Сон в декабре

ЗЫ: Автор не уверен, что в Магадане ходят даже электрички (впрочем, дальше википедии и слов Дианы знания не идут), но уж слишком заманчиво-романтичная картина выходит, чтобы от нее отказаться. Было бы, кстати, здорово, если бы кто-нибудь из «очевидцев» просветил касаемо магаданского транспорта. ЗЗЫ: К марту месяцу писать про НГ - самое оно то :) - Собирайся, - скомандовала Диана, только появившись на пороге комнаты. Света недоуменно оторвала взгляд от книги; смысл этого короткого и требовательного «собирайся» до нее упорно не доходил. - Что? – неуверенно переспросила она. - Собирайся быстрее. Да убери ты уже эту макулатуру! – Диана выхватила из рук подруги книгу и небрежно бросила на стол. - И как мне это понимать? Что должно значить твое «собирайся»? Мне чемоданы паковать, что ли? - Сурганова, просто одевайся быстрее и не задавай глупых вопросов! – нетерпеливо мерящая комнату шагами Диана бросила Свете ее пальто, тем самым пытаясь ускорить процесс сборов. - Да объясни ты толком, - уже, впрочем, не особо надеясь на ответ, продолжала допытываться Сурганова. Объяснить толком Диана так и не удосужилась: от нее слышны были только «надо», «не важно» и «сама увидишь». Сурганова терялась между заинтригованностью и подленьким желаньицем никуда не идти, пока Динка не объяснит, куда и зачем. Но разве второй вариант осуществим, когда «ураган по имени Диана Сергеевна» настаивает уже не только на словах? - Все? Собралась? Тогда пойдем. - Подожди ты! – завопила Света, быстрым шагом пытаясь догнать подругу. – Шапку верни! - Не замерзнешь! – смеясь, крикнула Диана и бегом помчалась вниз по лестнице, размахивая Светкиной зимней шапкой. Спустя пару пролетов до нее донеслись Сургановские «ой… извините… простите…», смешанные с топотом ботинок по бетону и чьим-то недовольным «смотреть надо, куда несешься». Диана остановилась, смеясь пуще прежнего. - Смотреть надо, Сурганова, - с доброй язвительностью заметила она, когда чуть запыхавшаяся и растрепанная Светлана все-таки спустилась на первый этаж. – Вот, держи. С обиженным видом Света нахлобучила на взъерошенную голову шапку и вновь была вынуждена догонять подругу, уже помчавшуюся одной ей ведомо куда. - Да подожди ты меня! – отчаянно призывала Сурганова. Бежать было крайне затруднительно, когда ноги то и дело увязали в сугробах. Диана, в свою очередь, никак не желала ее слушаться. На Светкину радость, бежать пришлось не слишком далеко – девушки остановились возле пустующей автобусной остановки. - Судя по тому, что едем мы на автобусе, а не своим ходом добираемся – собралась ты куда-то далеко, - заметила Света. Динка лишь заговорщецки-хитро улыбнулась: - Узнаешь. Остановка отчего-то пустовала, не смотря на множество факторов, исключающих это: утро рабочего четверга, так еще и календарная дата «30 декабря» провоцирует на большее, нежели обычно, оживление. Во всяком случае, Света привыкла к именно такому раскладу, но здесь все обстояло наоборот. Неизменный мороз пах железом вперемешку с душными выхлопами редко проезжающих автомобилей. Мелкие снежинки, чуть сдуваемые слабым ветром, медленно опускались на раскинувшийся по всей улице, благодаря недобросовестным дворникам, снежный ковер. Температура воздуха, к всеобщей радости, перестала быть критической, однако осталась достаточной, чтобы Сурганова могла замерзнуть, дожидаясь приезда транспорта. С укоризной поглядывая на спокойно и ровно стоявшую Диану, Света то и дело переминалась с ноги на ногу, а потом и вовсе принялась прыгать на месте, терзаясь вопросом, в самом ли деле Динке не холодно или это она из вредности не подает вида? Время, как всегда в процессе ожидания, растянулось до невозможности, на остановку так никто больше и не подошел. Начав сомневаться, что они вообще дождутся, Света подошла к табличке с расписанием и выяснила, что автобусы здесь ходят раз в пятнадцать минут. Все это – в молчании, сопровождаемом только сургановским сопением. Наконец вдалеке показался чуть покачивающийся на неровной дороге автобус, медленно едущий по направлению к остановке. Будто бы нехотя, еле катясь, он приблизился и, остановившись, со скрипом распахнул двери. Света обернулась к подруге и, получив одобрительный кивок, шагнула внутрь. Автобус, как и следовало ожидать, пустовал: седобородый старичок-кондуктор дремал на своем почетном месте, одинокая старушка с тоской глядела в окно, придерживая жилистой рукой потрепанную кошелку. Света устроилась возле окна и протерла рукавицей замерзшее стекло. Диана села рядом и, устремив взгляд куда-то вперед, так и не произнесла за время поездки ни слова. Сурганова внимательно следила за маршрутом, но после десятка остановок перестала понимать, где они находятся, еще не настолько хорошо она изучила Магаданские улицы. Дианино спокойствие успокаивало и ее. В конце концов, даже если они едут совсем не туда – Динка уж наверняка разберется, что им делать, а пока можно и расслабиться. Особого желания куда-то перемещаться магаданцы в это утро явно не испытывали – автобус приветственно распахивал двери на очередной остановке и чаще всего так и уезжал, не подхватив новых пассажиров. Ухабы на дороге казались удивительно мерными, будто бы специально расположенными на равном расстоянии друг от друга, что в совокупности с монотонным тарахтением мотора действовало лучше любого снотворного. Света, чувствуя, как непреодолимо закрываются глаза, прониклась пониманием к кондуктору, так недобросовестно ведущему себя на рабочем месте – по-другому и невозможно. Однако как раз в этот момент автобус изрядно тряхнуло, он чуть ли не подскочил, и все дремавшие мигом стряхнули с себя сонливость. Машина остановилась. - Конечная, - прохрипел старичок. – Будьте добры оплатить проезд и покинуть автобус. Сурганова недоверчиво огляделась по сторонам. Места были ей явно не знакомы, однако не трудно догадаться, что приехали они к вокзалу. - Так, - нервно усмехнулась Света. – И куда мы? Ты же говоришь, что поезда сюда не доходят. - Из Питера явно не доедешь, зато на окраину – вполне, - Диана пожала плечами. – Просто эти электрички за железнодорожный транспорт не считают, вот и все. Несмотря на все заговорщицкие умалчивания, до Светы все-таки донеслись обрывочные слова о «Нагаевской бухте». Пазл начинал складываться, как если найти все детальки с прямым краем и соединить их, образуя рамку – становятся ясны очертания, но внутреннее содержание по-прежнему остается загадкой.

***

Первое, что ощутила Света, сойдя вслед за подругой на перрон – сбивающий с ног ветер. В первый момент было тяжело открыть глаза, слезящиеся от резких порывов, и идти приходилось больше наугад, стараясь держаться Дианы и не отставать от нее. Зато спустя некоторое время, когда девушки, отошли от вокзала и сквозные ветра поутихли, взору открылась такие северные красоты, каких Света не увидела бы ни в Петербурге, ни в Ленобласти. - Это и есть то самое место? – спросила она. Диана кивнула. В глазах ее читалась такая гордость, словно раскинувшийся перед ними ландшафт – ее личная собственность, созданная ее же стараниями. Впрочем, отчасти так оно и есть: «север» для нее всегда шел в связке с местоимением «мой». У каждого свой собственный Север, у Дианы – именно такой. - «Так вот ты какой, северный олень!» - улыбаясь, процитировала Света, с восторгом глядя как внизу на склоне раскинулись небольшие, будто бы случайно поставленные здесь домишки, за которыми внутрь полуострова входит Тауйская губа, «обнимаемая» с двух сторон скалистыми грядами, а берег окаймляет узкая песчаная полоса. - Пойдем, - махнув рукой, Диана зашагала по чуть пологой заснеженной дороге в сторону берега. С каждым шагом по мере приближения к заветной бухте Света восторгалась все больше. Ее восхищало все: даже брошенные, начавшие загнивать лодки придавали картине лишь больше драматического очарования, а к серым и черным тонам, как жителю северной столицы, Сургановой не привыкать. Она стояла, раскинув руки в стороны, подставляя лицо соленому ветру, и не понимала, как столько лет прожила и даже не подозревала, что-то где-то на краю Земли есть волшебный северный край. Кто бы что ни говорил, какая бы у него ни была история – он волшебный. В нем – все очарование Севера. - А теперь нам надо выяснить, где тут неподалеку можно найти недорогое место для ночлега, - раздался за спиной голос подруги. - Что ты сказала? – изумленно переспросила Света, надеясь, что ей просто послышались в шуме ветра совершенно иные слова. Диана повторила с ужаснувшей Сурганову отчетливостью и уверенностью: - Надо разузнать, где тут можно недорого заночевать. - Что? – все недоумевала скрипачка. Диана вздохнула со снисходительной улыбкой на губах. - Светка, ты что, оглохла? - Нет… Подожди… Зачем? - А ты хочешь тут на берегу спать? В палатке? При -20 градусах? - Нет… Но… А как же?.. - Ты сегодня такая содержательная, - засмеялась Диана. – Пойдем уже, иначе замерзнем. Будем надеяться, что денег хватит. - Денег хватит на что? Ты думаешь ночевать в гостинице, что ли? - Гостиница на берегу Охотского моря? Зимой? Сурганова, не глупи. Я надеюсь, что нас приютит кто-нибудь из местных за символическую плату.

***

Как Сургановой удалось выяснить несколько позже, план Дианы в том и состоял, чтобы справить Новый год на берегу моря, не возвращаясь обратно в Магадан. Что самое удивительное, ей это удалось. Не обошлось, впрочем, без родственных и дружественных связей – у Дианы неподалеку жила какая-то дальняя родня, притом, очень дальняя – даже не седьмая вода на киселе, а много большая, но, не смотря на это, платы за две ночи тунеядства с девушек не взяли никакой. Выражая свою благодарность за гостеприимство, на следующий день Диана со Светой помогли пожилой хозяйке по дому перед празником, добрели до неблизкого рынка за провизией и к вечеру, перестав «тяготить» старушку своим присутствием, ушли к облюбованному вчера берегу, прихватив с собой бутылку шампанского и пакет сухофруктов. Мандаринов, как девушки ни искали, не смогли найти; впрочем, это их не особенно расстроило. К тому времени, пока они дошли до пляжа, уже совсем стемнело. Диана ловко развела костер, и стало не только светлее, но и теплее, что в этих краях немаловажно. Город сиял сплошной электрической полосой на вершине склона, с мыса им то и дело моргал далекий маяк. Погода была на удивление ясной: ветер лишь слабо колебал воздух, а на небе то там, то здесь можно было различить тусклые северные созвездия. - Ты, кстати, знаешь, что Магадан и Питер находятся на одной широте? – как бы между прочим поинтересовалась Света, мучая винную пробку, которая все никак не хотела поддаваться. - Нет, я не географ, - пожала плечами Диана. – Дай уж сюда бутылку, хватит ее терзать. - Да пожалуйста, - Сурганова и сама устала возиться с шампанским, от того с радостью передала его подруге. – Я к тому, что у этих городов намного больше общего, чем кажется на первый взгляд. Звезды, во всяком случае, точно такие же. - Здесь, кстати, тоже бывают белые ночи. Ура! – пробка с хлопком отлетела куда-то в сторону. - Надеюсь, к сезону белых ночей мы все-таки будем уже в Питере… - Ну, что? – Диана держала бутылку так, словно желала сказать тост. – С Новым годом, с новым счастьем? - Не рановато? - В самый раз, - и девушка отхлебнула шампанского из горла. - Эй, а с ближним поделиться? – возмущенно воскликнула Сурганова, намереваясь отобрать заветный напиток, но Диана, перехватив ее руку, притянула скрипачку к себе. - И как тебе это всегда так ловко удается? – засмеялась Света, принимая игристый как вино Шампани поцелуй.

***

- Расскажи мне сказку, - попросила Света, опуская голову на плечо подруги. - Сказку? - Угу. Диана задумалась. Особо хорошей памятью на сказки она не отличалась, да и сочинить песню – это одно, а в срочном порядке выдумать сказку – совсем другое. Впрочем, идея пришла в голову очень быстро, и она вдохновенно начала повествование: - Жили-были девочка и мальчик и любили они друг друга так сильно, что не желали никогда расставаться. Однажды злая колдунья забрала с собой мальчика в какие-то очень далекие края. Девочка так сильно тосковала по нему, что, не выдержав, отправилась искать. Она не знала, куда ей следует держать путь, но отчаянно пыталась найти этого мальчика. На пути ее вставало множество преград, но она преодолела все препятствия и нашла его в далеких холодных краях. Мальчик, увидев ее, вспомнил, как они друг друга любили, оставил злую колдунью и отправился вместе с девочкой обратно домой. И жили они долго и счастливо. - Неправильно ты рассказываешь, - возмутилась Сурганова. – Что значит «преодолела все препятствия»? И все? А как же зеркало троллей? А розы, в конце концов? - Какие еще розы? - Ну, помнишь, дети выращивали розы. Белую и красную. Диана усмехнулась. - С чего ты решила, что я тебе эту сказку рассказываю? - Ну, как же… Как Герда отправилась вслед за Каем в холодную Лапландию… - и вдруг Света осеклась; только теперь ей стала ясна лукавая Динкина улыбка. Откуда-то издалека эхом донеслись взрывы фейерверков, не видных с берега. - И впрямь сказка выходит. - Сон, - поправила Диана и с улыбкой пропела. – Это только сон, это только… Цены на авиабилеты возрастут и возвращение в Питер станет казаться недостижимым, однако их музыка не останется незамеченной и благодаря победам в конкурсах они все же сумеют вернуться на болотистые острова Петра. Будет и изнаночная сторона триумфов, удач и известности – снова безденежье, тесные коммуналки, тернистый путь к туманным победам, слезы, ревности… Но они об этом еще не знают. Все это впереди, а пока… - Дин, я люблю тебя, слышишь? - Я знаю. - Что значит «я знаю»? Вот снова ты такой момент портишь! Ты должна сказать «и я люблю тебя»! - И я люблю тебя, Светка. - Ты временами просто невыносима! - Знаю.