Поднебесная драконов: Реванш

Из плотного черного дыма к Амону стало выходить существо, точно не похожее на человека. Все пытались высмотреть, что же стало с Хао, а кошачьи желтые глаза Рена удивленно расширились, когда он узнал в своем друге того самого драконида, о котором говорила Кино. - У него получилось... - изумленно шепотом выдал Тао, нервно подрагивая хвостом, который ходуном ходил из стороны в сторону от волнения. Жалко Хоро этого не видит. Не видит триумф самого Короля Драконов. Да, это было бы величайшим достижением, если бы не одно "но" - возможная смерть старшего Асакуры. Кино его об этом предупреждала, он шел на большой риск, сливаясь с собственным драконом и имея шанс вообще не вернуться назад. Все это прекрасно понимали, но не было другого выхода, кроме как сделать это - победить Амона таким способом. Рен почему-то чувствовал, что превращение Хао еще аукнется его последствиями. Еще была неизвестна его сила и то, что будет в итоге с его способностями и внешностью, но это был единственный шанс спасти Йо... Взмахнув рукой, Хао отогнал черный туман от себя, являя всем свое тело, которое изменилось до неузнаваемости. Как и говорила Кино: у него появился хвост для равновесия, прямо такой же, как был у Шио, кисти рук полностью покрылись чешуей, а ногти удлинились и больше напоминали когти животного. Чешуя появилась также в других защищенных частях тела, но особенно она покрывала всю шею и горло, немного заходя на лицо повелителя огня. Длинные волосы легко колыхались от ветра, зеленые глаза отсутствующе смотрели на его главного врага, а лицо не выражало никаких эмоций, словно было кукольным. - Асакура? - взволнованно и одновременно истерично воскликнул Хара, понимая, что перед ним стоит тот самый человек, что выиграл в Битве. Кажется, он стал понимать, что тот сделал, тем более он не видел рядом с ним его дракона. Анна шокировано отступила на два шага назад, как-то боязно прижав к себе Шики, который устрашающе шипел на старшего Асакуру. Это было все слишком неожиданно. Они не планировали такой исход событий, и что-то подсказывало Киояме, что Амон может и проиграть при таком раскладе. Что Хао сделал, чтобы добиться такого результата? Как он вообще до такого додумался? Послышался тихий утробный рык, который явно исходил со стороны повелителя огня. Он склонил голову вниз, чтобы осмотреть свое тело, которое сильно изменилось. Самой уязвленной частью тела дракона являлся живот, который был труднодоступным в таком положении для всех, но только не для Хао. Его торс покрывали мелкие чешуйки, а по бокам были даже видны маленькие зубцы, что удлинялись ближе к спине и позвоночнику. Асакура посмотрел на свои руки, сжал их в кулаки, медленно разжал и зажег на ладони черный огонь, проверяя свою силу. Он даже вдохнул полной грудью, чтобы с помощью обоняния дракона почувствовать все запахи, витающие в квартале и даже далеко от него. Глаза в темноте тут же сфокусировались, все же ночь была его временем. Если бы битва была днем или утром, все было бы намного хуже. Да, Хао чувствовал, что стал намного сильнее и выносливее, но времени у него было слишком мало. Он также ощущал, что ему нужно как можно быстрее расправиться с Амоном, чтобы забрать у него силу и воскресить Йо. Но вместо этого он перевел взгляд на Анну, что стояла в стороне и со страхом смотрела на него. Что? Не ожидала? Все это время надеялась на Амона, а сама слишком расслабилась? Теперь-то он ей отомстит за все: за испорченную им с братом жизнь, за тренировки, за вмешательства, за битву! Как только Хао сделал шаг в сторону Киоямы, но тут же получил в спину сгусток синего огня, брошенным с какой-то злостью самим Амоном. - Стой! - выкрикнул он, обращая на себя внимание. - Не отвлекайся! Ты дерешься со мной! Асакура посмотрел на него через плечо, даже не разворачиваясь полностью. Его атака не принесла ему никакого вреда, даже длинные пряди не опалила. А если ничего не произошло, значит, его сила ему теперь не опасна. Амон просто стал бесполезным. Анна громко вскрикнула, когда получила удар в бок, отчего отлетела на несколько метров назад и упала на сухую землю, подняв вокруг себя облако пыли. Шики тут же превратился, становясь в позу и защищая свою хозяйку, вот только он не успел ничего сделать, когда Киояма, свободным жестом руки, развернула ту самую длинную цепочку бусин, что была намотана на ее руку по самое плечо, и ловко поймала ею Хао. Электрический разряд последовал незамедлительно, тело повелителя огня дергалось в судорогах больше минуты, но он не произносил ни единого звука, сбивая с толку и девушку, и Амона, который стоял позади него и наблюдал всю мощь их бывшей невесты. С кожи, покрытой мелкими черными чешуйками, как у самого Шио, начал подниматься тоненькими струйками пар, но больше ничего не выдавало состояние Асакуры кроме этого. Хао стеклянным взглядом наблюдал за той нитью бусин, что держала Анна и пускала по ним ток, который ярким светом потрескивал в темноте квартала. Не обращая внимания на атаку, он просто схватил цепь своей видоизмененной рукой и с силой дернул ее на себя, притягивая ошеломленную Киояму к себе одним движением. Другая рука ее уже встретила со сгустком огня, касаясь ее живота и прожигая кожу вместе с одеждой. Хара в шокированном состоянии смотрел на эту сцену, понимая, что атака его девушки совсем не навредила Королю Драконов, и она сама попалась на уловку противника, который просто безжалостно ударил ее со всей силы. Анна опять закричала, но только на этот раз сдавленно и глухо, потому что после удара из легких выбило весь кислород, а обожженная кожа на животе пылала просто адским пламенем. Если раньше Хара думал, что его помощница и спасительница намного сильнее его, даже сильнее самого Хао, то сейчас все сомнения отпали в сторону. На нее нельзя положиться, только собственными силами можно победить этого монстра, которому ни по чем даже мощный электрический разряд. Оставив девушку в стороне, Амон первым напал на повелителя огня, причем со спины, что как раз-таки тот никогда так не сделает. Удар пришелся в острые зубцы на позвоночнике, которые и защитили Хао от неминуемой смерти, но он быстро развернулся и сделал комбоатаку, применяя сразу две стихии: земли и воздуха. Резким движением руки, он размягчил землю под ногами, отчего она превратилась в липкую грязь, и пригвоздил огненного элементалиста к высокому забору главного в квартале дома, сразу же обдавая ее порывом холодного ветра, чтобы смесь застыла и не давала возможности сопернику и рукой пошевелить. Хара удивленно посмотрел на свое тело, не успев сообразить и вообще понять, откуда у Хао взялась такая быстрая реакция. Сейчас он был похож на того гонца, который первым его атаковал еще в самом начале битвы. Неужели такую скорость и реакцию ему дала эта сила, с помощью которой он слился со своим драконом? Амон попытался зажечь в руках огонь, которого не пропускала эта застывшая твердым камнем грязь, а только лишь распаляла и нагревала ее. Хао с секунду смотрел над потугами врага и, убедившись, что он выбраться не сможет хотя бы ближайшие несколько минут, развернулся и вновь отправился к Киояме, которая без сознания лежала на спине в нескольких метрах. Шики находился рядом с ней и большим шершавым языком пытался зализать рану на ее животе, но делал только хуже, потому что приносил ей этим неимоверную боль. - Стой! – снова постарался остановить его Хара, - я с тобой еще не закончил! - Зато я закончил, - монотонно и безэмоционально проговорил Хао, наклоняясь к девушке и поднимая ее вверх за руку. В небе опять послышался гром, и сверкнула молния, которая тут же, спустя секунду, опустилась на землю и сильно ударила в тот самый камень, в который был заточен Амон. Однако даже та не смогла разбить его, ни трещинки не появилось на негладкой поверхности той смеси, в которую его облачил Хао. Если огонь не помогает также как и молния, то огненный элементалист уже был бессилен. Он даже не мог поверить в то, что его какой-то магией земли просто обездвижили! Немыслимо! - Не трогай ее! – выплюнул Амон, когда Асакура поднял девушку на ноги, а та пришла в сознание, но не могла стоять без чужой помощи. Ее бусы лежали где-то далеко в стороне, там, куда она как раз-таки упала. Дело было дрянь. - Почему? – голос Хао был тихим, глубоким, со злым рыком самого дракона, который проскальзывал в человеческом говоре. – Любишь ее? Вопрос поставил Амона в тупик, он даже опешил от такого, а по его выражению лица Асакура понял, что все так оно и есть. Тогда бы не было того представления, что они устроили, когда Хара первый раз навестил его квартал и чуть ли не спалил его. Именно тогда он позвал Анну и показал всем, что они заодно. Но всем было плевать на это, когда Амон стал угрожать и показывать свою силу, а теперь Хао сделает акцент на их любовь, чтобы он также почувствовал, какого это – терять любимых. - Значит, любишь, - впервые за это недолгое время на его губах появилась слабая усмешка, которая очень не понравилась его врагу. - Что?.. – будто в пустоту задал он вопрос, - стой, подожди! Не делай этого! - Оу, - выдохнул повелитель огня, - когда это делал ты, почему-то у меня моего мнения не спрашивал. – Именно сейчас Хао наслаждался той властью и тем впечатлением, что оставил после себя и своих слов. – А теперь ты почувствуй то, что чувствовал я. Анна, висевшая у него на руках, словно сквозь подушку слышала их разговор, но ничего не понимала, так как боль, что доставил ей Хао, просто оглушала ее и притупляла все остальные чувства. Сильный огромный ожог будто выжигал все ее внутренности, она, стиснув зубы, чтобы не закричать и не показывать своей слабости, сдерживалась, но это давалось ей слишком тяжело. Однако она не сразу заметила, как начала задыхаться, думая, что ей просто не хватает кислорода из-за жгучей раны. Только когда девушка открыла пошире рот, чтобы сделать спасительный глоток воздуха, поняла, что вокруг его совсем не осталось. Киояма напоминала больше рыбу, выброшенную на берег без права вернуться обратно в море, потому что была поймана более сильным врагом, чем простые акулы – человеком, а если еще точнее, то драконидом. - Нет! Прекрати! – камень, что держал Амона, стал светиться каким-то неестественным синим светом, но только с другой стороны, не с внешней. Хао перевел на него взгляд и понял, что тот пытается выбраться, но огонь никак не может пройти сквозь плотную стенку земли, а значит, все его попытки выбраться были бесполезны. – Клянусь, я убью тебя, когда выберусь! Анна судорожно дрожала в руках повелителя огня, а он решил сжалиться над ней и мягко обнять, чтобы она умерла хотя бы в чьих-нибудь объятиях. А лучше в объятиях главного врага. - А как же, - усмехнулся Асакура, - тогда ты не получишь часть моей силы и не сможешь воскресить ее. Киояма пыталась пальцами за что-нибудь ухватиться, но всего лишь судорожно царапала ноготками плотные чешуйки повелителя огня на его руке, слыша, как ее собственный дракон утробно стонет, не в силах пошевелиться и валяясь на земле чуть ли не в бессознательном состоянии. Хао не видел ее глаз, он просто не хотел видеть то, как практически родной ей человек умирает. Хоть он и ненавидел ее всем сердцем, раньше она была им с Йо близка также как и их родители. Все же она была с ними всю их сознательную жизнь, с самого раннего детства, а сейчас что? Хао собственными силами убивает ее, чтобы добиться нужного результата – забрать силу у Амона и воскресить брата. А вопрос с жертвами это уже дело десятое, сейчас это не главное. Рука Анны безвольно свесилась вниз, когда из-за недостатка кислорода ее покинула жизнь, и возможно насовсем. - Нет! Выпусти меня! – стал вырываться Хара по мере своих возможностей, а Хао не узнавал его, наблюдая за тем, как его враг сильно изменился после смерти любимой девушки. Ее тело совсем не двигалось, обозначая, что и правда все закончилось, но есть же шанс ее вернуть! - Выпущу, когда ты отдашь мне часть своей силы, - вновь поставил свое условие Асакура, а Амон затих, удивленно смотря на него. – Пойми, ты сейчас не в выгодном положении и не тебе здесь указывать, что и кому делать. Если ты отдашь мою силу обратно, я обещаю, что верну к жизни Анну после того, как воскрешу Йо. - С ума, что ли, сошел? – тихо проговорил Хара сквозь зубы. – Да ты хоть представляешь, скольких усилий нам стоило отправиться в будущее, чтобы отобрать ее у тебя? Анна после этого потеряла практически все свои силы, а я поклялся защищать ее! – выкрикнул он, и теперь была очередь Хао удивляться. Потеряла почти все свои способности? Так вот почему на него не подействовал ее электрический разряд… - Я был обязан ей своей жизнью, силой, всем тем, что она предоставила мне, и все для того, чтобы убить тебя! Я не могу отдать тебе твою силу, я должен сам воскресить ее! Хао небрежно уронил мертвую Киояму на землю и, будто не замечая, переступил через нее и за два шага преодолел расстояние между ней и Амоном. Длинный хвост дракона плавно ходил из стороны в сторону, также как и у Рена, что до сих пор молча наблюдал за ними с крыши. Хм, а это, оказывается, удобно, теперь понятно, почему Тао так часто ходит в своей частичной трансформации, просто для поддержания равновесия. Крепко сжав горло врага, Хао медленно приблизился к нему и зажег в руке черный огонь, от которого Хара громко вскрикнул. Что? Его огонь обжигается? Да неужели?! - Повторю еще раз, - напомнил ему старший Асакура, а при таком близком расстоянии Амон разглядел, что прямо в самом Хао сейчас бурлит вольный огонь, языки которого показываются из его горла. Если он захочет, то просто дыхнет на него и тут же спалит кожу лица и волосы за один выдох. И правда, он полностью превратился в дракона, но в человеческом теле. Да кто он такой?! – Отдавай часть моей силы и Анна оживет. В противном случае я буду отрывать тебе конечности одну за другой, медленно, неторопливо, чтобы ты на себе ощутил всю боль, которую доставил Йо, когда убивал его. – Глаза Амона удивленно расширились, - и тогда ты даже не будешь успевать исцеляться, уж я это тебе устрою. Асакура облизнулся, и Хара готов был поклясться, что на кончике его языка он увидел желтое пламя… Хара невольно перевел взгляд ему за спину и с какой-то грустью и отчаянием посмотрел на мертвое тело Анны. Почему-то ему вспомнился тот момент, когда он также молнией убил младшего брата Хао, а его обгоревшее тело лежало на такой же пыльной земле. Со стороны казалось, что он просто спит, но это было не так. Совсем не так. - Тебе нужно будет сказать «аnima, venit ad terram», чтобы душа твоего брата пришла на землю, и «manet in corpore», чтобы она вселилась в тело, - обреченно проговорил Амон, опуская голову вниз. А Хао выдал лишь слабую улыбку, внутри ликуя от того, что его враг сдался. – Я отдаю тебе часть своей силы, Хао Асакура. Повелитель огня даже отступил на шаг назад, когда яркий сгусток огня, что отделился от тела Амона, с силой вошел в него, а сам он почувствовал, как живительное тепло разливается по всему телу и приятно покалывает на кончиках пальцев. Хао прислушался к ощущениям и понял, что его сила действительно возросла, даже дополнилась, соединяясь и образуя единое целое с тем, что у него было. В его теле ничего не изменилось, но вот внутри и правда, что-то поменялось. Амон обессилил, обмякнув в тех путах, в которые его заключил Асакура. Хао лишь щелкнул пальцем по поверхности этой застывшей грязи, и она тут же раскололась, большими кусками падая на землю, а вместе с ними вниз опустился и Амон, еле удерживаясь на коленках. - Рен, они твои, - подал сигнал своему другу Хао, а сам сразу рванул прочь от этого места к своему дому, где его дожидался родной брат. Амон был без сил, он не мог кинуться останавливать его, потому что по своей натуре был слабым огненным элементалистом. Из-за этого он и не участвовал в Битве, потому что у него не было никаких шансов на победу. Своему племени он приносил лишь единственную пользу – предсказывал ближайшее будущее на весь день, но никак не больше. Сейчас же его жизнь вернулась на круги своя, потому что у него теперь нет той силы, которая сейчас бурлила и приживалась в теле Короля Драконов. Влетев в свой дом, Хао, не стесняясь, со стуком открыл дверь в комнату нараспашку, в которой сидел измученный Хорокей и поддерживал холод над младшим Асакурой. - Ого! Ничего себе! – Юсуи тут же проснулся, когда увидел, кто же перед ним предстал. Он не узнавал своего друга, одновременно понимая, что это он и есть, только в слиянии с его драконом. – У тебя получилось! – радостно воскликнул он, но Хао его резко перебил, приказывая немного помолчать. Он на колени опустился перед мертвенно-синим телом Йо, которое могло уже исчерпать свой лимит времени, и аккуратно склонился к нему. - Аnima, venit ad terram, - прошептал он, а Хоро нахмурился, не понимая, что тот делает. Выждав секунду, Хао закончил фразу, - manet in corpore… Перед глазами тут же потемнело, повелитель огня сморгнул, но легче от этого не стало, а после этого даже добавился какой-то шум в голове, который просто-напросто оглушал. Хао не понял, когда принял горизонтальное положение, но четко почувствовал неприятную боль после удара о деревянный пол. Перед собой он уже ничего не видел, только темнеющую темноту, а остальные звуки доходили до него словно сквозь плотную мембрану. Он отдаленно слышал возглас Хорокея, который несильно потрепал его за плечо, но ответить уже не было сил. Последнее, что почувствовал Хао, так это ту самую силу, что только что влилась в его тело. Она бурлила, как-то непонятно внутри обжигала, наверное, не могла прижиться. Именно такое чувство у него было тогда, когда Хара заявился к ним в первый раз и перевернул все его способности в теле от одного рукопожатия. Неужели снова?.. И почему так хочется спать? И как там Йо? Когда старший Асакура проснулся, то он поморщился и чихнул, сдувая мешающуюся длинную прядь волос, что так неудачно легла на лицо и защекотала нос. Прислушавшись к ощущениям, Хао сквозь сон осознал, что внутри него полный штиль и ничего больше не болит, ну, наверное, кроме самого тела. Он резко подорвался с постели, садясь на нее, но тут же зашипел, понимая, насколько у него болят мышцы во всем теле. Однако его тут же уложили обратно чьи-то мягкие руки, аккуратно укладывая на подушку, при этом придерживая голову. Только сейчас Хао осмелился открыть глаза, боясь всего, даже того, что это может быть кто-то другой… Но приоткрыв один глаз, он с радостью заметил на тонких ключицах ожерелье из когтей медведя, то самое, что так любил носить его брат, а затем и слабую улыбку. Ту, которую любил он сам. - Йо… - облегченно выдохнул старший Асакура, понимая, что у него тогда все получилось. Получилось победить Амона, получилось забрать у него силу, получилось воскресить своего любимого брата… - Ты только не двигайся, - мягко предупредил его Йо, невесомо поглаживая близнеца по волосам, - ты проспал три дня, но, по словам бабушки, еще не до конца поправился. Старший снова блаженно прикрыл глаза и глубоко вздохнул, осознавая, что Йо теперь спасен, и ему не нужно никуда подрываться и бежать сломя голову. Он попытался пошевелиться в постели, в которую, по-видимому, его перенесли из другой комнаты, и осознал, что в нем что-то поменялось. Он нахмурился и поднял руку, которая адски жгла болью в мышцах, но было терпимо, и коснулся своей щеки, кончиками пальцев чувствуя те самые чешуйки… - Шио! – он все-таки резко сел на кровати, напугав своего брата, а сам не мог почувствовать присутствие своего дракона рядом. - Хао, тише. Успокойся! – сидевший до этого момента на стуле, Йо пересел к брату на постель и порывисто обнял, крепко прижимая к груди голову близнеца. Хао, конечно же, обнял его в ответ, также крепко, ощущая тепло любимого. Теперь он живой, теплый, даже горячий… Его. - Что произошло? – старший Асакура никогда не паниковал раньше времени, но сейчас данная ситуация выходила за все границы дозволенного. Что, черт побери, тут произошло?! - Ты только не волнуйся, - Йо осторожно отстранил его от себя и серьезно посмотрел брату в глаза. Хао его ненасытно рассматривал, прямо налюбоваться не мог на его здоровый цвет лица, мягкие губы, живые глаза, что смотрели на его с волнением. Он просто чувствовал, что что-то пошло не так. – Хао, бабушка сказала, что тебя не постигла та же участь, как и основателя племени айну. – Медленно проговорил Йо, а его близнец недоуменно на него уставился. – Все обошлось, но с одним нюансом. На их разговоры в комнату ворвались Рен и Хорокей, что дежурили за дверью, а вслед за ними влетел крепыш Шио и с налету впечатался в своего хозяина, носом тыкаясь ему в солнечное сплетение и путаясь в свободной хлопковой рубашке. Хао сразу заулыбался, обнимая своего питомца, а внутри радуясь тому, что с ним ничего не случилось. Вот он, целый, невредимый, здоровый… Только почему он не слышит его мыслей? Тао с Хоро облегченно вздохнули, когда увидели друга в сознании, и даже улыбающимся, но эта улыбка тут же померкла, а глаза вновь остекленели. Прямо как тогда, и таким это видел только Рен, если не считать его учителей и Джоко. - Каким нюансом? – твердо задал вопрос старший. Йо сглотнул и выдохнул, чтобы собраться с мыслями. - Там все очень запутанно вышло, - начал он, - твое слияние с Шио вновь перевернуло в тебе все твои силы, а еще та часть от Амона… В общем, в тебе осталась частичка Шио, а в нем твоя. Теперь он умеет читать мысли, а тебе досталась его защита. Если это так можно назвать. Хао перевел непонимающий взгляд сначала на брата, затем на друзей, которые стояли у двери и не смели подойти ближе. Мало ли… - Откуда ты узнал, что Шио умеет читать мысли? - Мне Амидамару сказал, - как-то удивленно ответил младший, будто это что-то само разумеющееся, и посмотрел на своего дракона, что сидел на изголовье кровати. – Тем более о чем мы его не попросим мысленно, он тут же исполняет. Я это случайно узнал, когда мне захотелось есть, но я не мог отойти от тебя, а он тут же принес в зубах кусок хлеба. Йо замолк, потому что понял, что брат ему не верит. Как это так? Что за бред? Этого не может быть! - А на твоей коже осталась чешуя, правда она появляется не всегда. Только в момент опасности. Тем более она слилась с твоей кожей, так что ничего страшного в этом нет, - младший ободряюще улыбнулся, как это он всегда умел, а Хао от его улыбки расслабился, все это время сидя на постели как на иголках. - А это как узнали? - Ами на тебя чуть не свалился, когда засыпал вместе со мной. – Йо вновь перевел взгляд на своего дракона, который сидел на спинке кровати, а старший Асакура понял, что он легко мог свалиться ему на голову, причем случайно. - А что Кино говорит? – не переставал удивляться Хао. - Она посоветовалась с духом основателя, и он сказал, что ты жить будешь. Ты еще легко отделался, в отличие от него, - а Йо радовался. Радовался тому, что его брат жив, опасности никакой нет, и главное, что он спас его, хотя так рисковал всем, даже миром во всем мире. – Ну же, поцелуй меня. Я так скучал по тебе… Хао тут же отвлекся от своих мыслей и быстро коснулся родных губ, которые ему сразу ответили на поцелуй, такой чувственный, будто они не виделись не неделю, а целую вечность. Они чуть ли не зажали между собой Шио, когда младший слишком сильно прильнул к брату, но почти сразу же услышали тактичный кашель Рена, который вместе с Юсуи наблюдал за этой сценой. Братья с неохотой оторвались друг от друга и медленно перевели взгляд на парней, но потом посмеялись и вновь приблизились друг к другу. - Кхем, Йо, у нас еще дела есть, - напомнил ему Тао, когда их поцелуй слишком затянулся. – Нет, я, конечно, все понимаю, но там нас все ждут. Йо с разочарованным стоном отстранился от близнеца и встал с кровати, а Хао проводил его недоуменным взглядом. - Какие дела? – он поспешил подняться следом, но тут же поморщился от боли, а мягкие руки брата вновь заставили его сесть на кровать. - Тебе еще нельзя вставать. Скоро придет бабушка и даст тебе какую-то настойку, чтобы тебе стало лучше, - Йо ободряюще поцеловал его в лоб, ближе к волосам, но старший, преодолев боль, поднялся на ноги, и вцепился в руку близнеца, так как его зашатало. Головокружение еще не прошло, но он решительно сделал шаг. - Я выйду с вами, - четко сказал он и направился к двери, уже жалея, что лишился хвоста, так как он помогал держать ему равновесие. Рен переглянулся с младшим Асакурой, который вздохнул и кивнул ему, чтобы тот его пропустил. Хоро открыл повелителю огня дверь, а яркий свет полуденного солнца тут же ударил ему в зеленые глаза, заставляя прищуриться. Собравшийся народ перед домом Короля Драконов возбужденно заголосил и зааплодировал, когда увидел его целого и невредимого. В основном здесь было племя Асакур, а в первых рядах стояли все его друзья, даже Лайсерг нашелся, которого Амон своей магией отправил неизвестно куда в тот вечер. - Что случилось? По какому поводу праздник? – когда к нему подошла Кино, он мог уже нормально видеть, но все равно сильно щурился. - Не праздник, Хао… - как-то горько ответила глава племени своим старушечьим скрипучим голосом. – Анна умерла. Гул на площадке перед домом стих, когда собравшиеся люди увидели шок на лице повелителя огня. Позади него у двери стояли Хорокей, Рен и Йо, что с какой-то неведомой ему печалью смотрел на него. - Хао, прости, мы не хотели тебе это так быстро говорить… Сегодня мы хороним Анну, - тихо отозвался младший. - Бабушка, погоди, - не понял старший Асакура. – Как это умерла? Я же могу ее воскресить. Я обещал Амону это сделать. – Никогда никто бы не подумал, что Хао может сказать такое: пообещать что-то врагу, даже если он добровольно отдал часть его силы. Но ведь он сам специально убил ее, чтобы противопоставить его же условие Амону. Этого просто никак не могло произойти. Кино обреченно покачала головой. - Нет, Хао, ты не понял. Она в действительности умерла. Ее душа отошла в мир иной еще тогда, когда ты три дня назад убил ее. Теперь Анну нельзя вернуть к жизни. - Нет, это ты не понимаешь. – Воспротивился повелитель огня, чуть ли не выкрикнув, а все остальное племя, замолчав, наблюдало за их разговором. – Я ее могу вернуть, ведь Амон отдал мне часть моей же силы. - Я вот не понимаю, - вмешался в перепалку Рен, недовольно скрестив руки на груди, – ты же сам жаждал убить ее еще с самих времен Битвы. Что же изменилось? - Она потеряла практически все силы, теперь она не опасна. Тем более я обещал Амону. Я не могу проигнорировать это, - точно ответил Хао. - Ой, посмотрите какие мы принципиальные, - фыркнул Тао, - Хара без сил валяется в отключке, а Анна умерла. Так ей и надо, они же наши враги! Они убили Йо! И из-за чего все началось? Из-за Киоямы! Это она нашла Амона и научила ему всем этим фокусам с будущим… - Прекратите! – резко оборвала их Кино, которой надоела эта бессмысленная ссора. – Я разговаривала с душой Анны. Она сама пожелала остаться там, и мы не вправе поступать так без ее согласия. Тем более тело уже не приспособлено к жизни, все это время Хоро не поддерживал его в холоде, а при такой жаре оно начало разлагаться. Нам нужно его немедленно похоронить, и без возражений! Хао устало потер переносицу, прикрыв глаза, а Рен молча прошел мимо него вместе с Юсуи, спустившись вниз по ступенькам и направившись в другой дом, где тело девушки уже лежало в гробу. - Хао, идем, - Йо чувствовал, что его брат не захочет на это смотреть, да и сам он не желал видеть, как его бывшую невесту и друга детства будут погружать в землю. Кино ему еще три дня назад сказала, что Анна не вернется, и он уже смирился, а вот его близнецу еще предстоит все осмыслить и принять, чтобы зажить новой жизнью. Да, возможно, он и желал ей смерти. Если вспомнить все то, за что он ее так ненавидел, наберется немало проколов, за которые и правда стоило убить. Извечные ненужные тренировки, изматывающие упражнения, правильная пища, от которой ужасно воротило, а молодые и растущие тела парней требовали больше еды, а в особенности мяса. Постоянные упреки, ненавистное поведение, еще нежелательное присутствие рядом, когда она братьям мешала побыть наедине друг с другом. Потом убийственная мощь в поединке на Битве, желание убить старшего Асакуру, болезненный проигрыш и эта чертова помощь Амону! Если бы она не была такой стервой, то, возможно, Хао бы над ней сжалился, но она сама подтолкнула его злейшего врага на такой поступок, который принес боль не только ему, но и его брату. Просто из-за того, что он убил его, стоило голову оторвать и спалить к чертям, но нет, эта добровольная передача части силы и обещание, что если Амон отдаст ее, то воскресит Киояму. А все это делалось лишь для того, чтобы Хара почувствовал, какого это терять человека, которого любишь. А в итоге Йо остался живым, чего не скажешь про Анну. Интересно, что сделает с ним Амон, когда узнает, что он так и не вернул к жизни его любимую? Об этом лучше не думать пока, так будет лучше всем, а особенно старшему Асакуре, что был ошеломлен таким большим количеством новостей всего за каких-то несколько минут. На сегодня сюрпризов хватит. Закончили. Вечером следующего дня, когда Хао окончательно пришел в себя и был отпоен несколькими настойками Кино, все его друзья сидели за общим столом в их доме и молчали, каждый уткнувшись в свою кружку с чаем. - Лайсерг, так куда Амон тебя отпра… - Джоко, заткнись! – за секунду Рен успел достать свое гуандао и лезвием плашмя отправить в нокаут неугомонного Макдениела, который тут же распластался на полу и вырубился. Все прекрасно понимали, что поднимать тему недавно произошедших событий не стоит, особенно при братьях, что сидели рядом и задумчиво смотрели на Шио, который расположился на столе прямо перед ними. - Никак? – вновь спросил близнеца Йо, слегка повернув к нему голову. Хао отрицательно покачал головой. - Теперь только он может читать мои мысли. Его я не слышу. Все это было очень странно, однако такие перестановки в силах никак не мешали жить той же жизнью, что была ранее. Шио его прекрасно понимает, как и он его, а чешуя дракона даже помогает, особенно тогда, когда, например, нужно взять что-нибудь горячее, и руки тут же покрываются защитными чешуйками, приобретая черный цвет. Однако после она тут же сливается с телом, принимая телесный окрас, и уже ничего лишнего не видно. Как по заказу. Йо вздохнул и пересел со своего стула к брату на колени, обнимая его и укладывая его голову у себя на груди, медленно поглаживая его по волосам. Остальные уже привыкли к такой близости близнецов, потому что понимали, что смерть одного из них подбила обоих, а теперь им просто друг друга не хватало, вот и все. Все знали, насколько тяжело было Хао перенести смерть брата, и как еще тяжелее было добиться победы над Амоном, который после пробуждения ушел из их квартала. Конечно, он попытался убить Асакуру за то, что они без его ведома похоронили Анну, так и не воскресив ее, а Хао пытался объяснить, но все было бесполезно. Жалкие потуги Амона вызвать свой собственный огонь и атаковать им повелителя огня завершились тем, что его просто спасла защита, которая досталась от Шио. Он даже не оборонялся магией, понимая, что большего вреда он ему принести не сможет. Осознав, что уже ничего ему не сделает, Хара гордо удалился из квартала племени Асакур, тихо проговорив напоследок в пустоту, словно самому себе. - Также как племя Тао произошло по побочной ветке от племени айну, так и семья Асакур образовалась от брака первых огненных и воздушных элементалистов. Ты их отпрыск в тысячном поколении. Вот и вся тайна. Хао провожал шокированным взглядом Амона, заметив, как тот улыбнулся краешком губ от своей фразы. Хара дошел до главных ворот, когда ему на плечо спикировала выздоровевшая Джинная, а затем, щелкнув пальцами, он тут же исчез под аркой только уже в обычном желтом огне, а не в синем, как это было раньше. И как у него сил осталось на это? - Что он тебе сказал? – взволнованно спросил Йо, сделав к своему брату несколько шагов. Стоп. Как Амон узнал о тайне племени айну и Тао? И как он узнал о том, что племя Асакур образовалось от огненных элементалистов? Этого просто не может быть… - Попрощался просто, - ответил Хао, свободно выдохнув только от одной мысли, что теперь все закончилось. Именно с этой минуты им больше ничего не угрожает, а значит, можно зажить счастливой и спокойной жизнью. - Знаешь, Хао, мы у тебя немного задержались, - нервно посмеиваясь и почесывая затылок, проговорил Хоро. – Мы должны были вернуться в деревню еще на прошлой неделе, все же я теперь ее глава, мне нужно следить за ней. Рен лишь шумно втянул чай из кружки, и со стуком поставил ее на стол, допивая содержимое до конца. - Идемте, нам нельзя задерживаться. - Что? Но сейчас уже почти ночь, может быть завтра утром? – удивился Йо. - Завтра утром нам надо быть уже в деревне. Позавчера Джоко бегал туда, сказал, мой отец там рвет и мечет. Так что, чем быстрее, тем лучше. Не волнуйся, ничего с нами не случится, если мы отправимся сейчас, - Хоро встал и прошел мимо близнецов, с улыбкой потрепав младшего по волосам, а Короро, что сидела на его плече, утробно заклокотала. – Мы пока соберем вещи. Йо обречено вздохнул, когда их гости вышли из комнаты на сборы, и братья остались за столом одни. - Пригласили их на праздник, а вышло такое… - с какой-то обидой проговорил он, но Хао молчавший все это время, притянул его к себе и мягко поцеловал только губами, заставляя пока что забыть об этом. - Не волнуйся, сейчас же все хорошо. Младший Асакура слабо улыбнулся и уже сам коснулся его губ своими, соглашаясь со словами близнеца. Сейчас им надо принять все это как кошмар, страшный сон, который больше не повторится. Не думать, не вспоминать про него, а жить новой жизнью, не оборачиваясь назад. Это понимали все, поэтому даже упоминать про это было нельзя. Ну, наверное, кроме Джоко, что все это время провалялся в отключке, но сейчас все расходятся, чтобы пережить произошедшее и благополучно забыть. Забыть этот кошмар, а вместе с ним и всю эту историю. Навсегда.