Send me an Angel

Только дыхание, сбивчивое, слегка уловимое, я ничего не слышу, только вдох и выдох. Слишком тяжело дышать. Что-то врезалось мне в грудную клетку, из-за чего я не могу вдохнуть больше воздуха. Я нащупываю ремень безопасности, отстегиваю его и вдыхаю полной грудью. В ушах звенит. Вижу подъезжающую машину скорой помощи, ее яркие красно-синие мигалки слепят глаза, и я прищуриваюсь. Отдаленно слышится серена, но лишь одна мысль прорывается в мое сознание: почему я не слышу дыхание Тома? Меня кто-то резко выхватывает из машины, что я не успеваю ничего сообразить, и только кричу: - Тооом!, Тооом!, - это не крик, а хриплое подобие. – Пустите! – сильные руки медика сжали меня в тиски. - У нее шок, колите 2 кубика трамадола. - Он жив? Прошу ответьте! Все плывет, и становится слишком легко, я больше не могу говорить, проваливаясь в темные закоулки сонного царства. И последнее, что я слышу – это слова медика: - Он жив… Шум в голове и размытые лица перед глазами. Сие настигло Тома когда он очнулся в машине скорой, на пути в госпиталь. Яркий свет в глаза: медбрат светит фонариком в правы глаз, после в левый. Том морщится и спихивает руку со зловещим светилом. - Вы слышите меня, Сэр? - Да, - хрипит актер. - Сколько пальцев вы видите? - Два, я в порядке. А где девушка? Парень в синей куртке бросает взгляд в сторону и Том, по инерции, смотрит туда же. Рядом с ним, на расстоянии вытянутой руки, лежит Данте, без сознания, совершенно беззащитна. Ее грудь вздымается, она сопит, словно уснула сладким сном. - У нее шок, мы вкололи ей успокоительное. На первый взгляд ничего не сломано. Она в порядке, - пояснил медбрат, увидев обеспокоенный взгляд мужчины. Волосы растрепаны, а рубашка порвана, оголяя бледное плечо. Сейчас, лежа в машине скорой помощи, Том не думал о себе или о том, что напишет пресса об этой аварии, и как это скажется на его карьере. Парень ни как не мог понять почему он так за нее переживает. Почему он так зол на этот «Додж», и почему он их преследовал? И его грыз еще больший знак вопроса: кто эта девушка? И он не оставит этот вопрос без ответа. Люк ураганом ворвался в клинику св. Георга. Фурией пронесся по белым коридорам, и уже успел наорать на девушку в приемной. - Я последний раз спрашиваю, где Томас Уильям Хиддлстон?! – он никогда еще не был так зол. Глаза, полные ярости, прожигали насквозь заикающуюся девушку. На первый взгляд милый и хилый парень, но он так ее напугал, что она не могла связать и двух слов. Неизвестно откуда появилась женщина в белом халате. - Сер, успокойтесь, что вы хотите? - Только что к вам поступила известная личность, мне нужно знать, что он в порядке. А ваши сотрудники даже говорить не в состоянии. – Люк умерил пыл, наконец, вспомнив про свои манеры. - Во-первых, не стоило на Мэри так кричать, и она бы вам все объяснила. А во-вторых… - она помедлила, - пройдемте со мной. Люк следовал за доктором по пятам, он только открыл рот, чтобы задать вопрос, от нетерпения, но женщина его опередила. - Меня зовут доктор Барел, а вас мистер Виндзор, как я услышала, - она улыбнулась, посмотрев на смущенное лицо парня, - я так понимаю, речь идет о парне с девушкой после аварии? -Д-да, - занервничал Люк. - Не переживайте вы так, с ними все в порядке. У девушки пара ссадин, а вот парню досталось немного больше: ушиблено ребро, поприкладывает лед для уменьшения интенсивности кровотечения и объема гематомы. Организм молодой и сильный, а вот вам точно не помешает успокоительное. И как давно вы спали? Последние слова Люк уже не слышал, он лишь хотел удостовериться в сказанных словах врача. Как только они остановились у одной из палат, парень молнией влетел, распахивая дверь. Том сидел на кушетке, свесив ноги и что-то поправляя на груди под расстегнутой рубашкой. Заметив Виндзора, все в мире беспокойство и страх выразилось на лице актера, сейчас он боялся только за сохранность своей тушки, - Люк со мной все в порядке! Всего лишь царапина, никто и не заметит, - тараторил парень. Но Люк прервал этот поток объяснений, легким объятием. - Я так боялся, что с тобой, что-то случилось. После того как мне позвонил какой-то парень и сказал, что вы попали в аварию и тебя везут в больницу. Я даже представить боялся, насколько тяжелы будут последствия. - Какой еще парень? – удивился Том. - Это Бен, - отозвался новый член беседы. Видимо доктор Барел ушла, не став мешать трогательному воссоединению, а Данте, с ее походкой кошки, бесшумно наблюдала за парнями, - это ему я звонила, и это он вел нас и Додж по камерам трассы, наверное, он посчитал нужным оповестить тебя о случившемся, - на последних словах она перевела взгляд на Люка. - Я так и знал, что это плохая идея, и все это ничем хорошим не закончится! – сорвался Люк на крик. - А еще ничего не окончено. Все только начинается. Он перешел в открытое наступление, что нам и нужно было, - груба, словно отчитывает проказника, - А ты думал, что только по латентным письменным угрозам я его поймаю!? Так вот, ты глубоко заблуждался. - Что здесь происходит!? – влез Том, - я что один здесь ничего не понимаю?! Кто она такая Люк, и что за угрозы? Тишина. Парень не знал с какого вопроса начинать отвечать. Он так надеялся сохранить все в тайне. - Давай, расскажи ему. Скрывать, что-то уже нет смысла. – давила на него Данте. А Том продолжал выжидающе смотреть на Виндзора. - Том, все очень сложно… - Я не маленький, все пойму. - Дело в том, что тебе угрожали в письмах. А это частный детектив, если можно ее так назвать, я нанял ее защитить тебя и найти сталкера, который, по всей видимости, устроил аварию, - выдохнул парень, наверное, с облегчения, что больше не нужно ничего скрывать от Тома. Актер был сбит с толку, повален прямым нокдауном речью Люка. Он лишь молча смотрел на агента, после на девушку, которая, явно мыслями была не сними. - Ты не сможешь его спасти… Как не смогла спасти меня, - Данте видела и Тома и Люка, но она их не слышала. Посреди палаты стоял тот, кого могла видеть только она. Тот, кого пять лет назад она защитить не смогла. Кого все эти годы не отпускала, и винила только себя. Это был мужчина, ростом с Тома, темноволосый, с короткой стрижкой, который в свои тридцать пять сохранил россыпь веснушек на лице. Данте остолбенела, такие реальные видения были впервые, раньше он приходил только во снах. Поэтому она часто напивалась, дабы не засыпать и не видеть его, дабы снова не возвращаться в тот злосчастный день. Она пялилась в пустоту, когда Том пытался до нее достучаться, уже крича ее имя, и только когда он затряс ее за плечи она очнулась. Тяжело дыша, девушка разглядывала глаза Тома, такие голубые и яркие с черными и желтыми вкраплениями, эти омуты тянули ее в свои грезы, и в тоже время успокаивали и накрывали, будто стакан опиума. - С тобой все в порядке? – беспокоились голубые глаза. - Я… Мне… пора. – Данте высвободилась из рук и выбежала из палаты. Она мчалась по коридорам клиники, шлепая босыми ногами по белому кафелю, - Это всего лишь трамадол в моем организме. Всего лишь трамадол, - бессмысленно успокаивала она себя. Пульс зашкаливал, а дыхание становилось все глубже и чаще. На ее плечо легла мужская рука. - Привет, детка, - как обычно ухмылялся Бен. - Сколько раз я тебе говорила… не называй меня так… - она задыхалась, но все же проговорила это предложение. - Эй, что с тобой? У тебя, что приступ паники? – занервничал Бен подскакивая ближе к девушке. - Помоги мне, - хрипит она, - Я не могу дышать. - Смотри на меня, слышишь Данте, - он хватает ее лицо обеими руками и всматривается, пытаясь понять, что вызвало этот приступ, - Дыши глубже, - он запнулся, но сразу же продолжил: - Услышь этот голос, что звучит глубоко внутри, – ее брови сдвинулись на переносицу, и дыхание начало замедлятся, а парень продолжал, - Это зов твоего сердца. - Закрой глаза - и ты найдешь способ выбраться из тьмы, - закончили они в унисон, а дыхание восстановилось. Парень улыбнулся, но уже по-другому – с любовью и облегчением за друга. - Я помню твою любимую песню, не придумал ничего лучше. - Спасибо, дружище. - И как долго ты собиралась скрывать это от меня? – начинает злиться он. - Это впервые, - все еще трудно дышать, но она продолжает, - Бен, он был так реален, я видела его, как вижу сейчас тебя, - столько непонимания выражала ее гримаса. - Кто? О чем ты? - Питер. Они молча играли в гляделки. - Это из-за аварии? Из-за нее твое подсознание подкидывает тебе сюрпризы из прошлого, - он запнулся, - или все гораздо проще, все из-за Тома? Ты боишься его не спасти? – у Бена слишком много граней и одна из них – психолог. - Увы, все гораздо сложнее, - Данте до последнего не хотела признаваться даже себе в этом, - Я боюсь снова начать чувствовать.