You will be the death of me...

      Прибыв на несколько минут раньше положенного, я попыталась занять себя чем-либо. Это заложено в человеческой природе, человек никогда не хочет признавать, что то, что ему дорого - вещь или, как в моем случае, человек - является чуть ли не самим дьяволом.       Я никак не могла смириться с тем, что парень, впервые нормальный парень может оказаться консультирующим злодеем! Это было все равно, что жить в Средние века, быть из дворянской семьи и влюбиться в разбойника. Почему всегда так?! И всегда именно со мной! Влюбиться и, наверное, до сей поры любить консультирующего детектива, так еще мне и злодея нужно добавить! Все в лучших традициях дешевенького бульварного романа.       Из размышлений меня вывели орущие парнишки лет так восьми–десяти, и то, что один из них почти в меня врезался на скейтборде.       За то время, что я тут нахожусь, наконец-таки обратила внимание на окружающий меня пейзаж. По большому счету все было как обычно, монохромно, обыденно, но в этом и была вся суть. Дети. Вот в чем было более всего необычного. Во все этой серости взрослых людей они выглядели очень… ярко. Да, именно это слово.       - О чем мечтаешь, кареглазка? – не люблю людям доказывать, что в моих глазах больше зеленого, чем коричневого цвета, но всем плевать.       - Простите, сер, но..!       Я не успела договорить с этим «сером» из-за весьма приятных обстоятельств. Кто бы что ни говорил, а целоваться Джеймс Мориарти умел, даже очень, а если вспомнить все его остальные, так сказать, умения…       - Джим, так и до сердечного приступа довести можно! Нельзя же так.       - Прости, я же знаю, как ты любишь неожиданности. Я даже хотел предложить тебе вечером в ресторан сходить. Отметить, так сказать, первую нормальную зарплату. На этом мероприятие будет еще мой друг, ты же помнишь Себастьяна? – я ничего не могла ни с ним, ни с собой поделать. Ни его попросить замолчать, ни себя заговорить.       Ох Джим! Что же ты с людьми делаешь? Твои гипнотические глаза, чеширская улыбка и жесты дают о себе знать. Как я могла думать, что ты обычный человек?       - Земля вызывает Эли, ты сегодня сильно задумчива.       - «Эли» меня только один человек называет, а насчет твоего предложения: я не могу сегодня. У меня тоже встреча с друзьями, так что залей фотку на инстаграм или фейсбук - и я обязательно посмотрю. – Только бы не выдать себя, если я еще этого не сделала.       - Тогда мне придется вручить подарок именно в данную секунду!       - Нет права отказаться?       - Нет.       Как же мне это «нравится», черт знает что, у тебя никогда не бывает выбора, но в этом и вся соль.       К слову сказать, одет он был сегодня точно не как мало зарабатывающий работник офиса: черная кожаная куртка, джинсы весьма приличной фирмы, несмотря на, что я стояла в достаточно теплом осеннем пальто, куртка была на распашку, а белая рубашка расстегнута на несколько пуговиц. Хотя, вовсе не против такого вида, но это ли не значит, что он догадался?       Из кармана выглядывала маленькая, поистине королевская коробочка. Нет, она не была инкрустирована бриллиантами-алмазами, но элегантности в ней было хоть отбавляй.       - Как говорится, на первую хорошую зарплату, - говоря это, Джимми достал и не спеша открыл коробочку, - королевский подарок для моейкоролевы.       Что тут сказать, после этого «вручения» произошло несколько, как обычно, вещей:       1)Те мальчишки попали мне в голову мячом (наверное, скейт не по нраву).       2)Браслет был воистину шикарным, не широким и не узким и, что немаловажно, подходящим по размеру, в два с половиной пальца, инкрустированный именно красными камнями и сделанный из серебра.       3)Я расплакалась!       Джим сразу направился к этим детишкам и начал с ними «разговаривать», мне их искренне жаль, после разговора по душам с Джимми покончить жизнь самоубийством хочет большая часть.       - Элли, ты чего? Это же ненастоящие камни, если ты так беспокоишься об этом.       - Нет, все просто идеально, мне просто очень хорошо и плохо одновременно. Я же тебя люблю, как можно из-за чего-то плакать рядом с тобой, - плохая я актриса, ох плохая.       - Я тебя тоже люблю, королева, - пока я отходила от услышанного, он театрально поцеловал мне руку.       И тут у меня зазвонил будильник, и нет, я не проснулась, я его поставила на то время, когда мне в парикмахерскую надо. Каждая девочка мечтает пойти на бал, а я не хуже, и поэтому несколько часов приготовлений должны быть по праву!       - Auf Wiedersehen! Мне надо бежать по делам, но если бы я могла, то мы сейчас бы погуляли, попили кофе... Тяжела женская доля.       - Завтра встретимся, Элинора! – кинул он мне, вернее, уже моему затылку, когда я быстро поцеловала его и поспешила ловить кеб.       Меня ждал еще один поединок.