МОЯ FASHION-ГЕРОИНЯ

Бога нет. Если бы он был, все бы изменилось. Бога нет. Месяц назад они похоронили мать. Х даже бросила курить: словно сигарета стала материальным символом опухоли-убийцы. Она начала пить много кофе, ночи напролет что-то подсчитывала, складывала, умножала, вычисляя свое будущее и вычитая мечты. Вика продолжала готовить дипломный проект, четко, поэтапно, как отлаженный механизм. Только совсем не улыбалась. Учеба была своего рода панацеей от надломленной сухой боли. Смерть не вписывалась в ее идеальный план счастливой жизни. Это было ненормально - так рано потерять мать. А ненормальностей она чуралась. Аня резко и незаметно бросила школу и, запираясь в ванной, тихо и остро рыдала. Нельзя сказать, что сестры любили свою мать, променявшую любовь к ним на работу. Эта женщина была из тех людей, кто недостаток внимания к детям заменяет денежным достатком. Отец бросил их после измены жены и рождения Ани, которую он не признал своей дочерью. Наверное, это был лишь веский довод разорвать отношения, но Аня ни разу в жизни с ним не виделась и вполне с этим смирилась. Вика, как самая старшая и ответственная, заботилась о сестрах. Ей так хотелось, чтобы мама похвалила ее. Но мама прощала Х прогулы в школе и курение, восхищалась очень красивой Аней и считала успехи Вики само собой разумеющимся фактом. Нечестно! Но она пыталась. Пыталась любой ценой привлечь внимание матери. Перед смертью, лежа в больнице, что-то такое было… Она сказала…как же…что Ане и Х нечего бояться, пока с ними Вика. Старшая дочь выдавила из себя улыбку и отвернулась. Х стояла на крыльце и курила. - Ты бы бросила. – ненавязчиво посоветовала Вика. В очередной раз. - Брошу. Если она умрет. – небо над их головой было свинцово-черным, ветер трепал их длинные темные волосы. Лицо Х было мраморно-белым. Вика разглядывала сестру. Такая странная, не от мира сего, хотя те же две руки, две ноги, а смотришь и понимаешь, что она от тебя безумно далеко, где-то на другой планете. - Ты чего? – спросила Х, продолжая смотреть на тучи. - Задумалась. – голос Вики был таким же бесцветным, как и воздух. – Ты не думала, что будет с нами, если… - Если она умрет? Нет, не думала. Я буду жить как прежде. Все равно она меня никогда не понимала. - Но она и не требовала от тебя ничего. - Правильно. Она плевала на меня. Почему я должна относиться к ней лучше? – Х затянулась, выдохнула дым. Острые плечи напряглись. Вика знала, что Х хочет прекратить разговор. Она всегда так делала. Убегала. - Ты не одна. – хотела поддержать, а вышло как укор в эгоизме. Даже если есть за что укорять. Вика заканчивала пятый курс и была всецело поглощена дипломной работой. Она сама сейчас не думала: а что же дальше? Мать умерла. С этим можно было смириться, если бы ни счета за квартиру, потребность есть, пить и жить. Вика училась на бюджетном факультете иностранных языков, подрабатывала переводами. Этого обычно хватало на то, чтобы побаловать себя. Сходить в кино или кофейню с лучшей подругой, купить раз в месяц обновку. Она всегда умела рассчитывать свои скромные финансы и потребности, а Х была абсолютно хаотичным субъектом. Жила идеями – грандиозными, гениальными и почти неосуществимыми с ее характером. К 20 годам сестра перепробовала все виды креатива, но глубже кромки так и не копнула. Исключение составляла живопись – занятие отличное, но не прибыльное. Смерть матери стала для нее точкой: начала или конца, та еще не решила. Ее жизнь строилась по каким-то особенным драматургическим канонам. Вика не понимала этот ее творческий мир, но не лезла, в глубине души сознавая, что этот контраст между ними еще строже окрашивает ее саму в белые цвета. В отличии от умницы-Вики и необразованной, но начитанной Х, Аня была парадоксом. Природа лишила ее отца, но наделила удивительно гармоничной внешностью. Не отличаясь ни умом, ни талантом, ни чувством стиля, Аня была простой «девушкой из соседнего дома», гуляла с подружками и местными парнями во дворе, пила пиво, бесцельно проводила время. Ни Вика, ни Х не знали, какой до нелепости тяжелой была, казалось бы, обычная судьба. Но младшая не делилась с ними своими секретами, и никто из родных не знал, почему она на самом деле плачет. В воскресенье все трое были дома. Вика постучала в дверь ванной. - Аня, вылезай! Хватит уже! Нужно поговорить! – немного строго крикнула она и, не услышав ответа, нахмурилась, заглянула в спальню. – Х, тебя тоже касается. Вы, что, думаете, я собираюсь тянуть на себе вас двоих?! Я вам не мама. И вроде она сказала это без злости, но тут же почувствовала, как Х взбесилась. - Тебе никогда ей и не стать. – голос средней сестры как серная кислота. – Хотя нет. У тебя же по плану есть пара малышей, взращенных искренней тепличной любовью. Ее улыбка вывела Вику из себя, но она сдержалась. - Х, ты понимаешь, денег у нас осталось всего ничего. Ты не работаешь, Аня… да она даже школу не закончила! - И что? Пусть идет учиться на парикмахера. Там и с девятым классом берут. – Х так и не оторвалась от очередного шедевра. Каштановые волосы собраны в хвост, обнажая тонкую шею и выпирающие ключицы. – А я сделаю свой вклад: перестану есть и устроюсь техничкой в торговый центр. Мило, да? - Почему ты не хочешь работать фотографом в студии или дизайнером, ты же подрабатывала этим? – Вика вздохнула. – Я хочу, как лучше. Если тебе нравится сидеть на шее, найди богатого парня. - Захочу – найду. Только тебя спрашивать не буду. – она подняла голову. – И вообще, сколько времени? Ого! Ну все, отстань, мне нужно собираться. - И куда ты намылилась? Опять пойдешь пускать деньги на ветер? - девушка скрестила руки на груди, терпение было на исходе. - Боже мой, что за доисторическое слово «намылилась»? Отвали, я сказала. Трачу я свои деньги, поняла? – Х задела ее своим угловатым плечом, забарабанила кулаком по двери ванной, не в силах преодолеть раздражение. – Эй, Аня, быстро открой! Иди, реви куда-нибудь еще! Послышался мягкий всплеск воды, через минуту вышла младшая. Короткий халатик почти не скрывал ее безукоризненно длинные ноги. - Наконец-то! – Х громко хлопнула дверью: спрятаться, быстрее, чтобы не разнести вдребезги весь этот ненавистный мир. Аня молча прошла мимо старшей. Тень. - Аня… - Вика попыталась схватить ее за руку. - Я могу сдохнуть, и трат будет в сто раз меньше! – прошипела она и отдернула руку как ужаленная. Закрылась в маминой комнате. - Хотела как лучше. – прошептала Вика, шмыгнула носом. – Дом придурков. В воздухе все еще висело напряжение. И нежный аромат кокосового геля для душа.