Великолепный век: альтернативная версия. Завершение эпохи

      Простые истины освоить не так уж и просто. Любовь – непостоянна. Власть – невечная. Дружба – не крепкая. Доверие – не оправданное. Вера – не истинная…       В покои Михримах вошла Гюльбахар Калфа.       - Султанша, Рустем Паша хочет видеть Вас.       - Что-то произошло? – удивлённо спросила Михримах.       - Я не осведомлена, Султанша.       Михримах встала и вышла из покоев.       Рустем Паша ждал жену в своём кабинете. Когда Султанша вошла, Паша поклонился, затем подошёл к жене и обнял её.       - Рустем, что-то произошло?       - Михримах, сколько ещё так будет продолжаться?       - О чём ты?       - Мы уже столько времени проводим порознь.       - Рустем, по желанию Повелителя, отныне я управляю гаремом. Я останусь во дворце, и ты также, и наши дети теперь будут жить здесь.       Паша отпустил жену.       - Вот как?       - Да. К тому же, я решила сделать Гюльбахар главной калфой здесь. Я говорила с Повелителем и уже выделила нам покои.       - Что же, нам пора идти. Уже поздно.       - Сегодня я останусь в покоях Валиде. Спокойной тебе ночи.       Михримах вышла из покоев.       Амасья       Бейхан Султан играла с Михришах. В покои вошла Фатьма Султан. Увидев мать, маленькая Султанша бросилась к ней. Фатьма взяла дочку на руки и села возле сестры.       - Доброе утро, Бейхан.       - Доброе утро. Как ты?       - Хвала Аллаху, хорошо. Сейчас даже получше. Честно говоря, я не ожидала такой лёгкой победы.       - Чему ты радуешься? – спросила Бейхан. – Известно, в каком состоянии Повелитель. Ты не пожалела родного брата!       - Если кто-то и виноват в этом, то только наш брат, Бейхан, запомни это! Это он, а не кто-либо другой, пригрел на груди эту змею. Ты должна радоваться.       - Чему мне радоваться, о Аллах? Будто она мешала мне?       - Это из-за Хюррем погиб наш племянник. Из-за Хюррем казнили моего мужа, мужа Хатидже, даже наша сестра и наша Валиде погибли из-за русской ведьмы! Хорошенько подумай, Бейхан, ибо она никогда не была святой!       Маниса       Нурбану Султан шла в покои детей. Остановившись у двери, она услышала крики. Султанша вошла в покои и увидела, что Эсмахан и Гевхевран ссорятся. Не заметив Султаншу, Гевхевран подошла к сестре и ударила её. Эсмахан заплакала.       - Гевхевран! Что здесь происходит?       - Валиде, Гевхевран обидела Эсмахан, - хором сказали Шах и Фатьма.       Нурбану подошла к девочке и схватила её за руку.       - Как ты смеешь оскорблять своих сестёр! Немедленно отправляйся в свои покои!       Гевхевран заплакала.       - Не смейте обижать мою сестру! – услышала Нурбану. Она обернулась и увидела, что в покои вошёл шехзаде Абдулла.       - Что ты сказал? – спросила Султанша. – Я – Хасеки Нурбану Султан! Я – ваша Валиде. Не смей так говорить со мной! Джанфеда, немедленно отведи детей в их покои!       Калфа поклонилась и увела Абдуллу и Гевхевран. Нурбану посмотрела на дочерей.       - Не беспокойтесь, больше они не обидят вас. Я не позволю!

***

      Михримах Султан вошла в кабинет Рустема Паши. Увидев жену, Паша поклонился.       - Михримах.       - Рустем, я пришла поговорить. Повелитель совсем обессилен. Мне кажется, Валиде забрала с собою его сердце и душу.       - Это понятно, ведь Повелитель очень любил Хюррем Султан, ему нелегко смириться с такой утратой.       - Но тем не менее, жизнь продолжается. Ты должен взять всё в свои руки.       - Михримах, я и так всё время провожу на заседаниях Дивана! – раздражённо ответил Рустем. – Целыми днями я только и делаю, что служу во благо государства!       - Знай своё место, Рустем! – сказала Михримах. Султаншу задел тон мужа. – Я – твоё государство! Прежде всего, ты должен служить мне! Подумай об этом или же я приму соответствующее решение. Я не позволю так обращаться с собой.       - Михримах, я – Великий Визирь Османской империи!       - Все твои должности – моя заслуга! Всё это дала тебе я, Рустем! От воды, что ты пьёшь, до должности, что ты имеешь! С такой же лёгкостью я могу лишить тебя этого! Не забывай!       Гневно посмотрев на мужа, Султанша вышла из покоев. Паша был вне себя от ярости.       - Проклятье! – крикнул он схватил со стола подсвечник и бросил его на пол.

***

      Эсманур сидела возле кроваток детей. Мурад и Хатидже мирно спали.       - Мои дети, мои ангелы! О Аллах, где Ваши братья и сёстры? Здоровы ли они?       В покои постучали.       - Войди, - сказала Хасеки.       Вошла Джан Калфа.       - Султанша.       - Джан, держи это, - сказала Эсманур и протянула калфе свиток. – Отправь это письмо в Амасью. Шехзаде Баязид должен получить его.       Калфа поклонилась и вышла из покоев.

***

      В покои Михримах вошла Гюльбахар Калфа.       - Султанша, привезли новых наложниц. Их привели в порядок, теперь Вы можете взглянуть на них, если пожелаете.       - Пусть придут, - приказала Михримах. Двери отворились, наложницы вошли в покои и стали перед Султаншей.       Взгляд Михримах сразу же пал на двоих девушек. Они были очень похожи, обе светловолосые, сероглазые, высокие и худые, довольно красивые девушки.       - Как твоё имя, хатун? – спросила Султанша у одной из них.       - Атилия, Султанша.       - А твоё? – спросила Михримах у другой.       - Недие.       - Вы сёстры?       - Да, Султанша, - ответила Атилия.       - Хорошо. Ты, Атилия, будешь служить мне. Отныне твоё имя – Фелиз. А ты, Недие, отправишься в услужение к Эсманур Султан, теперь тебя будут называть – Фюлане. Вы можете быть свободны. Гюльбахар, остальных девушек устрой сама.       Калфа и хатун поклонились и вышли из покоев. В двери постучали.       - Войди, - приказала Михримах.       В покои вошла Фахрие Калфа.       - Есть новости, Фахрие?       - Султанша, Повелитель вынес решение по поводу Махидевран Султан.       - Да? И что же будет?

***

      Семин сидела возле детей. Рядом стояла Джан Калфа.       - Без Баязида жизнь будто кончилась. Ещё и дети мои остались без меня. Аллах свидетель, если бы не Мурад и не Хатидже, я бы давно умерла!       - Что Вы, Султанша, не говорите так. Всё ещё будет хорошо.       - Если бы у меня была хоть надежда…       В двери постучали.       - Кто там ещё… Войди!       В покои вошла Фюлане Хатун.       - Султанша.       - Кто ты, хатун? – недоумённо спросила Эсманур.       - Фюлане Хатун. Михримах Султан отправила меня к Вам в услужение.       - Хорошо. Надеюсь, ты будешь верно служить мне.       - Конечно, Султанша.       - Хорошо, можешь идти.       Хатун поклонилась и вышла.       - Джан, я написала письмо, отправь его шехзаде Баязиду.       - Как прикажете.       - Можешь идти.       Калфа покинула покои. Эсманур посмотрела на детей.       - Да пошлёт Аллах вам счастливую жизнь.       Бурса       Махидевран Султан обедала в своих покоях вместе с Нергизшах. Фидан Калфа, стоявшая радом, была неспокойна.       - Султанша, не стоило так поступать. Это явно коснётся ушей Повелителя.       - И что же он сделает? Что ещё он может сделать мне? Только убить – может, это и будет моё спасение.       - Что Вы, Валиде? – испугалась Нергизшах. – Не говорите так.       - Не беспокойся ни о чём. Главное, что палач твоего покойного отца отправился в могилу.       Двери отворились, и в покои вошёл незнакомый мужчина.       - Кто Вы такой? – спросила Махидевран, поднявшись на ноги. Служанки обступили Султаншу, с опаской глядя на пришедшего.       - Я – Хусейн Бей. Меня отправил Повелитель.       - И что же сказал твой Повелитель? – равнодушно спросила Махидевран.       - Махидевран Хатун, вы вызвали гнев Повелителя своим неуважением. Отныне Вы лишены жалования, которое ранее выплачивалось Вам, и всех ваших сбережений также. По милости Аллаха Вы останетесь в своём дворце.       - Пусть отберёт всё! Что мне деньги, когда он забрал у меня жизнь?       - Это не всё, - продолжил бей. – Также Нергизшах Султан будет выдана замуж за Ахмеда Пашу – наместника Анкары.       Нергизшах испугано посмотрела на Махидевран.       - Валиде!       Султанша подошла к бею.       - Вернись к своему Повелителю и передай ему, пусть не смеет беспокоить меня. пусть не будет ему спокойствия! Я не позволю никому тронуть Нергизшах! Моя Султанша останется со мной. Иди прочь!       Бей криво улыбнулся и ушёл. Султанша села на место.       - Совсем сошёл с ума от горя. Но это ещё не всё, ибо скоро в его жизни будет столько горя, что я ещё повеселюсь вдоволь!

***

      В покои Рустема Паши вошла Фелиз Хатун.       - Паша Хазретлери.       - Что тебе нужно, хатун? - спросил Рустем. Он, был пьян, таким образом забывшись после ссоры с женой. Фелиз подошла к столу и хотела убрать пустой кувшин со стола, но Паша остановил её.       - Подойди ко мне.       Хатун подошла и сказала:       - Паша, Султанша велела передать Вам, что эту ночь она проведёт в покоях Хюррем Султан.       Рустем улыбнулся.       - Отлично.       Хатун поклонилась и хотела уйти.       - Останься, - тихо сказал Паша. Хатун посмотрела на него. Он встал и подошёл к ней.       - Сегодня останешься здесь, - шепнул Рустем на ухо служанке. – Раз уж моя жена не желает меня видеть, то эту ночь ты проведёшь со мной.       Хатун изумлённо посмотрела в глаза Паше, затем их губы слились в поцелуе.

***

      Утром Фелиз, едва взошло солнце, убежала из покоев Паши. Хатун боялась, что кто-то узнает о произошедшем. В коридоре хатун столкнулась с Гюльбахар Калфой.       - Фелиз Хатун, я ищу тебя по всему гарему. Где ты была?       - Я была в хаммаме. Простите.       - Больше не задерживайся. Немедленно иди на кухню и принеси завтрак Михримах Султан. Ну же, не заставляй её ждать!       Хатун поклонилась и ушла. Посмотрев ей вслед, Гюльбахар вздохнула и отправилась дальше.       Амасья       Алийе Калфа позвала Эсиль Хатун.       - Эсиль, шехзаде грустит уже который день. Необходимо отправить к нему наложницу.       - Кого отправим?       К калфе подошла Дефне, слышавшая разговор.       - Алийе, я хочу отправиться к шехзаде.       Эсиль улыбнулась, а калфа с иронией спросила:       - Больше ничего не желаете, госпожа?       - Прекрати! – разозлилась Дефне. – Что, если перед тобой стоит будущая госпожа?       - Очень сомневаюсь, - ответила калфа. – Нурие Хатун!       К калфе подошла одна из наложниц.       - Сегодня отправишься к шехзаде. Готовься.       Радостная хатун поклонилась и ушла.       - А ты успокойся и возьми себя в руки, хатун, - сказала Алийе, смотря на Дефне. – С таким характером тебе не ужиться в гареме!