Кривое зеркало

      – Ты в порядке? – Патрик надеялся, что его голос звучит спокойно.       – Да, – ответил Саймон.       – А та, что с тобой?       – Анджела тоже в порядке, – с некоторой заминкой ответил Саймон, – Но она сильно нервничает. Сидит в углу, ничего не делает, ни есть, ни пить не хочет. Она очень напугана.       – У вас там все нормально? – Патрик не мог задать интересующий его вопрос прямо, но старался всячески намекнуть Саймону на то, что его интересует. Но трюк не удался.       – Давай сюда, – протянул руку Нож, чувствуя себя в полном праве. Он был уверен, что Патрик ничего не сделает ему, чтобы не убили заложников.       – Все, Саймон, – недовольно произнес Патрик, скрипнув зубами, – Больше не могу говорить.

***

      Человек не может жить без общения. Дело не только в желании высказаться. Если человек не будет долго видеть людей, тем более себе подобных, то он начнет сходить с ума, персонифицируя животных, предметы и любые другие вещи, которые может видеть. Если же человек слишком приземленный, воспринимающий мир буквально, то его воображение начинает рисовать человеческие образы: члены семьи, друзья, погибшие родственники, смутно знакомые люди и даже совершенно незнакомые. Сначала человеку начинает казаться, что он не один, в темноте ему рисуются человеческие фигуры и черты лиц, слышаться голоса, а затем ему начинают мерещиться люди, с которыми он разговаривает, общается, которые его понимают и сочувствуют ему. Такое может случиться, если человек чувствует себя одиноким и никому не нужным.       Практически так чувствовал себя и Патрик. Нет, он был нужен – тем же уркам, которых уже ненавидел – но это было не то. Он нужен был только в корыстных целях, никто не заботился о его чувствах, о его проблемах и, в конце концов, о нем самом! Одиночество усиливало еще то, что нет ни одного человека, с которым можно было поговорить по душам, расслабиться и почувствовать себя полноценным. И вот, неожиданно, он оказался хоть кому-то нужным – Саймон полностью зависит от его действий. Одно неверное решение – и того убьют. Патрик чувствовал, что должен спасти своего создателя, но как? Ни одной идеи, ни одной возможности.       Просто смириться и жить так, как хочет Нож, он не хотел. Он чувствовал себя настолько плохо, что понимал – если он не попробует спасти Саймона, то крыша у него все же может поехать.       "У порождения чужого безумия может поехать крыша, – грустно ухмыльнулся Патрик, – Даже такое бывает"       Саймон нуждался в его помощи, и если бы он не сделает этого, то им обоим будет очень плохо. Патрик, несмотря на прошедшие полгода, до сих пор не был уверен, что стал реальным человеком – собственная неуязвимость и инвалидность Саймона были тому подтверждением. Очень вероятно, что в случае смерти Саймона умрет и Патрик. А его попытка изменить окружающий мир с треском провалилась. Патрика снова обжег стыд, когда он вспомнил о той девчонке.       Выхода из ситуации не было никакого. За ним постоянно ходит Пес – тот самый молодой бандит, который, как оказалось, следил за ним. Пес просто ошивался рядом, каждые пятнадцать минут отправляя СМСки, а каждый час – звоня Орлу, а уже тот докладывал Ножу. В случае экстренных ситуаций ему было приказано немедленно сообщать штаб. Если бы Патрик попробовал сбежать, то через несколько минут спасать было бы уже некого.       Он был скован по рукам и ногам. В фильмах главный герой, если оказывался в таких ситуациях, всегда спасал заложников, спасался сам и еще умудрялся делать это красиво и эпично. Но Патрик сделать ничего подобного просто физически не мог – любая попытка скрыться вызовет необратимые последствия. Если у главных героев были неожиданные сообщники, друзья и просто временные попутчики, которые могли спасти и помочь, то у него нет никого. Совершенно. Кроме Саймона, нет никого, кто вообще знает о его сути.       С каждой минутой, по мере рассуждений, на душе становилось все тоскливее. Ему хотелось взвыть, взять дробовик или "эмку" и перестрелять всех к чертовой матери. Чтобы одиночество души совпало с фактическим одиночеством. Но он понимал, что это не выход – это никак не спасет ситуацию.       "Вряд ли я смогу хоть когда-либо найти кого-нибудь, похожего на меня, – неожиданно подумал он, – В книге Саймона я был частью окружающего меня мира. Это был кошмар, но и я – оживший кошмар. А кошмар и счастье – вещи несовместимые"       _________________       Andreas Röonberg – Ghost