Лишь замки на сыром песке

Перешагни через свою гордость, Нандо, позвони ему.

Пустая комната не успокоит в своих объятиях, и даже самая раскаленная батарея не согреет от давящего внутри одиночества. Не нужно прятаться за маской безразличия: от себя не убежишь. Тик-так. Стрелки на часах двигаются – слышен их монотонный шум, - но в то же время они стоят на месте, упорно показывая, что лишь счастливые часов не замечают. А ты – тик-так - умираешь от поглощающей тоски. Где-то внутри гордость ликует от своей победы. А ты гниешь изнутри. Тик-так. - Кими? Приезжай. Я так больше не могу, - и Нандо знает, что как только самодовольная улыбка пронзит лицо Райкконена, и тот приедет, время вновь будет играть лишь в свою игру. А пока тик-так.

Иди к нему, Нандо. Теплый ветерок наконец-то принес надежду.

Глухой стук в дверь отдается мокрой грустью в душе. Нандо знает, что это он. Его любовь, его мучение, его страсть и его разочарование. Кими здесь. А Алонсо вновь не выдержал и позвонил тому первым. - Ты все-таки сделал это, - Кими улыбается, и морщинки на уголках глаз ехидно смеются. - Ты знаешь, чего мне это стоило, но я не могу без тебя, - хрипит Алонсо, показывая всем своим видом, что еще не решил, правильно ли поступил, позвонив. Он собирается уйти вглубь дома, чтобы вновь все сломать и сыграть в игру со временем. Тик-так. - Да угомонись ты, я ведь люблю тебя, - Райкконен резко хватает Фернандо за руку, разворачивая к себе и впиваясь в желанные губы. И финн вновь кладет свою ледяную маску на полку. Не навсегда - на время. - Не обольщайся, Фер, - сам себе говорит Алонсо. Но в душе продолжает надеяться и охотно целует такие сладкие губы Кими.

Бойся, Нандо, это вновь холодный мокрый снег, уносящий Кими в далекие дали.

- Это у нас в крови, понимаешь? Северных людей зовет стихия, и с этим ничего не поделаешь, - говорит Райкконен, пытаясь объяснить свою суть. Только Фернандо не понимает. Как, как может какая-то чертова стихия что-то решать и куда-то звать? Но Кими вновь уйдет, сейчас только застегнет пуговку на джинсах да потеребит Алонсо по макушке, якобы извиняясь и говоря, что он не хочет уходить, но нет другого выбора. Фер останется сидеть в кресле и смотреть, как мокрые снежинки оседают на плечах Кими. Всего две секунды. Тик-так. И машина скроется за поворотом.

Не обольщайся, Нандо. Он вернулся не для того, чтобы вспомнить вашу любовь. Он просто в очередной раз пытается оправдать свое нутро.

Феррари. Это не шутка. Несколько месяцев, чтобы привыкнуть. Вы столько времени не были наедине, ведь северный ветер и ледяные хлопья снега унесли Кими тем вечером, но так и не вернули обратно. Вот он тот самый момент. Райкконен подходит к столику Фера. - Здравствуй, - чуть улыбается Кими, протягивая руку. Фернандо слегка сжимает ладонь, не в силах сказать и слово. От руки Райкконена исходит нечеловеческий холод, и Нандо знает, что потерял его. Iceman. И этим все сказано…

Now you're fallin tell me how you feel Теперь, когда ты потерпел неудачу, расскажи мне, что ты ощущаешь, This to us just came a little too late Время сыграло с нами злую шутку – уже слишком поздно, All the drama, boy, it's over kill Вся эта драма, дорогой, она уже закончилась, Don't be mad at me Но не злись на меня