – До остановки километров двенадцать, ну, а до деревни семнадцать. Мы сдохнем, пока дойдем! – А сократить? – Рома присел на травку, портя свои стильные шорты. Я рассмеялась. Нет, отнюдь, мне не было смешно, то ли это был нервный припадок, то ли я с испугу засмеялась, что всю ночь нам придется шарахаться от каждого шороха и дождя. – Ненормальная! – он покачал головой, словно сделав для себя открытие, что я на голову больная. – Это заразно! – Я не сомневаюсь, – он все же встал с земли. – Так что, можно срезать? – Через лес. Будет километров десять всего. Но мы все равно не успеем. И тем более, я не очень хорошо знаю эти места. – Показывай дорогу! – я нехотя согласилась. И мы двинулись в направлении к лесу.