Ну погоди, Ведьма!

POV Фэш       Удар о старое дерево — чёрт, это оказалось больнее, чем я думал! Так... Надо встать. — Фэш! Помоги! — слышу крик сестры и поднимаюсь на ноги.       Выхватываю нож, и слегка хромая, кидаюсь к мерзкой твари — ведьме, за которой мы с сестрой охотились целых две недели. Но нечисть оказалась проворнее, чем кажется на первый взгляд: огромная туша, а двигается, как кошка!       Вот я подбегаю к ней со спины, думая, что наконец застал её врасплох, но ведьма раскидывает руки в стороны, взвизгивает, не хуже резанного поросёнка, и тут я понимаю, что лечу по воздуху, причём довольно долго... Ай! Опять это дерево! Как прикончим ведьму, в награду попрошу срубить эту гадость! А деньги для нас сестрёнка заберёт... Чёрт возьми, Захарра!       Снова встаю и похоже зря — ведьма переключилась на меня, и я опять влетаю В ЭТО ЖЕ САМОЕ ДЕРЕВО! Знал бы — не вставал бы! Ведьма хватает меня за горло и начинает с упоением душить. Краем глаза вижу сестру, видимо, она без сознания, из разбитой губы тонкой струйкой течёт кровь. В глазах начинает темнеть, позвонки отвратительно скрипят и хрустят, но мне удаётся ударить ведьму двумя ногами в грудь. Тварь отлетает, и я делаю глоток такого необходимого мне сейчас воздуха. Ведьма снова бросается на меня, и я уже начинаю прощаться с жизнью, как вдруг она резко останавливается. Я удивлённо смотрю на неё. Она не менее удивлённо смотрит на меня, вот только одним глазом: из другого торчит наконечник стрелы, с которого обильно стекает густая кровь. Спустя мгновение, мёртвая ведьма с глухим стуком падает на землю. Захарра, слегка пошатываясь, опускает арбалет. — Что бы ты без меня делал, братец? — слегка хрипло говорит она, помогая мне встать и подмигивая начинающим заплывать глазом.       Я ничего не отвечаю, тем более, сестрёнке не нужен ответ на этот вопрос: она знает, что без неё я бы пропал так же, как и она без меня. Вместо ответа я достаю нож и заканчиваю грязную работу — отрезаю голову мёртвой ведьме и кладу её в мешок из грубой плотной ткани, специально заготовленный для этого. — Дело сделано, — с облегчением выдыхаю я и с отвращением закидываю мешок за плечи. — Идём за вознаграждением, — уже веселее говорит Захарра и идёт туда, где мы оставили своих лошадей перед охотой. Я лишь тихо усмехаюсь и иду следом.

***

      Мы въезжаем в маленький убогий городишко, который из-за дождей, а следовательно, грязи, слякоти и постоянной промозглости стал ещё отвратительнее, чем был до этого. Мы едем по главной улице, наши лошади уныло месят копытами грязь, а редкие прохожие смотрят на нас с испугом и надеждой — они знают, кто мы и для чего здесь.       Вот мы останавливаемся возле дома мэра города, привязываем лошадей и входим внутрь. Местный градоправитель — маленький толстый дядька с тонкими, залихватски подкрученными наверх чёрными усиками, сидел за широким столом и что-то писал, уткнувшись носом в бумаги. Наконец, увидев нас, он расплылся в приторно-сладкой улыбке и слащаво пропел: — О, дорогие охотники! Как же я рад вас видеть живыми и здоровенькими! Как успехи с этой гадкой и противной ведьмой? — хоть мэр и улыбался, его маленькие чёрные глазки были холодными и серьёзными. — Ведьма мертва, — спокойно ответил я, скривив губы в довольной, но чуть презрительной усмешке. Не нравится мне этот тип. — Ах, неужели?! Я так счастлив! — воскликнул мэр, хотя счастливым он не выглядел. Конечно, ведь теперь придётся немало заплатить за уничтожение ведьмы. — Вот только, — его глазки заблестели от жадности, — мне и моему городу нужны доказательства! Они у вас имеются? — заискивающе вопрошает он, надеясь обыграть нас на нашем же поле. Наивный, впору умилиться. — Ну разумеется! — почти с садистским удовольствием, предвкушая реакцию белоручки на отрубленную голову, протянула Захарра.       Я снял с плеч мешок, развязал его и бросил на стол. Увидев содержимое мешка, мэр как-то жалобно икнул и отодвинулся как можно дальше от стола. Сестрёнка довольно улыбнулась, мне с трудом удалось сдержать ухмылку. — Ну, раз ты и твой город получили свои доказательства, изволь-ка пошире открыть свои карманы. Пришла очередь вознаграждения, — с нажимом промолвил я, мило оскалившись и выжидающе приподняв брови. Наш с сестричкой наниматель поспешно загремел ключами от сейфа.

***

      Забрав плату, мы с Захаррой покинули кабинет мэра, находившегося в полуобморочном состоянии из-за того, что сестрёнка любезно оставила ему подарок на память в виде отрезанной головы ведьмы. Не сказать, что я был против, но всё же... — Захарра, как ты можешь быть такой чёрствой? — ухмыляясь, в шутку спросил я, — Чуть не довела славного мужа этого города до инфаркта своим подарочком.       Сестра лишь фыркнула: — Этот усатый жадина сам виноват. Он же надеялся, что мы не вернёмся живыми, и он сможет захапать себе все деньги!       Я опять улыбнулся. — Да что ты ухмыляешься?! — возмутилась моя несносная спутница, ощутимо пихая меня в плечо, — Да ты вообще на меня молиться должен, я столько раз спасала твою жизнь! — Хорошо-хорошо! — я поднял руки вверх в знак капитуляции, а после отвесил ей поклон, — Прости меня, о Захарра Великолепная! — Полно тебе, — весело ответила Захарра, великодушно махнув мне рукой. — Зачем так распинаться? Можешь просто пасть ниц передо мной! Кстати, Захарра Великолепная... Звучит! Называй меня так почаще!       Я обречённо закатил глаза и тяжело вздохнул. Выйдя из дома мэра, мы резко остановились. У ворот стояла половина города: мужчины, женщины, старики и дети. Все они молчали и в упор смотрели на нас. Мне стало не по себе.       Из толпы вышел рыжеволосый бородатый мужик и с опаской подошёл к нам. — Что с ведьмой, Охотник? — обратился он ко мне. — Она вас больше не потревожит, — с должным достоинством ответил я, обводя толпу льдистыми глазами. Ну прям игра "Великолепные Драгоции", кто кого переплюнет. Что же, пора насладиться реакцией: — Мы уничтожили её.       Минуту стояла абсолютная тишина. А потом... Что тут началось! Визги, свист, аплодисменты, все пытались пожать нам руки, обнять, хлопнуть по плечу... Мне совсем не нравилось такое количество внимания к моей персоне. Зато сестрёнка просто сверкала: махала руками, кричала, подмигивала местным парням... Да, Захарра Великолепная. Понятно, кто выиграл. Я усмехнулся.       Наконец все успокоились. Только сейчас я заметил, что мы больше не у входа в дом мэра, а посередине двора, со всех сторон окружённые людьми. Я с удивлением увидел, что какой-то мужик забрал у мэра его подарочек и теперь развязывал мешок. Хотел было его остановить, но не успел. Минута... — Да это же наша молочница, старуха Клавдия! — с брезгливым ужасом и удивлением крикнул кто-то, увидев голову.       Снова поднялся шум, но тут же прекратился. К нам снова подошёл тот мужик с бородой. — Итак, — с чувством провозгласил он, — Охотники освободили наш город от гнёта ужасной ведьмы! Чем мы можем отблагодарить вас? — спросил он, обращаясь почему-то именно ко мне. Думал я недолго: воспользуюсь шансом. — Да есть там одно дерево... — кровожадно начал я.