Драбблы по Доктору Кто от betawho

В первую, да и последнюю очередь - он пасовал перед ней. Она была единственным искушением, перед которым он не мог устоять. Чем она отличалась от всех женщин, когда-либо встречавшихся Доктору во времени и пространстве? Что вообще может быть в человеке такого, отчего он становится особенным? Доктор знал красивых женщин, сильных женщин, опасных и умеющих флиртовать. Был знаком с львицами, кокетками, искательницами приключений. Он всю жизнь общался с женщинами: родственницами, подругами, спутницами. Редко когда в его ванной нельзя было найти цветочного шампуня или кружевного белья. Он любил женщин за находчивость и изворотливость, мягкость и сострадание, решимость и самоотверженность. Он любил их, трогательно-беззащитных или неожиданно-агрессивных, отстаивающих свои права. Они были разными - нежными, колючими, слабыми и сильными, яркими и скромными - и они делали жизнь прекрасной. Так что отличало от всех Ривер? Какими неведомыми дорогами она обошла его обычное добродушно-дружеское отношение к женщинам и оказалась у самого его сердца? Дело было точно не в лёгкости общения. Она была требовательной, иногда злилась на него - и будто всегда была рядом с ним, не давая забыть о себе. Её сила иногда пугала. Она была опасна. Может, он полюбил её за то, что она была плохой девочкой? Тоже нет. Хотя он и любил вызов, как никто другой. Была ли она вызовом? Возможно. Она испытывала его, как могла: физически, умственно, эмоционально. Доктор покачал головой. О, он любил состязаться с ней, только с ней, лицом к лицу - и никогда не знал, кто победит на этот раз. Но и это не было причиной... Мало ли, кто его побеждал, от профессионалов до талантливых любителей в разных областях. Но нет. То, что делало её особенной, то, что заставляло его сердца биться чаще при её приближении, то, что позволяло чувствовать её - лежало намного глубже, в самом заветном уголке его души. Она была особенной: она принадлежала ему. Она отдала ему своё сердце. Разбитое и кровоточащее, иногда дрожащее в страхе. Она доверила ему свою безопасность, как не доверила бы никому на свете. Это была драгоценнейшая ноша. И это была единственная ноша, которую он готов был нести до последнего вздоха.