Змея

Опять наш танец... танго двух отчаяний... Сердец разбитых... поменявших масть... От нерастраченности неприкаянной испепелением грозит слепая страсть... Очнувшись, Гермиона с трудом поднялась на локтях, тело было ватным, а голова казалось не посильной тяжестью, сфокусировать зрение не сразу удалось, но постепенно девушка смогла разглядеть убранство чужой спальни: Камин, украшенный позолоченной лепниной, был сделан из красного мрамора, над камином имелась полка, на которой стояли позолоченные червонным золотом два подсвечника, выполненные в виде воронов, в их глазницах блестели рубины и, взирая на них можно было почувствовать тревогу. - Жуть,- проронив слово, Гермиона отвела взгляд от подсвечников. У стены стояла мягкая тахта обтянутая зелёным бархатом, и небольшой деревянный столик с тремя ножками в виде хоботов слонов, изысканность поражала девушку, в комнате витал аромат роз и тигровых лилий, что окончательно позволило расслабиться ей, и насладится уютом. - Тебе нравится? Около дверей стоял владелец покоев и, улыбнувшись натянутой улыбкой, Малфой прошёл в середину комнаты, остановившись, он, протянул ей руку призывая подойти к нему. Гермиона побаивалась слизеринца, но в глубине сердца она надеялась, что в нём осталось ещё частичка света, что тьма не смогла погасить этот луч. - Ну же, я жду!- с лёгким раздражением, провозгласил лорд. Откинув покрывало, Гермиона спустила ноги на мягкий персидский ковёр, выполненный незамысловатой мозаикой, пересилив лёгкое головокружение, и сдвинув брови, она поднялась и неторопливо пересекла комнату, остановившись, напротив собеседника. Драко с каменным лицом осмотрел пленницу, ни один мускул не дрогнул на его безупречном лице, убедившись, что раны уже залечены и её жизни ни чего не угрожает, он удовлетворительно хмыкнул и развернувшись медленно направился к балкону. Гермиона открыла рот от возмущения, уже была подготовлена пламенная речь, но в последний момент слизеринка передумала затевать бессмысленный разговор, нужно играть по их правилам, если хочешь выбраться живой из полчища врага. - Спасибо тебе,- одними губами прошептала девушка, опустив взгляд на подол халата. - Ты умная Грейнджер, но даже я не понимаю, как ты могла пойти в Хогсмид, зная, что надвигается война? - Я не думала об этом,- честно призналась слизеринка. - Не думала она! Разумеется, тебе нет дела до войны, для тебя куда интересней пошататься с гриффиндорцами по магазинам. Глупая, ты же могла погибнуть! Драко только сейчас понял, что сказал, и сам не ожидая от себя прижал девушку к своей груди, и зарывшись лицом в непослушные волосы, блаженно прикрыл глаза. - Я вас не пойму, вы же ненавидели меня, позвольте же узнать, что изменилось? - Молчи, прошу не нужно слов, я многое сказал, ты гибель принесёшь моим мечтам. - Драко,- она с нежностью посмотрела на него и, затаив дыхание осмелилась прикоснуться к его губам. Поцелуй, который перечеркнул всё: вражду, цену крови, он терялся в эмоциях, а она утопала в его нежности, сердца забились в унисон, а души переплелись воедино. Он обнял ее, нежно, словно шелест ветра, коснулся руками ее волос, провёл по ним рукой, плавно опускаясь на спину. В его объятиях Гермиона млела и тихо шептала ему что-то на ухо, просила лишь не останавливаться, не покидать её в этот вечер. Их пальцы сплелись, другая рука чуть крепче обхватила ее за талию, прижимая ближе. - Мой ангел,- шептал парень в губы своей любовнице,- нет, ты не ангел, ты дьяволица, что украла мой покой. Луна укроет их, спрячет под чёрной вуалью, не выдаст их тайны наполненные отчаяньем, грешные и одинокие сердца, в этот миг обрели друг друга, но долго ли будет длиться их зыбкое счастье. Уже после, пара усевшись на мягкие расписные подушечки, смотрела на манящий огонь. Никто не нарушал тишину, лишь треск брёвен в камине, изредка наполнял комнату. - Я подготовлю твой побег, через три дня лорд должен отбыть из поместья по важным делам, я же останусь и помогу бежать из Малфой – Мэнора. - Не боишься попасть в немилость?- словно прочитав его мысли, спросила Гермиона. - Не твоя забота, - грубо ответив девушке, он поднялся на ноги и, заправив халат, двинулся в сторону выхода. - Ты куда?- с тревогой поинтересовалась слизеринка, заметив, что парень разозлён. - Я не намерен отчитываться перед тобой, Гермиона! – рявкнув, он хлопнул дверью оставив её одну в уютной, но такой одинокой комнате. Кабинет Тёмного Лорда десять вечера. Женщина, махая палочкой вновь и вновь, насылала проклятья на полуживого мужчину. Его левая бровь была рассечена, а из ноги торчала кость, от болевого шока мужчина уже не чувствовал, как его тело вновь и вновь подвергается пыткам, но пожирательница не могла уняться, её хищный взгляд обезумел, а рот искажался в разных глумливых гримасах. - Говори грязное отродье, какие у вас планы?! - Ни-ког-да!- сквозь зубы прорычал пленный, сверкая глазами, наполненные ненавистью. Его руки, заведённые за спину, и сжатые тугой верёвкой ужасно ныли, но и этого аврор уже не мог чувствовать. - Белла, прошу, отведи пленного в его темницу, и добейся информации либо в следующий раз, на его месте будешь ты,- спокойным голосом провозгласил Лорд, и вновь принялся постукивать пальцами по клетке, где находился, по его мнению, самый прекрасный соловей. - Повелитель, как прикажете,- раскланявшись, она шикнула двум пожирателям и поспешила покинуть кабинет. - Ты не хочешь петь, почему? Молчишь, чувствуешь зло, вот и отказываешься, а ведь ты мне тоже причиняешь боль! Но птица так и продолжала порхать по клетке, больно ударяясь крыльями по прутьям золотой тюрьмы. В кабинет без стука прибежал Хвост и, рухнув у ног повелителя, сжал руки, у своей груди увидев недовольный взгляд повелителя. - Что тебе? - Не гневайтесь, но для вас у меня важная информация! -Ну!- теряя терпение, поторопил Том. - Лорд Малфой, как бы выразится, держит у себя пленную. - Суть какая, у нас много пленных! - У себя в спальне,- покраснев, добавил Хвост. - Очень интересно! Так вот что терзало тебя, Драко. Привести её ко мне завтра вечером, ну а моему преемнику подыщите срочное задание, и смотри у меня, чтобы никто об этом не знал! - О, слушаюсь, мой повелитель, будет сделано, как вы пожелаете. Улыбаясь своему триумфу, Хвост ликовал, чувствуя, что смог насолить Малфоям которых всем сердцем ненавидел.