Стокгольмский синдром

Я чувствую, как сквозняк вновь касается моей кожи; из-за шума воды я не слышу, как ты уходишь. Но ничто не может омрачить сейчас мое настроение: фундамент заложен. Я знаю, что твоя уверенность в том, что ты контролируешь ситуацию, пошатнулась. Постирав обе футболки, я вывешиваю их на проволоку, на которой висит занавеска для ванной. «Ну что, мне так и ходить в полотенце?» - спрашиваю я у своего отражения, которое смотрит на меня с легким возмущением, полностью разделяя моё негодование. - Эй, ты где? – громко окликаю я тебя, твердо решив не называть тебя больше «Бэтменом», - ты можешь дать мне какой-нибудь халат? Я торопливо подхожу к двери, оставляя мокрые следы на кафеле, - мои ноги уже порядком замерзли на холодном полу. Выглянув из-за дверного косяка, я вижу коридор, который буквально тонет в темноте, освещенный лишь в тех местах, куда доходит свет из ванной. Недолго думая, я делаю первый шаг в темноту, осторожный и немного неуверенный. Потом, мысленно махнув на предосторожности рукой, я перехожу на легкий бег, но ладонью по стене все-таки веду, чтобы не врезаться случайно в стену. Но бежать в темноте в любом случае долго невозможно: по вечному и нерушимому закону подлости обязательно на что-нибудь наткнешься, споткнешься и осуществишь срочное близкое знакомство с полом. Разумеется, мой случай не стал исключением. Моё «что-нибудь» - ты. - Далеко собралась, любимая? - Ты так резко меня покинул, милый. Я соскучилась, - в тон тебе отвечаю я. Шутки шутками, но я все же немного напрягаюсь. Кто знает, как ты отреагируешь на попытку побега? «Ну, это же не совсем побег. Я просто хотела… осмотреться. Да, точно, я хотела осмотреться», - быстро придумываю я себе оправдания, но ты произносишь совсем не то, что я от тебя жду. И когда ты станешь, наконец, предсказуемым? - Не уходи так рано, я еще не сказал тебе самого главного, - тихо шепчешь ты. Хорошо, что темнота скрывает выражение моего лица: вытаращенные глаза и открытый рот никого не красят. «Совпадение», - вяло убеждаю я себя, а перед глазами уже стоит картинка из прошлого. Я снова поражаюсь своей памяти, что так четко отражает все мелочи прошлого, вплоть до окружающих меня звуков и запахов. Наверно, это особая реакция организма на стресс. «Б.М. 16.40 Не уходи так рано, я еще не сказал тебе самого главного» «Я 16.42 Он ждет меня. Я не могу опоздать, ты же понимаешь))) Если это действительно важно, то от того, что ты подождешь до завтра, ничего не изменится, да?)))» «Б.М. вышел из он-лайн в 16.42» «Ты прочитал всю историю наших сообщений? Это невозможно… Нет, я уже все решила для себя, ты не можешь быть им… Ага, Церковь в Средние века тоже все решила для себя, но все равно Солнце оказалось в центре нашей Вселенной, дура. Как ты думаешь, зачем он носит маску, Шерлок Холмс ты мой непризнанный? Ты правда веришь, что все совпадения случайны? Кому, как не тебе знать, что в жизни не бывает случайностей? К тому же, если хорошенько подумать, а не так, как ты, он не так уж и сильно старается себя не выдать, уважаемая Мисс-я-умнее-всех». Я чувствую, как начинают пылать мои щеки. Что ж, если то, что я думаю, правда, то ты выбрал отличный способ свести со мной счеты. Я почти в тебя влюбилась. Но теперь, когда я знаю правду, я не допущу этой ошибки. Кто предупрежден, тот трижды вооружен. Если пресечь все это дело на корню, то зараза не успеет распространиться по организму, не успеет отравить разум и пленить душу. Ведь не успела же еще? Мы молчим еще сколько-то времени в темноте тем особенным тягучим, тяжелым молчанием, которое обычно пропитано чувством вины. Вдруг в коридоре резко вспыхивает свет, оказывается, я совсем немного не добралась до выключателя. Ты все так же щеголяешь с голым торсом. Да, до Кристиана Бейла* тебе, возможно, и далеко, но хотя бы нет никакого намека на висящий живот. В общем, смотреть приятно. В твоих руках синий махровый халат. «Наверно, из одного набора с полотенцем», как-то отстраненно думаю я. - И что такого важного ты мне хотел сказать? – спрашиваю я, хотя мне хочется задать совсем другой вопрос. В нерешительности я отвожу глаза, не в силах смотреть в твои. Я не боюсь увидеть в них что-то, к чему я не готова, хотя это, бесспорно, пугает. Я боюсь заглянуть в них и утонуть. Окончательно и бесповоротно. Если я еще до сих пор этого не сделала. Я не хочу об этом думать, я хочу полностью контролировать ситуацию. Мне нельзя сейчас терять голову, иначе я в два счета потеряю и сердце. Все-таки симпатия - это одно, а… Конечно, плевал ты на все мои планы и желания с высокой колокольни: ты уверенно приближаешься ко мне и приподнимаешь мое лицо за подбородок, но и теперь я отвожу с отчаянным упорством глаза. - Посмотри на меня. - Не хочу. - Посмотри на меня, - медленно, как маленькому ребенку, повторяешь ты. - Не буду. - Пожалуйста. «Да что ж за невезение-то!» Я как могу медленно перевожу взгляд на два грозовых океана, но сегодня на воде полный штиль. Но это совершенно не важно: я понимаю, что пропала. Все мои корабли сдались без боя, потонули, не предприняв ни единой попытки спастись. Я отдаю себе отчет в том, что это началось уже давно, но именно в эту секунду под ровной гладью его океанов скрылись мои последние мачты. Finita la comedia, больше не смешно, доигралась. Но это еще полбеды. Худо-бедно вернув себе способность размышлять, я вдруг замечаю, с какой нежностью ты на меня смотришь. Блин, только не это! Мое глупое сердце теперь будет надеяться, искать скрытые смыслы в твоих словах и взглядах! Мне было бы гораздо легче, если бы ты меня презирал, тогда бы я как-нибудь переборола себя, утешая тем, что все равно ничего бы не вышло. - Так что ты хотел мне сказать? *Кристиан Бейл – актер, игравший Бэтмена в последних экранизациях по этому персонажу.