"Отпуская прошлое"

Неизвестно, что наплёл Совету Старк, и как ему в этом помог Локи, но после обеда, когда Мстители в полном составе сидели в столовой, туда бодрым шагом зашёл Фьюри. Обведя всех взглядом, директор заложил руки за спину с совершенно серьёзным выражением на лице. - Почему не на рабочих местах? - Началось... – деланно простонал Тони. – Может, мы поторопились возвращать его, а, народ? Все, кроме Локи, настороженно уставились на Ника. Трикстер, который всегда чувствовал, когда кто-то пытается что-то скрыть, соврать или же просто разыграть кого-то, только фыркнул, зажав зубами трубочку от молочного коктейля. - Заткнитесь, мистер Старк, – беззлобно оборвала его Хилл, поднимаясь навстречу Нику. – С возвращением, босс! - Не представляете, как я рад вас видеть! – наконец, улыбнулся директор и, позабыв о привычной сдержанности, начал со всеми обниматься. Лафейсон на всякий случай отодвинулся подальше, дабы сия чаша его минула. – Совет словно подменили. Извинялись передо мной, что-то плели про то, как им их действия казались правильными, и как жалеют, что ошиблись. В общем, Щ.И.Т. пока что снова под моим руководством, так что особо не расслабляйтесь. - Ну, если сравнивать тебя с Фоксом, то уж лучше мы тебя терпеть будем, – хохотнул Тони. - Агент Бартон, – Фьюри пожал вставшему со стула Клинту руку, а потом по-отечески обнял. – Рад, что ты снова в нами. И прости, что по моей вине тебе пришлось столько пережить. В следующий раз, когда придумаю отправить тебя к чёрту на рога… - Послать тебя туда самого, – с улыбкой закончил за директора лучник. – Договорились. - Ну а пока что тебе оформят больничный и дадут возможность подправить здоровье до конца. А остальным, господа, работать и работать, не на курорте. Вышеупомянутые остальные состроили недовольные физиономии. - Что, даже отпуска не будет в честь нашей победы над очередным врагом? – скорбно поинтересовался Старк. – А как же празднование? Пир по этому поводу? Вон, Тор знает, как такие мероприятия проводятся. - Боюсь, у нас нет свободной недели и столько выпивки, чтобы отмечать победу в традициях викингов, – хмыкнул директор. – Да и после такой недели нужна будет ещё одна, чтобы прийти в себя. - Я бы с радостью помог с проведением праздника, но отец велел нам вернуться, как только поможем вам тут всё уладить, – Одинсон покачал головой, перехватив настороженный взгляд брата. - Я могу остаться, – Локи постарался, чтобы его голос звучал как можно небрежнее. Трикстер не горел желанием возвращаться в Асгард после довольно-таки спокойного пребывания на Земле. Неизвестно ещё, что придёт в голову Всеотцу в очередной раз, если он решит, что приёмный младший сын сделал недостаточно для искупления своих грехов. - С разрешения папы можешь приехать в гости, – подал голос Тони. - Я бы предпочёл остаться, – уточнил Лафейсон. – Тор может сказать ему, что я тут лежу раненый. Заодно увидим реакцию Одина. - Ты, видимо, забыл, брат, что Хеймдалль докладывает ему обо всё, что происходит в девяти мирах, – тихо произнёс громовержец. – Идём домой брат. Может быть, он учтёт твой вклад в благое дело и смягчит приговор, так что не надо гневить его ложью. - Да, очень удобно, – Локи скривил губы в невесёлой усмешке. – Казнить или миловать - всё во власти Всеотца. Ладно, чего уж тянуть, – младший принц допил коктейль и, поднявшись на ноги, смахнул невидимую пылинку с рубашки. – Ну, как говорится, не поминайте лихом. Его самого мной пугают. Остальные Мстители тоже встали из-за стола. Каждого посетили противоречивые чувства. С одной стороны, вряд ли можно было начать полностью доверять этому йотуну-полукровке, помня о том, что он натворил со своей армией читаури, но с другой - никто не ожидал, что осторожный Локи будет рисковать жизнью, чтобы кого-то спасти. Наташе даже стало жаль его. - Если батя отпустит, и будешь у нас проездом, то... заходи на чай, – улыбнулась она сникшему трикстеру. - Если только без очередной армии, – добавил Клинт, но уже без злости, какую испытывал в отношении Лафейсона до недавнего времени. – И желательно в компании брата из соображений безопасности. Локи снова невесело усмехнулся и неожиданно шагнул к Бартону. - Кроме шуток, я дважды одних ошибок не совершаю, поэтому никого из вас не трону. Надеюсь, тебе не придётся стыдиться своего сына, как Один стыдится меня. - Нам пора. Тор положил ладонь на плечо брата. - Мы ещё наведаемся сюда как-нибудь, вот увидишь. А сейчас идём. Асгардцев проводили до самой крыши, откуда обычно взлетали и куда приземлялись вертолёты. Долгих прощаний не было. Оба принца просто кивнули оставшейся команде Мстителей, а затем Тор, обняв брата за плечи, поднял вверх свой молот. В тот же момент их обоих накрыло радужной волной, а когда свет рассеялся, пришельцы из другого мира уже исчезли. - Что ж, ладно, думаю, и нам пора, – немного помолчав, прокомментировал Тони. – Всем пока, увидимся через пару недель. Больше не говоря ни слова, миллиардер одарил всех шкодливой улыбочкой и первым потрепал вниз по ступенькам, мгновенно скрывшись во мраке лестничного пролёта. Клинта и Наташу ждало собственное семейное «гнездо». Фьюри выполнил обещание, отправив Соколиного Глаза в долгосрочный отпуск, чтобы лучник смог полностью поправиться. Дом в пригороде, который Бартон готовил для своего маленького семейства, сразу начал обживаться. Казалось, всё вернулось на круги своя, хотя иногда Наташа просыпалась вовсе не от того, что плакал сын, а от смутных кошмаров, в которых она куда-то бежала или бежали за ней. Но теперь Клинт был рядом. Было, кому, дрожа, уткнуться в шею, было, кому обнять и успокоить. А вот в Асгарде было совсем неспокойно. К огромному удивлению Тора, изумлению царицы Фригг и к скрытому ужасу Локи Один повелел арестовать младшего принца и запереть его в темнице, не желая даже слушать того, какую помощь получили от него мидгардцы. Справедливые и обоснованные возражения домочадцев Всеотец слушать не пожелал, обозначив это тем, что одним хорошим поступком содеянного в прошлом не исправить, и Локи должен быть благодарен за свою судьбу, поскольку теперь ему грозила не смертная казнь, а лишь заточение на неопределённый срок. Тор же, понимая, что брат просто не вынесет жизни взаперти, решил поговорить с отцом уже на следующий день после возвращения в Асгард. - Ты твердишь о справедливости, но разве справедливо поступать так, как ты намерен, со своим младшим сыном? Разве Локи не искупил вину, сражаясь там за правое дело? – вскричал Тор, в отчаянии ударив кулаком по стене. - Совершённого им слишком мало, чтобы заслужить свободу, ибо не окупает всех бедствий, совершившихся по его милости, – невозмутимо пояснил Всеотец, внешне никак не отреагировав на возглас старшего наследника. – И, я уверен, никто из жителей Мидгарда не станет просить за него. - А если станет? – Тор зацепился за эту мысль, как утопающий - за соломинку. – Если среди мидгардцев найдётся такой, кто поручится за моего брата здесь, перед твоим троном? - Нет во дворце моих предков уж таких диковин, что удивили бы меня, – медленно проговорил Один, словно что-то взвешивая. – Много повидал я, и многое мне ведомо, и, думается мне, не сыскать того, кто добровольно захочет просить милости для сына Лафея, не только в Мидгарде, но и во всех девяти мирах. Однако же, сын мой, я дам тебе шанс удивить меня. Один ударил скипетром о подножие трона, и в зал тут же вошёл один из многочисленных слуг. Всеотец отдал ему распоряжение, и юноша удалился, но вскоре вернулся с массивным золотым подсвечником с укреплённой на нём длинной белой свечой. Слуга зажёг её и, поклонившись, покинул зал. - Приведи мне того, кто согласен просить моего снисхождения сыну Лафея до того момента, как истает свеча, и я подумаю над тем, чтобы смягчить приговор. Но, ежели огонь погаснет раньше, Локи продолжит коротать свою вечность в темнице. Тор заставил себя смирить гнев и, коротко кивнув своему царю, поспешить исполнить странную отцовскую прихоть. Он знал лишь одного человека, которого можно было бы просить о такой услуге, но перед полётом за Землю громовержец решил навестить брата, чтобы успокоить его. Локи сидел в углу своей камеры, вжавшись в стену и обхватив руками прижатые к груди колени. Внешне младший принц не показывал никаких эмоций, похожих на страх, ужас или отчаяние, но то, что Одинсон увидел в его глазах, белокурому богу не понравилось. - Папа придумал очередную гадость? – как можно равнодушнее поинтересовался трикстер и взглянул на брата, чуть склонив голову. - Типа того, – вздохнул Тор, понимая, что обманывать младшего не имеет смысла. – И я собираюсь предпринять всё возможное, чтобы это исправить. - Что на этот раз? – Локи с трудом проглотил вставший в горле ком. Он сам себя не узнавал. Вся самоуверенность куда-то улетучилась, уступив место какой-то душевной пустоте. Он, асгардский бог, принц, маг, равного которому нет в ближайших мирах, - и боится остаться один на всю оставшуюся вечность. - Нелепая прихоть. Он решил, что, если хоть один в девяти мирах попросит за тебя перед троном, то Всеотец дарует тебе прощение. Лафейсон фыркнул как можно непринуждённее, потом поднялся на ноги и прошёлся по камере так, словно всего лишь гулял по саду. - Знаешь, иногда мне кажется, что некоторые задумки мидгардцев не так уж нелепы. Например, тронувшихся умом старичков они передают на попечение специальных домов. Ты хочешь отправиться к Бартонам? – неожиданно спросил трикстер, резко повернувшись к брату. Тора всегда удивляла способность Локи читать мысли просто по выражению лиц. Одинсон коротко кивнул. - Для этих людей существует понятие о чести, Локи. А я должен попытаться сделать хоть что-нибудь. - Наверно, я должен пожелать тебе удачи? – едва заметно улыбнулся младший принц. - Ну... Она может мне пригодиться. Тор постарался улыбнуться как можно увереннее. - Крепись, брат, – тихо сказал он. – Я не оставлю тебя здесь. Локи подошёл к самой стене, едва не касаясь силового поля, способного сжечь живую плоть за считанные мгновения. - Удачи тебе, брат! И прощай… – еле слышно произнёс он вслед уходящему громовержцу.