Железо и Золото

Железо. - Не очень, я погляжу, королю нужен этот союз, если ему лень оторвать от трона свою задницу. - Он в своем праве. Пока мы для него все равно, что захватчики. Выходить к нам самому – уже сдаться. Вождь остановился и резко развернулся, сверкнув искрой желтых глаз. - А ради чего мы пришли сюда? Чтобы кланяться местным царькам в ноги? Может, мне стоит прийти в Зулдазар с армией и осадными машинами? Гаррош остановился следом, скрестив руки на груди. Они стояли посреди лагеря: со всех сторон доносился скрежет катапульт и пыхтение механизмов, ворчание волков и шумная речь орков. Их стоянка вышла довольно беспокойной – хотя победы и война в Дреноре сплотили кланы, время от времени огонь старых склок вновь вспыхивал между ними. Не опасно, но шумно. Как пестрая циновка – от стоящей в центре Песни Войны расходились лучи-кланы, расцвеченные своими знаменами. - У нас еще нет флота, - спокойно проговорил Гаррош. – И нам нужно много времени, чтобы его построить. А еще – выход в хорошую бухту. Например, в ту, которая принадлежит троллям. То, что мы придем в их дворец, не значит, что ты будешь кланяться Растахану. Или просить его о чем-то. Гром, прищурившись, посмотрел на него, потом положил руку на плечо: - Три года назад ты говорил не так. Гаррош криво усмехнулся. Осуждений в словах Грома он не слышал, разве что незлую насмешку. Да, он говорил совсем не так. И, услышь он сам три года назад подобное – встретил бы презрительным смехом. Гаррош знал, как такие слова надо было сказать ему, чтобы он принял их всерьез. Значит, он знал, что говорить Грому. - Тролли много о себе думают, умеют они тоже немало, - он положил свою ладонь на руку Вождя. - Нашей армии нужны те, кто знают этот мир, кто сможет рассказать и объяснить – одного меня маловато. Нам пригодится и их колдовство, потому что у Альянса есть могущественные маги. Гром недовольно мотнул своей черной гривой. - Так говоришь, будто нам без них не обойтись. А как же твои рассказы о Черном Копье, которые бы передохли без Орды? - Так и есть, - поморщился Гаррош. – Но это было одно племя. Маленькое. Слабое. Вместе они должны быть сильны. Как и мы. - Ты знаешь их, да? - Нет, - орк покачал головой. – Не знаю. Поэтому считаю, что нам нужно прийти в Зулдазар и взглянуть самим. Гром раскатисто расхохотался – так, что ближайшие орки на них оглянулись – и, хлопнув Гарроша по плечу, опустил руку. - Хорошо. Я послушаю тебя. Пусть готовят корабли – через неделю я буду в порту. Он развернулся, чтобы продолжить свой путь, а Гаррош облегченно кивнул. - Я поеду сейчас, - сказал он в широкую спину. – Дождусь тебя и остальных в Бухте. Вождь обернулся на ходу. - Вам с этим троллем есть о чем поговорить, да? - Да, - выпалил Гарррош прежде, чем подумал. Отвел взгляд. – Нет. Нам есть, что обсудить – про вашу с Растаханом встречу. Они замолчали. Гаррош смотрел себе под ноги и чувствовал, что Гром ждет от него еще слов. Названная причина Вождя не полностью устраивала и, если он прикажет – придется остаться в лагере. Приказ есть приказ, у Гарроша не было тут никаких привилегий. Но Гром ждал, давая ему возможность договорить. - Я не узнаю этот мир, - буркнул Гаррош. – Все стало по-другому. Волд’джин тоже изменился, да. Но, все-таки, я его знаю, хоть какую-то часть, - орк сердился от того, как неловко подбирались слова. – Если я… разберусь в нем, я разберусь и в Азероте. Тишина длиной в пять шагов. - Поезжай. Возьми с собой Джорина, пока он не извел отца и всех нас заодно. Парню скучно. - Возьму, - с облегчением улыбнулся Гаррош. – Кого из вождей ты приведешь с собой? Лучше нам заранее это знать. - Каргата. И Нер’Зула – если ты говоришь, что тролли умелы в магии, пусть поглядит. - Не бери Острорука. У троллей много слуг, у них есть рабы. Ты знаешь. - Ладно, - кивнул Гром. - Значит, Мертвый Глаз вместо него. Чернорук за главного. Гаррош молчал – но достаточно выразительно, чтобы Гром хмыкнул. - Они будут его слушаться, это все, что мне надо. Не останься Северный Волк за порталом, я бы… - Но они остались, - жестко произнес Гаррош. Гром молча кивнул. Иногда им не нужно было договаривать. Орки остановились у шатра Вождя. - Вечером я соберу лидеров. Ты уедешь раньше? - Да. Через пару часов, - Гаррош развернулся, чтобы уйти, и обернулся. - От Зелы новостей нет? - Нет, - Гром внимательно на него посмотрел. – Ваши истории о наездниках на крылатых чудовищах… похожи на сказки. Я не удивлюсь и не разозлюсь, если она вернется ни с чем. - Это такая же правда, как и все остальное, что мы рассказывали, - Гаррош улыбнулся. – Она обещала тебе драконов – и она вернется верхом на «крылатом чудовище». - А на кого они похожи, эти тролли? Джорину были нипочем жара и духота долины, цепляющие плечи и головы лианы и надоедливый гнус. Ему привычно – домом Кровавой Глазницы были Танаанские джунгли, куда более недружелюбные, чем заросли, через которые они сейчас продирались. - Увидишь, - отозвался Гаррош, вытирая пот со лба. Юный Мертвый Глаз болтал без умолку, видать, он действительно засиделся в лагере. Он был младше Гарроша и совсем не похож на того Джорина. Сын Килрогга был для Гарроша жутковатым напоминание, что он мог бы встретить в Дреноре самого себя. Но, слава предкам, не встретил. А на Джорина приучил себя смотреть как на брата того, кого он знал. Парень оказался явно дружелюбен и был среди тех, кто поверил пришельцу из Азерота сразу и безоговорочно. - Ну скажи, Гаррош, - Мертвый Глаз подвел своего волка поближе. – Не такие, как дренеи? - Нет. В Дреноре нет никого, кто был бы на них похож. Угомонись, Джорин. Я сказал – увидишь. Скоро уже. - Змеи, - мотнул головой один из ближайших к ним всадников. – На змей они похожи. Джорин обернулся к нему, жадно сверкнув глазами, а Гаррош хмыкнул. Точно подметил. - А правда, что на них раны сами собой зарастают? - Откуда мне знать? – оскалился всадник. – Мы-то их ножами не тыкали. Договариваться ведь пришли. - Гаррош… - начал было Джорин, но полководец его перебил. - Я сказал – хватит болтать. Я тебя отправлю обратно в лагерь прямо сейчас, если не замолчишь. Мертвый Глаз пристыжено – довел до того, что командир разозлился – замолчал, опустив глаза на волчий загривок. Через несколько минут тишины Гаррош негромко проговорил. - Зарастают. Поэтому, если тебе придется драться с троллем, и ты решишь, что нанес победный удар – проверь дважды, что он сдох. Или получишь нож в спину. Джорин захлопал глазами, а Гаррош, хмыкнув, обернулся к отряду. - Больше никаких стоянок до побережья! Даже, если приедем за полночь – я больше не собираюсь ночевать в джунглях. Добрались до Бухты они не среди ночи, но глубоким вечером, когда уже стемнело. В том числе из-за свинцовых туч, накрывших Тернистую Долину. Дождь застал орков еще в джунглях, и они успели вымокнуть до нитки. В какой-то момент Гаррош обеспокоился, что они заблудятся, но на подступах их встретил патруль троллей – кажется, слегка удивленный. Солдаты проводили отряд к дому наместника. На лестнице, ведущей к зиккурату, стояли слуги с закрытыми фонарями, чей желтый свет, разбавлял грозовую темноту. Гаррош увидел высочившего прямо под дождь Вол’Джина. Советник, в отличие от вышедшего следом Шабала, не озаботился накидкой от воды, но Адский Крик не усмехнулся даже про себя. - Через шесть дней Вождь будет здесь, - кивнул Адский Крик, подходя к троллю. Даже сквозь шум воды было слышно, как Вол’джин шумно выдохнул. - Хорошо. Входите, будьте нашими гостями, - он простер руку к зиккурату. – Мы приготовили комнаты твоему отряду, но ждали вас только на рассвете. Еду принесут вам в покои. Переночуйте, а поговорим утром. Гаррош согласно кивнул. Дорога достаточно их извела, чтобы сейчас он не желала ничего, кроме сухой постели. Оркам выделили целое крыло второго этажа – фактически, они с Вол’джином делили средний уровень зиккурата пополам. Советник и его свита занимали левую половину, орков отвели на правую. Разделял два крыла холл с лестницей и выходом на террасу опоясывающую зиккурат. Вол’джин действительно не задал орками больше ни одного вопроса, проводив их по угловатому коридору до приготовленных комнат и отправившись к себе, а наместник вовсе попрощался с ними у лестницы. Кажется, его самого уже вытянули из постели. - Спать, - махнул рукой Гаррош отряду, когда они остались одни. - Полководец, а часовые? - Мы в гостях, - оскалился Гаррош. - Ты им доверяешь? – быстро переспросил Джорин. - Сейчас не время в открытую оскорблять недоверием. Можете не спать по очереди, но не вздумайте вставать у дверей. Орки дружно отдали честь и разошлись в комнаты по трое и четверо, персональные покои предназначались только Адскому Крику. Внутри действительно обнаружилась еда – фрукты и копченая рыба, вино и вода. Гаррош позвал Джорина поужинать с ним, но Мертвый Глаз был непривычно тихий. То ли последние часы дороги измотали и его, то ли парень еще не справился с обилием впечатлений. Во всяком случае, головой орк по сторонам крутил с прежним интересом, значит, вопросы еще будут – с утра. Когда Гаррош остался один то понял, что не может уснуть. Было очень непривычно – столько камня под ним, но при этом не было ощущения крепости. Он ворочался с боку на бок среди вышитых подушек, горой сваленных на матрас, застеленный скользким шелком. Неужели Вол’джин не подумал, что орки к такому не привыкли? Лучше бы бросили мохнатую шкуру. Орк сел на подстилке и отбросил тонкую простынь. Может быть, ему стоит прогуляться. На их этаже не было стражников Шабала, кажется, Вол’джин, обходился своими часовыми, или вовсе без них. То ли по его просьбе, то ли по собственному соображению, но наместник не оставил стражу даже у лестницы, так что Гаррошу не досаждали лишние взгляды. Орк задумчиво пересек холл, направляясь к балконной арке. Дождь затих, значит, можно было выйти на террасу. Здесь, у побережья, не должно быть такой духоты после ливня, как в джунглях. Где-то внизу прошуршала занавеска – отчетливо слышно в тишине – и раздались легкие шаги по лестнице. Орк остановился, оглядываясь. На этаж поднялась женщина-служанка – на это указывало ее платье, да и кто еще может прийти снизу посреди ночи? - с золотым подносом, на котором стоял один кувшин. Троллиха, наткнувшись на Адского Крика взглядом, едва заметно вздрогнула от неожиданности, но тут же поклонилась. Гаррош даже в темноте разглядел ее глаза – светло-зеленые, травянистые. Девушка выпрямилась и, не поднимая взгляда, направилась к половине Вол’джина. Орк несколько секунд смотрел вслед крутобедрой фигуре, потом отвернулся, сделал еще один шаг по направлению к балкону. Остановился и снова оглянулся – на уже пустой холл. Повел плечами – что-то было не так. Он смотрел в темноту, пытаясь понять, что в этой женщине его так насторожило. Орк видел блеск – но это тускло отсвечивали в полумраке украшения, а не нож на бедре – он был в том уверен. С каждой секундой его неясное беспокойство нарастало. В воздухе отчетливо запахло опасностью, все гуще и горче. Орк развернулся, отгоняя мысль о том, как на него посмотрит Вол’джин, если он вломится к нему посреди ночи. Стражники стояли не у входа в крыло, а за первым поворотом коридора. Они дернулись при приближении орка, чтобы скрестить копья, но так и не соединили их, растерянно переглянувшись. - Адский Крик? - они оба были из Черного Копья, так что на орочьем говорили без акцента. - Женщина, служанка, в лиловом платье – она пошла к Вол'джину? Тролли снова переглянулись, и Гаррош почувствовал острое желание схватить их обоих за горло – чтобы соображали и говорили быстрее. - Да, только что, - наконец, произнес один из стражников. – А в чем… Гаррош быстрым шагом прошел между ними, не обращая внимания на понесшиеся через несколько мгновений вслед окрики. Орк понятия не имел, где здесь покои Волджина, смутно осознавая, что они, скорее всего, симметрично его собственным. Значит, два поворота. Не схватят его – не посмеют, а, если и схватят, то получат по клыкам и… Он почуял запах крови и преодолел оставшееся расстояние одним рывком, едва не запутавшись в занавеске из бусин и перьев. Замер на пороге, ошалело оглядываясь вокруг. Его взгляд никак не мог уловить всю картину целиком, выхватывая только детали. Золотое блюдо на полу, и лужа разлитого вина. Другая лужа – гуще, темнее, рядом. Бедро троллихи в высоком разрезе платья, действительно, без ремешков, которые могли бы удержать нож. Кинжал в складках шелковой простыни на постели. Выпачканное кровью лезвие глефы, которое Вол’джин неспешно, лениво почти вытирал о волосы распростертой на полу женщины. - Ты жив? – выпалил Гаррош в темноту. У входа в комнату горело два факела, он мог разглядеть почти все предметы в помещении, но мрак вокруг Вол’джина был густо-чернильный, непроглядный, пока тролль – выпачканный кровью и тяжело дышащий – не сделал шаг вперед. - Да. Он был одет - в коротком килте, но без большинсва украшений. Похоже, что он не спал, или только готовился ко сну, когда пришла женщина. Рыжие глаза блеснули в свете огня – тролль смотрел за спину Гаррошу, на подбежавших стражников, едва не впечатавшихся в спину орка. - Я жду объяснений, – змеей зашипел советник, делая еще шаг, и орк невольно отступил в сторону с его дороги. Стражники молчали – Гаррош был готов поклясться, что они еще не вполне сообразили, что тут вообще произошло. Лицо тролля исказилось злостью. - Уберите эту падаль отсюда. - Надо ли нам доложить… - Нет, - огрызнулся тролль. – К Шабалу я сам зайду. Потом. Он обернулся и посмотрел на Гарроша. - Пошли. Орк еще раз поглядел на тело женщины, только теперь разглядев длинную рану, тянущуюся от шеи вниз, почти до живота. Края тонкой материи напитались кровью, утонув в разрезе. - Куда? – он шагнул в коридор вслед за Темным Охотником. - Отмываться, - бросил Вол’джин через плечо. Гаррош решил помолчать, пока следовал за троллем по коридорам в торец их этажа. За очередной занавеской обнаружилась купальня. Широкая круглая чаша в полу, выложенная белой мраморной плиткой, до самого дна которой спускалась лестница с широкими ступенями. На них можно было сидеть прямо в воде. Здесь стояли не факелы, а жаровни с голубоватым магическим огнем, которые не нужно было гасить. Из-за их света, отражающегося от колыхающейся воды, все помещение было будто подернуто полупрозрачным маревом. Вол’джин молча положил глефу у кромки бассейна и, сбросив перепачканный кровью килт, зашел в воду. Гаррош огляделся, в поисках того, куда можно сесть, и заметил низкую мраморную скамейку у стены. - Кто это был? – спросил орк, опускаясь на нее. Он не задал вопроса «что произошло», это и так было ясно. А подробности ему без надобности, они уже не имеют никакого значения. Да и можно догадаться. Нож, видно, в кувшине… Она присела рядом с постелью тролля, чтобы налить вино. - Сказала, что мне прислал ее Шабал. Развлечься, - с отвращением, сквозь плеск воды проговорил Вол’джин. - Ты ей не поверил? - Она вытаскивала кинжал недостаточно быстро и аккуратно. - Спишь с глефой? – оскалился орк. - Если успел дотянуться. - Да, - огрызнулся Темный Охотник. – Потому что эта девка не первая. И даже не вторая. - У тебя есть враги в Империи? – удивился Адский Крик. Какое-то время тролль молчал, смывая с себя кровь, потом подплыл к бортику и сел на ступеньки, оставшись в воде по пояс. - У меня нет там друзей. Гаррош удивленно поглядел в сгорбленную спину, облепленную мокрой рыжей гривой. - Ты же советник короля. - Вот именно! – Вол’джин повернул голову, сверкнув оскалом, и ударив по воде кулаком. – Рыбак из Черного Копья – советник короля. Они – все – ненавидят меня за одно только это. И за то, что Растахан ко мне прислушивается. Орк молчал. Напряжение последних дней не прошло бесследно для них обоих, и попытка покушения ударила по троллю достаточно для того, чтобы он сорвался, пусть и всего на несколько минут. - Комнатные собачки, - с отвращением выплевывал Темный охотник. – Только и умеют скакать перед королем на задних лапах за очередную драгоценную кость. Хотят завоевать мир, не сделав для этого ничего. Как будто Азерот покорится им только потому, что они – зандалары, или потому, что мы – тролли. Вол’джин сорвал со своего предплечья золотой браслет с камнем и швырнул его в воду. - «Зачем нам союз с орками!» После того, как они уже видели отчеты шпионов о вашей численности и ваших машинах. После того, как я сказал им, что орки знают о войне больше, чем кто-либо еще в Азероте. Гаррош усмехнулся одними губами. Империи нужна была Железная Орда. - Я бы пустил кровь всему змеиному клубку, что оплел Зулдазар. Я бы заставил их заниматься настоящим делом, а не любованием своими тенями. Но даже то немногое, что я делаю, настроило против меня половину Империи. Растахан мне верит и, может быть, только поэтому я еще жив. И потому, что сплю с глефой, демоны подери! Проклятие, я же стараюсь ради их блага! - Хочешь, чтобы твой народ получил то, чего достоин, - медленно проговорил Гаррош. - Вот именно! Но… - Тебя не слышат. Не верят. И никакими своими заслугами ты не можешь доказать свою правоту. Вол'джин резко обернулся, встопорщив гриву. Повисла тишина – только было слышно, как падают в воду капли с его шерсти. Орк смотрел, как в золотых глазах Вол’джина мечется осознание . Три года назад Адский Крик нашелся бы, как побольнее ударить его в этом положении. Два – ехидно утешил бы, что, неблагодарные глупцы, конечно, обязательно прозреют и все поймут. Год – рассмеялся бы троллю в лицо, чувствуя себя почти отомщенным. Гаррош поднялся со своего места, направившись к выходу. - Когда Империя станет союзником Железной Орды, - сказал он, остановившись на пороге. – Ты выиграешь одно из своих сражений.