Страсть инкуба

             — Что ж, представление начинается, — довольно усмехнулась королева и царственно вскинула руку, указывая на двери тронного зала. — Начнем. Все вон, — холодно велела она.       Те малочисленные фэйри, что присутствовали в зале, поспешили к выходу, остался лишь Эльдейн.       Она изящно подняла руку ладонью вверх, заставляя Адреана вскинуть голову и очнуться. Демон едва слышно застонал сквозь накрепко сцепленные зубы.       — Для начала вернем тебе твой истинный облик. Покрасуйся перед своим инкубатором, — засмеялась Лилит.       Эмет вздрогнул. Еще один непонятный, но грациозный жест рукой — и черты лица, контуры тела Адреана на мгновение расплылись, словно он таял. Вскоре в черной пентаграмме на белой стене был распят не человек, а демон: в этом облике Адреан был гораздо крупнее и выше, больше двух метров ростом, шире в плечах. Узлы мускулов даже в расслабленном состоянии вздулись на предплечьях и мощных бедрах, ноги по своему строению больше напоминающие волчьи, то есть с вывернутым назад коленом, оканчивались устрашающего вида лапами с загнутыми когтями; крупные кубики пресса отчетливо выделялись на подтянутом животе. Плечи и внешнюю локтевую сторону венчал ряд острых шипов, по паре таких же крупных имелись сбоку на бедрах. Из черной гривы показались едва заметные рога. Его кожа была грубой и жесткой на вид, словно чешуя у дракона, и имела насыщенный темно-синий оттенок, кое-где переходивший в черный. Адреан облизнул пересохшие губы раздвоенным языком и закрыл глаза, словно не желая никого видеть.       — Ну что, малыш, тебе нравится этот демон, — хохотнула королева, поднимаясь со своего трона и подходя к Адреану. Кончики ее длинных пальцев пробежались по мускулистому торсу демона, затем она щелкнула пальцами. — Давай, очнись же, Адреан Хейл. К тебе посетители.       Пентаграмма засияла ослепительно ярким синим светом, когда Адреан вновь открыл глаза и посмотрел на королеву расфокусированным взглядом.       — Пошла… к черту, — прошептал он сипло. — Ведьма.       Лилит на это только расхохоталась звонко.       — Я уже оттуда, милый, — пропела она, проводя ярко-красным, под цвет ее губной помады, длинным ногтем по линии его челюсти. — Эмет, дорогуша, помаши своему демоненку ручкой.       Эмет открыл было рот, чтобы сказать какую-нибудь колкость, но пальцы Эльдейна впились ему в плечо. Наклонив голову, почти не размыкая губ, высший фэйри прошипел:       — Если хочешь спасти Адреана, то помалкивай и веди себя прилично!       Эмет бросил на него недовольный взгляд, поморщившись от боли в плече, но увидев свирепое выражение лица фэйри, решил промолчать и последовать его совету.       — Что ж, Адреан, раз твой человечек здесь, давай-ка поиграем. Давай? — Лилит неспешно приблизилась к Эмету, и невольно парень дернулся назад, но рука фэйри снова его удержала. — К примеру… я могу обратить его в кого-нибудь из балансиров. Может быть, в мерроу? Хотя нет…       Лилит медленно обходила Эмета с Эльдейном по кругу, и парень ощущал себя потерпевшим кораблекрушение в открытом море и теперь оказавшимся в кругу, по периметру которого, разрезая волны, медленно кружил плавник акулы. Он невольно сглотнул.       — Или в дроу? Он был бы очень мил с темной кожей и безумной жаждой убийства. Да, определенно, безумие отлично бы смотрелось на этом нежном личике.       Королева приподняла голову Эмета за подбородок, ощутимо царапнув кожу своим маникюром. Адреан, наконец-то осознавший, что Эмет действительно реальный, а не морок, расширил глаза, глядя на него.       — Или лучше сделать его… инкубом? — вкрадчиво промурлыкала Лилит, оборачиваясь к распятому на пентаграмме демону.       Вздох, который сорвался с губ Адреана, слишком громко раздался в тишине тронного зала.       — Нет… — хрипло произнес демон. — Не смей. Оставь его человеком.       — Да что ты? Не хочешь жить с ним долго и счастливо?       Эмет быстро облизнул пересохшие от волнения губы. Кажется, королева даже не подозревает, что в нем течет кровь фэйри, если, конечно, эта прохиндейка Нари не солгала ему. Он покосился на Эльдейна, и тот поджал губы, едва заметно покачав головой. Что он хотел этим сказать, парень не понял, но весьма удивился, едва не распахнув глаза. Эльдейн читает его мысли?! С него хватило и Владыки, который видел его насквозь, словно рентген.       К счастью, Лилит не заметила их безмолвного диалога, потому что все ее внимание было сосредоточено на Адреане.       — У тебя есть что предложить мне? Взамен я оставлю твоему человечку его никчемную смертную жизнь.       — Ты не можешь так поступить со мной, — прорычал Адреан, рванувшись вперед, но не сумел даже на миллиметр отлепиться от стены, заточенный в демоническую ловушку, высасывавшую из него силы.       — Ты уверен? Один мой поцелуй, и это будет новый балансир, — засмеялась Лилит.       — Моя королева позволит мне говорить? — неожиданно вмешался Эльдейн.       Демоница повернулась к фэйри, вскинув бровь в легком удивлении.       — Ну говори, — равнодушно разрешила она, глядя на фэйри свысока, притом, что тот был совсем немаленького роста. Однако она как-то умудрялась выглядеть гораздо выше и царственнее, чем есть.       — Мне кажется, этот мальчишка недостоин занять место среди нас. Посмотрите на него, моя королева. Он же слаб как духом, так и телом. Какой из него дроу? Одно посмешище, — выражение презрения на высокомерном лице ледяного принца было просто непередаваемо. Эмет поежился, но поскольку уже раскусил игру фэйри, промолчал, глядя в пол. — А русал? Да мерроу не примут его. Инкуб? Вы всерьез полагаете, что он сумеет кого-то очаровать даже при наличии демонической силы? Это же просто позор.       Лилит чуть нахмурила свои тонкие рыжие брови.       — Хм. Возможно, ты прав, — сказала она через минуту размышлений. — Но я в нем чувствую что-то… такое… волшебное.       Эмет встревожился, машинально дернув рукой, чтобы положить ладонь себе на живот, но пальцы фэйри впились в его плечо так, что он едва не вскрикнул. И тем не менее выражение лица Эльдейна нисколько не изменилось.       — Возможно, это потому, что Адреан оставил на нем свою метку.       Лилит приблизила свое лицо к Эмету, обдав его сладким возбуждающим ароматом, от которого просто не могла не наступить естественная реакция. Эмет сжал зубы, ненавидя себя за то, что против воли хочет эту развратную, вульгарную демоницу. Он прислушивался к своим ощущениям, пытаясь уловить разницу. Когда он чувствовал очарование Адреана, то оно было не таким агрессивным, а мягким, спокойным, утонченным, сладким, ненавязчивым и действительно возбуждающим. Это было очень… элегантно. Эта же чертова девица вызывала только банальное, хотя и дикое, просто звериное во всех отношениях желание повалить и оттрахать ее во все щели, как она того и заслуживала, ибо никого, кроме шлюхи, Эмет в ней не видел. Давненько она не была в реальном мире, иначе изменила бы свои взгляды на счет того, что и кого можно назвать желанным и возбуждающим.       — Ну тогда я немного помучаю моего птенчика, — заявила Лилит, возвращаясь к пентаграмме. — Почему бы тебе не вспомнить, кто ты, малыш? — сладко пропела она, ласкающим движением проводя рукой по груди и животу демона.       Адреан прикрыл глаза, отворачивая голову, а Эмет внезапно ощутил, помимо дикого желания отыметь эту тварь, еще и не менее дикое желание вцепиться ей в глотку.       Лилит же, привстав на цыпочки, властно взяла демона за подбородок, поворачивая к себе его голову, и впилась в его губы требовательным поцелуем. Парень стиснул зубы, сдерживая рычание. Демоница оторвалась от инкуба только через пару минут. В то же мгновение Адреан запрокинул голову, отчего-то захрипев от боли, и его тело выгнулось дугой.       — Что с ним? — встревожившись, шепотом спросил Эмет и дернул стоявшего рядом фэйри за рукав его кожаного плаща.       Тот ответил на удивление спокойно:       — Королева вернула ему воспоминания о смертной жизни. Это всегда больно, потому что первый истинный грех — самый большой, и его невозможно искупить даже вечностью в шкуре отродья из Неблагого Двора.       Крик демона эхом отразился от сводов главного зала, его тело ломало, он хрипел, задыхаясь от агонизирующей боли, и рычал, стискивая зубы. Эмет не выдержал и шагнул вперед, но Эльдейн рванул его на себя.       — Я сказал, стой смирно, глупый человечишка! — рыкнул он ему на ухо тихо. — Ты все испортишь!       — Но он же страдает, разве ты не видишь?! — в отчаянии воскликнул парень, пытаясь высвободиться из его хватки. — Я должен помочь ему…       — Ты ему ничем не поможешь, нужно выжидать, — прошипел мужчина.       — Почему ты помогаешь? — таким же яростным шепотом произнес Эмет, но фэйри не ответил.       Адреан наконец затих, голова его поникла, упав на грудь. Он все еще тяжело дышал, в то время как эта дьяволица с удовольствием наблюдала за его страданиями, сидя на своем троне.       — Ну и что мне с тобой делать? — скучающе произнесла она, подперев щеку рукой.       Адреан с трудом приподнял отяжелевшие веки. Эмета поразило выражение его глаз: столько муки и боли плескалось в замутненных изумрудных омутах, и это была не боль от физических страданий, причиненных сейчас Лилит, это была глубоко засевшая душевная боль. Такая, какую может испытывать только смертный, в чьей жизни произошло что-то ужасное. И впервые он задался вопросом: за что же Адреан был проклят и обречен на вечность в шкуре порочного демона-инкуба?       — Ты… можешь делать со мной… что хочешь, — хрипло произнес он, едва шевеля искусанными в кровь губами. — Но мальчишку отпусти домой.       Лилит иронично приподняла брови и разразилась дьявольским хохотом. Эмет поежился. С таким-то смехом и немудрено, что она стала верховной демоницей Неблагого Двора… Настоящая злодейка.       — Он так тебе дорог?       Адреан ничего не ответил, снова закрывая глаза.       — Ты знаешь, чего я хочу, Адреан.       — Я не могу тебе этого дать, — хрипло ответил демон.       — Можешь, ты просто не хочешь! — Лилит вскочила со своего трона, и Эмет еще раз уверился в своих догадках. Да она же влюблена в Адреана, как кошка!       — Когда же ты поймешь, глупая демоница, — неожиданно послышался надтреснутый хриплый смех Адреана. — Любовь не покупают, не меняют и даже не дарят. Тебе столько веков, мать демонов, ты суккуб, ты должна знать о любви все. Я никогда не смогу дать тебе то, чего у меня нет.       — Тогда я убью этого мальчишку! — прошипела королева разъяренно.       — Это ничего не изменит, — спокойно отозвался Адреан. — Я же тебя возненавижу. А сейчас мне тебя просто жаль.       Демоница окончательно рассвирепела, но тут снова вмешался Эльдейн, не дав ее ярости вылиться в нечто ужасающее.       — Моя королева…       — Что?! — Лилит резко обернулась к нему.       Эльдейн приблизился к демонице. Он оказался выше ее ростом, даже несмотря на то, что Лилит стояла на высоких шпильках. Эмету удалось расслышать его слова, хотя он говорил тихо:       — Он прав. Этим вы ничего не добьетесь, убийство мальчишки ничего не изменит. Вам надо лишь подождать немного. Почему бы вам не заключить с Адреаном сделку? Здесь время идет гораздо медленнее, чем в реальности. Дайте ему сто лет, тут они пройдут как несколько месяцев. За это время мальчишка состарится и умрет, зачем он будет нужен инкубу? К тому же, питаясь его энергией, инкуб быстрее сведет его в могилу. А потом он ваш, сломать его не составит труда.       Лилит молчала, размышляя над словами фэйри. Эмет затаил дыхание, про себя восторгаясь тому, как тонко Эльдейн разыгрывает этот спектакль, безупречно играя второстепенную роль! Он ходит по лезвию ножа, на самой грани, в любой момент Лилит может его раскусить, если, конечно, у нее есть причины подозревать его. Но почему он помогает? Почему?       — В очередной раз убеждаюсь, что правильно поступила, назначив тебя своим помощником и советником, — усмехнулась демоница и повернулась к Адреану. — Итак, я предлагаю тебе сделку: век отсрочки. Еще сто лет. Если я отпущу тебя сейчас, то по истечении срока ты вернешься сюда, и станешь моим.       Адреан бросил на нее из-под ресниц такой уничижающий и в то же время недоуменный взгляд, словно искренне сомневался в ее умственных способностях. Впрочем, похоже, так оно и было. Но тут он перевел взгляд на холодное, невозмутимое лицо Эльдейна. Их глаза встретились на короткое мгновение, и у Эмета сложилось такое впечатление, словно они ведут немой диалог, легко понимая друг друга на расстоянии.       Это длилось всего одно мгновение, не прошло и секунды, как Адреан отвел взгляд.       — Я согласен, — раздался его голос в оглушительной тишине тронного зала.