Переплетенные подсознания

Эти пару дней прошли как в аду. Маршалла никуда не пускали. Не разрешали, не ходить, не вставать. Его кормили обычной больничной едой, и что самое странное она ему нравилась. Он как голодный монстр нападал на всякие кашки и супы, которые ему приносили. Он вспоминал о том, что когда был маленьким демоненком, его кормила куриным супом Симона, когда он болел. Ради того чтобы найти это суп пришлось преодолеть много трудностей, но она справилась и вылечила его. Он призадумался. А его ли это воспоминания? Была ли Симона реальной? А как же его мама? Она тоже не реальная - она не демон, и не правит в Ночесфере? Как же кипела голова! Но те ужасы, которые он видел во времена Грибной войны, как же они? Эти воспоминая, часто приходили в его сны, и мучили его долгие века. И этого тоже не было? Каждые несколько часов приходила медсестра и врач. Они расспрашивали Маршалла о его здоровье, о том надо ли ему чего-то и прочую врачебную ерунду. Он отвечал односложно: все хорошо и ничего не надо. Он чувствовал себя нормально, не считая того, что перед глазами все расплывалось. Видимо его человеческое зрение было не из лучших. Ли был в ступоре, пытаясь разобраться со своим подсознанием. Он не помнил ничего из так называемой человеческой жизни. Доктор сказал, что ему тридцать четыре года и два из них он был в коме. Но что было все эти тридцать два года? Что было с ним, где он был и что делал? Какая была его жизнь? Он упорно пытался вспомнить хоть немного, но полнейшая пустота была в голове. Утром его отвезли на сканирование головного мозга. Доктор хотел посмотреть, какие изменения произошли с его пробуждения. Процедура шла очень долго, и Ли утомился. Он проспал несколько часов после этого. Но по дороге туда, он снова увидел много людей разных возрастов, которые бегали и суетились по всей больнице. Это было так странно и необычно, что хотелось найти дорогу к своему миру. На следующий день доктор разрешил ему встать и сделать шаги самому. Ноги были ватные и отказывались ходить. Его держали под руки, помогая идти, и ловили, когда он падал. Маршалл попросил подвести его к зеркалу. Он думал, что выглядит сейчас очень старо. Ну, по крайней мере, взрослее, чем он помнил себя вампиром. Ли встал напротив зеркала, пытаясь рассмотреть себя, но все плыло, и не было четкости. Медсестра протянула ему очки в черной оправе. Ли скептически посмотрел на нее, но взял их и одел. Из зеркала на него смотрел парень с зелеными глазами, в очках, с черными волосами и бледной кожей. Это был он. Его внешность почти не изменилась. Разве что кожа не была такой серо-зеленой и уши были как у Фионны. Да и почему-то глаза стали другого цвета. Он ожидал худшего, но он выглядел почти так же, каким помнил себя. Он улыбнулся, видя обычные зубы, обычной длины. Вампирских клыков не было. Хотя он и до этого не смог нащупать их языком, но все же теперь он видел, что их действительно нет. Не привычно, ничего не мешает. - Раз вы теперь твердо стоите на ногах и перестали нести чушь про вампиров, то вы можете встретиться со своей женой, - сказал доктор. – Идемте, - он взял Маршалла под руку и повел в другую палату. Маршалл нервничал, думая, что сказать Фионне и как она его воспримет. Интересно у нее тоже амнезия? Интересно, что видела она, пока была в коме? Ли открыл дверь палаты, не забыв перед этим постучаться. Девушка с длинными блондинистыми волосами сидела на кровати, спиной к нему. Когда она услышала стук и скрип двери, она резко развернулась и во все глаза уставилась на него. Ее глаза были широко открыты и слезы лились и текли по щекам. Она моргнула, и еще много капель потекло вниз. Девушка встала, и слегка шатаясь, медленно начала подходить к Маршаллу. Пока она шла, он рассмотрел ее. Да это определенно не была маленькая пятнадцатилетняя девочка, которой он ее помнил. Это была взрослая девушка, в которой были все черты его Фионны. Она плакала так же. Тело ее было тоже немного мускулистым и пухлым, как у той Фионны, и грудь сильно выделялась вперед. Правда она была ниже ростом, чем Маршалл, но всего на несколько ничтожных сантиметров. Фионна кинулась ему на шею, обнимая его и горько плача. - Это ты? Это правда ты? – причитала она. - Это я, - не найдя что ответить, сказал Маршалл. Она немного отстранилась от него, заглядывая ему в глаза и пытаясь что-то прочесть. Маршалл тупо смотрел на нее, не решаясь что-то сказать. Он не знал, что должен делать и как вести себя. У него амнезия, и он не помнил ее. Ли помнил только героиню Фионну, жительницу Ааа, но не эту девушку, которая якобы была его женой. - Ты выглядишь по-другому. - Ты тоже, - грустно ответил Маршалл. - Я с трудом тебя узнаю, - сказала Фи, шмыгая носом. - Я тоже… Стой, разве я до комы не выглядел так же? – удивленно спросил он. - Эээ... – замялась Фи. – Точно, да ты был таким, - она нервно улыбнулась. - Ты что-то не договариваешь, Фионна, - сказал бывший вампир, серьезным голосом. - Хорошо, я расскажу тебе, но ты решишь, что я чокнулась, пока была в коме. Я не помню тебя человеком, я помню тебя вампиром с красными глазами. В моих снах ты был таким, - она отвернулась. – Я знаю, насколько это глупо звучит, но я не помню тебя своим мужем. Маршалл Ли смотрел на нее, сверяя взглядом. Сердце бешено забилось, давая на что-то надежду. - И я не помню тебя своей женой. Я помню Фионну – героиню земель Ааа, - он сказал это тихо, сомневаясь в своих словах. Фионна уставилась на него во все глаза, продолжая держать свои руки на его плечах. - Постой, ты тоже помнишь себя вампиром? Помнишь Снежную, Гамболла и других? – спросила она. - Ага. Я всех их помню, но врач говорит, что это не мои воспоминания. Это сны и все такое, - ответил он, смотря Фионне глаза. – Это странно, что нам снились одинаковые вещи. Не находишь? - Маршалл, ты, почему такой вялый и убитый? Ты говоришь так спокойно, как будто это тебя не шокирует, - закричала на него девушка. - Не знаю. Я уже шокировался очень сильно два дня подряд. Думаю, уже ничего не сможет меня удивить, - пожал плечами Ли. - Ты не такой Маршалл, который был в моих снах, - грустно сказала она, опустив голову. – Маршалл, это очень и очень странно, что нам в коме снились одни и те же вещи. Такого не бывает. И я не помню свою жизнь до этого момента. И ты тоже? - Я тоже. Но мы с тобой женаты и одновременно впали в кому, может поэтому? Я знаю, что это глупое предположение, но я не могу ничего другого предположить. - Может нас, заколдовали какие-то злые волшебники? Или Снежная, навела какую муть на нас? Почему только мы вдвоем здесь? Где другие и почему они нас не спасают? – посыпались вопросы от Фи. - Это реальность слишком реальная. Не думаю, что кто-то из них способен на такую магию. Да и вряд ли такая существует. - Но, не может это все быть сном! Я помню это четко и ясно. Ты как хочешь, но я не верю этим людям, они нас обманывают, - твердо заявила она и отошла от Маршалла. - Они сказали мне, что сейчас две тысячи четырнадцатый год. А именно в этом году началась Грибная война. Но ничего нет, как видишь - никакой войны. Все живы и здоровы и ничего не разрушено, - рассказал ей Ли. - Что? Правда в этом году началась Грибная война? Они специально отправили нас в этот год! Какие коварные сволочи! – злилась Фионна. - Успокойся. Никто и никого не отправлял никуда. Это все правда, Фионна, к сожалению. - Да что ты такой уверенный? Что с тобой? Почему ты так себя ведешь? – кричала на него Фионна. В это время дверь в палату открылась и туда просунула голову девушка с рыжими волосами. - Фионна, - закричала она. – Боже, ты очнулась. Это правда. Девушка кинулась с объятиями на нее, сильно прижимая ее к себе. Она начала плакать, что-то говоря сквозь слезы. - Сестра, милая, ты очнулась. Как я долго этого ждала, - немного успокоившись, проговорила она. - Кейк? Моя старшая сестра? – с подозрением спросила Фионна. - Да, ты меня помнишь! Это я Кейт, - девушка видно не услышала, что последней буквой Фи сказала букву «к». - Ах, Фионна, я так рада. - КейТ? – спросила Фи, делая акцент на последней букве. - Да сестричка. Я это, - прошептала она, сжимая бока Фионны. Девушка была ниже Фионны на целую голову или даже на больше. Она была маленького роста и при этом еще и очень худая. У нее были рыжие волосы до плеч и большие голубые глаза, такие же, как и у Фионны. Она обнимала Фи и горько плакала. Фионна была в шоке и легонько поглаживала абсолютно незнакомую девушку по плечу. Кейт немного отстранилась от Фионны, заплаканными глазами смотря на нее. Потом она повернула голову в сторону и только сейчас заметила Маршалла, который стоял в растерянности и не понимал что происходит. - Я забыла, что ты тоже очнулся, - она сделала самое милое выражение на лице и подошла к Маршаллу. – Я так рада, что ты тоже очнулся. Так странно, что вы в один день пришли в себя. Наверное, ваша сильная любовь этому поспособствовала, - теперь она обнимала Маршалла. - Наверное, - все, что смог пробурчать он. - Ой, вас там ждем наша мама! – воскликнула она. – У нее больные ноги и она не может подняться по лестнице. Раз с вами все хорошо, давайте спустимся. Девушка взяла за руку Фионну и Маршалла и потащила их из палаты. - Мама? – крикнула ей Фи. - Да наша с тобой мама и Франсин, - ответила та. - Франсин? – переспросила Фионна. - Да она тоже вас ждет. В приемной на стульях сидели двое. Одна была пожилая женщина, с такими же светлыми волосами как у Фионны, а другая была маленькая девочка с каштановыми волосами. Обе сидели и радостно смотрели вперед. Там шла девушка с рыжими волосами, а за ней Фионна и Маршалл Ли. Пожилая женщина позвала их к себе и, обняв, расцеловала. Она тоже плакала. Фи не могла поверить в то, что у нее есть мать. - Кто эта девочка? – спросил Маршалл у Кейт. - Это ваша дочка. Франсин, - радостно ответила рыжая. – Посмотрите, как она выросла! - Кто? – в один голос закричали Маршалл и Фионна. Маршалл думал, что уже никто и ничто не сможет его шокировать. За последние два дня он пережил столько потрясений, что уже думал хуже не будет. Но сейчас напротив него стояла маленькая девочка с такими же зелеными глазами как у него и непонимающе смотрела на них. Естественно ребенок не помнил своих родителей. Когда те впали в кому, ей было не полные три годика. Конечно, она приходила их навещать вместе с тетей и дядей, но они постоянно лежали, окутанные аппаратами, и она не могла их толком разглядеть. - Это твои мама и папа, - сказала Кейт. – Ты не помнишь их? Мы постоянно их навещали. Это они. - Мама, - сказала девочка, глядя на Фионну. – Папа, - она посмотрела в сторону Маршалла. Описать ужас, который был на лице у них обоих невозможно словами. Они оба оцепенели и, расширив глаза до максимального уровня, смотрели на девочку. - Каким образом у нас есть дочь? – вдруг спросила Фионна. - Самым что не есть естественным, - улыбнулась ей Кейт. - Не может быть, - взвыла Фионна. – Я в это не верю. - Ты помнишь меня, но не помнишь ее? – спросила Кейт, грустно смотря на нее. - Я не помню. Я никого не помню. И тебя тоже. Ты не кошка! – заорала Фионна, испугав и Кейт и девочку. Она тяжело задышала, хватаясь за голову, и упала на колени. - Позови врачей, - попросил Маршалл, боясь, что Фи двинется умом от такого потрясения. Он сам тоже был в очень сильном шоке, но, видя, что Фионне плохо, смог немного отойти. Потом все, потом. Сначала главное Фионна. - Не может быть, - повторяла девушка, все больше стискивая свою голову. До тех пор пока не прибежали врачи и не унесли ее в палату, она повторяла эту фразу. Потом ей сделали успокоительный укол, и она уснула.