Муки сердца: Том 2

Варден смотрел в небо. Струи дождя стекали по его усталому лицу, по плечам и по телу. Он приподнял левое крыло, прикрывая голову. Нога болела пуще прежнего, шаги давались с большим трудом. Куно не было уже давно, но в ближайшие часы она искать его не будет. Маленькая сладкоежка еще с час простоит у плиты, а потом столько же будет вылизывать миски и ложки. Ему как раз хватит времени побыть одному и подумать. Цель его пути уже маячила впереди сквозь завесу блестящих капель — старая яблоня на холме, под которой лежала его первая жена. Добравшись до укрытия под широкими листьями большого дерева, пегас стряхнул воду с крыльев и со стоном опустился на мокрую траву перед могилой. Капля воды прорвалась сквозь зеленый навес и упала ему прямо на нос. Он не обратил на это внимания. Спустя несколько долгих минут пегас заговорил. — П-привет, Сварм. Давненько не виделись, а? Уже ведь почти два года прошло... Я... — он замолчал, подбирая слова, положил голову на передние копыта и закрыл глаза. — Я думаю, что влюбился. Знаю, знаю — я был женат на тебе и любил тебя больше жизни, и мы долго были вместе, но... это что-то другое. Гораздо, гораздо сильнее. Замолчав, он встряхнул головой и посмотрел на надгробие, закусив губу. — Я помню, как хорошо было с тобой... Как тепло... Я был счастлив. Я был... цел, полон. Это были лучшие дни моей жизни. А потом ты умерла, и это были мои худшие дни. И теперь... теперь я женюсь на Куно, и... И теперь я даже счастливее, чем был с тобой, — закрыв глаза, он медленно провел копытом по земле. — Но... Я... Я чувствую себя виноватым перед тобой. Чем я заслужил Куно? Чем я заслужил тебя? Какое право я имею вот так вот взять и отвернуться от тебя, уйти к другой? Пегас вздохнул и опустил голову. — Я уже и не знаю... Может, это время притупило чувства, а может я действительно люблю ее больше, но... Я чувствую, что действительно готов идти вперед. Да, я обещал, я помню! Обещал, что наконец начну жить для себя, что буду сильным и не дам топтать себя копытами... — закусив губу, он подполз поближе и выкопал небольшую ямку рядом с могилой, кинул туда маленькое семечко и присыпал землей, — Я принес тебе цветок. Твой любимый. Отодвинувшись назад, он уселся на траву и принялся рассматривать передние копыта. — Я... я так боюсь снова потерять тебя, Сварм! Не в прямом смысле, конечно. В эмоциональном. Даже когда я был рядом с Куно, где-то внутри меня оставался маленький комочек горькой пустоты. Пустоты, которую раньше занимала ты. Этот комочек всегда напоминал мне, как много я потерял, когда ты умерла. Он всегда был со мной, я постоянно чувствовал его горечь. А теперь... он исчез. Его больше нет, и... и я не могу так жить! Я не могу поверить, что вот так просто забуду тебя! Выкину, как сломанную игрушку... Опустившись на живот, он положил голову на копыта и принялся в который раз изучать надгробие с застекленной фотографией, как верный пес, ждущий своего хозяина. — Варден? — раздался знакомый голос. Пегас медленно поднял голову и обернулся. Куно стояла у него за спиной, в своем естественном облике. Капли дождя блестели на черном хитине. — Варден, ты в порядке? — она осторожно села рядом и обняла его, потираясь носом о белое плечо. — Нет, — он покачал головой, — Не в порядке. Куно понимающе кивнула, легла на траву и нежно лизнула его в шею. — Поговори со мной, Варден. — У нас скоро свадьба. — Да. Ты... ты не хочешь?.. Варден медленно покачал головой. — Я хочу этого больше всего на свете, — печально пробормотал пегас. Куно удивленно моргнула и прижала уши. — Тогда... в чем дело? Варден посмотрел на Куно, затем на надгробие, затем снова на Куно. — Тебе не понять. У нас головы работают слишком по-разному. — Попробуй объяснить. Пегас кивнул и прижался к ченджлингу. — Я... я очень тяжело переживал смерть Сварм. Я мог спасти ее, но не спас. Я потерял самое дорогое, что у меня было, потому что оказался слишком слаб. С тех пор внутри меня какая-то часть стала... черной. Пустой. Превратилась в бездонную яму боли, которую невозможно терпеть и нельзя игнорировать. — Это... та часть меня, которую Сварм забрала с собой. Я всегда чувствовал эту боль, эту черноту... но ее больше нет. И я даже не заметил, когда она исчезла, — Варден до крови закусил язык, — Она была моей женой, а я... просто взял и забыл ее? Вот так запросто? Я чудовище. Только чудовище может смотреть на могилу своей жены и не чувствовать ничего! Куно прижала его к себе. — Ты не чудовище, Варден. — Я бессердечное чудовище и я тебя не заслуживаю! — горько ответил он, едва сдерживая слезы. — Она была смыслом моей жизни, а теперь я не чувствую ничего... — Она была смыслом твоей жизни, Варден, — Куно прижалась щекой к его щеке, — Теперь смысл твоей жизни — я. —Я... просто заменил ее... — пробормотал пегас, — Нашел кого-то вместо нее… Я подвел ее, и теперь у меня хватает наглости даже не страдать из-за этого... — Время лечит все раны, — успокаивающе прошептала Куно, нежно гладя его по голове, — Варден, слушай... После смерти Сварм... ты не получал никаких писем из больницы? Пегас озабоченно посмотрел на свою невесту. Она говорила медленно, осторожно подбирая слова. Она аккуратно вела к чему-то... — Я... я сжег их, не открывая. Прижав уши, Куно отвернулась. — Пока ты был в больнице, без сознания... Я кое-что выяснила. — Выяснила, — сухо повторил Варден. — Сварм — необычное для пони имя, и я подумала, что, может быть, она... ченджлинг? Просто дурацкая теория, но я хотела убедиться. Порылась в архивах и нашла отчет о ее вскрытии. — И? — Варден был не в настроении ходить вокруг да около. — Ну-у, ты говорил, что она умерла от осложнений при раке, но... в отчете указано другое. Пегас молча смотрел на нее с каменным лицом. — Я не хотела тебе говорить. Не хотела открывать старые раны... Заставлять тебя еще раз это вспоминать... Мне больно видеть, как ты страдаешь, но... — она замолчала, глубоко вздохнула и на одном дыхании произнесла: — Сварм умерла не только от рака, но и от осложнений при беременности. Варден замер, распахнув глаза. — Б-беременности?.. — выдохнул он. — Лекарства, которые она принимала, вызвали преждевременные роды... Никто из врачей не заметил признаков беременности... Стресс спровоцировал осложнения с сердцем... Варден, мне очень жаль... Пегас с дрожью вздохнул. По щекам потекли слезы. Тяжело сглотнув, он попытался отдышаться. В груди горел огонь, как будто в сердце воткнули зазубренный кинжал. С третьей попытки ему удалось заговорить. — Она была беременна?.. — Без лекарств у нее шансов не было совсем. С лекарствами — от силы месяц... Может, поэтому она никому и не сказала... — А кем был бы ребенок?.. — с трудом произнес Варден. Куно отвернулась, нахмурившись. — Варден... — Я должен знать! — прошипел он. Ченджлинг замерла, прижала уши, затем кивнула. — Единорожек. Жеребенок. Варден сжал зубы. В рот потекла кровь из прокушенной губы. Отвернувшись, он попытался отдышаться и встать, но опрокинулся на землю. Куно подошла к своему жениху и обняла его. Он оттолкнул ее. По подбородку пегаса бежала струйка крови. Куно снова подошла к нему и опять обхватила копытами. Варден слабо попытался вырваться, но затих, прижал уши и закрыл глаза. — Она была... беременна... — прошептал он. — Поплачь, Варден. Я рядом. — прошептала Куно, убаюкивающе покачивая его из стороны в сторону. Пегас сдался, уткнулся носом ей в грудь и завыл от боли, обхватил ее больной ногой и изо всех сил прижал к себе, надеясь, что боль в колене затмит боль в сердце. Куно утешала его как могла, пока убитый горем Варден рыдал в ее объятьях.