You will be the death of me...

Вот и настал День Х. Нужно было быстрее собираться, а то еще и разозлиться может. Но вот теперь главный вопрос: «Что же все-таки надеть?» Нужно было об этом думать немного раньше, но планировать не в моем вкусе. «Ага, а влюбиться в короля криминального мира можно же и без плана?!» — сказал мой внутренний голос. Отогнав от себя все дурные мысли, я остановилась на длинном, немного облегающем двухцветном платье и оказалась, наверное, первой девушкой, которая выбирала платье под браслет. Позвонив Далии, узнала номер парикмахера и визажиста — и вот через два часа я была в полной готовности, как сказала бы сестренка: «Покорять всех и не выбирать никого!..» Вызвала такси и отправилась на Бейкер стрит. — Элинор, ты просто восхитительно выглядишь! — мой дорогой Ватсон, ты всегда такой добрый и милый ко мне. Ох, если бы ты хоть половину знал.. — Спасибо, но давай без излишеств. Мориарти? Можно ли получить больше информации? — а я в своем стиле. Если я напишу о нем статью, может, меня даже повысят, а это будет даже очень хорошо! — Неплохой подход к делу, но тебе ничего не будет с нашей сделки, только опасность. Ты не сможешь опубликовать информацию о нем, а то умрешь. Хах, а на это у меня уже не было ответа. Поставить за цель показать миру, кто на самом деле Мориарти — самое глупое, что я захотела сделать. Но когда твой жизненный девиз таков: «Живем один раз, я не хочу сидеть на месте», — невольно начинаешь задумываться о своей адекватности… — Хватит летать в облаках, с Джимом Мориарти ты пока больше всех общалась из сидящих, поэтому надо подстроить вашу встречу. — А не боишься, что он меня убьет или что-то в этом роде? Мой вопрос так и остался без ответа, но вид обеспокоенного Джона меня, на удивление, успокоил. Но что же делать? Вопрос, на который никто не мог толком мне ответить. Я знала только одно — Джим мне этого никогда не простит… Что же… Поздно пить шампанское, когда почки отказали или у тебя вечные с ними проблемы! Я всю свою жизнь мечтала оказаться в заварушке, приключении, называйте это как хотите. Во время моих размышлений Шерлок, как сказал Ватсон, «Ушел в чертоги разума, и ты его оттуда не вытянешь», но я же девушка смелая и нахальная, поэтому принялась трясти его за плечо. Шерлок, не ожидавший ни от кого такой «дерзости», сразу же обратил на меня внимание. — Что тебе еще, Элинор? Я ясно дал указание, кому и чем заниматься. Мне — искать ответ и строить планы, тебе — готовиться, платье там купить или что еще девушки в таком случае делают, а Ватсону — просто не мешать. — Но я простая журналистка, и денег на новый наряд у меня нет. — Я присела на диван и как бы невзначай начала ему говорить, что мне нужны деньги. Нет, я далеко не бедствую, но если я должна подставить Джеймса, то хоть не за свои деньги. Да, это звучит, как сказать, что бы не преувеличивать и не преуменьшать… Паршиво, очень паршиво. Получается, что я его подставляю просто для собственной выгоды. Ну раз я это признаю, то не все потеряно, как любила повторять мой психотерапевт. Шерлок резко спрыгнул с кресла и подошел ко мне вплотную. — Ты работаешь в самом знаменитом журнале Англии! Так как я знал твоих родителей, то могу утверждать, что получаешь прилично. Большую часть своих денег ты тратишь на глупые вечеринки с друзьями, которые приносят тебе только похмелье. А все твои проблемы из-за старшей сестры, которая, как я понял, умерла. В комнате повисла тишина. Я хотела его сначала ударить, дать пощечину или хоть что-то сделать, чтобы ему стало так же паршиво, но вспомнила одно — Холмс не может чувствовать в последнее время. Как же захотелось вернуться туда, где мы, я, Шерлок и Майкрофт, просто дурачились — а потом все пошло под откос. Никто из нас не святой. Да, мне уже пора в клуб анонимных алкоголиков, да, я часто просыпалась не в своей квартире, но сестра — мой предел. Мы никогда не ладили с ней, она мне даже не родная, но известие о ее смерти ввело меня в тупик. У нас были далеко не такие отношения, как между Холмсами, да и познакомились мы только на мой семнадцатый день рождения. Вот подарочек мне папа подготовил… Но она все равно мне была родным человеком. — Не смей так говорить. Усек? Еще раз что-то за нее скажешь, я Ватсону расскажу, как я тебя вытаскивала из наркопритонов. У нас был 1:1, а Ватсону просто не было чего добавить. Он знал, что Шерлок — бывший наркоман, но каково это было – нет. Поэтому ему оставалось только сидеть и молча смотреть на нашу невербальную ссору. Мы с Холмсом стояли, смотрели друг на друга и вспоминали негласно (а может, мне показалось) наше детство и подростковый возраст. — Проведённое время с образованными людьми пошло тебе на пользу. Сколько тебе нужно денег, чтобы быть готовой к шести часам? — Ну, я же девушка, поэтому, желательно, еще хоть час. Ладно, шутки в сторону — в деньгах не умею измерять, а вот в вещах — другое дело. Мне нужно платье. Шерлок ничего не ответил, но сразу потянулся к телефону и начал с кем-то общаться. Из междометий я поняла, что он договаривался насчет платья, но было очень странно, что моего мнения даже не спросил. — Сейчас в твою квартиру привезут платье, — вот и все, что он сказал мне. Даже не было времени возразить.

***

6:05 — Ватсон, ты же знаток женщин. Где она? — Холмс не отличался терпеливостью, но у него был Джон Ватсон, который всегда ему помогал. — Шерлок, это же молодая девушка, ей нужно очень много времени. Мы сами еще хороши, в такие рамки поставили! В этот момент Ватсон хотел сказать еще многое, но заметил белые волосы, а потом и лицо мисс Кавендиш. Эти самые волосы были уложены в локоны, на лице — самая малость макияжа, и казалось, что она вовсе без косметики. Платье до пола, с длинными рукавами, само по себе было почти белого цвета, но саму ткань перекрывало тонкое золотистое кружево. На шее — колье из очень мелких золотых бусин. Да, она не вызывала огромнейший фурор, но, как писал Достоевский: «Если бы вы знали, сколько стоит эта простота!». Несмотря на всю простоту образа, Ватсон был поражен, а Холмс просто усмехнулся. Элинор была не самой красивой, но черты лица и фигура служили ей только на руку. В этот момент так же. Облегающее платье и блеск в глазах — залог успеха! Ничего не сказав своим спутникам она приняла приглашение Холмса последовать за ним — вернее, его протянутую руку. Зал был украшен действительно великолепно, в лучших традициях дворцов. Отдав свою верхнюю одежду швейцару, она начала слушать речь зачинщика торжества. Говорил много и нудно, и Элинор обрадовалась окончанию этого акта. Зазвучала музыка, и все начали танцевать, что было очень даже предсказуемо. Но Элинор была без пары, а приглашать ее, видимо, никто не собирался. Но тут за ее спиной послышались шаги и голос, который бы она узнала из миллиона, как бы банально это ни звучало. Наигранное безразличие, насмешка над всем миром и растягивание слов — отличительная черта великого злодея. — Что-то ты заскучала, дорогая. Подаришь мне этот скучный танец?