Во имя звёзд

Глава восьмая С утра лил дождь. Света шагала вдоль тротуара, угрюмо глядя на потемневшие от воды носки замшевых туфель, сжимая в руках большой ярко-розовый зонт. Её совершенно не занимало то, что в асфальте, покрытом стеклянной плёнкой воды, отражается небо, дома и деревья; что мир вокруг удивительным образом напоминает сказочный хрустальный город... В школу она опаздывала, но бежать уже не было ни сил, ни желания — тем более, что ноги промочила, а коленки всё ещё ныли после двух падений, намекая на то, что третьего они никак не простят. Рядом остановилась машина, и Света не обратила бы на это внимания, если бы её не окликнул знакомый голос: -Света! Света Зайтсева! Света приподняла зонт и с удивлением увидела, что дверца серебристого джипа приоткрыта, и из неё машет Сейя. -Света, ты опаздываешь? Мы подвезём! Девушка остановилась в большой нерешительности. В голове вспыхнули все мамины предупреждения о том, что нельзя садиться в машину к малознакомым людям. «Но какие же они малознакомые, - оправдывалась Светка, подходя ближе к джипу, - Это мои одноклассники, хоть они и знаменитости, но вполне нормальные... И, кажется, Сейя относится ко мне вполне хорошо...» Она села на заднее сидение, смущённо улыбаясь и извиняясь за мокрый зонтик. Сейя сидел рядом, Яни — на переднем сидении, вёл машину Тако. -О, а я думала, вас всегда подвозит менеджер, - произнесла Света, оглядывая салон, - солидно... -Да, обычно нас возит Техво, - ответил Тако, не оборачиваясь, - Но сегодня у него выходной. -Впрочем, мы бы всё равно поместились, - улыбнулся Сейя, - машина рассчитана на пять мест. А что с твоей ногой? Света ойкнула; юбка не совсем прикрывала забинтованное колено, а на другом ещё виднелся синяк. -Я упала недавно, - засмеялась она, чувствуя как краснеет, - Я такая неуклюжая, постоянно падаю... -Совсем как героиня «Сейлормун», - улыбнулся Сейя. Втроём — Света, Сейя и Яни — они вошли в класс, где уже шёл урок алгебры. -Прошу простить нас за опоздание, - произнёс Сейя улыбаясь и пропуская Свету впереди себя. Молодая учительница расплылась в улыбке. Света прекрасно знала, что Анна Сергеевна терпеть не может тех, кто нарушает дисциплину, и опоздай она одна, математичка бы долго брюзжала и потребовала бы дневник. Но так же хорошо было известно и то, что Анна Сергеевна очень любит «3Starz», а Дашка клялась, что «Аннушка» состоит в фан-клубе. Не то что бы урок был сорван, но утихомирить учеников, принявшихся шептаться, сделалось невозможно. Света поёжилась: со всех сторон на неё были устремлены не самые доброжелательные взгляды. «Они думают, что я встречаюсь с Сейей? - догадалась Света, - Кажется, они готовы меня съесть от зависти, потому что наверняка догадались, что мы ехали вместе...» Света смотрела в тетрадь, в которой было написана система уравнений с иксом и игреком. «Но это ведь не так, Сейя просто предложил подвезти... Он добрый... Три икс минус два игрек равно четыре. Икс плюс... Интересно, а что бы подумал Марк, если бы узнал об этом? Наверное ему бы не понравилось, что я села в машину к троим парням... Плюс три игрек равно пять... Но Марк всё-таки взрослый, он бы всё понял. Марк... Я даже не могу спросить его не могу. Он пропал. Может ему всё равно? Умножить первое на минус единицу... Может ему действительно безразлично, с кем я встречаюсь?.. И он вообще забыл обо мне... Но ведь мы... Мы же любили друг друга в прошлой жизни! Король Эндимион и принцесса Серенити! И Марк защитил меня от Бериллии... Может быть, он забыл всё это? Ну да, конечно! Он забыл как и я, но я вспомнила, а он — нет. А сейчас другая жизнь, и Марк не король, он сам по себе, и совершенно не обязан меня любить... Только не плакать, не на уроке... Где мой платок? Опять забыла! Второе уравнение умножить на три... «Три Старз», их все любят, они так удивительно пели на концерте, у меня едва сердце не выскочило из груди... И Сейя сидит рядом со мной, совсем близко... Сейя так похож на Марка, если бы тот был моложе... Сложить два уравнения... У него такие удивительные глаза, изумрудные — я никогда не видела таких. Почему-то мне так неловко, когда он смотрит на меня... Но разве это плохо? Он такой красивый, нереально красивый, как корейская кукла, которые я видела в интернете... Сложить два, и икс исчезает.. Икс исчезает, боже мой!» Света так растерялась, что выронила авторучку. Та покатилась через проход, Света нагнулась, чтобы поднять её. -Должно быть, все уже решили уравнение? - спросила Анна Сергеевна, оглядывая класс. Очевидно, Света своей вылазкой за ручкой привлекла её внимание. -Зайцева, выйди к доске и напиши нам своё решение! Светка выпрямилась; рука с зажатой авторучкой тряслась от волнения. Она ещё не узнала, чему равен игрек, а уж что творилось с иксом, оставалось для неё загадкой. Светка покорно поднялась с места и протянула руку к своей тетради, как вдруг увидела, что поверх неё уже лежит тетрадь Сейи с готовым решением... На перемене, спускаясь по лестнице в столовую, Света с изумлением разглядела в толпе знакомую белокурую голову, украшенную красной заколкой-бантом. -Милена? - воскликнула Света, - что ты тут делаешь? -Ой, Света! У меня окно... Я как раз собиралась найти тебя! Я такое скажу!! Такое!... В буфете Милена поведала, что со вчерашнего дня она является председателем фан-клуба «3Starz». Но пришла она для того, чтобы поздравить Эмму с победой в конкурсе стихов. -Что?! - Света едва не выронила пирожок, - Эмма пишет стихи?? -На английском, представляешь!! - Милена хотела ещё что-то добавить, как вдруг в столовой показалась целая толпа возбуждённо гудящих учеников. Посередине шёл возвышавшийся над всеми Тако, а рядом с ним — Эмма, красная как рак и очень смущённая. -Эмма теперь тоже знаменитость! Вот повезло-то! - Милена смотрела на неё с радостью, хотя Света отлично понимала, что подруга и сама бы желала оказаться на этом месте. Вечером вся «Команда Алой Звезды» собралась в «Сладкоежке». Марта казалась чуть бледнее обычного, но держалась бодро и вовсю переглядывалась с Митей. -Когда я прочитала на сайте, что в конкурсе текстов песен для «3Starz» победила Эмма, я чуть было не упала со стула! - рассказывала Милена. Сама виновница собрания по-прежнему сидела, смущённо крутя соломинку в коктейле. -Это же потрясающе! - с жаром подхватила Рената, - Писать стихи, да ещё на английском!... Но почему ты ничего не рассказывала нам, Эмма? О том, что решила подать их на конкурс... Эмма испуганно подняла взгляд; четыре пары глаз пристально смотрели на неё. -На самом деле, - тихо начала она, не выпуская соломинку из пальцев, - Я пишу стихи очень давно, лет с восьми. Конечно же, они были совсем несерьёзными, но потом я стала ходить не только на учебные курсы, но и в литературный кружок. На самом деле я хотела поступать на филфак... - она вздохнула и опустила глаза, - Но мама была против этого. Она говорила, что это глупо, что я после него не смогу нормально устроиться... И потом мама хочет, чтобы я стала хирургом, тогда я буду работать в её клинике. Но стихи я всё равно писала, и на русском, и на английском. Когда я услышала песни «3Starz», я решила сделать перевод с финского, и кое-что даже удалось. Девочки молча переглянулись, на их лицах застыло немое восхищение. -А почему ты не скажешь маме, что ты не хочешь быть врачом, а хочешь стать поэтом? - перебила Рената. Эмма виновато пожала плечами. -Мама не поймёт. Она не считает это профессией, тем более, достойной. -Но это же твоя жизнь! - изумилась Милена, - Не маме же учиться в вузе! -Мой папа художник, - ответила Эмма, и её плечи бессильно опустились, - Они с мамой никогда не могли найти общий язык, потому что мама не считала творчество серьёзным занятием, которое может позволить обеспечить семью. Воцарилось молчание. Все девочки знали, что родители Эммы в разводе, и её отец живёт в Германии. Милена открыла рот, чтобы возразить, но Рената нахмурилась, давая понять, что спор будет неуместен. -Но ты молодец, - Марта решила перевести разговор, - Выходит, «3Starz» напишут песни на твои стихи? -Да, получается так, - Эмма робко улыбнулась, - По правде говоря, я не ожидала, что стихи им так понравятся. Тако сказал, что мы ещё встретимся поговорить и обсудить подробности, - она смутилась, - Вот сегодня в семь как раз у нас будет встреча... -Ты идёшь на свидание с Тако? - Милена от удивления привстала на своём месте и перегнулась через весь стол, - И ты молчишь об этом?! -Не то что бы свидание, - испуганно принялась оправдываться Эмма, покрываясь краской, - это деловая встреча... -Да ладно, какая разница, как это назвать! - Милена улыбнулась как кот, почуявший сметану, - Большинство девчонок умрут от счастья, если встретят Тако хотя бы в булочной! Тебе ведь именно он больше всех нравится из «3Starz»? Девочки заулыбались — Эмма смутилась так, что могла и не отвечать. -А вам кто нравится? - Милена обвела подруг взглядом, - Признавайтесь! -Эм... - Марта покосилась на стойку, у которой стоял Митя, - Вообще-то у меня есть парень, но если просто так, теоретически, мне нравится Сейя, у него очень хороший голос... Рената начала было говорить, но Милена замахала руками: -Ой, вот только не надо ворчать, что тебе нравятся брутальные рокеры, а не смазливые попсари! -Да я и не собиралась ворчать! - надулась Рената. Она демонстративно сложила руки на груди, давая понять, что теперь уже отвечать не намерена, но Милена уже не смотрела в её сторону. -А ты, Света? Светка вздрогнула, будто её разбудили. -Ну... Наверное... Наверное, Сейя. Я сижу с ним за одной партой, и он мне помогает иногда... Она так и не рассказала девочкам о том, что сегодня утром музыканты подвозили её до школы. Света чувствовала себя смущённой не меньше чем Эмма. Правильно ли она поступает, что говорит так? Не посчитают ли девочки её чересчур легкомысленной — дескать, только Марк перестал звонить, она уже обращает внимание на другого? Но никто ничего не сказал. -А я... - Милена мечтательно закатила глаза, - Вообще они мне нравятся все по-своему... Тако — самый умный и серьёзный, Сейя — самый обаятельный, Яни — самый красивый... Не знаю даже... Но если бы кто-то из них предложил бы встречаться, я бы не отказалась! Девочки заулыбались, все кроме Ренаты, которая покосилась на Милену с некоторой неприязнью. По Ленинградскому шоссе лихо мчался мопед с двумя седоками в шлемах, проворно лавируя между машин. Вот и парк Дружбы, поворот направо, берёзовая аллея... Оксана Майорова, автор комикса про Сейлор Мун живёт где-то здесь. -Пожалуй, нам нужно осмотреться, - произнесла Майя, останавливая колёсного друга. Она оставила мопед у металлической ограды газона, на случай пристегнув цепью. Они с Лилией сняли шлемы и осмотрелись, затем Майя вынула из рюкзака карту и принялась искать нужный дом. -А знаешь, - произнесла вдруг Лилия, - я ведь слышала раньше это имя. Когда я была маленькой, я читала книгу о Лунном паруснике, который летает от Луны до Земли. И там говорилось о воинах в матросках. И автором точно была Оксана Майорова! Майя пожала плечами; она не читала про Лунный парусник и узнала о том, что про сейлоров печатают комиксы лишь недавно. То, что автор знает о существовании сейлоров, да ещё и в подробностях, показалось ей подозрительным, и Майя твёрдо решила встретиться с художницей лично и поговорить. Каким-то чудом ей удалось узнать её телефон и адрес... Пока они шли по микрорайону, разглядывая номера домов, Лилия, улыбаясь, восстанавливала в памяти воспоминания детства. Начиная с книги про парусник, тема девушек-воительниц волновала её. Она рисовала героинь повести, прибавляя к ним нового персонажа — себя, воительницу в матроске цвета моря. Тогда она считала это лишь игрой воображения, не подозревая, что действительно окажется ею... Когда же это было? Лет в девять? Или десять? - ей начал сниться какой-то человек, лица которого она не могла разглядеть, потому что, когда он оборачивался, она просыпалась. У этого человека были светлые волосы цвета нагретого солнцем песка, и Лилия всегда знала, что во сне это был самый важный для неё человек. Иногда они шли бок о бок по берегу моря, иногда — парили в космическом пространстве, и Лилия верила, что именно этот человек станет её принцем. Когда она познакомилась с Юрой — светловолосым студентом Академии Художеств, проходившем практику в её художественной школе, Лилия была почти уверена, что он и есть её принц. Однако позднее, она с разочарованием ловила себя на мысли, что Юра, хоть и являлся неплохим парнем и отличным художником и скульптором, всё же не был тем человеком из сна — так подсказывало сердце, хотя Лилия и сама не хотела в это верить. Возможно, это было глупо, но Юра представлялся ей обычным и совершенно земным, а загадочный белокурый «принц» казался пришельцем с небес. Когда же Лилия впервые увидела Уран, а это произошло ранней весной на берегу Финского залива, в первые секунды она чуть не вскрикнула, узнавая знакомый силуэт. Но это была девушка в матроске... Лилия не рассказала Майе о своих снах. Майя казалась ей слишком серьёзной, чтобы слушать такие сентиментальные пустяки. Но вот он — нужный дом, типовая кирпичная пятиэтажка. Майя решительно открыла старую деревянную дверь — почему-то тут нет кодовых замков; Лилия неотступно следовала за ней. Пятый этаж, под самой крышей... С чердака слышалось громкое воркование голубей. Майя нажала кнопку звонка, который эхом прокатился в прихожей. Какое-то время ответом им была тишина, и Майя с беспокойством оглянулась на Лилию, которая лишь пожала плечами. Наконец, за дверью послышался шорох, и женский голос спросил: -Это вы, Майя? -Да-да, - торопливо ответила девушка, подходя ближе к двери, - это я звонила вам вчера... Щёлкнул замок, и дверь отворилась. На пороге их встретила женщина в инвалидной коляске. Её лицо не отражало возраста — на вид ей могло быть и тридцать, и сорок — гладкое, без единой морщинки, бледное, с чёрными как антрацит глазами. Волосы цвета воронова крыла были гладко зачёсаны назад, в кичку. Увидев гостей, женщина загадочно улыбнулась: -Амара, Лира, рада приветствовать. Я ждала вас. Ресторан «Варшава» поразил Эмму. Это не кафе или закусочные, в которых ей приходилось бывать прежде. Тут всё серьёзно: белоснежные скатерти, цветы в фарфоровых вазочках, музыка Шопена, ненавязчиво льющаяся откуда-то сверху... Тако сидел напротив, одетый в шоколадного цвета костюм с бледно-жёлтой рубашкой. -Это не самое изысканное место, - словно извиняясь, произнёс Тако, - я просто выбрал то, что поближе. -О, здесь просто волшебно! - еле выдавила Эмма. Она ожидала, что они просто побеседуют, сидя в парке или зайдут в «Сладкоежку». -На самом деле, когда мы приступим к записи, подпишем контракт, ты можешь быть уверена, - улыбнулся Тако, - гонорар тебе причитается. -Меня не волнует финансовая сторона, - с неожиданным жаром ответила Эмма, - Я бы даже сказала, что хочу подарить вам эти песни. Я жду только одного — услышать их поскорее. -Конечно же услышишь, - Тако снова улыбнулся, - Как только Яни положит их на музыку. А сейчас я хотел бы попросить тебя написать ещё пару песен для следующих героев... Эмма не верила происходящему: если бы кто-то накануне сказал ей, что она будет сидеть в ресторане со своим кумиром и обсуждать стихи для нового альбома, она бы решила, что это розыгрыш. Вскоре разговор перешёл в другое русло, и Эмма отметила, что говорить с Тако довольно просто, как будто он был не известный артист, а её старый знакомый по литературному кружку, и она в который раз удивлялась его безупречному знанию русского языка. -Значит, твоя настоящая мечта — это стать поэтом ? - спросил Тако. Эмма на секунду задумалась. В любой другой момент она сказала бы «да», поскольку она долгое время именно это считала своей мечтой. Но, глядя в светло-карие глаза Тако, она вдруг ощутила, что это далеко не всё из того, о чём она мечтала. Ей вспомнилась их сражение с дроидами, неудача, лежащие на полу девушки, лишённые Жизненных Импульсов... Нет, на самом деле Эмма хотела бы, чтобы на Земле царил мир, чтобы люди не страдали и жили мирно, радуясь каждому дню... -Пожалуй, не совсем, - ответила она, тряхнув головой, - На самом деле я хочу счастья для людей, и хочу принести как можно больше добра. Я стану врачом, чтобы избавлять их от страданий, но при этом я продолжу писать стихи. Ведь чтобы сочинять, совершенно не нужен диплом писателя... Тау внимательно смотрела на девушку, сидящую перед ней. Та говорила так пылко и искренне, что казалось, от неё исходят волны света... Осторожно прищурив глаза, стараясь, чтобы собеседница не заметила инопланетного свечения в них, Тау принялась рассматривать Эмму. Только амазонки могли бы рассмотреть голубоватую ауру, окутавшую юную поэтессу. Нет сомнений, Эмма — Хранитель Импульса планеты Меркурий. Тако улыбнулся.