Над кукушкиным гнездом

В номере 24 темно. Его бывшие постояльцы мертвы. Так много рук, чтобы удерживать тебя... Мой разум пробуждён, Я открываю глаза, но так трудно дышать! Мне чем-то заткнули рот, чтобы заглушить мои крики.

            Мисс Гундесдоттир и док зашли. Посреди палаты вразвалочку в кресле сидел Локи, словно давно ожидал их, хотя две секунды назад я считал, что он крепко спит, привязанный к своей койке. Лофт жестоко улыбнулся вошедшим и спросил:       - Как спалось? Что Вам снилось, мисс Гундесдоттир?       Теперь я знаю, как начинается конец света.

***

      Казалось прошла вечность, но на самом деле Сестра Гундесдоттир тотчас же закричала на Локи:       - Господин Лафейсон! Что это было?!       - О чём Вы? - поднял брови Лофт.       - Вы знаете, о чём я!       - Нет, я хочу узнать, о чём Вы именно.       Старшая сестра даже зарычала, пытаясь скрыть шестерёнки, восстановить микросхемы и уменьшить излучение. А как её взбесило, когда Локи отвлёкся и начал что-то напевать!       - Господин Лафейсон, что Вы себе позволяете!        - А, что?       Мисс Гундесдоттир едва сдержалась, чтобы не зарычать снова, встраивая коды обратно и восстанавливая эпителиальные ткани.       - Понимаете, что Вы преступили все грани?       - Мисс Гундесдоттир, Вы должны попривыкнуть, Вы же с психами работаете.       В кромешной тьме палаты мне показалось, что лицо Локи, по которому расползалась жестокая и коварная усмешка - самое мрачное место во всём отделении. Мрак словно сгущался вокруг самой жуткой физиономией из всего арсенала новенького. Хотя, меня ещё до смерти пугали санитары, в гневе +100500 уровня превратившиеся в неясные алые пятна, которые поймать можно только боковым зрением, но я был уверен, что вот-вот - и они поглотят меня, сожрут, не оставив ни следа моего бытия в мире.       В глазах Лофта снова промелькнула невероятная бесчеловечность, и я ещё раз подумал, не страшнее ли это, чем ярость мисс Гундесдоттир и её санитаров, или даже того, что последние - скорее всего моя галлюцинация. Не могу только понять, как перед ними всеми умудрялся так уютно чувствовать себя сам Локи - с момента, как они все выбрались из шкафа, он так и не шелохнулся, так и сидел, забросив ногу на ногу и подперев кулаком щёку, облокотившись на правую ручку кресла. Даже доктор Рагнар стоял позади и с замиранием сердца следил, что будет дальше.       - Подъём! - хлопнула в ладоши Старшая Сестра. Она уже восстановила все ткани, микроблоки и ЦП, теперь старалась вернуть старое выражение её фаянсовому лицу и прикрутить последние гайки. - Я требую, чтобы все встали!       Включился свет, а меня по ощущениям не то ледяной водой залило, не то заморозило холодным ветром. Сонливости как не бывало. Я уверен, что это был один из когда-то санитаров, что пролетел сквозь всё моё естество и чтобы жёстче разбудить, и чтобы расправиться. Ощущение, как будто оказался внутри молнии. Слегка дизориентировавшись, я поднялся и спустил ноги на пол, уже подготавливая себя к тому, что в любой момент мне может прийти конец. Остальные так же выбрались из своих узлов.       - Я желаю знать, что тут происходило, и кто из вас в чём конкретно виноват! - прогремел голос старшей сестры. Но не успели все одарить Локи взглядом а-ля "А всё из-за тебя", как пациент выпалил:       - Да они тут вообще ни к селу ни к городу. Всё это - моих рук дело.       - Теперь заткнитесь, господин Лафейсон! Кто признаётся хоть в абстрактной части содеянного?       - Да эти хомячки Вас в жизни не ослушаются! Они даже сами легли спать по расписанию.       - И как, по-Вашему, один человек физически может устроить такой погром?!       - А я рано встал и поздно лёг!       Никогда прежде мне не составляло труда притворяться глухонемым. Всегда жизнь была одинаковой и протекала спокойно - в такой же экстримальной ситуации притворяться, что я в неведении было почти невозможно. Смотреть, не отрываясь, на главную медсестру как раньше не удавалось - то и дело я переводил взгляд на лицо новенького: казалось, даже в освещённой комнате это жестокое выражение берёт всю тьму в помещении на себя. Но вдруг ётун смягчился и даже сел прямо, слегка наклонившись к сестре.       - То, что они мне всё это позволили сделать - это да, уже есть единственный, заметьте, их проступок. Но не более. Они не остановили меня потому что я запугал их, всех до единого.       - В таком случае я подумаю, как изолировать Вас от остальных пациентов, - вздохнула мисс Гундесдоттир.       - Уж обезопасьте их, пожалуйста, - понимающе кивнул Локи.       Была бы тут Сигюн, может, догадалась бы, что он опять ставит перед сестрой выбор: послушаться худшего пациента или оставить всё как есть, что тоже странно для неё. Был и третий вариант - согласиться со студентами, тоже оскорбительный для медсестры с таким стажем и авторитетом. Она снова вздохнула.       - Да где же, спрашивается, эта сестра Унидоттир?       - Ушла вчера, сказала, отлучится на минут пять. До сих пор не вернулась.       Старшая сестра сложила руки на груди, словно выжидала от Локи отчётов.       - Да что Вы в самом деле! - взмахнул тот руками. - Не хотите ли Вы сказать, что тут опять я виноват??       Пожалуй, это казалось действительно слишком фантастичным, чтобы быть правдой. Тут оставалось только поверить пациенту Лафейсону, но даже у меня промелькнула мыслишка: "Чёрт возьми, как он Вас восхитительно наебал!"       В отделение постучались. Сестра ещё немного уменьшила излучение и ей уже проще было состроить свою кукольную маску, когда она взглянула на вход в палату. Зашли младшие сёстры: Хельга и Сигюн. Последняя замешкалась, оглядела масштабы бедствия и спросила:       - Что, собственно, тут произошло?       Сзади послышался возглас Хельги "Батюшки!". Я понял, что сейчас по расписанию у них совместное дежурство, после сестры Унидоттир. Даже тут всё было предусмотрено!       - Вы не были в больнице вчера?       Хельга покачала головой.       - Вчера по расписанию дежурить должна была сестра Унидоттир, - ответила Сигюн, открыв сумку чтобы найти тетрадь с графиком работ.       - Теперь ещё и практикантка пропала. Какие есть предложения?       - Н-ну, я бы с-собрал консилиум, - промямлил доктор Рагнар, едва удерживая на носу то, что осталось от его окуляров.       - На это нет времени, но я согласна, что с этим "чудом" надо что-нибудь сделать... - Мисс Гундесдоттир проследила взглядом восемь борозд раздолбленных плит в ванной комнате, сделанных кроватью, которую мы сначала туда затащили, а пару часов назад перенесли обратно в палату.       - Ой, мисс Гундесдоттир, Вы сейчас были так похожи на мою воспитательницу из детского сада: она так же выражалась перед тем, как меня отшлёпать... - промурлыкал Локи, тыкаясь головой в спинку кресла, как кот.       - Вы посмотрите, он ещё занимается непонятно чем... Какие есть предложения, ученики?       Сигюн тактично кашлянула, словно намекая, что хотела бы сказать что-нибудь старшей сестре так, чтобы никто её не услышал помимо неё.       - Помните, я говорила, что он Вас специально испытывает, - на верхнем дыхании сказала сестра Ньёрддоттир. Мне пришлось максимально навострить уши, лишь бы хоть что-нибудь расслышать, - Я до сих пор не могу понять, зачем, но уверена, что больше медлить нельзя. Послушайте, Вы тогда с нами не согласились. Надо как можно скорее делать ЭШТ, не то замешкаемся и упустим момент. Определённо, он устроил всё это чтобы попасть либо в операционную, либо в буйное, или для чего-то в этом роде. Нельзя этому потакать - ЭШ будет достаточно, чтобы привести господина Лафейсона в чувство, потому что если принять более жёсткие меры, всё пойдёт по его задумке, что не может быть хорошо ни для него, ни для остальных пациентов.       - Хорошо, - чуть оценив сказанное ответила Старшая Сестра, - Как можно скорее внесите эту VIP-персону в очередь на ЭШТ.       Предательница! А я ведь почти подумал, что иногда медсёстрам можно доверять. Но сестра Ньёрддоттир только что обрекла Локи на поход в шоковый шалман. Хоть и старается выглядеть теперь нейтральной, но я вижу, что она собой гордится. А Лофт, видать, ничего не услышал, потому что продолжал придуриваться, как кот с клубком шерсти, только без клубка шерсти.       Да она ведь его подставила!       Но Старшая сестра хитро улыбнулась и ушла в своё отделение, в котором так и не было стёкол. Хоть в чём-то повезло, потому что смогли увидеть, как она открыла вставленный кверх ногами ящик, из которого тут же высыпалась горсть различных бутылочных и других осколков стекла. Локи, перекидывавший в этот момент у себя на койке из рук в руки свой мяч даже поднял глаза, радостно улыбнулся и тихо, чтобы услышал только я, шепнул:       - Это тебе за Генри, сучка!       Само неведение. В течение двух-трёх недель ему мозг поджарят между двумя электродами, а он ведёт себя, как ребёнок. Или это уже деградация? Или того хуже - если вдруг у кого-нибудь из пациентов начинается деменция, то это конец. Хотя не похоже, что Локи теряет рассудок. В конце концов, он мог и не слышать, как Сигюн подставила его, попросив мисс Гундесдоттир отправить его в шоковый шалман.

***

      Не удивительно, что процесс назначения и записи Локи на электрошоковую терапию проходил быстрее, чем всегда. Как правило, если кому-то срочно требовалось эдакое лечение, то срочное включение пациента в график занимало от недели до месяца. Разумеется, если какие-нибудь действия необходимы были действительно срочно - к примеру, во время припадка - то в ход шли уже транквилизирующие уколы и длинные белые рукава. Я не знаю, каких размеров больница, что в электрошоковую как к терапевту - надо записываться за месяц. Но ничего изумительного нет в том, что уже к концу недели, за всего-то четыре дня, Локи уже и записали, назначили "лечение", иными словами - в шоковом отделении уже вовсю готовились принять особого гостя. Даже мисс Гундесдоттир решила отменить в субботу свой дэй-офф, лишь бы поприсутствовать на роскошной королевской казни. Позже мы узнаём, что в этот день она запланировала вообще убить двух зайцев сразу, но об этом потом.       Конечно, она постаралась без промедлений приковать Лофта к столу в пыточной камере, потому что принц Ётунхейма показал во всей красе, на что он способен. По её версии, что Локи со своими целями намерен специально попасть в очередь приговоренных к лоботомии, старшая сестра не могла его туда отправить. Пока придётся обойтись разрядом тока, авось прокатит. Даже о предстоящей экскурсии во времена инквизиции она сообщила пациенту лишь на третий день.       - Уверена, лечение пойдёт Вам на пользу. Мы успеем Вам помочь, - снова обретённым своим благотворительным тоном заключила сестра Гундесдоттир, рассказав Локи о предстоящем в субботу ЭШТ, - не переживайте, процедура совершенно безвредная, но должна вызвать улучшения в Вашем состоянии. На всякий случай я приду в субботу (Видите, как я забочусь, ради Вас в выходной приду ) и всё проконтролирую.       - И что по-Вашему со мной, - немного печально спросил Локи, - суицидально-депрессивный синдром?       Я сам чуть не ответил, что судя по тому, как сын Лафея задирает с самого своего приезда главную медсестру, то ничего другого диагностировать не остаётся. Только на первый раз мы так легко отделались, с этих пор больше ни одного взбрыка.       Но вопреки здравой логике, как только Сестра Гундедоттир вышла из палаты, Локи потянулся в кресле и промурлыкал:       - Ну, как насчёт повторить как-нибудь?       - Ты чего?! - Прохрипел я со своего места, стараясь, чтоб сестра на вахте меня не услышала, - Тебе только что назначили электрошоковую терапию, и то со скидкой на то, что это твой первый погром в отделении...       И все же, я предатель не меньше Сигюн. Я уже три дня знал о том, что ждёт Локи, но молчал, хотя мы могли хоть-что-нибудь успеть придумать! Он же "мозг"! Но вместо этого я боялся. Да, мне было страшно, я просто глупо надеялся, что мисс Гундесдоттир забудет о своей угрозе, хотя уже приказала Сигюн внести Локи в списки.       Кстати, угадайте, чья смена в субботу.       Но Лафейсон, казалось, даже не понимал, о чём, собственно, идёт речь. Может он просто не знал, что ему готовили, но вёл он себя как обычно, ничего его не беспокоило, да и предпринимать он ничего не собирался.       - Нам ведь ещё сбежать предстоит, - сказал Локи, видимо, совершенно не врубаясь, что кругом творится.       - Брось, хорош уже, - подскочил к нему Асмунд, из-за недостатка цензурных слов пытаясь объяснить то, что хочет выразить, жестами. - Наигрался уже, продемонстрировал, что можешь. Отсюда нельзя выбраться.       - Один спор ты мне уже проиграл, - Лофт надул щёки, намекая, что он и второе пари сдержит так же легко, как и первое.       - Перестань, тебе сейчас вообще надо притаиться и не отсвечивать!       - Да что вы все так забеспокоились, всё же в порядке? - вроде совершенно искренне засмеялся Локи. Мы все переглянулись, но видимо, даже этого Лофт не заметил. Более того: он просто начал играть со всеми по очереди в ладушки. И ни о чем хорошем это не говорит.       А пока Старшая сестра восстанавливала отделение. Честно признаться, мы недооценили её возможности - через пару дней уже нельзя было отличить помещение до нашего бунта и после. Хорошо хоть эта квалифицированная колдунья никогда не узнает, что Локи был вне отделения.

***

      Настала суббота. На дневное дежурство пришла Сигюн, которой с того самого утра вообще не было в больнице. поручено было вместе со Старшей Сестрой вести Локи в ту самую комнату.       Но настроение Лофта ничуть не поменялось - он был всё так же оптимистичен и перед отправкой на процедуру ЭШТ просил только доиграть в ладушки. А поскольку играл он со мной, это обещало длиться хоть вечность. Глухонемым не на что отвлекаться, играть я могу долго, хотя бы чтоб меня не спалили в невнимательности. Но когда сестра на него стала повышать голос, мне повезло - Локи сбился прежде, чем я испугался.       Но тот упёрся, как баран, наотрез отказывался идти.       - Я прошу не многого - просто дайте мне взять с собой Харви!       Вербрандсон вздрогнул и удивлённо захлопал глазами. Получить по мозгам током в его планы на день не входило. Да и за что? Ток назначили Локи.       - Пожалуйста, я настаиваю, пусть Харви пойдёт со мной. Неужели Вам трудно? - строил щенячьи глазки Локи.       Проблемы в этом никакой, да и лишний раз прополоскать мозг пациенту, с точки зрения врачей, не глупость. Поэтому все понимали, что вернут нам Харви только на носилках. Это же профилактическая безобидная процедура, ебёна вошь!       Мисс Гундесдоттир слегка растерялась.       - Ну прошу, - сложил руки, как щеночек, Локи. - Просто дайте мне взять его с собой, пусть он сопровождает меня!       Старшая сестра, видимо, предоставила это решение, как очередную практическую задачу, практикантам. Если вторая младшая сестра, миловидная, но молчаливая, со светлым вьющимся хвостиком, явно робела ответить мисс Гундесдоттир, то Сигюн равнодушно оглядела пациентов и сказала своё мнение.       - Пускай. Не помешает.       Локи воскликнул "Ура!", схватил за руку Харви, побежал за медсёстрами в направлении к выходу и потянул за собой Вербрандсона, который уже немного начинал паниковать. В последний момент он в волнении, шепотом попытался обратиться к кому-то из нас:       - Не позволяйте им сделать это со мной!       Но тотчас же скрылся следом за Локи за дверным косяком.

***

      Пациенты подошли к двери у которой не было никаких опознавательных знаков, но все без исключения уже знали её номер. У Харви всё внутри похолодело и стали подкашиваться ноги. Хоть его и не было в списках, но мало ли чего задумал Локи - возможно, он что ни делает, всё для себя любимого. Тогда он может выдать Харви за Локи Лафейсона. А сомневаться в том, что полуас полуётун - клинический психопат не приходилось, поскольку у этого индивида всё ещё был вид как у маленького ребёнка, которого привели на экскурсию в исторический музей.       Сигюн отпустили ещё в начале пути. Мисс Гундесдоттир сказала, что та может остаться в отделении помогать сестре Уиннидоттир.       Оба пациента сели на стулья напротив пыточного кабинета. Точнее, один сел, другой не то опустился, не то сполз.       - Давай в ладушки, пока есть время! - весело протянул ладони Лафейсон. Харви посмотрел на Лофта.       - Как ты можешь сейчас говорить о таких вещах, - нехотя поднял дрожащие руки Вербрандсон.       - Поверь, это важно. А что такого? Хэй, а почему ты так побледнел, что я даже не нахожу, с чем тебя сравнить в эту минуту?       К Старшей Сестре подошла сестра Ньёрддоттир.       - Мисс Гундесдоттир, Вас просят подойти.       Старшая сестра оставила обоих пациентов одних в коридоре. Не прошло и минуты, как совершенно незнакомые медсестра и медбрат прикатили к кабинету без номера каталку, на которой лежал Генри.       Вид у него был ещё более изнемождённый, чем когда Локи видел его в последний раз: кожа побледнела настолько, что казалось, стала самым тонким материалом на свете, волосы стали тоньше и темнее, сквозь низ можно было различить любую складку на покрывале. Могло показаться, что он не дышит.       - Кого мы видим! Как мир тесен! - вскочил с места Локи. Генри перевёл на того взгляд и едва слышно заговорил:       - Они хотят затащить меня туда, дать мне по голове током... - Бедняга говорил с трудом. После каждого предложения он делал приличные паузы. - Могло обойтись, но как только они узнали, что я вижу галлюцинации... Мне показалось, я что-то слышал. Мне показалось, планшет с моей историей болезни отцепился от спинки моей койки висел надо мной в воздухе...       - Какие галлюцинации! - едва не замахнулся на Генри Лофт, но вовремя сдержался и поставил руки в боки, наклонившись к эпилептику. - Какой планшет! Ты чё, сдурел, что ли?? Кто говорил с тобой?       Альтрудсон чуть прикрыл глаза, словно вот-вот должен был сделать для себя какой-то вывод.       - ... Я догадывался. Почему-то, я даже не удивлён.       - А есть, чему удивиться, - без энтузиазма, похолодевшим голосом промолвил Харви. - Он не только в буйное сунуться умудрился - ты бы видел, на что стало похоже наше отделение.       Генри слабо улыбнулся. От попытки с кем-нибудь заговорить у него сразу загорелись щёки. Локи положил ему руку на лоб, но убирать её не торопился.       - Пожалуйста, убери, - очухался эпилептик, - Мне сейчас становится всё хуже.       - Знаю, - ответил брат Тора. - Так сейчас и надо.       - Эй-эй, что ты делаешь! - кинулся было к Лафейсону Харви, как вдруг из-за угла вышла мисс Гундесдоттир.       В этот день смыть с её лица победное выражение было невозможно. До последнего момента она планировала наслаждаться происходящим. Она неторопливо взглянула на часы.       - Почти четыре, - пропела Старшая Сестра. - Осталось только дождаться доктора Исбьёрна. Он запустит аппарат. Вы не переживайте, больно не будет.       Последнюю фразу Агата отчеканила так вообще с явным удовольствием.       - Разве похоже, что я переживаю? - раскрыл глаза Локи, - Точнее, не так: разве я должен переживать?       Тут коротковолосый врач в узких очках подошёл к двери и отворил её. Локи заглянул следом, остальных пришлось туда вести.       - Честно говоря, я разочарован,- пожал плечами Лофт, - я ожидал мрачного подземелья, цепей, паутин и свечей в канделябрах. Ан нет, тут всё цивильно, белый свет озаряет всё помещение.       Медсестра только сочувственно улыбнулась и стала ждать.       - Чур, ребят, я пойду первым, - бросился к остальным царь больницы, насильно взял их за руки и отпустил. - Куда вы пошли? Останьтесь. Я требую, чтобы вы пошли со мной.        Пока он дошёл до того ужасного стола с крепежами для рук и ног, он успел сунуть руку в карман.       - Ложитесь, - указывал врач в очках, - Руки вытяните. Можете разжать кулак.       - Да нет, спасибо, мне так спокойнее, - улыбнулся Локи, хотя он и так выглядел спокойно, словно пришёл не на наказание меж двух электродов, а на развлекательное мероприятие в санатории.       Доктор велел Локи засунуть какую-то резиновую капу в рот, закрепил все наручники-наножники, поднёс к голове ётуна карательное устройство и уже подготовился опустить рычажок. Харви отступил к стене, пока не коснулся её спиной. Генри заворожено и несколько в замешательстве наблюдал за происходящим.       Случилось внезапное, этого не мог ожидать никто. Как только очкарик замкнул цепь, сначала ничего не происходило в течение нескольких секунд, но потом сам аппарат, отдающий "приказы" остальной системе, взорвался ко всем чертям. Весь кабинет заполонил дым. Мисс Гундесдоттир закрыла лицо и бросилась открывать дверь. Доктор-технарь кинулся осматривать приборы, не случилось ли возгорание.       - Должно быть, какой-то сбой! Тут сейчас всё может вспыхнуть - уведите их всех отсюда, мисс Гундесдоттир!

***

      Приговорённых пациентов уложили в одной из комнат, предназначенной для подобных ситуаций или переполнения больницы, чтоб не оставлять их в коридоре. На жаргоне пациентов такие комнаты назывались "временными станциями".       - Так ты знал всё... - сказал Харви, положив руки под голову и повернувшись к Локи, который отдыхал на соседей каталке.       - Естественно, друг мой. Ты думаешь, я дам им поджарить мой хвост?       - Как ты сделал это?       -Помнишь, мы объединяли силы?       - Я был уверен, что ты использовал это, чтобы тогда разбить стекло в радиорубке старшей сестры.       - Ничуть, я тогда воспользовался своими силами.       - И насчёт Генри - всё это было специально? Ты же всё предусмотрел...       - Не заяви он о глюках, ползущих по стенам. - тут Лофт повернулся к самому эпилептику, приходящему в себя. Блондин шёл на поправку, лицо обрело более живой оттенок, да и дыхание восстановилось. - Не заяви он об этом - дружище, ты бы там остался ещё на неопределённый срок. Теперь тебя вернут к нам в палату, а пока они починят эту адскую машину, все и думать забудут о нашем направлении сюда.       - А зачем тебе я? - спросил Харви.       - Видишь ли, до последнего момента я не был уверен, что сработает. Поэтому и старался как можно чаще играть со всеми в ладушки, трогать у всех руки - на них скапливаются, грубо говоря, мельчайшие заряженные частицы, не очень много, но всё же лучше, чем ничего. До последнего момента я старался накопить их как можно больше. Джоулем, миливаттом, электроном, хрен знает чем там ещё, но чем больше, тем лучше. Видишь, какой я бессовестный - я даже у этого многострадальца стал выкачивать жизненные силы, лишь бы не прогадать с поломкой электрошокера, хотя он и так уже был одной ногой на том свете. Ну, он, Генри.       Харви засмеялся и повернулся на спину.       - Ты дьявол!       И улыбнулся, успокоившись, что всё позади. По крайней мере на сегодня.       - О-о, ещё какой! И всегда вам это говорил, - засмеялся в обратную Локи, но передумал и поправился, - Нет, я гораздо страшнее.

Пойман во тьме, В комнате становится холоднее, моё тело связано. Лежу в кровати и не могу пошевелиться. Я вижу старую каргу, что сидит напротив. Нет выхода, лишь темнота вокруг, Чувствую, как мои глаза наполняет страх. Услышит ли кто-нибудь мои крики о помощи в номере 24? Volbeat - Room 24