Глупая любовь

      Как хорошо, когда у тебя есть человек, которому ты можешь доверить все свои самые сокровенные тайны, поделиться тем, что тяготит твою душу и волнует сердце. Для Сиэля таким человеком был друг по переписке TenDevil. Но, как известно, когда не видишь лицо собеседника, искренним быть гораздо проще. И потому не сложно представить, в какой же щекотливой ситуации сейчас очутился Фантомхайв. Мало того, что он лицом к лицу встретился со своим собеседником (а Себастьян ведь наверняка знал, с кем переписывается, но ни словом, ни взглядом не выдал себя при обычном общении с Сиэлем!), так еще и признался недавно этому самому собеседнику в любви, не подозревая тогда об этом. Это было бы даже смешно, если бы не было так грустно.       «Почему он ничего не говорит мне? Неужели еще не прочел мое сообщение? — напряженно думал Сиэль, сидя за столом на кухне в доме учителя, оперев голову на руки и наблюдая за тем, как Себастьян колдует возле плиты, готовя ужин. — Если так, то у меня еще есть шанс. Надо залезть в его компьютер и удалить входящее сообщение».       — Я, конечно, должен спросить причину твоего неожиданного визита, — Михаэлис поставил перед мальчиком тарелку с едой и, сев напротив, с сочувствием посмотрел на бледное лицо Сиэля. С ним явно было что-то не в порядке, и мужчина искренне тревожился за его состояние. — Но больше меня интересует, что с тобой случилось? Ты же сам не свой, Сиэль.       Оторвавшись от тарелки, мальчик поднял на брюнета тяжелый взгляд и, вздохнув, начал свой рассказ.       — ... и я сбежал из дома. Простите, что явился так внезапно. Мне просто некуда было идти. Но завтра я вернусь обратно. В конце концов, это мой дом, и Клод не имеет там никаких прав.       — Клод... — у Себастьяна невольно сжались кулаки. За то, что он посмел поднять руку на Сиэля, Михаэлису его не то что убить, на кусочки разорвать хотелось. Присмотревшись к Фантомхайву повнимательнее, он только сейчас увидел небольшой синяк возле уголка губ парня. — Надо бы обработать рану, — протянув руку, Себастьян нежно коснулся и провел пальцем по нижней губе мальчика, вызвав у того мгновенную реакцию: Сиэль резко дернулся, как от удара током, и слегка смутившись, отвернулся от мужчины.       — Прости, я сделал тебе больно? Подожди, сейчас принесу перекись.       — Спасибо, — кивнул юноша, облегченно выдохнув. Такая неожиданная близость Себастьяна вызвала у него сильное волнение, заставляя сердце биться чаще. В который раз парень с досадой думал, что лучше бы учитель не был столь внимателен и не проявлял такую искреннюю заботу о нем. Тогда было бы гораздо проще держать дистанцию. А сейчас... Даже проблемы с матерью и отчимом уходили на второй план, когда Сиэль с ужасом представлял, что будет, если Михаэлис узнает о его чувствах.       «В конце концов, не думаю, что он посмеется мне в лицо. Скорее всего, просто посчитает мои чувства глупым ребячеством и будет держаться на расстоянии. И тогда я снова останусь совсем один...»       Нет, Сиэль Фантомхайв никогда не боялся одиночества. В детстве его всегда окружали друзья и близкие, любящие люди. Но после смерти отца все изменилось. Матери сын стал не нужен. Сиэль закрылся в своеобразном коконе от всего мира, а друзья не смогли долго вынести изменений в характере мальчика. Та холодность и отстраненность, с которой он стал общаться с людьми, отталкивала всех от него. Да еще и переход в новую школу, где его сразу невзлюбили... Сиэль привык к потерям. Но это все равно причиняло сильные раны молодому сердечку, потому Фантомхайв закрыл его ото всех, никого не пуская в свой тесный мирок. Исключением стал Себастьян. Только проникнувшись к нему доверием и ощутив, что всем сердцем полюбил его, сейчас Сиэль действительно боялся потерять этого человека, хотя гордость и не позволяла признать этого. Но в глубине души он чувствовал этот опустошающий страх.       — Извини, не нашел перекись, поэтому взял зеленку, — прервал размышления мальчика неожиданно вернувшийся Михаэлис. Склонившись над ним, он аккуратно стал смазывать рану Сиэля ватной палочкой, смоченной в зеленке. Мальчик недовольно поморщился, ощутив неприятное жжение. Легкая улыбка тронула губы Себастьяна, и он слегка подул на место нанесения зеленки, чтобы боль поскорее прошла. Сиэль замер, неотрывно глядя в глаза мужчины. Сейчас их лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров. Сердце парня пропустило несколько ударов, когда он увидел, что взгляд брюнета на момент задержался на его губах.       Сам Себастьян боролся с противоречивыми чувствами, охватившими его в эту минуту. С одной стороны, так хотелось обнять этого мальчика, прижать к себе, защитить от всех проблем внешнего мира. Еще больше хотелось захватить эти чувственные губы нежным поцелуем, даря блаженное удовольствие, срывая с них тихий стон. Но чувство ответственности и осознание того, что перед ним все же находится его ученик, послужило внутренним тормозом.       Мужчина уже закончил процедуру и собирался отстраниться, как вдруг замер от неожиданности: неожиданно подавшись вперед, Сиэль припал к его губам робким поцелуем, обнимая его за плечи. Себастьян с легким удивлением встретился взглядом с мальчиком, который уже успел пожалеть о своей несдержанности. Подросток хотел было отстраниться, но мужчина улыбнулся сквозь поцелуй и еще ближе притянул его к себе. Естественно, Сиэль абсолютно не умел целоваться, поэтому он удивленно выдохнул, когда Себастьян аккуратно проник в его рот языком, углубляя поцелуй. Тело парня покрыло мелкой дрожью оттого, что он почувствовал руки Михаэлиса, нежно поглаживающие его по спине. Закрыв глаза от удовольствия, мальчик отдался на волю чувственному наслаждению. И, лишь когда им обоим перестало хватать воздуха, Себастьян наконец разорвал поцелуй и изучающим взглядом посмотрел на раскрасневшееся лицо Сиэля, улыбнувшись уголками губ.       — И что это было, Сиэль? Я жду объяснений.       — Что?.. — Фантомхайв не знал, что ему отвечать. Себастьян спрашивает, что это было, хотя сам все так же продолжает обнимать его. — Я... Простите, это вышло случайно.       — Случайно? — в глазах брюнета блеснуло недоверие. — Я, конечно, все понимаю, я твой учитель, но не забывай, что я тоже не железный. Поэтому впредь постарайся избегать этих твоих «случайностей».       Сиэль окончательно смутился под испытывающим взглядом медово-карих глаз, потому просто кивнул и опустил голову.       — Вот и славно, — разжав наконец объятия, мужчина пошел убирать со стола, сказав парню на ходу, что, если он хочет, может принять душ перед сном.       Себастьян злился. Злился на себя. Хоть и выставил так, что во всем вышел виноват Сиэль, но вину все же чувствовал только за собой.       «Черт! Я не могу держать себя в руках рядом с этим мальчиком. Ну и что, что он первым поцеловал меня? Я должен был не допустить этого... Дьявол! Как же тяжело бороться со своей истинной сущностью. Пусть я люблю мужчин, но он же еще мальчик! Хорошо, что собрался завтра возвращаться домой. Я бы не хотел его отпускать, ведь там находится эта сволочь, его отчим. Но иначе боюсь, что не смогу долго держать себя в руках... Чувствую себя старым педофилом. Впрочем, нет, это я загнул. Просто педофилом», — думал Себастьян, яростно натирая тарелку, пока она не треснула в его руках. Вздохнув, мужчина молча выкинул осколки в мусорное ведро.       Неожиданно раздался протяжный звонок в дверь. Затем три коротких. Затем снова длинный и протяжный.       «Как оригинально. Только один человек, которого я знаю, будет так звонить», — идя открывать дверь, размышлял Михаэлис. И не ошибся.       — Себастьянчик! — на брюнета накинулось красноволосое нечто, повисая у него на шее. — Я звоню тебе весь вечер! Почему не берешь трубку?       — Грелль, я сегодня очень занят. И потому прошу тебя уйти. Сейчас же, — хозяин квартиры сильно раздражался, видя, что Сатклифф проигнорировал его и внаглую ввалился в квартиру.       — Себастьян, у тебя что, кто-то появился? И я об этом не знаю?! Немедленно покажи его мне! — вконец обнаглевший Сатклифф стал расхаживать по дому, заглядывая в каждую комнату. Себастьян на момент впал в ступор. Брюнета всегда поражала неслыханная нахальность Грелля, но порою он переходил все границы. Мужчина почувствовал, что еще чуть-чуть, и ему надо будет придумывать, как избавиться от трупа.       — По-хорошему прошу, уходи.       — Фу, грубиян, — Грелль невозмутимо открыл дверь в следующую комнату. И тут же закрыл. Красноволосый подлетел к Себастьяну и вцепился в его руку, округлившимися глазами глядя на мужчину. — Я видел... мальчика! Ты что, по малолеткам пошел?! Предпочел мне какого-то пацана!       «Интересно, как я мог ему кого-то предпочесть, если между нами в принципе ничего нет?»       — Знаешь, меня начинает пугать твоя больная фантазия. Ты не подумал о том, что я вообще-то учитель? Ничего удивительного, что у меня в гостях находится мой ученик.       — Да. Но почему он голый?!       — Что? — Себастьян на секунду было подумал, что Сатклифф окончательно сошел с ума. Но тут до него дошло. — Кхм, Грелль. А каким ему еще быть? Ты, видимо, не заметил, что заглянул... в ванну?       Михаэлиса уже начала раздражать эта ситуация. У него и так в голове неразбериха. Тут еще и этот одним своим появлением переворачивает все с ног на голову. Вытолкав кое-как за дверь надоедливую истеричку, мужчина наконец смог вздохнуть с облегчением.       — Это был твой... парень?       Похоже, все сегодня сговорились ставить Себастьяна в тупик неудобными вопросами. Выйдя из ванной, закутанный в махровый халат, который был ему на несколько размеров больше, Сиэль как-то странно смотрел на Михаэлиса. Он явно намеревался услышать ответ на свой вопрос.       — Вовсе нет. Просто у этого человека больная фантазия. Но обвинять его в этом нельзя. Грелль Сатклифф — актриса, как он сам себя называет. Этим отчасти можно объяснить его эксцентричное поведение.       — Понятно, — Сиэль замялся. Он чувствовал себя немного скованно, оставаясь наедине с Себастьяном, не в силах перестать думать о недавнем поцелуе. — Я очень устал и хотел бы лечь спать.       — Да, конечно, — Михаэлис проводил его до гостевой комнаты и, пожелав спокойной ночи, закрыл дверь. Лишь спустя несколько минут до него дошел тот факт, что Сиэль абсолютно без стеснений спросил про Грелля. А это значит, что его, кажется, не очень смущает ориентация Себастьяна.       Через час, предварительно зайдя в комнату учителя и убедившись, что тот спит, Фантомхайв прошмыгнул в комнату, где, как он видел сегодняшним вечером, стоял компьютер хозяина квартиры. Загрузив систему и войдя в интернет, мальчик без труда вошел в чат и удалил входящее сообщение с признанием.       — Неужели получилось? Это было слишком просто, — вслух сказал он.       — Да, ты прав, это было бы слишком просто, если бы у меня отсутствовала такая незаменимая вещь, как мобильный интернет, — от спокойного голоса бесшумно подошедшего сзади мужчины сердце Сиэля несколько раз подпрыгнуло и теперь с бешеной скоростью разгоняло кровь по организму.       — Я просто... — парень медленно отвернулся от монитора и нерешительно посмотрел на стоящего прямо перед ним и сложившего руки на груди Михаэлиса. — ...только сегодня узнал, что TenDevil — это ты.       — Вот как? Я вроде бы никогда и не скрывал этого, и все ученики знали мой ник.       — А я — нет... Ты уже прочитал мое последнее сообщение?       — Прочитал.       Сиэль нервно сглотнул. От холодного тона брюнета ему действительно становилось не по себе. Но мальчик все еще пытался сохранять выдержку.       — Ты же понимаешь, что это была шутка?       — Нет. Не понимаю.       «Да что ж такое? Он издевается?!»       Тут Сиэль сдался. Он поднял глаза на Себастьяна, их взгляды встретились.       — Что ты собираешься делать? — абсолютно серьезно спросил подросток.       — Я же все-таки твой учитель, — от плотоядной улыбки, появившейся на лице брюнета, Сиэля бросило в дрожь. А стоило тому подойти на шаг ближе, мальчик еще больше вжался в стул, на котором сидел. — Кто, как не я должен разъяснить, что опасно доверять взрослым, а уже тем более говорить или писать им такие вещи? Кто знает, что может быть у них на уме, — на последнем слове улыбка мужчины стала еще шире. Он угрожающе навис над Сиэлем, прожигая его взглядом.       И в этот момент Фантомхайву стало по-настоящему страшно.