Что имеем не храним, а потерявший плачет...

Кёко(Лети): Как только мы зашли в лифт, Каил спросил: - Не слишком ли ты жестока с ним? - Возможно, - ответила я, - Но то, что я ему сказала было правдой, а правда всегда отчасти жестока, - сказала я и слегка улыбнулась. - Лети, как ты думаешь, они успеют все исправить к назначенному сроку? - с неким волнением спросил Каил. - Не могу сказать точно, так как я его недостаточно хорошо знаю, также как и он меня, но знаешь, достаточно легко предугадать его следующий ход... - И каким же он будет? - все так же спросил Каил, а я загадочно улыбнулась и сказала: - Ты видел его глаза, когда я сказала, что не буду работать с ним, пока он не исправит всю документацию? - спросила я, на что он отрицательно кивнул. - А я видела... В его глазах я увидела страх потерять меня... - сказала я, как двери лифта открылись, и мы пошли к лимузину. - Куда прикажете ехать? - спросил водитель. - В гостиницу "PlaZa" - сказала я и села в лимузин, и так как мы выехали в обед из офиса, а на улицах Японии в это время жуткие пробки, мы как раз таки попали в одну такую. Помирая от скуки, я открыла люк лимузина и, подтянувшись на руках, села на крышу и крикнула: - La gente de Japón, Hola a todos! (Люди Японии, ВСЕМ ПРИВЕТ!!!) - все прохожие, шедшие по пешеходным тротуарчикам и сидевшие в машинах, посмотрели на меня, сначала они не поняли, кто это, а потом кто-то из толпы крикнул: - Это же Летиция Францеско!!! - и тут сразу же послышались визги, писки и все прочие звуки, которые выражает человек, когда доволен или рад. Тут на весь этот шум вылез Каил и воспользовавшись его появлением я шепнула ему на ухо: - Спроси, хотят ли они, чтобы я прямо сейчас раскрыла им свой секрет? - спросила я, на что он кивнул и громко спросил: - Хотите ли вы, чтобы Лети раскрыла вам свой секрет? - Да! - закричали люди. - Я умею разговаривать по-Японски!!! - крикнула я ,вставая на крышу ногами. - Япония, я люблю тебя!!! - крикнула я, и все опять начали визжать и кричать. Кто-то полз через машины, так как я находилась в середине ряда, и протягивали мне мои фотографии или листы, чтобы я на них расписалась. Кто-то фотографировал меня на телефон, кто-то просил им даже попозировать на камеру, что я не отказалась сделать. Через какое-то время набежали репортеры, но слава богу они не смогли пробраться ко мне ближе, так как мешали машины. Они кричали много разных вопросов, на которые я практически не отвечала. Так продолжалось несколько часов и, юркнув обратно в салон машины, я достала планшет и нашла карту города. Оказывается, гостиница находилась в десяти минутах от того места, где мы застряли. И тут мне на ум пришло решение, я переобулась в старую обувь, то есть кеды, и объяснив все Каилу, открыла дверцу лимузина и вышла из него, потом за мной вышел Каил и, схватив меня за руку, очень тихо сказал: - Раз, два, три ... - отсчитывал он, - Бежим! - крикнул Каил и мы побежали между машинами, а фанаты соответственно за нами вместе с репортерами. Пробежав несколько машин, мы вдруг услышали с другой стороны дороги (там тоже пешеходный тротуар) крики женщины: - Помогите, пожалуйста! Моему мужу плохо! - кричала она, и я, не задумываясь, прыгнула на капот машины и побежала к женщине. Подбежав к ним, я увидела женщину лет шестидесяти-шестидесяти пяти, а на ее коленях лежал мужчина примерно такого же возраста, что и она сама, может даже постарше. - Что случилось? - спрашиваю я, садясь около женщины на землю. - Я... я не знаю... Он сегодня с утра говорил, что у него сердце побаливает, я предлагала ему сидеть дома, но он наотрез отказался и пошел со мной... И теперь вот, - плача сказала женщина. Так, Кёко, соберись, вспомни первую медицинскую помощь, первое, что нужно сделать, это пощупать пульс. Подношу руку к тому месту, где должна находиться сонная артерия, зажимаю. - Пульса нет! - кричу я - Черт! Каил! - кричу я, зная, что он поблизости - Быстро звони в скорую! - приказала я и, аккуратно взяв голову мужчины с колен женщины, положила ее на землю и запрокинула его голову кверху, так, что его подбородок смотрел вверху , потом выдвинула его нижнюю челюсть во избежании западения языка. Начала делать искусственное дыхание рот в рот, потом сделала два сильных выдоха и начала массаж сердца. Надавила пятнадцать раз на грудную клетку, снова вдохнула два раза в рот пострадавшему и потом еще пятнадцать раз надавила на его грудную клетку. Сделав процедуру, я начала щупать пульс и проверять дыхание мужчины: - Восстановилось... - облегченно говорю я и падаю на пятую точку, закрыв лицо руками, так как чувствую, что по нему текут слезы. Слышу аплодисменты, свистки, щелканье затворов камер, слышу сирену скорой помощи, но мне все рано. Все равно, что Каил пытается привести меня в чувства, я просто погрузилась в транс. Я вспомнила свою маму, я видела как ей с каждым днем становилось все хуже и хуже, я вдела как врачи боролись за ее жизнь, видела как папа плакал каждый день, топя себя в алкоголе, ведь я тогда не знала, что рак на последней стадии неизлечим... Но, когда мамы не стало, я приняла для себя решение, что стану врачом и буду спасать жизни людей, чего бы мне это ни стоило. Я даже прошла курсы первой помощи, когда училось в старшей школе, но потом у меня как-то не получилось пойти в мед. университет. Не получилось, потому что я услышала прекрасные звуки рояля... - Лети! Лети! ЛЕТИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! ПРИДИ В СЕБЯ! - кричал Каил, тряся меня как куклу, и тут я как-будто очнулась ото сна и огляделась: - Каил, а где мужчина? С ним все в порядке? Он жив?! - засыпала я его вопросами. - Да, Лети, с ним все в порядке и он сейчас находиться в больнице, только вот знаешь, по тебе не скажешь, что ты в порядке... Что случилось? - спросил он. - Ничего... - отмахнулась я и, вытерев слезы, поднялась с земли и, отряхиваясь, сказала: - пойдем отсюда, слишком много народу, вон смотри: как раз наша машина и пробок больше нет, пошли... - сказала я, потянув его за край пиджака. Сев в машину, я не заметила, как мы приехали к отелю и, зайдя внутрь, мы взяли ключи от своих номеров и поднялись на нужный этаж, подойдя к необходимой двери, я быстро открыла ее и зашла внутрь, захлопнув дверь перед носом Каила. Нет, он ни в чем не виноват, просто мне нужно побыть одной... Нет! Я очень хочу увидеть сейчас одного дорогого мне человека. Скинув с себя вещи, я пошла в ванную и приняла освежающий душ, после чего, замотавшись в полотенце, вышла из ванной и пошла к своим чемоданам, которые заранее доставили, также как и мою машину. Открыв чемодан, я вытащила оттуда черные рваные лосины, белую майку на два-три размера больше, черную кожаную куртку и черные туфли на каблуке, после чего взяла ключи от машины и, выйдя из номера, спустилась на подземную парковку, где увидела своего серного красавца ягуара с офигенной коробкой передач. Такого малыша ни у кого нет, я его сама прокачала, он просто великолепен. Сев в салон машины, я вставила ключ зажигания и через мгновение услышала приятное мурлыканье мотора. Нажав на газ, машина с визгом шин тронулась с места, и, выехав с парковки, я поехала к такому желанному месту, месту, по которому я соскучилась. Лавируя среди других машин, я ни о чем не думала. На соседнем сиденье звонил мой телефон, можно даже не смотреть на экран, чтобы сказать, что это Каил, так как никто не знает моего нынешнего номера, кроме него и президента. Мчась по улицам города, я проезжала мимо знакомых мест и печально улыбалась, даже проехала мима своего бывшего дома и не удивилась тому, что в окнах не горит свет, ведь скорее всего Рен там и не живет... Так за воспоминаниями о своем прошлом я не заметила, как подъехала к "элитным" домам, а после остановилась около дома, в котором родилась. Выйдя из машины, я бесцеремонно перешла через ворота, потом открыла дверь дома и сняла туфли, чтобы не привлечь внимание стуком каблуков. Поднявшись на второй этаж, я пошла в такой родной отцовский кабинет, ведь знаю, что он сидит там... Открываю дверь и тихо шепчу: - Папа я дома....