Эрагон: Край всадников

Вирнен быстро попрощался со своим пока еще молодым драконом, которому было всего полгода отроду, и вбежал в здание Эбритхиля, направляясь в свой учебный корпус. Он опаздывал уже на полчаса, и его ждало порицание за нетактичность от своего Старшего Всадника, а так как его наставником была Измира-элда, то простыми наставлениями здесь не отделаешься. Впрочем, ученик пока не знал всех тонкостей обучения, и ему только предстояло познакомиться со своим учителем. Хотя женщина и казалась с виду милейшим созданием, на самом деле она была очень строгим учителем и ни на минуту не спускала глаз со своих учеников. Наконец парень вошёл в арку и поздоровался с учителем. - ... Вирнен, у тебя первый пред-учебный день занятий, на которых ты и твои товарищи должны узнать об основах Ордена, чтобы не выглядеть на празднике Агэти Бётк невоспитанными мальчишками, - в это время девушка шестнадцати лет, стоявшая недалеко от Вирнена, тихо хихикнула, о чём тут же пожалела. - Амали, девочек это тоже касается. Вирнен, проходи. Я поговорю с тобой позже. Когда все ученики, прибывшие в город с последней делегацией, расселись по скамейкам, Измира встала перед ними и начала лекцию: - Сегодня вы узнаете основы Ордена Всадников, благодаря которым вам станет легче понимать устройство Ордена и Брисингира. Начнём, пожалуй, со знакомства. Меня зовут Измира-элда, дочь Рорана. "Элда" - является обязательным прибавлением к имени любого Всадника, которого вы уважаете или считаете своим учителем. Один из учеников, мальчик лет пятнадцати, поднял руку и после утвердительного кивка спросил: - Простите, Измира-элда. А ваш отец случайно не Роран Молот? - Да, это он, и я очень горжусь тем, что я его дочь. Но давайте не будем отвлекаться. В Ордене существует иерархия, как и в любом государстве. Во главе Ордена стоит предводитель всадников - на данный момент им является Эрагон-элда со своим драконом, Сапфира-элда, которые, как вы знаете, свергли Гальботорикса с престола Алагейзии. Предводитель всадников опирается на Совет, в который на данный момент входит восемь всадников, включая Эрагона-элду. В Совете так же присутствует некая иерархия. Так, самым первым членом Совета стал ургал Роуг с драконом по имени Стэг. Роуг является первым учеником Эрагона-элды и поэтому часто заменяет его, если предводителю требуется куда-то отлучиться. После Роуга самой уважаемой всадницей Ордена является гномиха Руби с драконихой Вирой. Затем следуют: я со своим драконом Танвиалем, Ванир с Анабэль, Мариэль с Нарегаром и Уллар с Фимаш. Каждый из нас закончил обучение и был признан Эрагоном-элдой и Сапфирой-элдой Старшими всадниками, достигшими мастерства в чём-либо. Роуг сильный воин-мечник, Руби самый сильный маг в Ордене, я - самый быстрый член Ордена, Ванир - великий боец, Мариэль смогла обучиться у великой Рунёны мастерству изготовления клинков древних всадников, а Уллар чувствует каждое живое существо, как самого себя. В Совет входят только великие всадники, которые любят Орден и отдают ему всего себя. Запомните это. А теперь...

***

Муртаг взобрался в седло Торна прежде, чем это сделал Эрагон с Сапфирой. Они находились на площадке возле крепости предводителя всадников и готовились к предстоящей встрече Совета. "Муртаг, ты волнуешься?" "Немного. Знаешь, Эрагон, я хочу побыстрее закончить с этим и начать действовать. Надеюсь, твои щиты не понадобятся." "Я тоже на это надеюсь." Драконы взлетели и, обогнув крепость предводителя, стали планировать вниз. Как только под ними оказался Эбритхиль, Сапфира развернулась и приземлилась на площадке, спустившись с которой, она вошла в арку в скале. За аркой оказалось небольшое помещение, в конце которого драконы прошли сквозь огромные ворота, открывавшиеся двумя драконами, несущими службу вместе со своими всадниками во время собраний Совета. Совет уже собрался и был очень удивлён, когда вслед за Сапфирой вошёл дракон загадочного гостя. Зал Совета представлял собой огромную куполообразную пещеру, которую освещали магические светильники. В центре пещеры находилось возвышение, с которого обычно делались объявления. Так же в стене пещеры располагались ниши для драконов, а рядом с ними - удобные кресла для всадников. Всего их было девять и последнюю, свободную нишу заняли Муртаг с Торном, после утвердительного кивка Эрагона. Совет незамедлительно всполошился и, возможно, Эрагону не стоило этого делать, но он посчитал, что Совет должен был принять Муртага как равного, чтобы вести переговоры. Сам Эрагон, сидевший в седле Сапфиры, вскоре спешился и пересел в кресло, которое находилось у ниши, располагавшейся напротив дверей в помещение. Когда все члены Совета успокоились, Эрагон взял слово: - Я собрал вас сегодня здесь, чтобы сообщить и обсудить важную новость. Она касается не только Ордена, но и Алагейзии. Наш гость пришёл издалека. Некогда он вместе со мной боролся против Гальбаторикса, а после нашей победы решил странствовать по свету. Несколько дней назад я встретил его впервые за сто пятьдесят лет. И я был рад увидеть его живым ибо он является моим близким другом и братом. Но, к сожалению, радость по его возвращению сменилась грустью и промелькнувшей злобой, потому что новости принесенные нашими гостями нехорошие. Роуг, до этого хмурящий брови и недобро посматривающий на Муртага, угрюмо произнёс: - "А имя нашего гостя сегодня будет озвучено? Ты обещал нам, Эрагон. Прежде чем мы начнём вести разговор, нам хотелось бы узнать, с кем именно мы его ведём. Не все ему доверяют так, как ты, хоть ты и сказал, что он твой близкий друг и даже брат, что лично меня несколько настораживает." В разговор вмешалась Руби, которая была настроена менее враждебно по отношению к неизвестному всаднику: - "Роуг, прошу: не торопись. Нам всем хочется узнать имя вашего брата, Эрагон, но, я думаю, гость в состоянии говорить самостоятельно. Защищать и представлять свои интересы." Эрагон невольно напрягся: "Она хочет чтобы он сам говорил за себя. Знает ведь, что этикет Ордена ему незнаком и хочет подловить его на этом." "Эрагон, она аналитик. Политика для неё всего лишь игра." "Но мы не в игры играем! От того, что здесь произойдёт в последующие часы, будет зависеть судьба не только нас, но и Алагейзии. Боюсь, мы её разочаруем. Муртаг быстро учится." Предводитель всадников пробежался взглядом по лицам присутствующих и увидел различные чувства: от презрения и недоверия до интереса и симпатии. Подумав несколько минут и посоветовавшись с Сапфирой, Эрагон кивнул Муртагу и произнёс: - "Пусть гость держит слово." Совет был снова удивлён, когда гость поднял руки в особом жесте приветствия прежде чем встать с кресла, а затем сделал два поклона - один предводителю, а второй Совету - и прошёл в центр помещения. Торн последовал за ним, предварительно опустив голову к полу, оказывая уважение присутствующим. Когда Торн устало лёг возле своего всадника, а удивление в глазах Совета сменилось смехом познания, Муртаг заговорил: - "Приветствую всех членов Совета и тебя, брат. Сегодня я ваш гость и поэтому прошу отнестись с пониманием к моим неосознанным ошибкам в этикете, если я таковые совершу. Я Муртаг, сын Морзана, а моего дракона зовут Торн. Мы..." Роуг вскочил с кресла, как и многие члены Совета, и гневно закричал: - Предатели! Убийцы! Алый всадник - чудовище Гальбаторикса! Убийцы! - Роуг, хватит, - Эрагон встал со своего места и сделал несколько шагов к центру пещеры. - Муртаг не мог... - Не мог чего, Эрагон? Чего? Не перейти на сторону предателя, не выкрасть Насуаду из лагеря прямо у вас под носом?! - "Роуг, прекрати. Ты не прав!" - Простите, Сапфира-элда, но я более чем уверен в своей правоте. А ты, - Роуг развернулся и подошёл к Муртагу на несколько шагов ближе. Тоже самое по отношению к ургалу сделал и Эрагон. - Ты чудовище! Ты должен сожалеть о том дне, когда родился. - Роуг... - Нет, Эрагон! Я видел, вот этими глазами, - ургал показал на своё лицо. - Видел как мои сородичи погибали в огне, когда был еще ребёнком! И там был он! - Эрагон-элда, - Мариэль вышла из своей ниши. - Роуг прав, они были на стороне предателя, хотя он и поспособствовал в смерти Гальбаторикса, он навсегда останется предателем. Из-за них погибли многие, даже Имиладрис не осталась в живых... Его нужно убить! - Послушайте меня, всадники Совета. Я знаю Муртага и был свидетелем многих его несчастий и страданий. Мой брат просто не мог иначе... - Иначе?! Что, кровь отца взыграла, грязный выродок?!.. "Стэг!" Коричневый дракон резко подорвался с места и навис над собственным всадником, готовый к нападению или обороне, если Муртаг решит сбежать. Сам гость непоколебимо стоял, вглядываясь в лицо разъярённого ургала. Роуг не стерпел такой дерзости и атаковал наглеца, посмевшего глядеть ему в лицо открыто, почти с улыбкой на губах. Драконы взревели. Магически созданная молния прошла по щиту Муртага, не задев его, но отбросив в лапы Торна, мгновенно вставшего на лапы и оскалившего зубы в направлении Роуга. Эрагон и Ванир успели укрепить щит Муртага, до того, как первая искра пробежалась по пальцам ургала, после чего Эрагон переместился к нему. Тот не ожидал атаки из-за спины, а потому, схватив Роуга за предплечья, мужчина повалил ургала на пол и довольно скоро поборол его, связав руки магическими путами. В тоже время Стэг атаковал Торна, но не успел нанести удар, так как Сапфира оттолкнула его ударом плеча. Дракон пошатнулся и перебрал несколько раз лапами прежде, чем остановиться. Опьянённый ненавистью своего всадника и азартом битвы, Стэг оскалился и попробовал атаковать Мать, но Сапфира была крупнее его и, сделав обманный манёвр с атакой хвостом, дракониха повалила самца на пол, прижала лапами голову и грудь дракона и проревела в морду громогласным рёвом. На этом неудачная атака Роуга и Стэга закончилась. Несколько минут все приходили в себя после короткого сражения. Ургал лежал на полу вниз лицом и гневно посматривал на Муртага, который стоял возле своего дракона. Эрагон находился рядом с ним, устало потирая ушибы, полученные во время борьбы. Всё-таки ургал был бойцом и не получить даже простых синяков во время тренировки с ним было большой удачей. Стэг лежал на полу, прижав оглушенную голову к нему же, тихо рыча на самого себя или на ургала, что втянул его в это. Сапфира нервно ходила по помещению, размахивая хвостом из стороны в сторону, из её пасти валил дым, который застилал ей глаза и еще больше злил. Совет оставался на своих местах, разве что драконы изредка рычали, выплёскивая недовольство ситуацией. Наконец Танвиаль встал и, прижимая голову к полу, осторожно встал перед матерью, проходившей мимо его ниши. Сапфира остановилась и гневно посмотрела на серебристого дракона, раскрывшего крылья в поклоне, означавшем величайшее уважение. Эрагон, знавший, что к обозлённой драконихе лучше не соваться даже ему, наблюдал за действиями Танвиаля, который заговорил первым: - "Великая Мать, прошу, прости нашего сородича и сына твоего за дерзость. Успокой своё сердце и душу, отпусти гнев, ибо не нужен он тебе." Сапфира приоткрыла пасть, отчего дым из её глотки повалил еще сильнее и даже окружил голову Танвиаля, когда она наклонилась к нему, но затем резко закрыла, громко щёлкнув зубами. Дым постепенно рассеялся, и дракониха успокоилась. - "Хитрец Танвиаль", - промурлыкала дракониха, после чего подняла голову и повернулась к Стэгу, открывшему глаза, когда мысли Матери разнеслись по пещере. - "Я отпустила гнев, но еще долго не забуду обиды".